Самое безопасное место

Ночь тянулась мучительно долго. Воющая метель за окном яростно швыряла пригоршни снега в стёкла, то и дело заставляя рамы дребезжать, не давая мне ни секунды покоя. Затхлый запах застиранного белья въелся в ноздри. Но хуже всего было холодящее кожу ощущение чужого взгляда. Казалось, там, в самом тёмном углу комнаты, кто-то невидимый стоял совершенно неподвижно, таращась на меня не смыкая глаз. В конце концов, поддавшись страху, я с головой накрылся тонким одеялом, оставив лишь крошечную щель для воздуха. Проспал я совсем немного — по ощущениям, часа два или три. Разбудил меня резкий металлический лязг. Засов провернулся. Дверь в спальню приоткрылась, и внутрь бесшумно скользнул мой недавний знакомый. Он медленно приблизился к койке и, не поднимая на меня глаз, протянул шоколадный батончик. — Прости, что запер тебя... — его голос прозвучал совсем глухо, куда тише и неувереннее, чем при нашей первой встрече. Я сел на кровати, принимая неожиданное подношение. — Зачем ты это сделал? — спросил я, стараясь говорить ровно. — Это было, мягко говоря, неожиданно. Парень переступил с ноги на ногу, всё так же изучая узоры на линолеуме. — ...Мне пришлось. Пришлось запереть тебя, чтобы ты не вышел в коридор. Ночью там ходить нельзя. — Почему же? — Они следят. — Охранник? — я нахмурился. — Он вроде один на всё здание. Парень нервно мотнул головой, отбрасывая со лба волосы. Тем временем я надорвал обёртку и откусил приличный кусок. Голод дал о себе знать только сейчас. — Нет, — выдохнул мальчик, и в его голосе промелькнула дрожь. — Я не знаю, как это лучше описать... Но это очень страшное существо. Оно медленно ползёт по коридорам в темноте, и... Половина батончика уже исчезла. Парень наконец поднял глаза, но тут же отвёл взгляд в сторону. — Ладно, не продолжай, — прервал я его. — Мне этого достаточно. Я закинул в рот остатки шоколада, торопливо прожевал и сглотнул. Фантазия услужливо начала дорисовывать образы того, что может ползать в темноте пустой школы, но я усилием воли оборвал эти мысли. Эта информация сделала главное: она раскалила до предела и без того полыхающее желание убраться отсюда как можно скорее. — Спасибо за батончик, кстати. Он был очень вкусный, — поблагодарил я. — Да не за что, — парень слабо пожал плечами. — У меня ещё есть. Если что, я буду в комнате отдыха. Она на втором этаже. И ещё... будь аккуратнее, пожалуйста. Он развернулся и вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Я остался один, прокручивая в голове произошедший короткий разговор. Этот мальчишка — такой же узник этого места, как и я. Видно, что он запуган и подчиняется здешним правилам. Но насколько крепки его оковы? Может, стоит предложить ему бежать вместе? Впрочем, пока это не важно. Первоочередная задача — изучить здание и найти выход. Идти через парадные двери нельзя: там сидит тот мутный охранник. Но в любой школе всегда есть запасные, чёрные выходы. Ими я и воспользуюсь. Я спрыгнул с кровати и быстро обулся. Выглянул в окно: там ничего не изменилось, только тьма сменилась густой бледно-голубой пеленой. Не было видно ни соседних зданий, ни улицы. Мир за стеклом исчез. Я вышел из комнаты и отправился осматривать третий этаж в надежде найти хоть что-то полезное. Однако поиски оказались тщетными. Все двери, в которые я заглядывал, скрывали за собой идентичные комнаты: такие же безликие спальни, больше напоминающие больничные палаты. Решив не тратить время, я направился к лестнице, чтобы спуститься сразу на первый этаж и проверить чёрные ходы. Шагая по коридору, я боковым зрением невольно считывал таблички на дверях: 305, 306, 317... Стоп. Я резко затормозил и отступил на шаг назад. Дверь с номером 317. Откуда? Простая математика подсказывала, что на этом этаже может уместиться максимум восемь таких комнат. Откуда взялась семнадцатая? Вдобавок, она разительно отличалась от остальных. Передо мной была дверь из металла. Толстого и надёжного металла. Я обхватил ручку и с силой потянул на себя. Дверь даже не скрипнула. Она стояла намертво, как пятитонный монолит. Эта странная дверь здорово сбила меня с толку, но я заставил себя отпустить ручку. Меня сейчас должны интересовать другие двери. Те, что ведут наружу. Я спустился на первый этаж и замер, не веря своим глазам. Он... изменился. Коридоры стали намного длиннее. Тяжёлые тюремные решётки бесследно пропали, а болезненный зелёный оттенок стен сменился на что-то более тёплое. Что за ерунда? Неужели само здание способно перестраиваться? В груди заворочалась тревога. Если коридоры меняются сами по себе, вдруг чёрный выход тоже исчез? Из пучины этих мыслей меня выдернуло внезапное прикосновение. На моё плечо легла тяжёлая рука. Я дёрнулся всем телом, как испуганная кошка, и резко развернулся. Фух. Это был просто охранник. — Здравствуй. Ты потерялся? — произнёс он абсолютно спокойным тоном. Но это спокойствие пробрало меня до мурашек. — Нет! То есть, да. Я... я туалет не могу найти, — выпалил я обрывисто, на лету выхватывая из головы самую примитивную ложь. — Туалеты на втором этаже, — так же безучастно ответил мужчина, убирая руку. Я торопливо поблагодарил его и, чтобы не вызывать подозрений, пошёл к лестнице. Поднявшись на несколько ступеней, я сел в тени пролёта, ожидая, пока этот жуткий мужик уйдёт. Как только тяжёлые шаги охранника стихли вдали, я тихо спустился обратно, вынырнул в коридор и проскользнул мимо вахты. На вахте никого не было. Куда он мог так быстро исчезнуть? Впрочем, мне же лучше. Спустя несколько минут блужданий по коридорам, я наконец обнаружил то, что искал — чёрный выход. Это была массивная, широкая железная дверь, выкрашенная в чёрный цвет. Я дёрнул ручку. Разумеется, заперто. Нужно было достать ключ. Но где? Ответ пришёл сам собой. У того паренька. Если у него есть ключ от моей спальни, возможно, у него есть доступ и к другим дверям? Или он хотя бы знает, где их искать. Я быстро поднялся на второй этаж, вновь очутившись в знакомой просторной рекреации. И тут же заметил очередную странность: все компьютеры исчезли. Пропали подчистую, не оставив после себя даже пыльных контуров на столах. Времени ломать голову над пропажей не было. Я подошёл к двери с аккуратной табличкой «Комната отдыха», толкнул её и шагнул внутрь. Интерьер здесь показался до нелепости заурядным. Стены выкрашены в приятный бледно-лаймовый оттенок. Слева расположился потертый кожаный диван с раскиданными подушками, рядом жались друг к другу старенькие книжные полки. Справа стояли тумбочки и пузатый кинескопный телевизор, а пустые пространства на стенах были увешаны неумелыми, но яркими рисунками акварелью. Мальчик стоял у окна спиной ко мне, всматриваясь в пустоту. Услышав скрип двери, он тут же повернулся. — Эй, слушай, у тебя есть... — Ты хочешь ключ, да? — перебил он меня ровным голосом. — От запасного выхода? Я запнулся, сбитый с толку его проницательностью. — Да. Но как ты... — Давай присядем, — он устало махнул рукой в сторону дивана. Мы сели. Я отодвинулся на край, заметив, что сел довольно близко, — мне всегда было некомфортно вторгаться в чужое личное пространство. Парень уставился в пол. Его пальцы впились в кожаную обивку дивана. — Ты не должен был здесь появиться... так рано, — наконец произнёс он. — Но было бы лучше, если бы ты не появился вообще. — Поверь, я сам не в восторге от того, что здесь оказался, — хмыкнул я. — Но всё же ты оказался здесь, — он поднял на меня серьёзный взгляд. — Ты не помнишь, откуда пришёл, потому что... туда больше нельзя вернуться. Там ничего не осталось. Мои глаза непроизвольно округлились, бровь поползла вверх. — Что это значит? — Твоего дома больше нет, — чётко сказал мальчик. — Пускай ты его и не помнишь. Слова повисли в воздухе. Это звучало странно. Нет. Это звучало как полный бред. Мой разум отказывался переваривать это. — Неужели это... правда? — только и смог выдавить я. Он медленно повернул ко мне голову. — Да. К сожалению. И я понимаю твоё желание сбежать отсюда. Я тоже хочу сбежать, но я... Он замялся, но для меня это уже не имело значения. Мозг мгновенно уцепился за одну-единственную фразу: «Я тоже хочу сбежать». Это был знак. Этот паренёк точно мой единомышленник! Нам нужно выбираться отсюда вместе. Я решил даже не расспрашивать его об устройстве этого места — пусть расскажет это потом, когда мы окажемся снаружи. — Так что, у тебя есть ключ? — сказал я, пытаясь подавить панику. — Есть... — он тяжело вздохнул. — И когда будем сбегать? Мальчик помрачнел окончательно. Хотя казалось, что с каждым моим словом он и так становился всё темнее, сейчас на его лицо будто легла глухая тень. — Ночью. — В смысле, ночью? — я был ошарашен таким поворотом. — Ты же сам час назад говорил, что ночью опасно! — Я знаю, — ответил он, не вдаваясь в подробности. — Я приду за тобой. Постучу в дверь три раза. Запомни: ровно три раза. Он разжал кулак и вложил в мою ладонь небольшой серый ключ. Его грани были заметно стёрты от частого использования. — Это ключ от твоей спальни. Запрись изнутри и открой только после моего стука. Всё, иди. Мне надо подготовиться... — Хорошо. Увидимся ночью, — кивнул я. Я встал с дивана и вышел в коридор. Оказавшись за дверью, я на пару секунд замер, рассматривая ключ в руке. Сбегать ночью — странная затея. Надеюсь, у паренька есть способ противостоять тому нечто, что ползает по коридорам. Всё равно, это был мой шанс. Наш шанс выбраться отсюда.