Протокол Архитектор 2: Фоновый рендеринг слепого триумвирата

В Бездне отсутствовала смена суток. Пространство формировал лишь свинцовый, пульсирующий радиацией смог вместо неба и потрескавшийся базальт, издающий утробный гул под тяжелыми сапогами. Ло Бинхэ двигался вперед. Выбор маршрута, укрытия, тактическое преимущество — эти категории стерлись из его сознания вместе с остатками личности. Он просто продавливал пространство по прямой. Любая органическая материя, пересекающая его траекторию, мгновенно аннигилировалась. Из токсичного тумана вынырнула стая Скорпионовых Волков. Гибридные твари, закованные в фосфоресцирующий хитин, глухо зарычали, реагируя на сладкий запах королевской демонической крови. Бинхэ проигнорировал их вопли, сохранив прежний темп шага. Его ножны пустовали. Юноша генерировал сырую Ци — грубую, лишенную всякой структуры Тьму. Раскаленная энергия вырывалась из тела шипастыми плетьми, вскрывая панцири волков за долю секунды до их прыжка. Узкий каньон превратился в скотобойню. Осколки хитина, комья шерсти и едкий зеленый ихор разлетались шрапнелью, покрывая толстым слоем липкой грязи остатки его тактического шелкового халата. Убийство больше не приносило ни трепета, ни вкуса. Всё выгорело дотла. Внутри осталась лишь звенящая пустота, выжженная едкими комментариями его Архитектора. — Угол атаки смещен на двенадцать градусов от идеальной оси, — раздался в центре его черепа абсолютно плоский, механический голос. — Зафиксирован расход четырехсот единиц Ян-Ци на объекты класса «мусор». Математически нерационально. Рекомендую использовать точечный прокол в шейный ганглий для экономии ресурса. Бей Фэн вещала из Метеоритного Хрусталя на запястье. Её звук транслировался кристально четко, но интонационно напоминал зачитывание метеосводки. Ло Бинхэ подавил животное желание вырвать браслет вместе с куском собственного предплечья. Он перехватил горло последнего, бьющегося в конвульсиях волка и с садистским хрустом сомкнул пальцы, дробя позвонки в кровавую труху. — Юнит Бинхэ, — монотонно продолжила она, полностью игнорируя звуки бойни. — Отказ от прямых рекомендаций Навигатора ведет к ускоренному износу оборудования. Твой пульс достиг ста шестидесяти ударов. Дыхательный ритм сорван. Действия неэффективны. Требую объяснений: почему ты игнорируешь холодное оружие? — Заткнись, — прохрипел демон, выплевывая сгусток запекшейся крови на камни. — Команда «Заткнись» не распознана как валидный аргумент. Я фиксирую прогрессирующее снижение когнитивных способностей. Ты деградируешь, Бинхэ. Твой КПД падает к отрицательным значениям. Каждый слог, произнесенный этим ледяным баритоном, работал как удар кнута со стальным наконечником. «Деградируешь». «Неэффективен». Она препарировала его действия с бухгалтерской дотошностью, пока он превращал местную фауну в фарш, отчаянно пытаясь заглушить её голос хрустом ломающихся черепов. Из ближайшей расщелины, фонтанируя кислотой, вырвалась гигантская Броневая Многоножка. Бинхэ намеренно остался стоять на месте. Он позволил твари всадить зазубренное жвало глубоко в левое плечо, жадно ловя этот импульс. Боль вспыхнула ослепительной искрой и мгновенно захлебнулась в агрессивной демонической регенерации, став лишь бледным эхом того ужаса, что генерировал голос в голове. — Внимание. Зафиксировано проникающее ранение мягких тканей. Потеря биологической жидкости — двести миллилитров. Ты пропустил фронтальную атаку намеренно. Запрашиваю классификацию: фатальная ошибка логики или окончательный сбой инстинкта самосохранения? — отстраненно поинтересовалась Бей Фэн. — С такими показателями ты превращаешься в абсолютно бесполезный актив. Ло Бинхэ занес залитую ихором руку для смертельного удара, намереваясь размозжить хитиновый череп многоножки. Внезапно сознание с тошнотворным рывком выдернуло из физической реальности. Грохот Бездны померк, сменившись вязким туманом ментального пространства. Перед ним материализовался Мэн Мо. Древний Демон Снов выглядел пугающе нестабильным — его призрачная фигура дрожала и шла рябью, словно пламя свечи на ветру. Каждая крупица его духовного силуэта так и дышала чистым ужасом. — ХВАТИТ! — взревел Мэн Мо. Звук ударил по разуму с силой падающей скалы, намертво сковав все тело. — Остановись, тупоголовый щенок! Ло Бинхэ посмотрел на наставника абсолютно пустыми, мертвыми глазами, лишенными малейших признаков зрачка. — Помолчи, старик. Я занят, — глухо отозвался юноша. — Я утилизирую местный мусор. Мой статус аналогичен, следовательно, я нахожусь среди своих. — Ты суицидальный кретин! — Мэн Мо подлетел вплотную, размахивая полупрозрачными рукавами. — Какого демона ты творишь?! Ты слушаешь эту проклятую стекляшку на запястье и принимаешь ее бред за истину?! Добровольно отдаешь свою волю этой бездушной побрякушке?! — Её расчеты безупречны, — ледяным тоном парировал Бинхэ. — Моя эффективность критически мала. Я — системная ошибка. Она озвучила факт: статистика вероятностей была бы лучше, сгний я в утробе. Архитектор никогда не допускает погрешностей в анализе. — АРХИТЕКТОР?! — Мэн Мо исступленно схватился за седую голову. — Мальчишка, протри глаза! То, что сейчас сидит у тебя на руке — больше не твоя драгоценная шимэй! Это обломок! Изувеченный фрагмент! Бинхэ резко нахмурился. Вокруг начала сгущаться плотная, агрессивная Тьма. — Закрой рот. Она — единственная оставшаяся истина. — Истина?! — Мэн Мо бесстрашно ткнул призрачным пальцем прямо ему в лоб, с треском сокрушая барьеры разума. — Твоя проклятая память хранит всё! Вспомни миг ее гибели! Вспомни, как выглядела ее истерзанная душа, когда ты выдирал ее из остывающего тела! Ло Бинхэ попытался отмахнуться, но древний демон насильно развернул перед его внутренним взором запечатанное воспоминание во всех кошмарных подробностях. Ущелье Цзюэди. Вымораживающий холод. Запах озона и крови. Он судорожно прижимает черный браслет ко лбу мертвой Бей Фэн. Серебристая, тягучая дымка медленно вытекает из её плоти. Но это пламя было лишено чистоты. Бинхэ вгляделся в детали. Прежде, прокручивая этот миг сотни раз, он видел лишь собственную боль, а разум трусливо блокировал и прятал от него страшные подробности, которые он просто не в силах был осознать. Теперь, ведомый властным пальцем Мэн Мо, он разглядел внутреннее устройство ее души. Серебристая искра была покрыта густой сетью черных, рваных трещин. Она билась в агонии, заходясь судорогами. Крошечные фрагменты ее свечения — ее личность, сухой сарказм, скрытое тепло — осыпались мертвым пеплом еще до того, как успевали втянуться в кристалл. — Видишь?! — орал Мэн Мо, указывая на распадающуюся дымку. — Она уничтожена! Душа расколота! Техника Старого Спрута и твой собственный выброс Первозданной Тьмы в клочья разорвали ее бессмертный дух! То, что ты запер в камне — это жалкий огрызок! Холодный расчет, лишенный чувств, выжженный до основания и не знающий удержу! Ло Бинхэ замер. Воспоминание зависло перед глазами на паузе. Трещины. Уродливые, черные разломы на том единственном существе, которое он любил больше собственного Ядра. — Она… сломана? — голос впервые за долгое время дал сбой, потеряв механическую ровность. — Она разрублена на куски! — бушевал Демон Снов. — Ты вообще слышишь, какой бред она несет? «Ты мусор», «Ненавижу», «КПД равен нулю». Это говорит не Бей Фэн! Это бредит ее истерзанная душа! Из нее вырвали всю привязанность! Выжгли сострадание! Она сейчас как тупой голем, по кругу твердящий эти жестокие слова! Старик подлетел вплотную к лицу Бинхэ, заглядывая в расширенные от ужаса алые зрачки. — Ты слепо веришь треснувшему артефакту, от которого идет дым. Позволяешь сломанной вещи внушать тебе мысль о собственном ничтожестве. А в реальности… в реальности она сидит в этом хрустале слепая, глухая и абсолютно безумная. Она даже не понимает, какую боль причиняет тебе. Мир Ло Бинхэ, выстроенный на саморазрушении, с оглушительным скрежетом качнулся. «Ошибка прошивки…» — эхом отозвались в висках недавние слова Бей Фэн. Прежде они выжигали внутренности кислотой, но сейчас обрели спасительный смысл. Она чеканила приговор его существованию, а голос Мэн Мо безжалостно расшифровывал подтекст: её исходный код поврежден, разум генерирует галлюцинации. — Выходит… — Бинхэ сглотнул вязкий ком. В центре груди, посреди мертвой пустоты, внезапно вспыхнуло пламя. Дикий, обжигающий жар начал стремительно плавить внутренний лед. — Выходит, она меня не ненавидит? Она... — Тупой мальчишка! Никогда не думает, пока кто-нибудь пальцем не ткнет! Из нее вырвали саму способность чувствовать! — рявкнул древний демон. — Ее дух покалечен, хребет ее души сломан! Ты никакой не мусорный бак. Ты — единственный, кто остался рядом с безумным божеством, бредящим в лихорадке! Ло Бинхэ рухнул на колени прямо в серый туман подсознания. Пальцы впились в лицо, раздирая кожу до крови. Плечи затряслись от крупной дрожи. Горячие капли покатились по щекам — слезы оглушительного, сносящего все преграды облегчения. Она его не отвергала. Она была смертельно ранена. Раскололась надвое исключительно из-за того, что его собственная защита дала брешь. Ее жестокие слова — бред умирающего разума. «Моя изломанная девочка… — пронеслась мысль, затапливая сознание волной собственнической нежности, способной плавить гранит. — Насколько же тебе больно внутри тесной стекляшки, раз твой разум порождает подобное? Как сильно ты изранена, если забыла тепло нашего общего одеяла?» Он поднял голову. Мертвая пустота в алых радужках сменилась фанатичным огнем безумной решимости. — Я обязан её починить, — прошептал он. — Мэн Мо… я соберу её душу воедино. — Наконец-то достучался! — выдохнул старик, утирая несуществующий пот со лба. — Тебе противопоказано умирать, тупица! Иди ищи то, что вернет её к жизни! — То, что вернет её… — Бинхэ плавно поднялся. Образ юноши в мире снов мгновенно изменился. Пропитанные кровью лохмотья осыпались пеплом, сменившись безупречным черным шелком с вышитым Пауком и Лотосом. — Мне требуется новое вместилище. И Синьмо, чтобы усмирить её мечущийся дух до момента возвращения в плоть. Он с хрустом сжал кулаки. — Она смертельно больна. Я — её единственный целитель. Её личный Паук. Я заплету разбитую душу обратно в монолит. Принудительно заставлю вспомнить, как сильно она во мне нуждалась. Даже если ради этого придется пересобрать её архитектуру с нуля. — Здравый подход! — Мэн Мо хищно оскалился. — А теперь возвращайся в реальность и прекращай подставляться под жвала. Твоей подопечной требуется живой лекарь, а не кусок пережеванного мяса. Ло Бинхэ открыл глаза в сумерках Бездны. Многоножка по-прежнему нависала сверху, щелкая жвалами в предвкушении броска. Бей Фэн внутри браслета продолжала монотонно бубнить: — Юнит Бинхэ, время простоя превысило лимиты. Игнорируешь входящий урон. Твой интеллект… — Тише, Архитектор, — с пугающей нежностью отозвался юноша. Одно текучее движение. Вспышка концентрированной Ци — и бронированная тварь разлетелась на тысячу дымящихся осколков, издав лишь короткий влажный писк. Бинхэ поднес запястье к губам и благоговейно поцеловал матовый камень Метеоритного Хрусталя. — Ты бредишь, моя хорошая. У тебя сильный жар. Ничего страшного. Твой племянник здесь. Паук на страже. Мы идем за лекарством. — Что за внезапный сбой протокола? — возмутился голос в его черепной коробке. — Почему уровень пафоса вырос на двести процентов? — Потому что я приступаю к ремонту, — ответил он. Он шагнул вглубь Бездны. Походка вновь обрела хищную легкость. Появилась четкая Цель. Священная Миссия. И горе любому демону, посмевшему встать между ним и материалами для Богини. Лог Системы: [Событие "Ментальный Дебаггинг / Вмешательство Мэн Мо" завершено успешно.] [Статус Ло Бинхэ: "Кризис миновал".] [Присвоена новая категория: "Фанатичный Хирург-Яндере".] [Бей Фэн: Режим "Сломанный Тамагочи" активен. Оценка ситуации: "Пользователь сошел с ума". Ошибка прогнозирования: Летальная для экологии Бездны.]