S*******

      Всю ночь, после того злополучного дня, Лоренцо провёл в истерике. Он не смог ни разу сомкнуть глаз и провалиться хотя бы в дремоту — мысли сразу же выводили его из полусна и он возвращался в круг рыданий. Лоренцо и без того спал плохо с тех пор, как приехал в Витшайд, что ему совершенно не пошло на пользу: от стресса он похудел ещё сильнее, а под глазами залегли тени. Он прятал это за слоями тонального крема, но всё равно беспокоился, как бы его внешность не испортилась: Энгель не должна разочароваться в нём сильнее, чем уже успела.       Это утро Лоренцо встретил с пением птичек за окном. Всё было слишком неправильным, слишком светлым. Солнце даже выглянуло из-за косматых мецрейховских туч. Лоренцо чувствовал себя странно под этими лучами, выглядывающими из-за тяжёлых штор. Совсем скоро должен был приехать Тидеман, а Лоренцо выглядит так, как обычно выглядел под конец очень загруженной смены. Но в отличие от тех времён он больше не работает с клиентами, а по ночам его так мотает истерика, а не очередные голодные руки.       Всё вокруг было странным. Лоренцо совсем недавно бился в истерике, уверенный в том, что Энгель прикажет расстрелять его со дня на день, а сейчас уже утро. И люди спешат, люди смеются, люди болтают, люди продолжают жить даже тогда, когда Лоренцо кажется упустил эту самую жизнь из рук. И сейчас он задумывается: а что останется после него? Кто-то будет плакать на его могиле, если его всё же расстреляют? А будет ли у него могила вообще или его тело сожгут в крематории? У Лоренцо не осталось ничего: ни родителей, ни Валентино, ни друзей, ни дома. Он потерял всё, и если он умрёт — никто и не заметит. Энгель забудет об их интимной интрижке, Лоренцо у неё не первый и далеко не последний. Сколько у неё было таких, как он? Наверняка не сосчитать. Кто он по сравнению с этим существом, живущим на этой земле веками? Лоренцо просто пылинка, просто секунда в этой вечной жизни — он ничего не стоит для Энгель.       Звонок в дверь вырвал Лоренцо из мыслей, заставляя его вспомнить о том, что время не остановилось. Сначала Лоренцо испугался: его внешний вид оставлял желать лучшего, а он никогда не позволял себе появляться в подобном образе перед кем-либо. Но всё же... Тидеман не был его клиентом. Лоренцо не нужно было красоваться перед ним. А как ему уже стало известно, соблазнениям Тидеман не поддаётся. Так зачем ему вся эта мишура? Сейчас Лоренцо должно было заботить только то, что о нём думает Энгель.       С такими мыслями Лоренцо наплевал на всё и просто устало поплёлся ко входной двери. Сил не было совершенно: хотелось просто поесть чего-то сытного, сладкого и пойти наконец-то поспать. Когда Лоренцо открыл дверь, он встретился лицом к лицу с Тидеманом. Тот ничего не сказал про внешний вид Блази, а просто прошёл внутрь, закрывая за собой дверь.       —Доброе утро, герр Блази, — поприветствовался он, после чего протянул Лоренцо бумажный пакет, от которого приятно пахло выпечкой, — вот ваш сегодняшний завтрак. Эклеры.       Лоренцо успел обрадоваться, но потом стушевался. Он сейчас был таким... худеньким. Ему не сильно то и хотелось терять эту форму, а если он сейчас наестся эклеров, то потом не сможет себе отказать и в других сладостях — и снова наберёт вес! А он на стрессе его так хорошо сбросил...       Покривив губы, Лоренцо слегка пихнул бумажный пакет.       —Нет, спасибо. Я буду только кофе, — сказал он, уже собираясь пройти на кухню, чтобы заварить кофе, как Тидеман его остановил, коснувшись плеча.       —Меня попросили... убедить вас съесть эти эклеры, — мягко сказал Тидеман, слегка поджимая губы, — приказ герра Крауса. Их Святейшество считает, что вы слишком худы.       Лоренцо обернулся и округлил глаза, после чего вцепился в бумажный пакет под урчание своего живота.       —Так значит госпожа Краус хочет, чтобы я был в теле... — пробормотал он себе под нос, — хорошо... Спасибо, Хайнц!       После этого Лоренцо убежал на кухню делать себе кофе и наконец приняться за эклеры.       Первый укус отдался в Лоренцо наслаждением. После такой истерики что-то сладкое и любимое было самым настоящим удовольствием — Лоренцо представил, будто заслужил эти эклеры взамен на несколько часов мучений. Тидеман смотрел за тем, как Лоренцо уплетает свой завтрак, неловко переминаясь с ноги на ногу.       —Я запросил у Их Святейшества разрешения познакомить вас с моей дорогой женой, — неожиданно начал Тидеман и Лоренцо почти подавился.       —Твоя жена?! — пискнул он, округляя свои и без того большие зелёные глаза, — и что сказала госпожа Краус?       —Герр Краус дал добро на ваше знакомство. Он сказал, что вам было бы неплохо пообщаться с кем-нибудь извне, чтобы не сойти с ума от одиночества, — сказал Тидеман и слегка приулыбнулся тёмной половиной лица.       Лоренцо взволнованно продолжил есть эклеры, раскачивая своей ногой. Ему стало так волнительно перед этой встречей! Прошлые переживания Лоренцо с удовольствием отодвинул на второй план — сейчас было важнее предстать перед новой знакомой в лучшем свете. Какой она будет? Лоренцо знал о ней мало, потому что Тидеман не распространялся об их личной жизни, но каждый раз, когда Лоренцо доводилось слышать какие-то мелкие вещи о ней — Тидеман не мог сдерживать своей улыбки. Лоренцо хотелось верить, что она хороший человек и что она верна Тидеману так же, как и он ей. Ведь если её муж не пристаёт к Лоренцо, то и она не будет, верно? Да и к тому же Тидеман будет рядом, она не осмелится полезть к Лоренцо прямо при нём.       —А во сколько мы пойдём? — поинтересовался Лоренцо, наконец покончив с эклерами и допив свой кофе.       —Я предупредил Поллиану, что мы будем примерно в полдень, — бодро ответил Тидеман и Лоренцо даже слегка приулыбнулся.       После ночной истерики он чувствовал усталость и опустошение, которые хотелось заткнуть заботами о предстоящей встрече. Так что Лоренцо принял решение сделать хоть какую-то работу по дому: в запасе у него было около четырёх часов и девать их было некуда. Он принялся перемывать посуду, скопившуюся в раковине; Лоренцо старался вслушиваться в шум воды больше, чем в собственные мысли.       Затем Лоренцо вытер руки о полотенце и отправился смотреть телевизор. Как раз займёт себя чем-нибудь до девяти! Лоренцо присел около телевизора, привычно прокрутил ручку до щелчка. Потом откинулся на диван и стал ждать, пока телевизор нагреется. Лоренцо перебирал свою пижаму в пальцах, кусая губы. Будут ли сегодня показывать Энгель по новостям? Будет ли она снова что-то вещать на этом незнакомом грубом языке? Лоренцо всегда был далёк от политики, его больше волновал он сам и собственная жизнь, но даже он знал, каким агрессором является Мецрейх. Благо не так, как это было лет пятнадцать назад.       Вскоре телевизор зашипел и на нём показалась картинка. Конечно же это была Энгель. Лоренцо скривил губы и поспешил покрутить ручку, чтобы переключить канал. После вчерашнего ему совершенно не хотелось видеть эту зубастую рожу. Очень не хотелось думать о том, что она будет последним, что он увидит перед расстрелом... Но ведь сегодня Энгель прислала ему эклеры, верно? Не всё потеряно, да? Или это такая извращённая форма предсмертного ужина? На другом канале показывали новости самого Витшайда, которые Лоренцо стал смотреть с большим интересом, потому что там не было Энгель (хотя по гримски он всё равно не понимал ни словечка).       В какой-то момент Лоренцо обернулся на Тидемана, исправно стоящего позади него. В моменте Лоренцо стало его даже жаль: стоит тут истуканом целый день, следит за каким-то жиголо, хотя мог бы проводить время со своей любимой жёнушкой. А хотя всё же... это его работа! Тидеман сам согласился на это. Так что Лоренцо мысленно развёл руками: не его дело.       —Эй, Хайнц, — позвал он, на что Тидеман слегка приподнял голову и вопросительно глянул на него, — а твоя жена говорит по-ригальски?       —Да, — кивнул Тидеман, — в Мецрейхе многие говорят на ригальском, но не все делают это хорошо. Я бы всё же посоветовал вам выучить гримский.       Лоренцо тяжело вздохнул и закатил глаза, затем цыкнул и заскрёб пальцами по полу.       —Я и так знаю два языка! Не слишком ли вы много требуете от одного бедного жиголо? — Лоренцо скуксился, надувая губки.       —Так вы больше и не жиголо, — спокойно ответил Тидеман, пожимая своими крепкими плечами.       Лоренцо затих, несколько секунд смотря на него. Не жиголо? Разве? Что поменялось за эту неделю с хвостиком с тех пор, как его поймали в баре? Разве он перестал быть тем, кем бы всю свою жизнь? А считал ли Тидеман, что всё действительно поменялось или сказал это просто потому, что так ему приказали думать? Действительно ли он считает, что "реабилитация" Лоренцо пройдёт успешно и верит ли он в то, что она вообще существует? Лоренцо поджал губы, помолчал и слегка улыбнулся, после чего негромко сказал:       —Ну раз так, я тогда подумаю над тем, чтобы начать учить гримский...       Ближе к полудню они вышли на улицу, идя до квартиры Тидемана. Лоренцо с интересом осматривался вокруг — он ещё никогда не заходил настолько далеко! Обычный его маршрут составлял от кулинарии и обратно, но в этот раз ему было позволено осмотреть столицу чуть шире. Витшайд оказался не таким уж и  серым: да, многие дома всё ещё были в сдержанных тонах, но иногда Лоренцо всё же видел красивые плодоносящие деревья и зелёные парки. Конечно, это не сравнится с Калерно, но Лоренцо уже и не надеялся увидеть свою родину когда-нибудь вновь, хотя и грезил об этом.       На удивление, Лоренцо по пути стало не холодно, а жарко и он скинул с себя тонкое пальто. Солнышко приятно припекало и заботливо ласкало макушку, сжигая последние плохие мысли. Нет, в такой солнечный погожий день он точно не умрёт. Ему нужна эта позитивная передышка и Лоренцо её ни за что не упустит.       Тидеман со своей женой жили на втором этаже. Квартира была приличная и находилась не так уж далеко от центра Витшайда. Пешком от квартиры Лоренцо, до жилья супругов было минут двадцать прогулочного шага. На пороге Лоренцо заволновался. Можно подумать, что ему это ни к чему, ведь он знаком со столькими людьми в этом мире! Только вот  обычно он знает чего ждать от них, а тут — он совершенно без понятия. И в последнее время таких людей, мотивы которых он абсолютно не знает, слишком много в его жизни. Но всё же Тидеман открыл входную дверь и они прошли внутрь.       В квартире пахло приятно, чем-то древесным и спокойным. Лоренцо с интересом начал осматриваться, но тут в прихожую вошла сама хозяйка дома. Поллиана оказалась достаточно высокой женщиной, но всё же сантиметров на десять ниже самих Тидемана и Лоренцо. Она была одета в жёлтую рубашку и серые брюки с высокой талией, а на прямом носу у неё сидели очки.       Тидеман поспешно снял обувь и подошёл к ней, целуя в уголок губ. Лоренцо удержался от смешка, наблюдая эту сопливую сцену.       —Герр Блази, это моя жена — Поллиана Каррик, — представил он, слегка приулыбнувшись, — Полли, это Лоренцо Блази, мой... товарищ.       Лоренцо даже смущённо улыбнулся, не ожидав такого от Тидемана. Товарищ? Он правда считает его таковым? Даже учитывая, что он постоянно подшучивает над ним? Даже... Чёрт возьми, это очень приятно!       —Приятно познакомиться, госпожа Каррик, — промурлыкал Лоренцо, натягивая на себя всё своё привычное обаяние и протягивая руку.       Поллиана с удовольствием её пожала, лучезарно улыбаясь. Лоренцо всмотрелся в её глаза: абсолютно чёрная радужка с белыми зрачками. Выглядело очень красиво, особенно её взгляд из-под густых ресниц. Наверняка священная черта! Но скорее всего из-за таких зрачков Поллиана и носит очки.       —У вас очень красивые глаза, — сказал Лоренцо с небольшим придыханием, — вы бы с лёгкостью могли стать фотомоделью для журналов!       Поллиана хихикнула и отмахнулась, хотя по ней было видно, что она приняла комплимент с удовольствием.       —Бросьте, герр Блази, — отмахнулась она, после чего резво сказала, — и давайте на "ты". Называйте меня просто Полли, не люблю я эти формальности.       Лоренцо расслабился ещё больше. Поллиана была достаточно приветливой и совсем не проявляла к нему снисходительности или презрения, хотя могла бы и была бы абсолютно права. Всё-таки, Лоренцо был и остаётся проституткой, кто бы что ни сказал.       —Тогда называй меня просто Лоренцо, — сказал он в ответ, продолжая разглядывать Поллиану, — но всё же фотомоделью тебе было бы стать проще простого!       Поллиана фыркнула и закатила глаза.       —Ну ты и льстец, Лоренцо. Прямо как я и представляла, — поддразнила она, после чего сказала, — разувайся и проходи дальше.       Лоренцо снял свои ботинки и поставил их на полочку, после чего прошёл дальше. Он уже хотел пройти в гостиную, но его внимание привлекла металлическая изящная чашечка, от которой как раз и шёл приятный древесный аромат. Судя по гравировке на ней, она была из Вэйланга.       —А что это? — спросил Лоренцо, с интересом разглядывая предмет.       —Бахурница, — ответила Поллиана, подходя к чашечке и приоткрывая её.       Внутри тлел уголёк, помогающий разносить приятный запах по квартире. Лоренцо непременно захотелось заполучить что-то похожее и себе.       —Это из Вэйланга, да? — уточнил он, хотя был уверен, что ответ будет положительный.       —Да. Мне привезла подружка оттуда, — пояснила Поллиана, чем вызвала неподдельный интерес Лоренцо.       —А ковров, случаем, она не привозила? — спросил он, ещё сильнее разгоревшись интересом       —Привозила! Пойдём покажу, — с готовностью сказала Поллиана и повела Лоренцо в гостиную.       Комната оказалась просторной и светлой. У стены стоял диван, а рядом с ним журнальный столик. По периметру располагались ещё пара кресел с круглым столом, а у стены напротив дивана стоял небольшой шкафчик с прозрачными дверцами, за которыми виднелся красивый сервиз. Лоренцо сразу же подошёл к нему и с интересом оглядел. Красивый, наверное тоже из заграницы.       Поллиана подошла к шкафчику вслед за Лоренцо и слегка наклонилось, чтобы приоткрыть одну из нижних полок. Оттуда она достала небольшой, но плотный свёрнутый ковёр. Тидеман сразу же подскочил к ней и помог его развернуть, чтобы представить Лоренцо. Блази стал заворожённо осматривать красивые вышитые узоры. Ковёр был похож на тот, что был в кабинете Юлиуса, но всё же обладал каким-то своим уникальным шармом. Лоренцо всегда нравилась культура Вэйланга, так что в нём загорелось ещё большее желание иметь что-то подобное и у себя. Согласилась бы Энгель исполнить его очередной каприз или эта опция теперь навсегда закрыта для Лоренцо из-за его белой лжи?       Лоренцо поводил пальцами по узорам ещё какое-то время, внутренне сгорая от зависти. Эх, а ведь он мог выпросить у Валентино, чтобы они поехали на заработки в Вэйланг, а не в Мецрейх! И тогда бы всего этого не было, Лоренцо был бы свободен и никогда бы не встретился лицом к лицу с этим северным демоном...       —Очень красивый, — сказал Лоренцо, стряхивая с себя ненужные мысли, — умеют же в Вэйланге ковры делать.       Поллиана согласно угукнула и вместе с Тидеманом они свернули ковёр обратно, после чего Каррик вернулась к Лоренцо.       —Конечно понимаю, что спрашивать такое не совсем вежливо... — начала она и Лоренцо слегка напрягся, — но всё же ты, наверное, много путешествовал. Да и сам ты не отсюда. Мне интересно узнать твоё мнение о странах!       Лоренцо слегка удивился, но потом приосанился. Всё же, ему есть что рассказать! Блази напустил на себя вид заядлого путешественника и слегка закатил глаза, отходя поближе к дивану и падая на него совсем как какая-то дива. Поллиана уселась рядом с ним, готовая внимать его словам.       —Ой, дорогая, с чего бы начать... — вздохнул он, после чего заговорил с искренним жаром, — конечно, хочу начать со своей родины! Калерно — великолепная страна, кто бы что ни говорил. Представь себе: везде море, песок, красивые скалы, чайки летают...       Поллиана медленно закивала, её розовые волосы закачались вместе с головой, а из под прядок на макушке выбились маленькие рожки, которых Лоренцо до этого и не заметил.       —И менталитет там совершенно другой, совсем не как тут! — сказал он, слегка помахав своей ручкой, — в Калерно все более расслабленные, никуда не спешат и не бегут. Там свободы больше, намного! И люди сами по себе более открытые и оптимистичные... Да и достопримечательностей у нас там много! Всякие старые замки, когда-то принадлежащие графам, баронам, виконтам... и всем таким аристократам, в общем.       Поллиана с интересом слушала разглагольствования Лоренцо, улыбаясь и иногда кивая.       —Ой, я бы с удовольствием съездила в Калерно в отпуск. Когда-нибудь весной, когда ещё не так жарко! — мечтательно протянула она.       —Весной там, конечно хорошо, но лучше ехать в начале осени, — посоветовал Лоренцо, — жара уже спадёт, но вода все равно будет очень тёплой, да и людей будет намного меньше. И в целом ранней осенью в Калерно еще красивее, чем летом! Хотя там всегда красиво, стоит признать... Ах, к слову, по поводу отпуска, — Блази слегка склонился к Поллиане, — а кем ты работаешь?       Поллиана хмыкнула и слегка прищурила свои красивые глаза.       —Я занимаюсь дизайном детских игрушек, — сказала она, заставляя Лоренцо искренне округлить глаза.       —О, это же так классно! — прощебетал он, — покажешь? Я так хочу посмотреть!       Поллиана поднялась с дивана и резво подошла к шкафчику, открывая одну из полок и доставая оттуда несколько плюшевых игрушек. После этого она вернулась и протянула их Лоренцо. Он ухватился за них и стал с почти детским интересом рассматривать. Игрушки было три: очаровательный курчавый барашек, миленький серый волчонок и тканевая черноволосая куколка. Лоренцо потрепал каждого и умилённо заворковал на калернийском.       —Какие они все прелестные! — сказал он вновь на ригальском, а затем взял в руки куклу.       Она была самая обычная, с глупой наивной улыбочкой и глазками-бусинками. Черные волосики были слегка растрёпанными, зато платье сидело на ней в самый раз. И как бы эта кукла ни была не похожа на Энгель, в голове Лоренцо всё равно всплыл её образ, который в общем-то и не покидал его голову последние несколько дней. Лоренцо слегка поджал губы, рассматривая куклу. Чего так вылупилась на него? Ну? Когда расстрелять прикажешь, а? Северный демон.       —Нравится? — неожиданно спросила Поллиана, смотря на то, как Лоренцо играет в гляделки с малышкой, — этот дизайн уже давно в работе, так что... Я могу тебе её отдать. Подарок в честь знакомства.       Лоренцо похлопал глазами, а потом расплылся в улыбке. Он бесцеремонно кинулся на Поллиану, стискивая её в объятиях.       —Ой, ой, ой, Полли, ты такая хорошая! Спасибо, спасибо, спасибо! — затараторил он под хихиканье самой Поллианы.       Оторвавшись, он осмотрел свою новую черновласую подружку. Что смотришь? Теперь ты принадлежишь ему!       Лоренцо отложил куклу и снова прильнул к своей новой знакомой.       —Ты такая щедрая, правда! — искренне поблагодарил он, в душе и правда стало светлее.        Он впервые за несколько лет получает такой бескорыстный подарок. Лоренцо, разумеется, получал много подарков и раньше, но клиенты всегда дарили их в надежде на то, что этой ночью он постарается ещё лучше. А Поллиана ничего не хочет от него, она просто подарила ему эту куклу, и для Лоренцо это в новинку.       Блази хотел сказать что-то ещё, взяв Поллиану за руку, но отвлёкся, рассматривая её ногти. Они были красивые, округлые и ярко-розовые.       —Ой, какая красота! Это ты где делала? — с интересом спросил он.       —В салоне красоты, — ответила Поллиана, после чего сама осмотрела ногти Лоренцо: тоже округлые, но покрашенные в зелёный, — ох, а ты где делаешь? Тебе разве можно в салоны красоты?       —А я сам крашу, — похвастался Лоренцо, слегка вздёрнув свой нос.       Поллиана восхищённо осмотрела его ногти ещё раз.       —Надо же! Так аккуратно! — ахнула она, после чего её улыбка стала чуть более заговорщической, — ой, когда я была в салоне последний раз, моя мастер тако-о-ое рассказала!       Лоренцо приосанился ещё больше и подался вперёд, чуть ли не в рот заглядывая Поллиане. Тидеман, присевший в кресло неподалёку, только лишь вздохнул и слегка покачал головой, хотя всё равно выглядел весёлым.       Весь следующий час или даже полтора Лоренцо и Поллиана провели за тем, что делились всевозможными сплетнями. Лоренцо не знал ни одного человека, о котором говорила Поллиана, но всё равно слушал с таким интересом, будто потом обязательно встретится с этими людьми. То же самое было и с его собственными историями. Поллиана с такой искренностью ахала на какие-то сюжетные повороты и грязные подробности, что Лоренцо чувствовал себя лучше некуда. Редко встретишь такого преданного первоклассным сплетням слушателя! Обычно он так шушукался только лишь со своими коллегами, но в новых реалиях их всех сейчас заменила Поллиана.       Наконец наговорившись, Каррик предложила пойти на кухню и поесть купленного ею пирога. Лоренцо с радостью согласился: он никогда не против сладостей! Особенно теперь, когда ему нужно было отъесть бочка. Если он хорошенько с этим справится, авось Энгель и передумает размазывать его мозги по брусчатке главной площади Витшайда.       Кухня оказалась небольшой, но уютной. Лоренцо присел за небольшой столик, рядом с ним присел и молчаливый Тидеман. Лоренцо украдкой заглянул в его лицо: был ли он рад, что Лоренцо так сдружился с его дорогой женой? Или он ревновал? Наконец Поллиана подала пирог и Лоренцо с наслаждением втянул его запах. Сытный и... совершенно не сладкий. Лоренцо слегка поджал губы, потому что запах от пирога был непривычным. С чем это он? Лоренцо взял кусочек пирога и переложил его к себе на тарелку, аккуратно подглядывая в начинку. Капуста? Он слегка покривился и поднял взгляд на Поллиану, которая смотрела на него смеющимися глазами.       —Что-то не так? — спросила она, хотя лукавый тон выдавал её понимание ситуации.       —Да нет, всё прекрасно, — сказал Лоренцо, натягивая вежливую улыбку и делая первый укус пирога.       На вкус это оказалось... приемлемым. Не то чтобы ему шибко понравилось, но есть было можно. Капуста была не тем, что он обычно видел в пирогах, так что по достоинству оценить было трудно — Лоренцо попросту привык к другим вещам.       —Ну как? Нравится? — спросила Поллиана, внимательно смотря на него, — сразу видно, что иностранец ты, Лоренцо. Капустные пироги мало кому из приезжих нравятся, разве что погорцам.       —Мне понравилось, вообще-то, — Лоренцо надул губы и в подтверждение своих слов сделал ещё один укус. Не то чтобы ему и вправду понравилось...       Поллиана хихикнула, сама принимаясь есть. Какое-то время они все втроём делали это молча, но потом Каррик решила разбавить тишину.       —Точно, Лоренцо! Хотела всё сказать... Это я настояла на том, чтобы Карльхен попросил у Их Святейшества разрешения на знакомство со мной! — сказала она, заставляя Лоренцо удивиться, — ой, муж столько о тебе рассказывал.       На этот раз Лоренцо не просто удивился, а почти подавился и совершенно некрасиво зарделся. О, отлично! Он благополучно забыл обо всех тех гадостях, которые наговорил Тидеману. Господи, пощади его душу. Или забери его прямо сейчас.       —Я... Я не всерьёз, Полли! Клянусь! Твой муж... — Лоренцо замялся, кинул взгляд на Тидемана (который был такой же красный, как и он сам) и продолжил оправдываться, — твой муж вообще не в моём вкусе!       Поллиана прыснула со смеху, а потом не удержалась и рассмеялась уже в полный голос. Затем она слегка утёрла уголки глаз и перевела дыхание.       —Не беспокойся, Лоренцо, — сказала она, после чего фыркнула, — я Карла вообще не ревную. Я знаю, что он мне верен и что мне нечего бояться.       Лоренцо с облегчением выдохнул и обмахнул себя рукой, стараясь согнать набежавшую в щёки кровь. Слава богу Поллиана не ревнует своего муженька, иначе бы ему было несдобровать! Хотя... Стала бы она так дружелюбно себя вести, если бы изначально хотела закатить скандал по этому поводу? Вряд ли.       —Вы так любите друг друга, — сказал Лоренцо, всё же стараясь сгладить углы ещё сильнее и перевести тему, — Хайнц всегда улыбался, когда упоминал тебя.       Поллиана улыбнулась более ласково и посмотрела на своего мужа из-под ресниц. Лоренцо заметил в её глазах что-то такое нежное, что и вправду поверил в эту сказку о вечной, безоговорочной и верной любви.       —Что же... Нам есть за что любить друг друга, — сказала она, заставляя Тидемана неловко отвести взгляд, но всё же расплыться в улыбке.       Лоренцо тихо хмыкнул и приподнял уголки губ. Видимо, они поженились не так давно, раз сейчас их чувства настолько сильные. Наверняка это продержится недолго, а потом всё равно угаснет. Лоренцо знавал многих женатых, уставших от брака, семьи и в особенности от партнёра. Но всё же, наблюдать за подобным было достаточно умилительно.       После пирога они ещё немного поболтали, а затем решили расходиться. Тидеман на прощание поцеловал Поллиану в щёку и обещал вернуться как можно скорее. Лоренцо так и хотелось оставить этих воркующих голубков вместе и просто вернуться в свою квартиру самому, но во-первых так нельзя, а во-вторых он уже раз двести забыл дорогу обратно.       По возвращении, у их входной двери стоял какой-то служащий. Лоренцо заволновался: кто это и чего он хочет? Неужели их сейчас поймали с поличным? Неужели им нельзя было выходить? Но мог ли Тидеман сделать что-то, не согласовав это с Энгель? Нет, Лоренцо отказывался верить, что такой солдафон, как он, может сделать что-то подобное. Когда они подошли, служащий поприветствовался с Тидеманом рукопожатием и отраптовал:       —Герру Блази письмо от Их Святейшества.       Лоренцо побледнел и его бросило в пот. Письмо? Какое ещё письмо? Что же? Его теперь точно расстреляют? После того, как он только что познакомился с Поллианой, его теперь прикончат?       Служащий протянул Лоренцо письмо, прерывая безумный ход его тревожных мыслей. Лоренцо потянул Тидемана за рукав его кителя, чтобы тот поспешил открыть входную дверь. Влетев в квартиру, Лоренцо присел в первое попавшееся кресло и мысленно взмолился богу. Лишь бы это был не смертный приговор. Лишь бы там не было написано, сколько дней ему осталось жить.       Лоренцо дрожащими пальцами распаковал конверт и выудил оттуда письмо. Почерк Энгель был торопливый и размашистый, но слова в нём угадывались чётко. Лоренцо затаил дыхание и принялся читать письмо.       "Герр Блази, прошлая наша встреча закончилась на весьма негативной ноте, но это не значит, что Ваша реабилитация отменяется. В следующую пятницу у Вас так же будет сеанс с герром Хетланном, но я хочу привнести некоторые изменения в наше расписание: теперь Вы будете посещать меня дважды в неделю. В пятницу, как и прежде, для посещения психолога и проведения времени и со мной, и во вторник, который будет отведён полностью для меня. Нам нужно выстроить более доверительные отношения и понять друг друга.

С уважением, Э. Краус"

      Лоренцо пробежался глазами по последним строчкам несколько раз. Потом вдохнул и выдохнул. Что ж... По всей видимости, угроза расстрела, мучившая его всю прошлую ночь и весь сегодняшний день, ушла. Но что же его ждёт теперь? И удастся ли им с Энгель выстроить эти так называемые "доверительные отношения"? Лоренцо не знает, но хотя бы этой ночью он будет спать чуть спокойнее.