Лови мгновение

Эрен уже успел дважды пожалеть о том, что согласился идти на эту чёртову тусовку. В груди нарастало неприятное чувство тревоги — будто он шагнул на тонкий лёд, не зная, выдержит ли тот его вес. Но слиться уже не удастся: если Жан что то задумал, он тянул за собой всех остальных, словно неумолимый локомотив. «Горит сарай, гори и хата, верно?» — мысленно усмехнулся Эрен, пытаясь подбодрить себя, но усмешка вышла горькой. Где то за час до встречи парень решил привести себя в порядок. Он направился в ванную, чтобы принять прохладный душ — вода всегда помогала ему собраться с мыслями. Струи били по плечам, остужая кожу, но не могли унять внутреннего беспокойства. Его всё ещё не отпускала та сцена, развернувшаяся на кухне между ним и Леви. Нет, Эрена не привлекали мужчины, но почему этот парень не выходил из его головы? Стоило закрыть глаза, как сознание само вырисовывало образ Аккермана — прижат к полу, смотрит на него пронзительно, почти вызывающе. Эрен резко выдохнул, отогнал эти мысли, выключил воду, взял полотенце с машинки и, обмотав его вокруг бёдер, вышел из ванной комнаты. Спальня встретила своего владельца прохладным ветерком, который проникал в комнату через распахнутое окно. На город уже успели спуститься сумерки, окрасив улицы в мягкие фиолетовые и синие тона, а на небосводе начали загораться первые звёзды — робкие, мерцающие точки в бескрайней темноте. Вокруг не было ни души, лишь иногда раздавалось мерное пиканье часов на тумбе около кровати — будто отсчёт последних минут перед чем то неизбежным. В голове парня было странное предчувствие — не страх, а скорее тревожное ожидание, будто мир готовил ему какой то сюрприз. Но он списал это на лёгкий мандраж: сегодня он собирался, наконец, поговорить с Кристой, а может, даже, если хватит смелости, позвать её на свидание. От одной мысли об этом сердце начинало биться чаще, а ладони слегка потеть. Поэтому выбор в плане одежды пал на серые джинсы, белую худи с необычным принтом в виде надписей и чёрные кроссовки — просто, но аккуратно, чтобы не выглядеть слишком официально и не отпугнуть её. Оставалось ещё минут двадцать до того момента, как Жан с друзьями заедет за ним. «Может, стоит позвонить родителям?» — подумал Эрен. Он взял свой смартфон, ввёл пароль, нашёл нужный номер в телефонной книжке с надписью «мамуля» и нажал вызов. Один гудок, второй, третий… Но на его звонок так и никто не ответил. — Спят, что ли? — пробормотал он, чувствуя, как внутри шевельнулось что то похожее на обиду. В трубке раздался механический голос, который оповещал, что вызываемый абонент не может ответить на звонок. Эрен посмотрел на часы — без десяти восемь, — пожал плечами, закинул смартфон в карман джинсов и направился на улицу, где его уже ждала машина Жана.

***

Дом Фарлана встретил их громкой музыкой и огнями, которые создавали лёгкие блики разнообразных красок в темноте — красные, синие, зелёные всполохи скользили по стенам и лицам гостей, превращая всё вокруг в какой то сюрреалистичный калейдоскоп. Люди танцевали под зажигательные треки, кто то пил, сидя на диване и оживлённо обсуждая что то с другими ребятами, приглашёнными на вечеринку. Были и те, кто просто обжимался в тёмных углах — это не могло не остаться незамеченным Йегером, когда они зашли в дом. Ему стало неловко смотреть на такие сцены, и он поспешно отвёл взгляд, чувствуя, как щёки слегка краснеют. — Ну что, выпьем для храбрости, как говорится, — сказал Кирштейн, хватая стакан, наполненный странной жидкостью со стола. Конни посмотрел на друга и решил не отставать. Но вот только Эрен не спешил пить — обстановка давила на него, заставляя нервничать ещё сильнее. Он искал глазами в толпе только одного человека. Криста стояла с компанией каких то девушек и мило улыбалась, периодически кивая в ответ на их слова. Её светлые волосы мягко переливались в свете неоновых огней, а улыбка казалась такой искренней и тёплой, что у Эрена перехватило дыхание. Жан заметил, что его друг смотрит на неё, и решил не оставить это без внимания. — Эй, Эрен, может, подойдёшь к ней уже? А то выглядишь как ебаный маньяк, — громко произнёс он, хлопнув друга по плечу. От этих слов парень вздрогнул и покраснел, как помидор. Он понимал, что Жан сделал это специально, чтобы его смутить, и у него это ещё как получилось. В груди вспыхнула смесь раздражения и стыда, но Эрен постарался скрыть это. — Нет, я ещё не пьян, чтобы сделать это, — ответил он, хватая рюмку с зелёной жидкостью и осушая её залпом. Кто же знал, что это был абсент, да ещё и на голодный желудок? В голову моментально ударила странная слабость, мир слегка поплыл перед глазами. Да, у парня была не очень хорошая переносимость крепкого алкоголя, поэтому он старался много не пить. В основном он выпивал пиво, иногда мог позволить вино, но не более бокала. Да, его так быстро не унесёт, но опьянение уже начало распространяться по всему телу, делая движения менее чёткими, а мысли — более хаотичными. — Эй, ты как? Может, принести воды? — спросила миниатюрная девушка с красными волосами, которая заметила, как парня повело, и быстро среагировала. Эрен упёрся руками в мягкую обивку дивана, голова была очень лёгкой, будто наполненной воздухом. Перед глазами мелькали разноцветные пятна, а звуки музыки смешивались в один неразборчивый гул. — Нет, я в норме, — спокойно ответил он, но девушка так и продолжала внимательно смотреть, словно понимала, что он ей врёт. Её взгляд был проницательным, почти материнским, и от этого Эрену стало ещё более неловко. Жан уже успел скрыться в толпе, подкатывая к какой то девушке, а Конни остался вместе с другом и красноволосой незнакомкой. — Слушай, если вдруг станет хуже, не молчи. На кухне я и мой друг — если что, он сможет довести до туалета, и так уж и быть, я попрошу, он поможет тебе проблеваться, — засмеялась она, похлопав легонько Эрена по спине, после чего направилась в сторону кухни. В голове был настоящий кавардак, всё плыло, звуки и цвета смешивались в какой то безумный коктейль. Но, несмотря на это, он уверенно направился в сторону Кристы и её подруг. Его пытался остановить Конни, но парень просто отмахнулся от него, уже всё решив для себя. — Эрен, да стой же ты, вдруг станет ещё хуже! Давай воды хотя бы выпьешь? Эй, ребята, дайте что нибудь выпить! — крикнул Спрингер, но он не учёл, что его могли не так понять. Протянутый стакан стал последней точкой, после которой сознание Эрена просто отключилось. Кто же мог подумать, что есть люди, которые пьют водку как обычную воду? Пока Конни пытался отчитать человека, давшего ему этот стакан, Эрена уже и след простыл. Парень уже еле стоял на своих двоих, но он твёрдо решил, что наконец признается Кристе в своих чувствах — и будь что будет. Когда он подошёл к компании девушек, все они сразу замолчали, многие из них видели, что этот парнишка просто скоро свалится с ног. — Криста, я хотел поговорить с тобой, — произнёс Эрен еле еле, коверкая слова, чтобы они были хоть как то различимы для обычных людей. Его голос звучал хрипло и неуверенно, а ноги подкашивались. — Ты же Эрен, да? Мы, кажется, вместе учимся, если я правильно помню, — ответила она. Её голос был такой мягкий и яркий, словно первое летнее солнце, пробившееся сквозь тучи. Эрен кивнул на её слова и уже начал падать вперёд, но Криста его вовремя подхватила, не давая свалиться на пол. Молодой человек упёрся лбом ей в плечо, продолжая что то неразборчиво бормотать про чувства, про то, что давно уже хотел поговорить. А Кристе было настолько неловко от всей этой картины, что она невольно закусила губу. В таком положении они привлекли внимание окружающих — многие даже начали шептаться, смотря на них с любопытством или насмешкой. — Эрен… мне кажется, тебе нужно домой. Давай я позову кого нибудь, и мы… — начала она, но договорить так и не смогла. К ним подошёл высокий накачанный светловолосый парень, который явно был очень зол. Он грубо оттолкнул Эрена от Кристы, что тот даже свалился на пол, ударившись локтем. — Эй ты, какого хера ты трогаешь мою девушку? Лишние руки, что ли появились? — грубо ответил Райнер. Его голос звучал угрожающе, а кулаки были сжаты так, будто он готов был ударить. Девушка сразу прикрыла рот рукой — она не ожидала, что её парень, Райнер Браун, вмешается, да и ко всему прочему явно не так поймёт, что тут только что произошло. Но Эрен был ещё тем идиотом. Кое как поднявшись на ноги, он встал в стойку, чем позабавил Брауна. — Ну ты точно на голову больной, — бросил Райнер с презрительной усмешкой. Удар правой — и юноша падает обратно, ударяясь о твёрдый пол. Из носа начала течь кровь — тёплая, липкая струйка, которая скатилась по верхней губе. Эрен глухо застонал, пытаясь сфокусировать взгляд: перед глазами всё плыло, а в голове гудело, будто кто то ударил в огромный колокол. Окружающие начали охать и перешёптываться — кто то испуганно отпрянул, кто то, наоборот, подался ближе, словно хотел разглядеть всё получше. Несколько человек попытались остановить Райнера, но это было всё равно что пытаться остановить поезд на полном ходу: Браун лишь отмахнулся от них, как от назойливых мух, сверкнув глазами. — Чего разорались? Устроили тут балаган, — раздался из за спин громкий, холодный, словно сталь, голос. Эрен повернул голову и посмотрел на говорившего — это был тот самый Леви Аккерман. В этот раз точно не галлюцинация: чёткие черты лица, пронзительный взгляд, прямая осанка. В груди что то ёкнуло — странное, противоречивое чувство: облегчение смешалось с необъяснимым волнением. — Этот идиот сам напросился. Радуйся, что он отделался только разбитым носом, — рявкнул Браун, недовольно глядя на Эрена, которого уже поднимала та самая красноволосая девочка. Её пальцы дрожали, когда она осторожно коснулась его плеча, помогая сесть. — Да, но это не давало права его бить, — холодно произнёс Леви. Его голос звучал ровно, без эмоций, но в нём чувствовалась стальная воля. — Ещё одна такая драка — и вы вылетите отсюда прямо как пробка от бутылки, поняли? Райнер был зол. Нет, он был просто в ярости: жилы на шее вздулись, кулаки непроизвольно сжимались и разжимались, а глаза метали молнии. Но перечить этому «мелкому» он не стал — видимо, знал, что с Аккерманом лучше не связываться. Сжав челюсти так, что на скулах заиграли желваки, Браун резко развернулся, подошёл к Кристе и, взяв её за руку, почти силой потащил за собой. Девушка бросила на Эрена виноватый взгляд, но ничего не сказала — лишь покорно пошла следом, опустив голову. — Изабель, дальше я сам. Спасибо, — Леви подошёл к девушке, перехватил руку Эрена и закинул её себе на плечо. Другой рукой он слегка приобнял юношу за талию, поддерживая, чтобы тот не свалился. Движения Аккермана были чёткими, уверенными — будто он не раз оказывался в подобных ситуациях. Эрен почувствовал, как твёрдая ладонь Леви крепко держит его, не давая упасть. От этого прикосновения по спине пробежали странные мурашки — то ли от облегчения, то ли от чего то ещё, чего он пока не мог понять. Голова кружилась, во рту стоял металлический привкус крови, но рядом с Леви почему то стало спокойнее. — Держись, — коротко бросил Аккерман, ведя его в сторону кухни. Его голос прозвучал чуть мягче, чем раньше, но всё так же твёрдо. — Сейчас промоем рану и решим, что делать дальше. Эрен кивнул, с трудом переставляя ноги. Музыка, смех, голоса — всё это теперь казалось далёким, приглушённым. В ушах стучала кровь, но сквозь этот шум он отчётливо слышал размеренное дыхание Леви и чувствовал, как тот уверенно ведёт его прочь от хаоса вечеринки, туда, где, возможно, найдётся хоть капля покоя.

***

Кухня встретила их удивительной тишиной. Казалось, будто за её стенами перестал существовать весь остальной мир: шум вечеринки растворился где-то вдали, оставив после себя лишь едва уловимый гул. Здесь же царило спокойствие. Светлые стены мягко отражали теплый свет подвесных ламп, а темное дерево кухонного гарнитура придавало помещению уют и ощущение домашнего тепла. В воздухе едва чувствовался аромат свежезаваренного кофе и древесных специй. Они остались совершенно одни. Тишина между ними была тяжелой, почти осязаемой. Не той уютной, когда слова становятся лишними, а неловкой, наполненной вопросами, которые никто не решался произнести первым. Леви молча усадил Эрена на кухонный стул и, не говоря ни слова, направился к шкафчикам. Один за другим он открывал ящики, сосредоточенно перебирая их содержимое. В его движениях не было суеты — только привычная аккуратность и холодная собранность. Эрен не сводил с него взгляда. Только сейчас, когда действие алкоголя почти полностью рассеялось, он начал по-настоящему осознавать произошедшее. Перед глазами вновь всплыла драка, чужие лица, а затем — Леви, неожиданно вставший между ними. — Зачем ты вмешался?.. — тихо спросил он. Голос прозвучал почти шепотом. Леви никак не отреагировал, продолжая искать аптечку. Спустя несколько секунд он наконец достал белую пластиковую коробку с красным крестом, поставил её на стол и спокойно вынул перекись, бинты, вату и пластырь. Он подошёл ближе. Уже собираясь обработать разбитый нос, Леви почувствовал, как его запястье неожиданно крепко сжали. — Скажи... зачем? — повторил Эрен уже громче. В его голосе больше не слышалось раздражения. Только искреннее непонимание. Леви тихо вздохнул. Свободной рукой он аккуратно взял Эрена за подбородок, заставляя поднять голову. Их взгляды встретились. Теперь между ними почти не осталось расстояния. Эрен непроизвольно задержал дыхание. Он впервые заметил, насколько светлыми казались серо-стальные глаза Леви в теплом освещении кухни. В них не было ни насмешки, ни раздражения — только спокойствие и привычная сосредоточенность. — Раздвинь ноги. Эрен замер. Его уши мгновенно вспыхнули алым, а сердце предательски ускорило ритм. Леви едва заметно приподнял уголок губ. Эта реакция показалась ему настолько очевидной, что удержаться от легкой улыбки оказалось сложно. — Расслабься. Ничего пошлого, — спокойно произнес он. — Просто так мне будет удобнее обработать рану. Эрен неловко отвел взгляд и, мысленно проклиная себя за собственные мысли, молча выполнил просьбу. Леви сделал шаг вперед.Теперь он оказался совсем рядом. Так близко, что Эрен чувствовал едва уловимый запах его парфюма — свежий грейпфрут переплетался с теплыми древесными нотами кедра. Запах был спокойным, ненавязчивым и почему-то удивительно успокаивал. Леви осторожно смочил вату перекисью и коснулся разбитой переносицы. — Черт... — тихо прошипел Эрен, болезненно поморщившись. Инстинктивно он схватился за талию Леви, словно пытаясь найти хоть какую-то опору. — Терпи, — невозмутимо ответил тот. — Сам виноват. Он даже не сделал попытки убрать чужие руки. Сам не понимая почему. Продолжая аккуратно обрабатывать ссадины, Леви вдруг поймал себя на мысли, что Эрен сейчас удивительно напоминает ему ребенка. Тот постоянно морщился, недовольно шипел, дергался при каждом прикосновении ватного тампона и искренне возмущался каждой секундой процедуры. — Эрен, перестань ерзать, — уже строже сказал Леви. — Иначе я засуну эту вату тебе в нос. Парень тут же недовольно посмотрел на него исподлобья. — Мне вообще-то больно... В голосе звучала почти детская обида. Леви лишь тихо выдохнул. Кушель была медсестрой, поэтому основы первой помощи он знал с детства. Но ни один учебник не объяснял, как лечить человека, который вертится на месте хуже флюгера под сильным ветром. Он снова обработал очередную ссадину. Эрен болезненно зажмурился. Не говоря ни слова, Леви неожиданно наклонился еще ближе и осторожно подул на поврежденную кожу. Прохладный воздух сразу снял неприятное жжение. Эрен застыл. Мир словно остановился. Он даже перестал чувствовать боль, полностью сосредоточившись на человеке, который сейчас находился всего в нескольких сантиметрах от него. Сердце билось так громко, что казалось, его стук слышен на всю кухню. Леви спокойно закончил обработку, убрал использованную вату, закрыл бутылек с перекисью и уже собирался отстраниться. Но неожиданно задержался. Несколько секунд он молча смотрел на Эрена. Затем почти неуловимо наклонился и оставил на его лбу легкий, невесомый поцелуй — такой короткий, что его можно было принять за случайность. — Вот и всё, — тихо произнес он. — Больше болеть не будет. Эрен замер. Мысли спутались окончательно. Казалось, земля поменялась местами с небом, а сердце сначала пропустило удар, а затем забилось с такой силой, будто пыталось вырваться из груди. Он лишь молча смотрел вслед Леви, не в силах произнести ни слова.