Букет весенних гербер

"Ничего никому не сказав, Ты уйдешь, но внутри ты со мной. Ты меня отыщи по глазам, по слезам Что текут непослушной рекой, постой! ***** Сшей крылья облаков и не нужно слов. Я тебя люблю! Слышишь, но Время нас несёт, время нас зовёт к разным берегам". Мика Ньютон -" Выше, чем любовь" 🎼 В голове так беспощадно гудело, словно кто-то бил в набат со всей силы, ничуть не жалея окружающих. Женщина попыталась открыть глаза, но веки упорно не поддавались, будто налитые тяжестью. В горле першило, виски по-прежнему сдавливало, но ей удалось уловить сквозь пелену тумана в голове обрывки фраз. Такой приятный и такой знакомый голос. Марго сделала ещё одно усилие над собой, чтобы попытаться вспомнить, кому же он принадлежит. Почему это было так сложно? Так невыносимо сложно, что Марго обречённо простонала, не открывая глаз. Так хотелось его увидеть! Этого прекрасного ангела, ласковый голос которого тёплыми нотками окутывал всё её существо... - Марго! Очнись же, милая! - Ммм, - Маргарита сделала рваный вздох и неожиданно открыла глаза. Тупая резкая боль пронзила её тело и она сморщилась. Над ней возвышался обеспокоенный мужчина, который аккуратно поглаживал ладонью её лицо. Женщина медленно попыталась присесть и мужчина сразу же принялся помогать ей, заботливо придерживая за руки и спину. - Боже мой, Маргарита, как ты меня напугала! - Ребров, убери свои руки, - Маргарита оттолкнула ладони мужчины, всё ещё чувствуя боль в голове и головокружение. - У меня боязнь замкнутых помещений. Ах да, ты же не знал, бросив меня ещё задолго до того, как я об этом узнала! - Марго! - с лёгким укором проронил Гоша. - Пожалуйста, дай мне всё объяснить. - Будет лучше, если ты вытащишь нас отсюда, пока мне снова не стало плохо! - сквозь зубы процедила женщина, прикрывая глаза. Повторения приступа очень не хотелось, но тупой, дурацкий страх никуда не исчезал. Напоминая о себе пульсирующими висками и холодеющими пальцами рук. - А потом можешь идти на все четыре стороны туда, откуда ты взялся! - Маргарит, да что я могу сделать? Здесь даже сеть не ловит, - Игорь с досады закусил нижнюю губу. Но его тревожило вовсе не внезапное заточение, хотя и страх за любимую щедро играл на его оголившихся нервах. Мужчина пытался сообразить, как подступиться к Марго, которая так отчаянно закрывалась, выставляя невидимые барьеры. Которые он, однако, был не в силах перешагнуть. - А что ты вообще можешь, Ребров? - в её голосе проскользнули нотки отчаяния. - Делать больно, рушить мечты, давать обещания, чтобы потом ударить как следует? Появиться спустя двенадцать лет, чтобы что? Добить окончательно, напоминая о том, что мы когда-то были счастливы? Или это всё было ложью, Игорь? Женщина вскинула голову и он отчётливо увидел в её прекрасных глазах, полных печали и безысходности, едва проступившие прозрачные капельки жидкости. Его сердце практически разрывалось на части, поражённое саднящей болью. Глухая, тянущая боль, причиной которой был он сам. То, что он сделал много лет назад, и теперь он всего лишь мечтал, чтобы Марго выслушала его. Уже и не надеясь хотя бы на малую толику прощения в душе этой потрясающей и такой родной женщины. - Марго, я прошу, - он простонал, съезжая по противоположной стене лифта на пол, и обхватил голову дрожащими руками. - Даже казнённому давали последнее желание. Выслушай меня, любимая. - Заткнись, Ребров! - прошипела Маргарита в пустоту, мотая головой, точно пыталась прогнать непрошеное видение. - Ты предал меня, а теперь имеешь наглость называть... - Я тебя не предавал, - обессиленно прошептал Гоша, не давая ей договорить. Он прислонился затылком к стене, возводя глаза к потолку, где через раз мигала одинокая небольшая лампа, грозив потухнуть совсем. - Я думал, что так смогу защитить любимую девушку. И маленькую Лелю... ********* Двенадцать лет назад. "Прости" "Прости" "Прости" Он перечитывал это короткое сообщение уже, кажется, сотню раз, прерываясь только лишь на очередной глоток обжигающей горло жидкости. Глоток за глотком и эти чёртовы шесть букв. Шесть простых букв, которые одним махом разделили его жизнь на "до" и "после". Когда-то там, "до", у него было всё: любовь всей его жизни - очаровательная и самая милая на свете девушка Маргарита, добрая, нежная, восхитительная, самая желанная и только его. И прелестная маленькая принцесса Леля - светловолосый ангел, которая смотрела на мужчину своими большими живыми глазками и робко шептала "папочка", украдкой, когда думала, что он не замечает. Но он слышал каждый раз и его сердце буквально замирало от радости. Его прекрасные девочки рядом, прямо сейчас, и большего он не смел желать. А "после"... Бутылка дорогого французского коньяка и чёртовы буквы, которые он отправил ей сообщением. Зная, что потеряет Маргариту, возможно, навсегда. Когда же всё пошло не так? В тот самый первый звонок, который он принял за чью-то идиотскую шутку? Было совсем не смешно. Глупый случайный розыгрыш, ведь так никто не мог пошутить из его друзей. Или мог? Гоша растерянно гнал от себя подобные мысли, убеждая, что всякое в жизни бывает, но это не может быть с ним. Просто не должно. Так когда же? После тех фотографий? Фотографий, на которых Марго прогуливалась с улыбающейся маленькой девчушкой в забавной зелёной шапочке? Фотографий, на которых их глаза лучились необъятным счастьем и не было в тот момент никого прекраснее? После печатных писем с угрозами на прежний адрес Игоря? Без обратного адреса, без марок и каких бы то ни было отметок. Тупой, идиотский розыгрыш, не иначе. Как он мог выполнить их идиотское требование уйти от Маргариты? Как они вообще могли подумать, что Гоша сможет оставить любимую женщину и их маленькую дочку? Как он сможет бросить свою семью, своих близких и любимых? Роднее кого для него больше не было. Или тех фотографий, где Марго и Леля гуляли по больничному двору? И ещё одной девочки, которая была как две капли воды вылитой их принцессой. После очередных фото в груди Гоши похолодело. Все его любимые люди были щедро расчёрканы красной пастой. Тогда он и понял, что это серьёзнее, чем можно было подумать с самого начала. Конечно, он пытался найти автора этих мерзких посланий. Подозревал всех и каждого. И вместе с этим судорожно искал выход из ситуации. Тогда как до выписки Лёли оставалось каких-то несколько дней. Но все попытки найти обидчика были тщетны. А времени, которое ему дали на выполнение требований, оставалось практически нисколько. Он хорошо помнил разговоры с Марго, когда она пыталась его вразумить, чтобы удочерить и Лесю. Гоша стойко отмалчивался, не находя никаких веских аргументов против взволнованых и умоляющих глаз любимой. Его мутило от нервов, а перед глазами стояли те фото с перечёркнутыми красным силуэтами близких. Он с ужасом понимал, что Марго никогда уже не отступится от девочек. И боялся. Боялся каждый миг за них, боялся, что с ними что-то случится по его вине. Просто потому что он эгоистично не желал отказываться от дорогих сердцу людей. Первой его мыслью было уговорить Марго отказаться от девочек. Не навсегда, а всего лишь на время. Лишь на тот промежуток времени, пока он бы искал того, кому это всё было нужно. Маргариту он бы отправил куда-то далеко, подальше от тех страшных людей. А потом. Они бы забрали своих маленьких принцесс и уже никогда никому бы не отдали. Стоило только подождать, пока всё разрешится. Но едва он видел взволнованное в очередной раз лицо Марго, понимал - она пойдёт напролом ради их общего счастья. Он не мог так рисковать. Каждый день Игорь терялся в догадках - конкуренты или, может быть, личные счёты? Пытался вспомнить хоть что-то, но память не подкидывала никаких вариантов. И в день выписки Лёли он принял решение. Все следующие двенадцать лет он ненавидел себя за это. А когда неожиданно Марго исчезла из города, Гоша готов был выть на Луну и рыть носом землю. На смену алкогольному забытью пришла бессонница. И время текло теперь совсем мучительно медленно. Как изощренный садист, что наслаждается муками своей несчастной жертвы. Жертвы, которая однажды выбрала неправильный путь. Приняла неверное решение, стоившее очень дорого. Решение, толкнувшее Игоря в беспросветную пропасть в никуда.