Кровавая Лилия

      Грубые капли били по стеклу. Они в ритме марша барабанили по крыше. Их сила то увеличивалась, напоминая дробь из автомата, то уменьшалась, превращаясь в тихие постукивания.       В квартире была тишина. Единственное, что прерывало её – прерывистые всхлипы и шуршание простыни. Житель этого места укутался в кокон из одеяла. Его фигура дрожала. Свет фар проезжающих по дороге машин мелькал за окном. Он отражался на стене, заполняя небольшую комнату хоть каким-то освещением. Это делало помещение менее одиноким.       Экран телефона периодически загорался от входящих сообщений. Но японец лишь перевернул мобильник, чтобы не видеть этого. Сейчас ему было не до ответов кому-либо.       В голове кружился рой мыслей. Они переплетались друг с другом. Яркие картинки воспоминаний пробегали перед глазами. Сначала бар и его коктейли, потом люди в масках и коллега с повреждённой рукой, а под конец документ с подписью. Не нужно быть гением, чтобы понять, что молодого человека предали. Все, кому он доверял и кого любил. Щёки снова начали обжигать горячие слёзы. Пальцы сжимали одеяло. Светлые ресницы дрожали. — Завтра надо на работу.. — хрипло выдавил из себя Акио.       Верно. Рабочую смену никто не отменял. Начальству глубоко плевать на личные причины, по которым сотрудник не может или не хочет выходить. Рука потянулась к смартфону. Большой палец включил экран. Мацуи хотел поставить будильник, но остановился. Сообщение от знакомого номера. Короткий вопрос: “Спишь?”, как будто ничего не происходит. Он уже знает. Японец это чувствует. Губы плотно сжались. — Заблокировать контакт? Вы больше не сможете получать от него звонки и сообщения.. — прошептал себе под нос строчки в резко появившимся окне молодой человек.       Палец без замедления ткнул на кнопку: “Блокировать”. Мгновение. Телефон выпал из рук. Акио закрыл глаза, а потом откинулся на подушку. Он давился собственными слезами. Задыхался. Но лучше так, чем ждать звонка. Пора заканчивать весь этот фарс.       Утро для Мацуи началось в два часа дня. Он не ставил будильник вчера. Может быть, забыл, а может, просто не хотел. Телефон молча лежал на полу. Японец так и не поднял его, уснув в скрюченном положении. Ночь прошла просто ужасно. Снился очень липкий и холодный сон. Серо-голубые глаза, безразлично смотрящие на молодого человека. Ледяная улыбка, а потом громкий хохот. Собеседник в открытую высмеивал чужие чувства. Он совершенно равнодушно рассуждал о чём-то, а потом просто растворился под лучами солнечного света.       Акио медленно сел. Растрёпанные волосы упали на его плечи. Взгляд пытался сфокусироваться и прийти в норму после сна. Мир вокруг плыл. Протерев лицо, тот встал и ушёл в ванную. Холодный душ – лучший будильник.       Улица. Такси. Агентство.       В холле было шумно. Сотрудники обсуждали рабочие и личные вопросы между собой. Посетители ожидали, когда получат ответы. Девушка за стойкой бодро поприсутствовала знакомого молодого человека, после чего сообщила, что ключи от кабинета уже давно забрали. Пошутила на тему того, что детектив проспал. Но японец лишь молча прошёл мимо. Даже не поздоровался. Его движения были слегка неуклюжими. Он будто находился в слоумо, пока мир вокруг кипел жизнью. То ли это он такой медленный, то ли все слишком быстрые. Девушка проводила его удивлённым взглядом.       Лифт тихо гудел. Несколько человек, что ехали вместе с Мацуи, перешёптывались, периодически посматривая на молчаливого японца. От него за версту веяло чем-то жутким. Обычно все вокруг засматривались на него из-за позитива, который порхал рядом с ним, словно красивые бабочки. Но сейчас даже повернуть голову в его сторону было страшно.       Стук в дверь. Мужчина с лысиной на макушке активно с кем-то спорил по телефону. Он не услышал стука, поэтому от неожиданности чуть не выронил мобильник из рук. — Ладно, потом договорим. Я занят. — тот прокашлялся, а потом посмотрел на молодого человека, — Детектив Мацуи? Что-то случилось? — Хочу написать заявление об увольнении по собственному желанию. — Акио подошёл к столу.       Начальник опешил от такого. Он не сразу понял о чём идёт речь, а когда осознал, то быстро выпрямился и поправил свои подтяжки. — Подождите. — остановил тот своего сотрудника, — Детектив Мацуи, если вас что-то не устраивает, то вы всегда можете об этом сказать. — Нет. Меня всё устраивает. Просто я не хочу больше здесь работать. — молодой человек начал искать глазами бланки. — Подождите, подождите. Давайте не будем так торопиться. — мужчина явно занервничал, — Если вы хотите подняться выше по карьерной лестнице, то у меня есть для вас отличное предложение. — Мне это не интересно. Я хочу написать заявление по собственному. — Акио продолжал стоять на своём. — Вы только послушайте. Уверяю вас, данное предложение может вам понравиться. — начальник достал из ящика стола два документа, один из которых положил перед японцем, — Знаете, Райан Кейн заинтересован в вашей кандидатуре. И он очень хочет, чтобы вы пополнили ряды его детективов. Возможно, вы уже для себя всё решили, и сейчас моё предложение выглядит как попытка вас удержать, но прошу. Просто подумайте об этом. Вам не обязательно подписывать это прямо сейчас. Возьмите домой, взвесьте все за и против. — Заявление на увольнение. — повторил свой изначальный запрос Мацуи. — Хорошо, как скажете. — вздохнул мужчина, положив на стол второй документ, но не успел взять заявление о переводе, ведь его забрал молодой человек. — Я приму ваше предложение и подумаю над ним. Завтра принесу один из подписанных документов. А сегодня беру выходной. — с этими словами Акио вышел из кабинета. — Да.. Конечно. — как-то сипло произнёс начальник вслед детективу, — Это Америка так на него повлияла?       Уже в коридоре молодой человек почувствовал, как что-то в нём окончательно сломалось. Он дрожащими руками сжал два листа бумаги. В горле встал ком. С одной стороны, он не сделал ничего сверхъестественного. Это нормальная практика в данной стране. Но с другой стороны, его корни были явно недовольны им. Позволить себе фамильярность в адрес начальства. Для него это могло бы быть дикостью. Год назад. Но точно не сейчас. Пора принять местные правила игры. Но даже так его всё равно трясло.       Мацуи вернулся на первый этаж. Знакомый и привычный холл. Он на мгновение остановился. Раньше японец никогда не обращал внимания на то, что здесь происходит. Резко всё стало каким-то чужим. Холодным. Не было случайных людей, которым нужна помощь. Были только те, кто заплатил за неё не мало денег, поэтому теперь они ждали результатов чужой работы. Ни капли боли на лицах пострадавших, ни тени сочувствия в тех, кто помогает. Только фальшивая и лицемерная вежливость. Всё стали каким-то ненастоящим. Почему же раньше это место казалось ему другим? Оно правда всегда выглядело вот так, просто Акио был слеп? Это разбивало сердце. Делало невероятно больно. — Акио? — сзади послышался знакомый голос, а потом на плечо легла рука, — Ты очень сильно опоздал. Почему не предупредил? Что-то случилось? Пойдём, Джим уже заждался. Он тебе такое устроит.       Молодой человек замер. Тело пробило мелкой дрожью. Губы задрожали. Он явно был не готов встретиться с кем-то из его коллег прямо сейчас. Кто угодно, но только не они.       Шон вопросительно посмотрел на Мацуи. Парень хотел ещё что-то добавить и потянуть коллегу за руку, чтобы отвести в кабинет, то он быстро оттолкнул его от себя. Худое тело отшатнулось. — Акио?.. — непонимающе повторно позвал собеседника Вейнберг. — Не трогай меня. У меня сегодня выходной. Я ухожу. — японец развернулся и торопливо начал покидать территорию агентства.       Блондин стоял с открытым ртом. Он не мог переварить то, что только что услышал. Как уходит? Куда? Навсегда? — Акио! Постой! — наконец-то спохватился парень, попытавшись остановить японца, но было уже поздно.       Мацуи ушёл. Без объяснений и продолжительной тирады о том, что происходит. Молча. Холодно. Одиноко. Будто это место больше никак с ним не связано.       Детектив стоял на автобусной остановке. Ну, это сложно было назвать чем-то приличным. Из тротуара торчал столб со знаком автобуса, а рядом стояло табло с расписанием. Молодой человек судорожно вздохнул. Его пальцы крепко сжимали ручку зонта. Капли громко и быстро стучали. Японцу приходилось периодически отходить, чтобы проезжающие машины не облили его грязной водой. В конечном итоге он выставил руку в сторону проезжей части и поймал такси. Жёлтая машина с белой табличкой на крыше, где виднелось одно единственное слово: “TAXI”. Акио быстро открыл дверь и сел внутрь. Но домой он не поехал. Знакомые и когда-то любимые пейзажи. Теперь они вызывали щемящее чувство в груди. Такое болезненное. Автомобиль остановился возле мраморного забора. Водитель с любопытством посмотрел на своего пассажира, который молча расплатился и вышел, направляясь в сторону ворот.       Капли стекали с листьев деревьев в саду. Редкие фрукты качались от порывов ветра. Цветы склоняли бутоны к земле. Природа наполнялась печальной мелодией. Всё скоротечно увядало, прощаясь.       Дверь открыла знакомая девушка. Экономка была очень удивлена тому, что увидит на пороге особняка японца. — Здравствуйте, Акио. — вежливо поприветствовала она гостя, позволяя ему войти, — Не ожидала вас увидеть сегодня. Вы в последнее время зачастили с внезапными визитами. — Мистер Риччи дома? — спросил Мацуи, снимая пальто и обувь, его голос слегка дрогнул. — Да. Господин Риччи в своём кабинете. У вас к нему какое-то дело? — Беатрис наклонила голову вбок.       Но молодой человек ничего не ответил. Он лишь молча двинулся в сторону лестницы. Девушка хотела что-то ещё добавить, но не стала. Она уже знала, что сейчас будет. Всё к этому шло. Уже очень давно. Экономка опустила голову, будто готовясь к худшему.       Дверь открылась без стука. Медленно. Тихо. За столом сидел мужчина в очках и проверял какие-то документы. Его глаза быстро пробегали по строчкам текста. Но когда он услышал, что кто-то вошёл, то сразу же поднял голову. Взгляд немного смягчился, а уголки губ приподнялись в лёгкой улыбке. Хозяин дома отложил листы бумаги в сторону. — Очень неожиданно, что ты пришёл ко мне сегодня. Ты не отвечал на мои сообщения. Обычно ты стараешься предупреждать меня заранее. — Альберт снял свои очки и положил их в открытый чехол на тряпочку.       Мацуи молчал. Он смотрел на мужчину, а его губы дрожали. Внутри всё сжалось. Сердце снизило свой ритм. По светлой щеке скатилась одинокая слеза. Хрустальная капелька быстро упала на ковёр. — Акио? — Риччи непонимающе нахмурился. — Я всё знаю. — прошептал молодой человек.       Его голос дрожал. Не хотелось вообще ничего говорить. Просто разрыдаться прямо сейчас. Но этот человек недостоин. — Знаешь что? Я не понимаю о чём ты. — собеседник напрягся. — Ты лгал мне. — продолжил шептать Акио.       Всхлип. Мацуи сжал свои ладони. Было сложно держать себя в руках. Всё произошло как-то слишком внезапно. Сначала коллеги, теперь он. Чувство боли обрушилось на него огромным камнем. Сейчас он напоминал бомбу замедленного действия, которая взорвётся в любой момент. — Почему?.. — японец опустил голову, продолжая хлюпать носом. — Акио. Всё не так, как ты думаешь. — Альберт встал с кресла, собираясь подойти, но было уже слишком поздно.       Молодой человек смотрел на собеседника глазами полными слёз. Они текли, не останавливаясь. В горле встал огромный ком, из-за чего было сложно говорить. Тот закашлял, задыхаясь от удушающего чувства. Альберт дрогнул. — Почему?.. Почему ты мне не сказал?! — внезапно тот сорвался на крик. — Акио, я.. — хотел что-то ответить мужчина, но его перебили. — Замолчи! Мне не нужны твои жалкие оправдания! Ты! — японец опустил голову, — Ты лгал мне! Обманул меня! Как ты мог? Как?!       Его трясло. Хотелось провалиться сквозь землю прямо сейчас. Ноги совсем не держали, поэтому худое тело покачивалось. Мир замер. Всё перемешалось. Больше ничего не осталось. Только боль и разочарование, которые рвали душу японца на куски. — Весело тебе было играться со мной и моими чувствами? Да?! Ты хоть понимаешь, что я чувствую к тебе? Ах да! Тебе же плевать! Я-то думал, что интересен тебе.. Но тебе просто нужно было держать меня на коротком поводке для своих грязных дел! Что б я не мешал тебе делать всё это! — его тон скакал и срывался. — Акио, это не так.. — продолжил свои тщетные попытки объясниться Риччи. — Хватит! Не ври мне! Ты уже достаточно поиграл в хозяина! Ты никогда не был честен со мной! Только и делал, что лгал! Постоянно! — Мацуи сжался, обхватил свои плечи руками. — Я.. — как-то сдавленно выдавил из себя мужчина. — Для тебя я был всего лишь игрушкой! Расходным материалом! Красивым декором! Но не тем, кому ты можешь открыться и показать себя! Знаешь как мне больно от этого?! Не знаешь! Ты вообще ничего не знаешь! Ты идиот! — молодой человек больше не мог, у него не осталось сил.       Его мир рушился с каждой секундой. Всё, что он так любил, исчезло, как по щелчку пальцев. Вся нежность, ласка и что-то возвышенное стало не больше, чем грязь. У японца будто отняли часть его сути, а потом растоптали. Самым наглым образом.       Акио замолчал. У мужчины наконец-то появился шанс всё объяснить. Но он не мог. Его губы беззвучно шевелились. Он хотел, но не получалось. Ему будто кто-то насильно перекрыл доступ к словам. В голове был лишь какой-то монотонный гул. — Я ненавижу тебя.. — хрипло прошептал Мацуи.       Треск. Появилось яркое ощущение дыры в области груди. Такое острое и колющее чувство, словно прямо сейчас из сердца торчал острый кинжал. — Я жалею, что полюбил тебе. Жалею, что открылся тебе.. — продолжил всхлипывать Акио.       Второй удар. Мир трескался с невероятной скоростью как стекло. Никакие слова сейчас не смогут описать то опустошение, который находилось сейчас внутри. Будто последний лучик света погасили во тьме. Отняли единственный источник тепла, и весь многолетний лёд наконец-то начал замораживать. Сначала это было просто холодное чувство, но теперь оно превратилось во что-то такое, что можно было сравнить только с огромным Северным Ледовитым океаном. Ты больше не идёшь на судне по волнам. Ты тонешь. — Больше никогда. Слышишь? Никогда не ищи меня. Забудь про моё существование. Меня больше нет для тебя. — тело японца покачнулось, и он развернулся уходя.       Альберт и не заметил, как остался совершенно один. У него перед глазами всё ещё стоял образ плачущего молодого человека. Он слышал его всхлипы. Челюсть невольно сжалась. На виске вздулась вена. Мужчина упёрся руками в стол, шумно вдохнув. План провален. — Ну как? Получил по заслугам? А я тебе говорила. — послышался женский голос, — Если бы ты признался сразу, то такого бы не произошло. Возможно. — Пошла вон. — сухо произнёс хозяин дома. — Альберт. — Беатрис неодобрительно покачала головой, — Давай смотреть правде в глаза. В этом виноват ты. Не кто-то другой, и уж тем более не Акио. Именно ты заварил эту кашу. — Я сказал убирайся! — Риччи стукнул кулаком по столу.       Девушка замолчала. Она тяжело вздохнула, а потом медленно опустила голову, произнося: — Как будет угодно, господин.       Мужчина снова остался один. Он достал портсигар из внутреннего кармана своего пиджака и закурил. Провёл рукой по волосам. Он потерял последнюю нить управления этим детективом. Теперь ему придётся в срочном порядке менять абсолютно все свои планы. Подкупить его не вариант. Он слишком честный и правильный. Альберт выпустил табачный дым. Взгляд невольно упал на череп за стеклом, который тот перевёз из офиса в дом. Чёрные и пустые глазницы смотрели на хозяина особняка. — Не смотри на меня так, будто осуждаешь. — Риччи сжал зубами сигарету.       Череп ничего не ответил. Он лишь стоял на своём пьедестале и мирно существовал. Но, зная характер его владельца, тот с большой вероятностью начал бы читать лекцию о том, что так нельзя делать. Стекло немного блеснуло. Казалось, что с мужчине пытались что-то ответить, но всё безуспешно. — Думаешь это я плохой? Он сам виноват в том, что влюбился в меня. — Альберт будто оправдывался перед черепом.       По квартире была разбросана одежда. Акио сидел возле кровати и закрывал лицо руками. На полу валялся телефон. На экране виднелось уже знакомое окно: “Заблокировать контакт”. Он решил окончательно оборвать все связи с теми, кто когда-то был ему дорог. Но это не отменяло тот факт, что внутри всё сжималось от боли.       Немного успокоившись, молодой человек уже сидел на кухне за столом. Дрожащей рукой он заполнял заявление на увольнение. — Так быстро сдаёшься? Ты жалок. — послышалось шипение из угла.       Мацуи замер. Он быстро закрыл уши ладонями и начал медленно считать до десяти. Молодой человек знал, что это всего лишь галлюцинации из-за его травмы и не более. Но это было слишком реально даже для него. Что-то холодное коснулось его плеча. По телу побежали мурашки. — Это просто голос в моей голове. Тебя не существует. Ты всего-навсего моя травма. — шептал японец, пытаясь прийти в себя. — Сдался. Сдался. Сдался. — продолжал повторять скрипучий голос.       Акио пытался дышать. Он хватал ртом воздух, как рыба на суше. Голова заболела. Детектив закрыл глаза. Ему нужно было лечь спать как можно скорее. — Я разочарован. — раздался знакомый и родной голос.       По щеке скатилась слеза. Молодой человек опустил голову и посмотрел на своё заявление. На него упало пару капель. Акио шмыгнул носом. Он и правда сдался. У него больше не осталось сил бороться. Мир вокруг будто давил на него. Казалось, что ему больше не место здесь. Японец встал и, шатаясь, вышел из кухни. В руке он держал банку с пивом. Плюхнулся на кровать, поджав ноги. Он всегда был чужим здесь. Лучшим вариантом для него было вернуться на родину.       Пол скрипнул. Мацуи сжал пальцами одеяло и медленно поднял голову. Знакомая фигура с синими волосами. Оно снова пришло поиздеваться над бедным детективом. Существо стояло в углу и прожигало взглядом красных глаз японца. Скалилось. Гоготало. Облизывалось. — Жалкий. Умри. — с шипением произносило оно. — Убирайся прочь! — истерически крикнул Акио.       Банка полетела в сторону фигуры, но силуэт быстро растворился, как будто его и не было никогда. Золотистая жидкость пролилась на пол. Молодой человек глубоко вдохнул, закрыл глаза и снова начал считать. Голос дрожал на каждой новой цифре.       В голове резко всплыло лицо Альберта. Это холодное выражение. В нём не было ни капли сожаления или сочувствия. Только ледяное молчание. Мацуи сжал губы. Слёзы снова начали бежать по его щекам. — Ненавижу.. — всхлипывая, прошептал тот.       Ему было больно, но глубоко в душе так не хватало чужого тепла. Хотелось открыть дверь и увидеть на пороге мужчину. Возможно, ударить его, а потом поцеловать. Но было уже поздно. Решение принято. Этот человек не достоин видеть слабость молодого человека. Хватит.       Щёлканье ножниц. Японец держал свои пряди в руке. Смотрел на себя в зеркало. Длинные волосы аккуратно лежали на его плечах. Они создавали хрупкий и нежный образ. Акио медленно расчесал пальцами свои локоны. Он положил ножницы на раковину и опустил голову. Сердце и голова бились в бою. Импульсивность – это плохо, поэтому молодой человек судорожно вдохнул, собираясь уйти. Но резко остановился, смотря в зеркало. — Я уже говорил, что мне нравятся твои волосы? — мимолетно пролетела чужая фраза.       Щелчок. Белая прядь упала на пол. За ней вторая, третья. Мацуи стоял перед зеркалом и срезал длину. Рука двигалась жёстко и точно. Молодой человек был настроен серьёзно, поэтому он не останавливался. Весь пол вокруг него уже был в волосах. Ножницы громко щёлкали, разрезая очередную прядь.       Японец всхлипывал, но продолжал. С каждым новым локоном он будто прощался со своим прошлым. Разрушал последний мост, который мог связывать его с другими. Руки невольно дрожало от осознания точки невозврата. Но впервые он принял самостоятельное решение. Никто больше не мог его удержать. Чувства трескались с каждым волоском.       Вскоре он просто стоял перед зеркалом и смотрел на себя. Сейчас это был кто-то другой. Кончики волос доходили до линии нижней челюсти. Каре было не очень ровным. Японец робко провёл пальцами по своей новой стрижке. Было некомфортно. Только что он самостоятельно отнял у себя же часть себя. Всхлипнув, тот вытер слёзы с уже покрасневших глаз. Его мир практически полностью разрушен.       Выйдя из ванной, молодой человек поднял банку с пола и бросил тряпку на мокрое пятно. Голубые глаза невольно зацепились за лист бумаги. Японец сглотнул, но поднял его. — Заявление на перевод в команду детективов Райана Кейна: «Бесшумные». — прочёл Акио первую строчку.       Документ был полностью заполнен. Нужно было всего-то оставить свою подпись. Мацуи глубоко вдохнул, а потом нахмурился. Пальцы сжали бумагу. Что-то внутри него кричало о том, что ему это не нужно. Посмотрев в окно, японец остался стоять в тишине с листом в руках.