Lightning Scars & Metal Hearts

— Джарвис, заблокируй всё, — сказал Тони в ту же секунду, как Гарри вылетел через аварийный выход. — Никого не впускать и не выпускать из башни. — Да, сэр. Тони медленно подошёл к Фьюри, внимательно следя за его грудью — не появится ли хоть малейшее движение. Как только он увидел, как та поднимается и опускается, узел напряжения в его собственной груди немного ослаб. Конечно, он бы помог пацану скрыть тело, но он, вообще-то, не планировал начинать с директора Щ.И.Т. Убить Ника Фьюри — это из тех вещей, к которым обычно приходят постепенно. На самом деле во время потасовки Тони следил не за Фьюри, а за Гарри. Видел, как тот всё больше и больше заводится от того, к чему клонит Фьюри, пока в какой-то момент просто не сорвался. Огромный выброс энергии — настолько сильный, что его можно было почувствовать физически — вырвался из Гарри, защищая его. — Что за хуйня происходит? — вслух пробормотал Тони, глядя на Фьюри, который, кажется, был без сознания, но серьёзно не пострадал. Он проверил пульс и с облегчением ощутил ровное биение. — Мистер Старк, юный мистер Старк открыл аварийный выход на нижнем уровне и сейчас находится снаружи здания. — Я же сказал всё заблокировать! — крикнул Тони. Он даже не стал искать штаны — просто рванул к лифту, ударил ладонью по системе принудительного вызова, заставляя кабину мгновенно подняться к нему. Зайдя внутрь, он снова и снова тыкал в кнопку «1», всё отчаяннее. Ребенок был явно не в себе — это смог бы увидеть любой идиот. Он выглядел и разъярённым, и напуганным одновременно: сначала сорвался на слова, потом на эту странную вспышку энергии («Твой сын — волш—»), а потом просто сбежал. — Я заблокировал, сэр. Похоже, юный мистер Старк использовал ту же энергию против двери, что и против директора Фьюри, — ответил Джарвис, пока лифт нёсся вниз со скоростью, которую управление общественной безопасности называло «крайне небезопасной». — Ну конечно, — пробормотал Тони. — «Волш…», Джарвис, как думаешь, что это может значить? — Я не уверен, сэр. Тони фыркнул: — Свяжись с Хэппи, скажи ему выставить Фьюри из башни и изменить протокол: ему запрещен доступ, пока я лично не решу иначе. Понял? И Тони не собирался ничего разрешать, пока не выяснит, какого чёрта Фьюри вообще здесь делал — давил на его ребенка, доводя его до срыва. Джарвис как раз подтверждал выполнение команды, когда двери лифта распахнулись, и Тони, в одних боксёрах, рванул через пустой и тёмный холл. Он едва успел выскочить наружу, быстро оглядываясь в поисках Гарри, как заметил тёмное пятно, мчащееся по тротуару. Тони бросился за ним, уверенный, что это его ребенок. — ГАРРИ! Чёрт возьми, бегал он безумно быстро. Небольшая часть мозга Тони — та, что сейчас не сходила с ума от тревоги за Гарри, — кляла его за то, что он не надел костюм перед погоней. Другая, ещё меньшая часть, уже представляла утренние новости: Тони Старк мчится по улице в одних боксёрах посреди ночи. «Старк: скандал среди ночи» — или что-нибудь в этом духе; приплетут его прошлые проблемы с алкоголем и наркотиками, порассуждают о его психическом состоянии — всё как обычно. Роуди это точно покажется забавным. — ГАРРИ! СТОЙ! — Тони рванул на пределе своих возможностей — им ещё предстоит обсудить карьеру ребенка как будущей звезды лёгкой атлетики — и потянулся вперёд, пытаясь схватить его и заставить остановиться, когда… Треск! Тони отшатнулся так резко, что упал на спину. Его сын просто исчез. — Ох… — Тони хлопнул себя по лбу, уставившись на место, где только что стоял Гарри. До него наконец дошло, что именно Фьюри пытался сказать, прежде чем Гарри его вырубил. — «Волшебник». Мой сын — волшебник. В голове промелькнула нелепая в такой момент мысль: Клинт вряд ли будет в восторге от таких «навыков» Гарри. — Сэр? — Не сейчас, Хэппи, — резко бросил Тони, врываясь обратно на этаж. — Джарвис, отследи Гарри, — добавил он, направляясь прямиком в спальню за одеждой. Он натянул джинсы — было ясно, что спать уже не придётся — и наугад схватил футболку. Вернувшись в гостиную, он проигнорировал Хэппи и начал быстро набирать команды в телефоне. — Сэр, юный мистер Старк находится на 57-ой улице, 225. Тони поднял взгляд от телефона на Хэппи: — Это где? Хэппи нахмурился, складка пролегла между бровями, и он пожал плечом: — Похоже, Сентрал-Парк-Тауэр? — Джарвис, мне нужны все доступные записи с камер в этом районе, — распорядился Тони. — Ты его видишь? — Да, сэр. На экране телефона Тони появилось изображение, и Хэппи поднялся с дивана, чтобы посмотреть. — Сукин сын… — тихо присвистнул он. — Как он вообще туда забрался? У Тони всё внутри сжалось, когда он увидел, как его сын плачет — так отчаянно и одиноко — после того, как его вырвало прямо на крышу. — Мне нужно идти, — резко сказал Тони, не отвечая Хэппи, пока сам не поймёт, что происходит. — Сириус говорил, чтобы Гарри не вытворял никаких фокусов на высоте, а сейчас он слишком высоко и слишком близко к краю. — Поехать с тобой? — Нет. — Тони нажал кнопку в стене, вызывая костюм из лаборатории. Тот начал собираться на нём, а другая кнопка отодвинула часть окна в стену, открывая удобный выход. — Оставайся здесь, никого не впускай. Я пойду сниму Кинг-Конга, постаравшись никого при этом не угробить. Хэппи крикнул вслед «удачи», и Тони вылетел в окно. — Так, Джарвис, выведи мне камеры. Что он делает? — Плачет, сэр. Очень «полезно». На внутренней стороне шлема Тони появился прямой эфир с камеры наблюдения на крыше — и на нём был, пожалуй, самый одинокий ребёнок на свете. Гарри стоял у самого края крыши, более чем в тысяче футов над землёй, и слёзы текли по его щекам, пока он смотрел на линию горизонта. — Напуган? — тихо пробормотал Тони, пытаясь понять его состояние, пока летел к нему. — В депрессии? Думает, кому-то есть дело до того, что он вырубил Ника? — Сэр… Тони резко вильнул в сторону, едва не врезавшись в здание. — Отлично подметил, Джарвис. Он уже почти добрался до башни — оставалось меньше двух минут, — когда картина перед ним начала меняться. — Нет, нет, нет, ты что творишь? — прошипел Тони. Его сын наклонился вперёд за перила, и в динамиках раздался смех, когда Гарри едва не сорвало вниз. — Слезай! Нет! Чёрт возьми, Гарри Джеймс! Тебе что говорили делать? Гарри его не слышал — да и вряд ли бы послушал, даже если бы мог. Он забрался на край, свесил ноги над бездной в тысячу футов и начал медленно клониться вперёд. — Быстрее, — приказал Тони костюму. Он ускорился, сокращая расстояние. — Лети быст— НЕТ! Тони видел на экране, как ребенок — его сын — оттолкнулся и исчез. — НЕТ! Нет, нет, нет! Он выжал из костюма максимум скорости, рванув вперёд. Он заметил внизу маленькое тёмное пятно, падающее с вершины здания. Пятно… не пятно — ребёнок, его ребёнок — становился всё больше по мере приближения Тони, но одновременно и ускорялся, стремительно падая вниз. — Сейчас будет больно, — пробормотал Тони, точно рассчитав траекторию: он подлетел снизу и поймал Гарри, прижав его к прочному корпусу костюма. Из груди Гарри вырвался глухой выдох, голова стукнулась о шлем Тони, но Тони уже крепко держал его и сразу же взмыл обратно вверх — на крышу. — ТЫ О ЧЁМ ВООБЩЕ ДУМАЛ?! — закричал Тони, как только они оказались наверху и лицевая панель поднялась. Он всё так же держал дрожащие руки Гарри — аккуратно, но крепко, на случай если тот снова рванётся вниз. — ТЫ ЧТО, ДУМАЛ, ЧТО ПОЛЕТИШЬ?! Лоб Гарри был рассечён после удара о шлем Тони; тонкая струйка крови стекала вниз, но это было не смертельно. В отличие от падения с такой высоты. — А ТЕБЕ КАКОЕ ДЕЛО?! — сорвался на крик Гарри, не обращая внимания на текущие по щекам слёзы. — ОТПУСТИ МЕНЯ! — он попытался вырваться, но Тони не ослабил хватку. Он не собирался причинять ему боль, но и не собирался давать шанс прыгнуть снова. — ОТПУСТИ! — Пока ты не скажешь, о чём думал, не отпущу, — уже спокойнее сказал Тони, увидев ужас и отчаяние в зелёных глазах. Крепко удерживая его руки, он опустился вместе с Гарри на крышу, заставляя его сесть. — О чём я думал?! — у Гарри вырвался горький, пустой смешок. — Я думал: «О, вот способ всё закончить!» Я думал, что всё разрушено, что я всё испортил… И Я БОЛЬШЕ ТАК НЕ МОГУ! — Тшш, эй, спокойно, — мягко сказал Тони. Он аккуратно положил руки Гарри ему на колени, сам при этом держался настороже, готовый в любой момент рвануться, если тот двинется. — Что ты разрушил? Я не понимаю. Объяснишь? Тони не понял, что он такого сказал, но в глазах Гарри словно мелькнула искра жизни. Его губы сжались, он повёл челюстью из стороны в сторону, глядя на открытую часть лица Тони. Он бы снял шлем полностью, но не хотел остаться без него, если вдруг придётся снова прыгать за ребенком с крыши. — Ты видел, — сказал Гарри. Он облизнул губы и опустил взгляд на свои колени. — Ты видел, что я сделал. — Магия? Гарри резко поднял глаза, а потом снова опустил их вниз. Он попытался отползти назад на коленях, но Тони поймал его и осторожно удержал на месте. — Это… это что-то новое? — наугад спросил Тони, не понимая, почему магия могла так выбить Гарри из колеи, что он готов был умереть, разбившись о тротуар. — Нет. — Тебе было больно? Гарри почти не двинулся, лишь чуть приподнял голову, чтобы взглянуть на Тони из-под ресниц. — Нет? Тони вздохнул и закрыл глаза. — Тогда я не понимаю. Что именно ты испортил? И… и почему… почему ты прыгнул? — Он мёртв? — Кто? Фьюри? — Тони едва не рассмеялся. Вот этого он боялся? Что убил его? — Нет, Гарри, он в порядке. Ну, я, конечно, сам его убью, но ты его только вырубил. — Почему? Тони нужен был ёбаный переводчик. Он уже был на грани того, чтобы позвонить Сириусу Блэку, разбудить его среди ночи и заставить объяснить происходящее. — Почему что? Гарри поёжился, будто нарочно избегая взгляда. — Почему ты меня остановил? Челюсть Тони отвисла. — Ты думал, я не стану? — спросил он, обдумав вопрос и найдя в нём только один смысл. — Ты думал, я просто позволю своему сыну умереть? Плечи Гарри дрогнули на последних словах Тони. — Ты не понимаешь, — только и сказал он. — Тогда объясни, пожалуйста, — почти взмолился Тони. — Скажи, чего я не понимаю, что я упускаю. Расскажи мне всё, малыш. Я не могу помочь, если ничего не понимаю. Гарри поднял руку ко лбу, и Тони нахмурился, глядя на рану, которую сам ему случайно оставил. — Ай. Не то чтобы Тони сомневался, что порез болит, но Гарри выбрал очень «удачный» момент, чтобы это заметить. — Вломимся в здание и спустимся вниз или хочешь, чтобы я просто отнёс тебя домой? — спросил Тони, когда стало ясно, что Гарри пока не собирается ничего говорить. Рука Гарри дрожала у лба почти так же сильно, как и голос: — Если я туда вернусь, они меня найдут. Я… мне нужно уйти… — Эй, — Тони взял его за руку и осторожно опустил её, чтобы видеть лицо. — Кто? Глаза Гарри забегали по крыше, будто он искал нападающего среди бетона и ветра. — МАКУСА. Тони уже слышал это слово — Сириус писал Гарри: «МАКУСА тебя ищет. Держись подальше от улицы Ландфара-Уэй». Ни Тони, ни Брюс, ни Наташа так и не смогли понять, что это значит, но Гарри явно знал. — Кто такие МАКУСА? — спросил Тони. — Я не позволю никому тебя найти, если ты сам этого не хочешь. Скажи, кто они и зачем ты им нужен — и я разберусь. Гарри снова горько усмехнулся и покачал головой, всё так же беспокойно шаря взглядом вокруг, устало и настороженно. — Американское магическое правительство. Они меня найдут и арестуют. — За что? — Тони уже начинало бесить, что приходится задавать вопросы вместо того, чтобы сразу знать ответы. Первое, что он сделает, вернувшись домой, — позвонит Сириусу и вытрясет из него объяснения. — Фьюри в порядке, Гарри, и он не собирается подавать на тебя в суд, — добавил он. — Несовершеннолетним запрещено использовать магию, — ровно сказал Гарри, и голос у него уже не дрожал. — Они меня арестуют. — Малыш, ты правда думаешь, что я не смогу спрятать тебя от парочки волшебников? Гарри наконец посмотрел ему прямо в глаза, и Тони почти пожалел об этом. В его взгляде больше не было паники, не было страха — только… принятие. Такое спокойное, как у человека, идущего на казнь. — Ты их не остановишь, — сказал Гарри. Не как вызов — как факт. Тони усмехнулся: — На что готов поспорить? Моя команда остановила бога с армией пришельцев из другой вселенной. И я не заметил, чтобы какие-то жалкие волшебники нам тогда помогали. Без обид, — подмигнул он. Гарри не улыбнулся — вообще никак не отреагировал. Только пробормотал «посмотрим» и попытался подняться. — Эй-эй, полегче, Элвита Адамс, — Тони потянулся, чтобы поддержать его: ноги у Гарри дрожали и вот-вот могли подкоситься. — Куда мы дальше? — Я… — Гарри моргнул и покачал головой. Боже, он был совсем не в себе. Похоже, нормально он не спал с самой их ссоры в среду. — Я не знаю… — тихо пробормотал он. — Домой? — мягко предложил Тони. Он чуть наклонился, чтобы Гарри видел: он говорит всерьёз. — Я хочу, чтобы ты вернулся домой. Я не дам МАКУСА до тебя добраться. Просто… просто попробуй немного мне довериться, Гарри, пожалуйста? — Я не хочу в тюрьму, не хочу возвращаться туда и не хочу обратно в чулан, — тихо сказал Гарри. Он смотрел на Тони, не моргая, пока до Тони не дошло, что он должен как-то ответить на это сумбурное признание. — У меня даже чулана нет. И я бы не позволил никому тебя туда засунуть, даже если бы он был, — быстро добавил он, решив не шутить про клетку для Халка. — Никто никуда тебя не заберёт. — Тони постучал себя по груди, металл глухо отозвался на ветру. — Им придётся сначала разобраться со мной, а я ещё ни разу не проигрывал бой. Ну… почти. Между ними повисло напряжение. Казалось, от этой простой просьбы зависит всё их будущее. Дети обычно верят что родители защитят их, помогут, дадут кров. Дети верят, что родители защитят их, помогут, дадут им дом. Тони не просил от Гарри вечного доверия — всего лишь этот один чёртов раз. — Я… не уверен, что смогу спуститься по лестнице, — тихо сказал Гарри, уставившись в свои кроссовки; лицо у него пылало. Тони тяжело выдохнул — плечи внутри костюма заметно расслабились от облегчения. — Любишь летать? В зелёных глазах Гарри на мгновение мелькнул едва заметный огонёк — моргнёшь и пропустишь. — Обожаю. Как бы Гарри ни любил летать, Тони ещё никогда так не потел внутри костюма, как сейчас, крепко прижимая к себе сына и неся их к башне Старка. — Кто такая Элвита Адамс? — Что? Гарри перекричал ветер: — Ты назвал меня Элвитой Адамс. Кто это? Тони мысленно выругался — ну конечно, именно сейчас он решил блеснуть остроумием перед самой неподходящей аудиторией. — Не заморачивайся, — сказал он. Гарри недоверчиво хмыкнул, но снова перевёл взгляд на огни города, пока они пролетали разные башни. Хэппи вскочил на ноги, как только Тони с Гарри влетели через окно. — Сэр, всё в порядке? — Да, — коротко ответил Тони. Он поставил Гарри на ноги и снял шлем. — У нас полный ПХТ-локдаун до тех пор, пока я не сниму его паролем, понял? — Тони встретился взглядом с Хэппи, и тот кивнул. — Принеси мне упаковку бинтов. — Да, босс. — Что за локдаун? — без особого интереса спросил Гарри. — П-Х-Т, — пояснил Тони. — Мы с Хэппи придумали это давно. Когда все начали жить вместе, стало немного… шумно, и я отгородился от команды режимом «Локдаун: Пеппер, Хэппи и Тони». По сути, простой способ сказать «оставьте меня, чёрт возьми, в покое». Теперь название нужно будет изменить, пока пусть будет ПГХТ. Потом с тобой придумаем вариант получше. — А. Тот короткий момент уязвимости, который Гарри позволил себе на крыше, будто растворился: плечи снова напряглись, лицо стало жёстким, взгляд — закрытым и равнодушным, когда Хэппи вернулся с коробкой. — Я сам, — сказал Гарри, когда Тони подошёл к нему с пластырем. Он снова коснулся лба и чуть усмехнулся: — Думаешь, шрам останется? — Вряд ли, — с привычной искренностью ответил Хэппи. — Просто царапина. — Чёрт, — Гарри сунул бинты в карман и безразлично уставился в потолок. — О! Точно! Гарри, тебе два раза… э… прилетала сова, — сказал Хэппи. Он протянул Гарри стопку бумаг с кофейного столика. — Одна влетела обратно через окно после того, как оставила конверт. Другая улетела к тебе в комнату. Я… эм… попытался её выгнать, и… ну… — он неловко поднял поцарапанный палец. — Она меня укусила. — И ты просто впустил её— — Буклю. — Что? — Тони посмотрел на Гарри и заметил едва заметную тень улыбки на его лице — первую за последние дни. — Ты знаешь эту злобную почтовую голубку? Губы Гарри чуть сильнее тронула улыбка. — Если она услышит, как ты её так называешь, снова тебя укусит. — Значит, это настоящая почта? — с любопытством спросил Хэппи. Он засунул пострадавший палец в рот, потом выжидающе посмотрел на Гарри. — От кого? Гарри взял бумаги, которые ему протянул Хэппи, — и побледнел. — Хэп, давай ты подождёшь меня в кабинете, а мы тут через пару минут посплетничаем как настоящие девчонки, — нарочито бодро и с намёком сказал Тони, кивая в сторону офиса. — Давай? Сейчас, Хэппи? Когда Хэппи вышел, Гарри развернул более плотный лист — тот, что был скручен, как старомодный свиток. Он бросил на него лишь короткий взгляд и быстро засунул в задний карман. — Всё настолько плохо, да? — спросил Тони. Гарри пожал плечами: — Мои друзья, — коротко ответил он. Вместо того чтобы объяснять про первое письмо, он медленно вскрыл конверт с осторожностью сапёра, обезвреживающего бомбу, и вытащил совершенно обычный на вид лист бумаги. — Что за… — прошептал он, долго и напряжённо глядя на него. — Я сейчас лопну от любопытства, ребенок, — простонал Тони с нарочитой театральностью, хотя в этом была и чистая правда: Гарри явно не собирался делиться содержанием. Гарри взглянул на него и протянул лист. — Можешь сам прочитать, там про тебя есть, — сказал он ровно. — Похоже, у меня осталась последняя ночь на свободе. Уважаемый мистер Поттер-Старк, Здравствуйте! Пишу вам, чтобы обсудить недавние случаи спонтанной магии в присутствии немагов, произошедшие в воскресенье, 19 июня, примерно в 03:21, 03:25 и 03:31. Если у Вас и Вашего отца нет иных планов, предлагаю обсудить произошедшее в моём офисе, расположенном в штаб-квартире МАКУСА в здании Вулворт по адресу ул. Бродвей, 233, в понедельник утром, около 08:00. Если это время Вам не подходит, пожалуйста, свяжитесь с нами, и мы с радостью перенесём встречу. Если же Вы не сможете приехать к нам, я прибуду к Вам в башню Старка. Ваш отец должен знать, где находится наше здание — его зелёный друг однажды швырнул пришельца прямо через наши окна. С нетерпением жду встречи с Вами обоими. С уважением, Президент С. Куахог — Ну, «вежливо-угрожающий» тон он отточил до совершенства, — задумчиво сказал Тони, перечитывая часть про визит президента к Гарри. Он провёл рукой по подбородку, потом поднял взгляд — и нахмурился: его сын выглядел так, будто вот-вот просто рухнет. — Ты — спать, — твёрдо сказал Тони. — Отдохни, выспись, перезагрузись. С этим, — он потряс письмом и положил его на кофейный столик, — разберёмся завтра. Сегодня просто… просто поспи, ладно, малыш? Гарри продолжал смотреть на него пустым взглядом, слегка покачиваясь. — Я… я всё ещё могу остаться? — тихо спросил он, и от этого подтекста у Тони болезненно сжалось сердце. Тони уже не понимал до конца, какой на самом деле его сын: тот колкий, язвительный парень с ответом на всё, или этот растерянный мальчишка, будто поражённый самой простой человеческой добротой. Но он был намерен узнать. — Ма— Гарри, ты мой сын, моя семья, — твёрдо сказал Тони. — Мне плевать, если за тобой гонится целая армия волшебников. Я их не боюсь. И у нас, на минуточку, есть Халк. Это твой дом, твоя, считай, территория под защитой США, и пусть МАКУСА катится к чёрту со своей ерундой про магию несовершеннолетних. Понял? Гарри моргнул и медленно покачал головой, будто никогда в жизни не слышал ничего более безумного, поэтому Тони упростил: — Я хочу, чтобы ты был здесь, — сказал он твёрдо. — Мы семья. Ты от меня никуда не денешься. Иди спать. Я буду здесь, когда ты проснёшься. Гарри ещё мгновение смотрел на него, словно пытаясь что-то прочитать по лицу Тони, потом коротко кивнул и тихо направился к себе, почти бесшумно, как призрак. — Эй, — окликнул его Тони, прежде чем дверь закрылась, — оставь её открытой, ладно? Чтобы маленький мистер Засранец мог выйти, если захочет. Бедняга всю ночь там просидел. И последнее, что сейчас было нужно Тони, — это чтобы Гарри решил, что бритва выглядит так же заманчиво, как свободное падение с высоты тысячи футов. Как только Гарри тихо сделал, как он просил, Тони направился в кабинет и заглянул внутрь. Хэппи сидел в кресле Тони, закинув ноги на стол из красного дерева; перед ним стояли две чашки горячего кофе. — Доброе утро, босс, — сказал он, убирая ноги и с глухим стуком ставя их на пол. — Не хочешь теперь объяснить, почему Наташе с Клинтом пришлось выпроводить Ника Фьюри? — Не особо, — ответил Тони. — Слушай, Хэп, мне нужно, чтобы ты сел у двери комнаты Гарри и никуда не отходил. Любой шорох, любое движение — сразу проверяй. Дышит слишком громко или слишком тихо — тоже проверяй. И если вдруг приспичит в туалет — сначала напиши мне, чтобы мы могли смениться. Хэппи сразу поднялся — это было далеко не самым странным поручением, которое Тони когда-либо ему давал. Тони остановил его, когда тот потянулся за одной из кружек: — Оставь, — сказал он. — Пожалуйста. Хэппи нахмурился, встав рядом с Тони в дверях. — Тяжёлое утро? Тони коротко, безрадостно усмехнулся, глянув на часы — ещё даже шести утра не было. — Ты себе не представляешь, — сказал он. Хэппи хлопнул его по плечу — с искренним сочувствием, хотя и понятия не имел, что именно произошло. — Ему кто-то угрожает? — предположил он. — Пока что — он сам, — ответил Тони. Частичная правда, как минимум. — Похоже, сам себе худший враг. Ну и, возможно, ещё парочка злых политиков-волшебников. Взгляд Хэппи оставался мягким, хоть на лбу и пролегла складка недоумения; он кивнул и отступил от двери, давая Тони пройти внутрь кабинета. — Я присмотрю за ним, босс, — сказал он, всё ещё явно не понимая, что происходит. — Напомни мне потом поднять тебе зарплату, — тихо бросил Тони, пока Хэппи бесшумно проходил через комнаты. Не так, как Гарри. Гарри двигался так тихо, будто не хотел, чтобы кто-то вообще знал о его существовании. У Хэппи каждый шаг был выверен — чёткий, осторожный, точный. Хэппи двигался как солдат, а Гарри скользил, как призрак, которым он попытался стать. Тони вздохнул, потер лоб и устало опустился в кресло. Жизнь никогда не готовила его к жизни с подростком. Тем более с подростком-волшебником. Подростком-волшебником, который только что без раздумий сиганул с девяносто восьмого этажа. Подростком-волшебником, который только что без раздумий сиганул с девяносто восьмого этажа — и при этом ещё умудрился вляпаться в неприятности с президентом американского магического правительства. Тони дал себе примерно пять минут на «пожалеть себя», потом собрался, выпрямился, отхлебнул обжигающего кофе и потянулся за телефоном. — Джарвис, Гарри спит? — Он лежит в кровати с закрытыми глазами, сэр. — Сойдёт. Хэппи там? — Да, сэр. — Отлично. Тони открыл список контактов и написал тому единственному человеку, который, похоже, точно знал, как разгребать этот пиздец, в котором он оказался… Позвони мне. Срочно. Затем он снова взглянул на повестку Гарри и задумчиво перечитал её. — Джарвис, собери всё, что у тебя есть на некоего С. Куахога, — распорядился он, выводя на экран компьютера интерфейс для просмотра файлов. Телефон завибрировал, и Тони бросил на него взгляд — имя высветилось сразу. — Отправляй файлы, Джарвис, — коротко сказал он. — Мне нужно ответить. Он нажал «принять вызов», одновременно допивая вторую половину кофе, оставленного Хэппи. — Тони? Всё в порядке? — Нет, — честно ответил Тони. — Денёк выдался адский, у меня есть главный кусок паззла. Теперь мне нужны детали. Голос Сириуса сразу стал настороженным: — С Гарри всё в порядке? Что случилось? — Нет. И всё сразу, — намеренно уклончиво сказал Тони. — Сначала ты. Рассказывай всё. Сириус замялся: — Что ты уже знаешь? — Магия, — сказал Тони. — Пацан — маг. Теперь рассказывай остальное. — Тони, я бы с радостью, — вздохнул Сириус. — Давай начнём с той недели, когда Лили узнала, что беременна… Тони вытащил из ящика стола блокнот и ручку и начал записывать, пока Сириус наконец выдавал ему все ответы, которые были нужны… Хэппи сидел на своём месте у двери спальни засранца-сынка Тони, время от времени заглядывая внутрь, чтобы убедиться, что двигается только милый щенок, и играл в тетрис на телефоне. В целом, работа у Тони была несложной — и платили хорошо. Да, были странности вроде Халка, Суперсолдата и теперь ещё волшебников, но всё равно — лёгкие деньги, когда работаешь на друга. Хэппи вздрогнул и уронил телефон, рука сама потянулась к пистолету на поясе, когда из кабинета Тони, через стены с усиленной звукоизоляцией, раздался крик: — КТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТАКОЙ ВОЛДЕМОРТ?! Хэппи криво усмехнулся, поднял телефон с пола и вернулся к игре: несколько фигур — проверить пацана — ещё несколько фигур — снова проверить. Он не знал, кто или что такое этот Волдеморт, но если он заставил Тони так орать — ему лучше ходить, оглядываясь. Когда Тони хотел, он умел быть злопамятным и по-настоящему жестоким сукиным сыном.