Клинок, что помнит рассвет.

На следующее утро мы втроем — я, Каэль и Хильда — сидели за грубым деревянным столом в таверне Гильдии, ожидая свой завтрак. ​В главном зале всё так же тяжело висел спертый воздух: едкая смесь застарелого пота, пролитого кислого эля и нестиранной ткани. Концепция регулярного мытья для местных авантюристов явно была неизведанной магией. Слава богам, перед нами с глухим стуком поставили глубокие миски с горячей мясной похлебкой, и густой, пряный аромат еды позволил наконец нормально вдохнуть. ​— Жду не дождусь нашего первого задания! — Хильда буквально светилась. Она зачерпнула полную ложку супа, и в её глазах плескался тот самый чистый энтузиазм новичка, который еще ни разу не отмывал доспехи от слизи. ​— И нэ говои! — промычал Каэль с набитым ртом. По его подбородку скользнула капля жира. У моего братца всегда был поистине зверский аппетит, и признавал он исключительно мясо. Глядя, с какой яростью он вгрызается в хрящи, я в очередной раз задумался: а не согрешила ли наша мама с орком? Повадки, во всяком случае, совпадали идеально. ​Я неспешно прожевал свой кусок, проглотил и решил немного спустить их с небес на землю. ​— Вы только губы сильно не раскатывайте, — вздохнул я, отодвигая пустую миску. — Как зеленому отряду, нам открыты только самые муторные задания ранга D. Пока не набьем мозоли на этих поручениях, о нормальных квестах можете даже не мечтать. ​Не успел я закончить, как на мою шею обрушилась тяжеленная ручища Каэля. Этот громила навалился на меня всем весом, чуть не уткнув носом в остатки хлеба. ​— Лю-ю-юси! — радостно протянул он, скалясь во все тридцать два зуба. — Ну чего ты с самого утра такой унылый, а? — Я просто реалист. И не называй меня так! — прошипел я, пытаясь спихнуть с себя его локоть. ​В этот момент с той стороны стола донесся странный, сдавленный писк. Я вскинул взгляд. Хильда торопливо прижала ладонь ко рту и отвернулась, делая вид, что крайне заинтересована текстурой деревянной стены. Но её мелко подрагивающие плечи сдавали её с потрохами. Стоило ей услышать это дурацкое прозвище, как её снова порвало. ​Да чтоб тебя, Каэль. ​Кое-как отбившись от брата, я потянулся, чтобы встать из-за стола. Но Хильда внезапно похлопала ладонью по скамейке, призывая нас задержаться. ​Мы с Каэлем переглянулись и без лишних вопросов опустили зады на место. Девушка удовлетворенно кивнула, залезла в свою пухлую сумку и зашуршала какими-то мешочками. ​— Что ты там ищешь? — не утерпел я. — Сейчас... Одну секундочку... ​Она с победной улыбкой вытянула руку над столом. На её раскрытой ладони лежали несколько слегка подвявших зеленых листочков. ​— Это еще что за силос? — подозрительно прищурился Каэль. ​А вот мне эта зелень показалась смутно знакомой. Специфический резной край, чуть ворсистая поверхность... — Это листья ламуны! — гордо объявила Хильда. — Ламуны? — переспросил брат. ​Точно! Пазл в голове щелкнул. Я ткнул брата в плечо: — Вспомни, когда мы были мелкими и я в кровь разбивал колени на тренировках, мама прикладывала к ранам точно такие же. Они хорошо снимают боль и лечат ушибы. ​Каэль почесал подбородок, а затем на его лице расплылась гнусная ухмылка: — А-а, припоминаю... Ты еще тогда ревел в три ручья, как девчонка. ​Я скрипнул зубами. — Мог бы эту деталь и опустить. — Мальчики, съешьте их, пожалуйста! — Хильда настойчиво пододвинула к нам свою импровизированную клумбу. ​Мы взяли по одному листу. Каэль покрутил его перед носом, подозрительно принюхиваясь. — Оно вообще съедобное? — Насколько я знаю — да. Они отлично восстанавливают тонус и снимают усталость, — ответила Хильда и, чтобы не быть голословной, смело закинула один листик себе в рот. ​Успокоенный её примером, Каэль тоже отправил зелень в рот и бодро чавкнул. ​В ту же секунду его лицо перекосило так, словно он откусил голову жабе. — Тьфу! Какая гадость! ​Он с кашлем выплюнул полупережеванную кашицу прямо на пол, чудом не попав ни на кого из нас. — Каэль! Что случилось?! — всполошилась Хильда. ​Этот здоровяк тем временем остервенело вытирал язык рукавом куртки, отплевываясь. — Это... просто невыносимо горькая дрянь... — простонал он, хватаясь за кружку с остатками воды. ​Глядя на его страдания, я почувствовал глубокое внутреннее удовлетворение. Мой шумный, раздражающий братец наконец-то получил по заслугам. Будешь знать, как называть меня девчонкой. ​С видом полного превосходства я закинул свой лист в рот и методично заработал челюстями. Да, на долю секунды рецепторы обожгло резкой горечью, как от полыни. Но затем волокна растения лопнули. Я почувствовал, как высвобождается густая, прохладная мана. Она приятным ручейком скользнула вниз по горлу, растекаясь по телу и мгновенно смывая остатки вчерашней мышечной боли. ​Хильда, заметив, что я сижу с абсолютно спокойным лицом, радостно улыбнулась. — Люсьен, тебе не горько? — Вполне неплохо, — кивнул я. ​Каэль с красным лицом вытаращился на меня, как на умалишенного. — В смысле «неплохо»?! Как ты вообще это глотаешь?! — Дело не во вкусе, Каэль. Дело в мане, — нравоучительно произнес я. ​Хильда активно закивала. — Верно! Люди, которые хорошо чувствуют магические потоки, почти не замечают горечи ламуны. Для них этот мерзкий вкус полностью перекрывается ощущением чистой энергии. ​Брат только обиженно фыркнул, признавая поражение. А затем Хильда моргнула, её брови слегка поползли вверх, и она сфокусировала взгляд на мне. — Люсьен... выходит, ты тоже чувствуешь ману? Но ты же... мечник? ​Черт. Я мысленно отвесил себе звонкий подзатыльник. Спалился. Пришлось торопливо проглотить зелень, неловко почесать затылок и включить дурака. — Ну, так, совсем немного. Самые базовые ощущения, ничего серьезного. ​При этих словах плечи Хильды едва заметно напряглись. Она быстро опустила глаза и поправила ремень сумки, делая вид, что всё в порядке, но от меня эта внезапная скованность не укрылась. — Понятно... — тихо откликнулась она. ​К чему была эта реакция? Боится, что раз я чувствую ману, то начну лезть в её работу и критиковать её магию? Бред. Я сам ни одного заклинания не знаю. Хотя, наверное, мог бы, если бы не ленился в детстве. Чужая душа — потемки. Покончив с завтраком, мы направились к главной достопримечательности Гильдии — массивной доске заказов. Она была плотно увешана разномастными пергаментами и табличками. Сверху, недосягаемые и манящие, гордо красовались элитные контракты рангов А и В. А в самом низу, чуть ли не на уровне наших колен, сиротливо ютились мятые бумажки ранга D, которые нам и предстояло разгребать. ​М-да... Я уныло скользил взглядом по нашему ассортименту. Сплошная рутина. И плата за этот «героический труд» вызывала лишь нервный тик. ​Пока я перебирал задания, пытаясь выудить хоть что-то адекватное, рядом нарисовался сияющий Каэль. Он чуть ли не ткнул мне прямо в переносицу потрепанной деревянной табличкой. — Люсьен, зацени! ​Я отстранился, чтобы сфокусировать зрение. «Задание ранга D. Требуется истребить вредителей, уничтожающих урожай овощей на южной ферме». ​Затем я опустил взгляд на листок, который держал в своей руке. «Задание ранга D. Собрать свежий помет серых волков-людоедов (Внимание: волки могут находиться поблизости)». ​Я глубоко вздохнул, взвешивая варианты. Если отбросить мишуру, выбор стоял между битвой за капусту и ковырянием в волчьем дерьме с риском быть сожранным. Овощи — дело святое. Да и ферма звучала как идеальная разминка для новичков: пришел, порубил пару гигантских гусениц, забрал монеты. ​— Звучит неплохо, — кивнул я и без сожалений воткнул листок с пометом обратно на доску. — Берем ферму. ​Узнавши у клерка координаты, мы выдвинулись на окраину столицы. Дорога обещала быть долгой, и Каэль, не выносящий тишины, решил разрядить обстановку. — Как думаете, что там за твари? Огромные змеи-душители? Или, может, ядовитые сороконожки размером с собаку? — О-очень надеюсь, что нет... — пискнула Хильда. Она побледнела и крепче вцепилась в свой короткий деревянный посох, пугливо озираясь по сторонам. ​Я с силой ткнул брата локтем под ребра. — Молодец, придурок. Отлично умеешь подбадривать девушек. ​Каэль чуть наклонился ко мне и зашептал в самое ухо: — Да иди ты. Я просто пытаюсь завести разговор. Она такая зажатая идет, мне аж самому не по себе. Надо же как-то лед растопить. ​Я удивленно скосил на него глаза. Надо же, наша гора мышц умеет считывать чужой дискомфорт? Приятно осознавать, что в его голове есть место не только для лязга стали и жареного мяса. ​Проходя через рыночную площадь, я невольно затормозил у витрины оружейной лавки. Снаружи, прямо на деревянных стойках, покоились клинки. Солнце играло на их идеально отполированных, смазанных маслом лезвиях, буквально заставляя прохожих авантюристов глотать слюни. ​Какая красота... Я сделал шаг ближе и бросил взгляд на ценник под длинным полуторным мечом. Желание пускать слюни мгновенно сменилось желанием пустить скупую мужскую слезу. Дорого. Неподъемно дорого. ​Я перевел взгляд на свои собственные ножны на поясе. Потертая кожа, изношенная оплетка рукояти, зазубрины на гарде... А ведь в день покупки я радовался этой железяке, как слабоумный. Время и впрямь меняет запросы. ​Сзади подошел Каэль. — Что, обновку высматриваешь? — Да так, любуюсь, — я отвернулся от витрины, возвращаясь на дорогу. — Меня и этот пока вполне устраивает. ​Краем уха я уловил легкий шорох. Хильда поравнялась с Каэлем у меня за спиной, они коротко переглянулись и начали о чем-то очень тихо перешептываться. Наверняка обсуждают какую-то ерунду, так что я не стал прислушиваться. ​Вскоре городские стены остались позади, и мы добрались до нужных угодий. Нас тут же встретил пожилой мужичок в выцветшей соломенной шляпе — судя по мозолистым рукам, сам хозяин. ​— Наконец-то Гильдия прислала подмогу! А я уж заждался, — он снял шляпу, утирая блестящий от пота лоб. — С дороги, небось, голодные? Может, перекусите? Я вежливо поднял ладонь. — Спасибо, мы сыты. Лучше сразу покажите, где у вас проблемы. ​Фермер тяжело вздохнул и повел нас к полю. Масштабы и впрямь впечатляли — ровные грядки с пузатыми овощами уходили к самому горизонту. Каэль даже присвистнул. — Вау. Урожай что надо, старик. — Был бы что надо, если б не эта проклятая напасть, — мрачно отозвался тот. ​Я подошел к краю ближайшей грядки, осматривая надкусанные листья. — Так кто вредит-то? Насекомые-переростки? Или грызуны? — Если б я знал! Ставил капканы, пугала всякие колотил, на ночь с вилами выходил — ничего не берет! Утром прихожу — опять полгрядки сожрали. ​Пока мы разговаривали, Каэль вышел на середину поля и вдруг замер. Он впился взглядом в рыхлую землю между рядами капусты. Внезапно все его мышцы напряглись. Силуэт брата буквально размылся от резкого рывка. ​Раздался глухой хлопок — Каэль вонзил руку глубоко в грядку с такой животной дурью, что комья влажной земли взорвались во все стороны, окатив меня, Хильду и бедного фермера с ног до головы. Я зажмурился, отплевываясь от привкуса почвы на губах. — Каэль! Придурок! Какого черта ты... ​Слова застряли в горле, стоило мне открыть глаза. Каэль стоял по колено в растерзанной грядке. В поднятой руке он победно сжимал за хвост упитанного, отчаянно пищащего грызуна. — Старик, не эту ли тварь ищешь? — широченно ухмыльнулся брат, демонстрируя свой трофей. ​Лицо фермера стало белее его рубахи. — Нет же, ирод! Это мой домашний землерой! Он, наоборот, слизней от урожая отпугивает! ​Каэль застыл. Триумфальная улыбка медленно, очень медленно сползла с его лица. — Ой... ​Бедный зверек, болтающийся вниз головой, кажется, уже прощался с жизнью — он обмяк и перестал пищать, пребывая в глубоком обмороке от пережитого ужаса. Каэль виновато и крайне осторожно опустил пушистый комочек обратно на землю. — Извиняй, приятель. Не буду мешать тебе... ​Я обреченно потер переносицу, размазывая грязь по лицу. — Сначала бьешь, потом смотришь. Классика. ​Когда фермер немного отпился водой и откачал своего питомца, он, наконец, подвел нас к дальнему краю поля и показал следы настоящего вредителя. Это были отпечатки лап кролика. ​Вот только размерчик у них был такой, будто этот кролик питался исключительно парным мясом и неудачливыми авантюристами. Я сроду не помнил, чтобы в наших краях водились такие махины. Судя по вмятинам, тварь была размером с хорошего волкодава. ​— Вам надо найти его логово и прикончить, иначе я пущу шапку по кругу, — взмолился старик. — А если еще и шкуру целехонькой притащите — заплачу вдвое! ​При словах «заплачу вдвое» в глазах Каэля мгновенно вспыхнул фанатичный, нездоровый огонь. — Вперед! Пока следы свежие! — рявкнул он и с громким лязгом выхватил из ножен свой белый меч. ​Хильда, мгновенно заразившись его энтузиазмом, радостно закивала и потрясла в воздухе посохом, поддерживая этот абсолютно нелепый боевой клич. ​Я лишь снова тяжело вздохнул. Ей бы перестать так активно потакать его закидонам. Он ведь теперь вообще не угомонится, пока не разнесет половину леса.... Следы уводили нас всё дальше от поля, прямиком в лесную чащу. Это уже начинало напрягать. В принципе, кролики и должны жить в лесу, но обычные ушастые не забираются так глубоко в дебри. В какой-то момент мы с Хильдой синхронно вздрогнули и остановились. Воздух вокруг стал тяжелее — мы почувствовали плотную, агрессивную ману зверя. Переглянувшись, мы без слов поняли: мы на месте. Я положил руку на плечо идущего впереди Каэля. — Ну что еще? — недовольно обернулся он. — Тише, — одними губами произнес я. — Кажется, мы нашли нашего «вредителя». Брат мгновенно всё понял. Вся его расслабленность испарилась, и он бесшумно вытащил свой белый клинок. — Он впереди? — шепотом уточнил Каэль. — Да. Совсем близко. Каэль коротко кивнул и двинулся дальше, ступая осторожно, как хищник. Спустя минуту мы увидели цель. Это был кролик. И да, я оказался прав насчет размера — эта тварь была размером с хорошего волкодава. А из-за густого, жесткого меха казалась еще крупнее. Этот мех наверняка работал как природная броня, обычным рубящим ударом его просто так не пробить. Вокруг гиганта копошились крольчата поменьше. Хильда до побеления костяшек сжала свой деревянный посох. — Неужели это... — Да. Вересковый вожак, — мрачно кивнул я. В моей голове тут же всплыли страницы из старого потертого бестиария, который я затирал до дыр, пока рос. Я точно помнил описание и зарисовки этих тварей. Огромные размеры, жесткий мех, работающий как природная броня, и крайне скверный характер. ​Но была одна нестыковка, которая заставила меня внутренне напрячься. Ареал обитания. Я прекрасно знал, что эти кролики-переростки водятся только в самом сердце леса, в глухой чаще, где плотность маны намного выше. С какого перепугу этот вожак со своей стаей бросил насиженное место и вышел так близко к человеческим фермам? ​Животные не меняют территорию просто так. Значит... в глубине леса появилось что-то, что напугало его и выгнало наружу? Что-то гораздо более страшное? ​От этой мысли по спине пробежал неприятный холодок. ​— И что будем делать? Они ведь жутко агрессивные, могут и загрызть... — дрожащим голосом спросила Хильда, возвращая меня в реальность. Я лихорадочно соображал. Просто в тупую броситься в лобовую? Устроить засаду? Обойти с флангов? Выбора, по сути, не было. Я перевел взгляд на Каэля и понял: план уже пошел к чертям. На лице моего брата не дрогнул ни один мускул, но в глазах горел чистый азарт. Он уже сжал рукоять меча двумя руками, готовясь к рывку. И как назло, в эту самую секунду с дерева рядом с нами с хрустом сорвалась сухая ветка. Вожак дернул ушами, повернул морду в нашу сторону и встретился взглядом с безумными глазами Каэля. Животный инстинкт заорал кролику: «Беги!», и он рванул с места, пока его мелкие сородичи брызнули во все стороны. Каэль сорвался следом. Он оттолкнулся от земли с такой силой, что нас с Хильдой едва не опрокинуло воздушной волной. Брат нагнал вожака в два счета и с размаху обрушил клинок, но лезвие вонзилось в землю в жалких сантиметрах от лап зверя. Кролик резко вильнул в сторону. Началась безумная чехарда. Каэль вырвал меч и гонял гиганта по поляне, раз за разом промахиваясь. Несмотря на свои габариты, эта туша двигалась с ненормальной ловкостью. Поняв, что брат так только лес вырубит, мы с Хильдой выскочили наперерез. Поскольку монстры остро реагируют на ману, мы заранее подавили свое присутствие. Каэлю же это было без надобности — магической энергии в нем с рождения было кот наплакал. Я выскочил из кустов, замахиваясь мечом, но... оказался слишком медленным. Кролик словно прочитал мое движение. Вместо того чтобы увернуться, он бросился прямо на меня и мертвой хваткой вцепился мне в правое предплечье. Боль была адской. Острые, как бритвы, резцы пробили плотную ткань одежды и вошли глубоко в мышцы. Я закричал, чувствуя, как по руке течет горячая кровь. И тут Хильда вскинула посох. — Свет! Наконечник вспыхнул ослепительно-белым, режущим глаза светом. Кролик зажмурился, его хватка на долю секунды ослабла. Подавив панику, я бросил свой меч, свободной левой рукой намертво вцепился в длинные уши твари и всем весом придавил кролика к земле. — Каэль! — заорал я не своим голосом. — Понял! Сверкнуло белое лезвие. Каэль с хирургической точностью вонзил меч прямо в сердце зверя. Кролик дернулся и через пару секунд обмяк. На мою одежду брызнула густая кровь. Челюсти монстра окончательно разжались. Я аккуратно вытащил раненую руку из пасти и со стоном откинулся на спину, прямо на сырую землю. Во рту стоял металлический привкус победы, а предплечье пульсировало ноющей, сжигающей болью. Но паники не было. С нами ведь была целительница. — Люсьен! — Хильда с ужасом в глазах подбежала ко мне и упала на колени. — Дай посмотрю! Она дрожащими руками задрала мой рукав до локтя и судорожно выдохнула. Кровь продолжала толчками сочиться из глубоких рваных ран. — Ты занимайся им, а я пока проверю периметр! — бросил Каэль и скрылся за деревьями. Мы остались вдвоем. Хильда часто, прерывисто дышала. Ей было страшно. Она вытянула ладони над моей рукой. — Свяжись плоть... Утихни боль... Свет жизни! Между ее пальцами замерцал мягкий зеленоватый свет. Но он тут же замигал, как свеча на ветру, и с тихим пшиком погас. Она закусила губу. — Нет... Нет-нет-нет, ну почему опять! — в панике забормотала она, пытаясь снова прочесть заклинание. Свет вспыхивал и гас. Я, превозмогая боль, внимательно посмотрел на нее. Вспомнив, как она напряглась во время разговора за завтраком, я всё понял. — Твоя мана... — хрипло произнес я. — Она колеблется. Рваный ритм. Глаза Хильды расширились от испуга. — Я... я так и знала, что ты это увидишь... — Почему она так скачет? Пальцы девочки задрожали сильнее. — Не знаю... Это не проходит, как бы я ни старалась. А в подобных ситуациях, ещё хуже, я дефектная... Я стиснул зубы от очередной волны боли. Левой, здоровой рукой я потянулся и крепко сжал ее ладонь. — Что ты делаешь?.. — пискнула она. Не отвечая, я закрыл глаза и начал осторожно вливать свою ману в ее каналы. Я делал это мягко, чтобы она почувствовала ритм. Хильда ахнула. — Люсьен, твоя мана... Она такая спокойная... Ровная... Я открыл глаза и кивнул. — А теперь слушай меня. Попробуй снова. Дыши ровно. Представь, что твоя мана — это не буря, а тихая, глубокая река. И просто позволь этой реке перетечь в твое заклинание. Запомни это чувство. Я помогу. Хильда закрыла глаза. Сделала глубокий вдох. На этот раз зеленое сияние вокруг ее рук вспыхнуло ровным, теплым светом. Я почувствовал, как чужая магия проникает под мою кожу. Боль начала отступать. Края раны на глазах стягивались, мышцы срастались. По сути, магия исцеления начального ранга просто бешено ускоряла естественный процесс регенерации. Из-за этого организм тратил колоссальное количество энергии, и на меня тут же навалилась свинцовая усталость. Глаза начали закрываться сами собой. Когда от укуса остались лишь розовые шрамы, свет погас. — Получилось! Ура, не могу поверить! — Обрадовалась Хильда, но, увидев мое полуобморочное состояние, тут же сникла. — Ой... прости. Просто у меня еще ни разу так хорошо не выходило... — Всё нормально... — пробормотал я, чувствуя, как тяжелеет язык. — Я рад... что смог помочь. Из кустов вынырнул Каэль. — Чисто! Других тварей нет. — Он опустил взгляд на мою целую руку и присвистнул. — Ого! Твоих рук дело, Хильда? Она замялась, смущенно поправляя волосы: — Да... Но мне очень помог Люсьен. Брат подошел и одобрительно похлопал меня по плечу здоровой руки. — Молодец, братец. Не зря свой хлеб ешь. — Ага... — только и смог выдавить я. Каэль деловито осмотрел тушу вожака. — Так, расклад такой. Я понесу Люсьена, а ты, Хильда, бери кролика. Потянешь? Она уверенно кивнула и ухватила гигантскую тушу. Обратный путь выглядел, должно быть, очень комично. Я, как мешок с картошкой, висел на широкой спине брата, а следом семенила хрупкая с виду Хильда, которая волокла здоровенного, истекающего кровью кролика-мутанта так, будто это была пушистая игрушка. — Люсьен... — тихо позвала она меня сзади. — М-м? — лениво отозвался я. — Спасибо тебе. Огромное. — Да пустяки. Главное, чтобы ты запомнила, как держать поток. — Я запомнила! Честно! — с жаром ответила она. Я прикрыл глаза, покачиваясь на спине брата. — Вот и славно... Хильда подошла чуть ближе и тихо, так, чтобы слышал только я, добавила: — Если честно... Утром, когда ты сказал, что можешь чувствовать ману, я ужасно испугалась. Испугалась, что ты поймешь, какая я никчемная, отчитаешь меня, и вы вышвырнете меня из отряда. Но ты... ты не стал судить. Ты просто взял и помог. Мне так стыдно, что я о тебе плохо думала. — Не парься, — понимающе хмыкнул я. — Небось, из прошлых групп тебя часто выгоняли из-за этого. Прямо как меня. Мы с тобой в одной лодке. Внезапно шедший впереди Каэль подал голос, заставив нас вздрогнуть: — Кстати, Хильда! Ты теперь точно принята! — П-правда? — пискнула она. — А то! — рассмеялся брат, не сбавляя шага. — Ты доказала, что умеешь штопать раны, а нам большего и не надо. Еще раз добро пожаловать в команду, Хильда! Хильда замолчала, переваривая эти простые, грубоватые, но такие нужные ей слова. Кажется, я услышал позади тихий всхлип. — Я... я вас не подведу! Ни тебя, Каэль, ни тебя, Люсьен! От автора: Эта глава получилась особенно насыщенной. Спасибо, что прочитали до конца! Изначально я планировал выпустить её раньше, но всё никак не доходили руки. Чтобы компенсировать ожидание, я решил сделать эту главу такой большой. Обязательно оставляйте отзывы, будь то критика, похвала или просто вопросы по сюжету. Я обязательно на всё отвечу!