Второе поколение

Несколько недель назад...

      По единственному в доме этаже расплывался душистый и приятный запах свежеиспечённых блинов. Аромат ванили с почти неуловимой ноткой меда и дрожжей окутал всю кухню. Хозяйку дома, двухцветного ластика, всегда преследовал этот дивный запах, настолько сильно впитался в неё сладкий аромат любимого завтрака её детей. После очередного перевёрнутого блина, она протянула руку к уже почти закипевшей медной турке. Нужно было поймать тот момент, когда пена уже поднимается по горлышку турки и вот-вот перельётся через край. – М-м. – вдруг послышалось позади неё. – Как всегда вкусно. – проговорил её муж, наскоро запихивая блин в рот. – Раз вкусно, может всё-таки возьмёшь с собой на работу? – спросила она, аккуратно переливая кофе в потёртый термос. – Золотко, ну ты ведь сама знаешь. Я про еду напрочь забуду, а потом привезу контейнер обратно домой, так и не открыв. – замазка поправил свои очки с квадратной черной оправой. Раньше он носил похожие круглой формы, только для красоты, однако теперь был вынужден носить их на постоянной основе из-за обильной работы с текстом. – Слушай, ты только попроси детей несколько оставить мне на вечер. Они у тебя сегодня по-особенному вкусные! – он отхлебнул из термоса и положил его в рабочий портфель, после чего незаметно стащил с тарелки ещё один блин. – Ну хорошо, хорошо! – она тихонько хихикнула и выложила со сковородки очередной блинчик. – Ладно, я побежал. – он быстро вытер руку о кухонное полотенце и поцеловал супругу. – Люблю тебя. – До вечера! – громко попрощалась она, возвращаясь к готовке.       Она услышала только шорох бумаг, ударяющихся о стенки портфеля, да тихое бряцание ручек и ключей от дома. Дверь закрылась, ключ провернулся и стало совсем тихо. Не успела она привыкнуть к тишине, нарушаемой только пением птиц за окном, да журчанием блинов на сковороде, как она услышала шаги. – Доброе утро, мам. – раздался эхом по коридору сонный голос. Интересная особенность речи - проглатывание некоторых букв, особенно «р» или замена её на звук, средний между «р» и «л» - сразу давала понять, что на кухню направлялся её сын, обджект в виде мягкого ластика-клячки серо-голубого оттенка с банданой. Бандана каждый раз была разная, сегодня она была красного цвета. – Доброе утро, Клячек. – она достала чайную ложку и банку клубничного варенья. – Как спалось? – Даже и не знаю... – он пододвинул к себе варенье. – Вроде бы спалось хорошо, но мне приснилось, что у меня почему-то выпал один из моих зубов, а потом и все, что справа сверху. – он показал на свой рот. – Причём они были прям белоснежные и на какой-то то-ли прозрачной верёвочке, то ли плёночке... И ты сказала, чтобы я не волновался, и что главное не порвать эту самую плёночку, чтобы стоматолог мне зубы обратно приделал. Я их ещё как бусы держал, фу... – он откусил кусок от блина. – Я понятия не имею, почему мне могло присниться нечто подобное. – Ну и жуть! – воскликнула она, перебивая громко свистевший чайник. – Если тебе будет спокойнее, то можем к стоматологу сходить. – Ой, что ты, не надо. Не знаю, с чего бы мне такому сниться, но с зубами у меня точно всё в порядке. О, кстати, я же вчера рассказать хотел, я такое вычитал, пока по разным сайтам лазал! – Клячек уселся поудобнее, начиная свой рассказ. – В общем, существовала такая конспирологическая теория... – Пф-ф-ф, и снова теории заговора! – недовольно прозвучал девчачий голос. – Ничего новенького и интересненького... – И тебе доброе утро, Клячка. – её брат тяжело вздохнул. Сами по себе они выглядели как две капли воды, но девочка всегда старалась выглядеть как можно более выделяющейся, поэтому каждое утро, стоя у зеркала, она формировала кудрявую чёлку, на которую потом надевала заколочки по настроению. Выглядела она, конечно, намного красивее и опрятнее своего брата. – И вообще, там интересно! Это оказалось ещё и не просто теорией, а настоящей историей, правда! – Клячка, давай выслушаем. Вдруг тебе даже интересно будет. – мама поставила перед ними две кружки с горячим чаем. – Да там наверняка будет что-то про обджектоящериц... – она громко отхлебнула чай из кружки. – М-м, облепиховый! – Дай мне хотя бы один раз рассказать! – жалобно сказал Клячек.  – Да кому это вообще может быть интересно?  – Вообще-то мою колонку в газете читают... – возмутился он. – Да, но судя по папиным замечаниям, ты пишешь отвратно. – Клячка, – мама прервала их словесную перепалку. – Пожалуйста, не будь так груба и извинись перед братом. – Пф-ф-ф. Ладно... Простите. – пробурчала она, запихивая в рот блинчик, чтобы больше не разговаривать с ними. – Я пока пойду собираться в кино... Я потом покушаю. – она соскочила со стула и поспешила в свою комнату - перебирать деньги в фиолетовом кошельке. – Клячек, подойди на секундочку. – мама вытерла руки о кухонное полотенце после того, как она перемыла всю посуду в раковине. – Да, что такое?  – Я понимаю твой интерес к конспирологии и твое желание вести свою колонку в газете, но может стоит делать перерывы? – Ну мам... – Мне кажется, что если тебе снятся, как зубы выпадают, то это либо проблемы с зубами, либо ты что-то не то смотришь. – Только не забудь потом всё-таки рассказать, что ты там ещё откопал, заинтриговал, теперь очень хочется послушать! – она звонко хихикнула и поправила ему бандану. – Хорошо! – Клячек широко улыбнулся.

***

      Близняшки стояли возле небольшого магазинчика. Они ждали ещё одного друга, который должен был прийти с минуты на минуту. Клячка всячески поправляла свою челку и сумку. Всё-таки нужно было поддерживать имидж самой красивой девочки в городе и выглядеть опрятно... Клячек же просто двигал ногой камушки и булыжники, лежавшие на дороге. Иногда он что-то начинал напевать, но тут же замолкал, смущаясь своих неважных певческих способностей и дефектов речи.  – Клячка, а что бы ты взяла покушать? – спросил он. Сегодня она должна была платить за все вкусности, ведь он все свои карманные расходы потратил на новые запчасти и наборы для новых «приборов и поделок» – Хм-м-м... Я бы взяла чего-нибудь негазированного, может просто воду... Ну и чипсиков с попкорном. – А чипсики с крабом? – поинтересовался Клячек с долей надежды в глазах. – Ну не знаю... Мне больше с лобстером нравятся. – Опять с лобстером? Они как появились в магазине, так ты только их и покупаешь. – Ну а что ж поделать, если они мне нравятся больше всего?       Оба замолчали. Клячек думал, как уговорить сестру купить чипсы с его любимым вкусом. Клячка продолжала трогать свою челку и всячески её поправлять. – Слушай, а это не Пшурик там несётся? – спросила она у брата, показывая пальцем на обджекта, несущегося к ним на всех парах.       К ним бежал обджект. Он был сыном бывшего лучшего друга их родителей. Низенький круассан, вылитый его отец, перебирал ногами, чтобы как можно быстрее добраться до своих друзей, будучи с огромной сумкой наперевес, в которой, на самом деле, ничего не было. В нее планировали сложить все вкусности, чтобы не покупать дорогой поп-корн и напитки в самом кинотеатре. Сама сумка всегда была на вид будто замызганная, грязная, вся в краске... Но на самом деле она попросту не отстирывалась. Сумку так редко стирали, что аэрозольная краска попросту впитывалась в ткань, засыхала, и больше её оттереть было нельзя. – Я бегу! – громко кричал он, чуть не споткнувшись несколько раз перед этим. – Да, это точно он. – ответил Клячек сестре и помахал своему лучшему другу. – Ох, ё-моё... – пропыхтел Пшурик после того, как он чуть не впечатался в стенку магазина, не сумев вовремя затормозить. – Ну чего ты так долго? – проворчала Клячка. – Извиняюсь, я очень сильно заспался... – Пшурик поправил сумку, которая чуть не свалилась на землю. – Так, ладно, давайте не терять времени, нам ещё надо успеть на сеансы утренние, пока билеты недорогие. – она не стала дожидаться своих друзей, развернулась и зашла в магазин. Мальчишки поспешили за ней. – Здравствуйте, детишки! – поприветствовала их пожилая кассирша. – Здравствуйте, тётя Кекс. – громко поприветствовали её Клячки. Пшурик, ещё не отдышавшийся, лишь помахал рукой.       На самом деле, тётя Кекс - обджект, подсохший кекс в голубой формочке с белой глазурью и уже вялой вишенкой наверху - была даже некоторой достопримечательностью в их небольшом и тихом городе. У них в принципе не было никаких достопримечательностей, помимо этой бабулечки и её огорода. Она была известна своей добротой и щедростью - раздавала налево и направо соленья и варенья, которые она сама закатывала. Хоть её дом был довольно маленьким, участок, на котором она могла построить своё жилище был большим, поэтому она попросту поставила там несколько теплиц размером с её собственный домишко и много огородов. Всем этим занимался её вышедший на пенсию муж. Она всем говорила, что это он ей помогает, пока она отрабатывает свои последние смены. Однако многие задумывались, делает ли он это по своей собственной воле, или все эти патиссоны, огурцы, помидоры, земляники и клубники выращиваются только по её прихоти. – Пожа-а-алуйста, Клячушка! – ласково заговорил её брат. – А я на следующем обеде отдам тебе все маринованные огурцы. И мороженое своё отдам! – А я! А я... А я не знаю, что могу дать.  – Ой, ладно. Так уж и быть. – Клячка снова театрально закатила глаза. – Возьмите себе по небольшой пачке. – Ура Клячке! – Ты самая лучшая! – Да ладно вам! – Клячка была довольна собой. Ей нравилось, когда она проявляет себя с такой стороны и все её благодарят за столь невиданные щедрости. – Так, ну вы выберите ещё попкорн и я тогда заплачу.       Вскоре они вышли из магазина с сумкой, полной чипсов, попкорна и сока. Бутылка воды туда уже чисто физически не помещалась. Её пришлось положить в Клячкину маленькую сумочку. До соседнего города, где был ближайший нормальный кинотеатр, в котором крутили новые фильмы, нужно было добираться на трамвае. Клячеку нравилось кататься на нём. Его всегда завораживали пейзажи, проплывающие в окне. Его интерес Пшурик и Клячка не разделяли и предпочитали просто сидеть и болтать о всяком. Они толком не успели разговориться и порасспрашивать друг друга о делах, настроении, погоде и остальном, как они уже оказались на нужной станции и нужно было выходить.  – Ох, мне так не терпится посмотреть с вами какой-нибудь фильмец! – радостно вздыхал Клячек, смотря на относительно большое здание кинотеатра.  – Так, нам же ещё надо решить, что смотреть... – задумчиво проговорила Клячка, заприметив высокую доску, стоявшую на улице перед входом в кинотеатр, с таблицей сегодняшних фильмов и сеансов. – Я вот пока думаю. Столько идей... – Пшурик был первым, кто подошёл к доске. – А вам чего хотелось бы? – Мне, если честно, без разницы. Ну на самом деле разница есть, но не то чтобы я хочу что-то конкретное. – сказала Клячка. – Хм... – Клячек задумчиво смотрел на таблицу в раздумьях о выборе фильма, Когда его друг тыкнул пальцем на одну из ячеек. – «Форсаж 8»?  – Хм, а знаешь, да! Я хочу сходить на фильм, где Скала будет снова говорить про то, как важна семья и при этом будет выделывать финты на машине. В восьмом фильме. В восьмом, Карл!  – Это значит «да»? – неуверенно спросил Пшурик. – Для тех, кто не понимает сарказма: нет! Это значит «нет»! – Может... «Манчестер у моря»? – Не хочу драму. – «Мумия»? – Фу, триллер, так ещё и боевик... Нет. – «Жена смотрителя зоопарка»? – Это вообще про что? Нет! – «Логан»?  – Пшурик, это снова боевик! – О, о, о! А может «Зверопой»? – Клячек с широкой улыбкой на лице посмотрел на свою сестру. – Ну уж нетушки! Я не хочу на мультик. К тому же мы его дома посмотреть можем.  – Ну Клячка! Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста... – её брат начал тараторить одно и то же слово, постоянно сбиваясь и начиная говорить полную белиберду. Пшурик присоединился к нему, повторяя слово «пожалуйста» раз за разом. – Может на этот? – он ткнул пальцем на портрет одного из фильмов на доске. – Совсем недавно вышел! – Пф, очередные «Пираты Карибского моря»? – проворчала Клячка. – Сколько их там уже было? – Этот пятый. Совсем недавно вышел – Ну не знаю... Хотя, в принципе мне там Элизабет Суонн нравится... Да и Джек Воробей прикольный... – Ура! Тогда на «Пиратов Карибского моря»! – Клячек по-детски захлопал в ладоши. – Не отказалась, значит согласилась! – Пшурик уже убежал покупать билеты, громко хохоча и совершенно забыв, что у него нет денег.