Lightning Scars & Metal Hearts

Тони нетерпеливо постукивал ногой, пока ждал, когда полицейские закончат «упаковывать и описывать» вещи Рэмси. Клинт и Стив стояли рядом — оба серьёзные, сосредоточенные. Клинт не сводил взгляда с Рэмси: тот жалко скулил у двери в наручниках. Стив же внимательно следил за офицерами, чтобы всё прошло без ошибок. Брюс и Наташа ушли за едой примерно в тот же момент, когда Тони вызвал полицию — до того, как окончательно потеряет терпение и отправит этого ублюдка туда, где его уже не найдут, к чёрту «закрытие гештальтов» Гарри. — Думаю, мы здесь закончили, — сказал один из офицеров, подходя к Тони. — Вы хотите выдвинуть обвинения, мистер Старк? — Он?! — взвизгнул Рэмси. — Он на меня напал! Тони широко улыбнулся, глядя на эту мразь. Да, он напал. Сломал ему нос, выбил зуб, Клинт тоже приложился — с такой силой, что половину лица у того теперь разнесло. Тони надеялся, что синяки у него будут такими же чёрно-синими, как у Гарри. — Заткнись, пока я на тебя не напал, — рявкнул полицейский рядом с Рэмси, с отвращением глядя на него. — Какие ещё обвинения у вас есть? — быстро спросил Тони у детектива. Он уже рассказал им о контактах Рэмси с его сыном, предложил запись с камер в аэропорту (Рэмси всё отрицал, но камеры не лгут). Найти телефон, с которого тот писал Гарри, не удалось, но видеозапись всё равно связывала их — несмотря на все его попытки отвертеться. Если можно было обойтись без давления на Гарри, дать ему самому разобраться со своей травмой в своём темпе — это был лучший вариант. — Только за это дерьмо у него на компьютере? — хмыкнул полицейский, бросив взгляд на Рэмси. — Да он больше никогда не увидит белого света. — Тогда пока я не буду выдвигать обвинений, — подчеркнул Тони. — Свяжусь с вами, если что-то изменится. Потому что если Гарри решит добавить своё имя к списку других жертв, найденных на компьютере Рэмси, Тони его поддержит. Легко. Офицер принял его решение, и Тони наблюдал, как они уводят Рэмси и выносят улики к машинам. — Ты поступил правильно, — сказал Стив. Он попытался положить руку Тони на плечо, но тот сбросил её. — Мне не нужны братские утешения от мистера Справедливость, — фыркнул Тони. — Давайте просто вернёмся к самолёту, пока я не передумал. Парни кивнули и направились к выходу из дома этого мерзавца. Тони достал телефон — собирался позвонить Пеппер и узнать, как там Гарри, — когда к нему подбежал один из старших полицейских. — Мистер Старк, прошу прощения, сэр, можно вас на минуту? Тони вздохнул и махнул остальным идти дальше. — Да? Если речь пойдёт об «избыточном применении силы», он найдёт все случаи, когда эти же копы перегибали палку, сольёт всё в прессу — и всё равно успеет вернуться домой к ужину с сыном. — Я не хочу переходить границы, сэр, но хотел спросить… вы нашли хорошего психолога для своего сына? План по шантажу полицейского участка мгновенно рассыпался. — Психолога? Полицейский кивнул — лицо серьёзное, взгляд сочувственный. — Я видел много детей после подобных ситуаций. И те, у кого есть поддержка и кто работает с психологом… их я обычно больше не встречаю. Тони на мгновение задумался, но решил отложить это на потом. Он протянул руку и благодарно пожал офицеру. — Спасибо, я подумаю об этом. Полицейский кивнул и вернулся к коллегам, а Тони открыл сообщение от Пеппер и присоединился к своим. — Оу… — злость Тони немного растаяла, когда он увидел фото. — Я дед! Молодой, красивый дед, прошу заметить, — добавил он с ухмылкой. — Не то что ты, Стив. Клинт усмехнулся: — Что, парень кого-то уже осчастливил? — Мм… — Тони посмотрел на парня на фото рядом с Гарри и ухмыльнулся. — Сомневаюсь, что это будет проблемой. Похоже, Пеппер повела его за собакой. Стив взглянул на снимок, который показал Тони, и улыбнулся — явно увидев ту же радость на лице Гарри. — Это тот парень и щенок с мероприятия, — сказал он, словно Тони нуждался в пояснении. — Для Гарри это будет полезно. Ответственность, забота… поможет ему справиться со всем этим. Тони быстро отправил Пеппер сообщение — поблагодарил за фото, предложил сбежать и пожениться в Вегасе на следующее утро — и сел в такси, которое остановил Клинт. — Кстати, о «справляться со всем этим»… кто-нибудь из вас, образцов психического здоровья, ходит к психотерапевту? — Каждую неделю, — спокойно ответил Стив, без тени смущения, которое на его месте испытывал бы Тони. — Все ребята в центре тоже. Иногда у нас групповые занятия, иногда индивидуальные. И, учитывая, что Стив вообще-то должен был быть мёртв, Тони перевёл взгляд на более… здравомыслящего (ну, относительно) члена своей команды. — Раз в месяц, — Клинт нахмурился, глядя на свои ботинки. — Правило Щ.И.Т.а для всех агентов. — Это… помогает? — спросил Тони, неожиданно стараясь быть деликатным. Он и сам не понаслышке знал, что такое тяжёлые времена, и Пеппер не раз советовала ему «с кем-нибудь поговорить» после всей этой истории с почти-умер, но Тони с трудом представлял себя сидящим в комнате и обсуждающим свои чувства. Клинт сказал «нет», Стив — «да». — Очень помогает, серьёзно, — добавил Стив. — Отлично, просто прекрасно, спасибо вам, — вздохнул Тони и откинулся на спинку сиденья, закрыв глаза. — Попробовать не повредит, — продолжил Стив, будто логика вообще могла повлиять на Тони. — Тебе стоит подобрать кого-то для Гарри. Я могу дать список специалистов из центра. У ребят там точно есть контакты тех, кто понимает, через что прошёл этот мальчик. Тони в ответ показал ему средний палец и простонал: — Ладно, присылай список. Я поговорю с Гарри об этом. — Ты имеешь в виду, будешь говорить ему, — заметил Клинт, как всегда «очень вовремя». — Если он даже тебе не говорит, какая у него любимая еда, то уж свои грустные чувства он точно не пойдет обсуждать с каким-то дорогим психологом. И в этом была логика. Тони не стал спорить, но слушал, как Стив пытается доказать свою позицию, пока они ехали к самолёту. — Заедем поесть или подождём остальных в самолёте? — спросил Клинт, перебивая Стива, когда машина подъехала к частному аэропорту. — В самолёт, — сразу ответил Тони. — Если Брюс и Наташа ещё не вернулись, пошлём кого-нибудь за едой, но мне нужно выпить. Желательно что-нибудь типа виски, чтобы перебить горький привкус мыслей о детстве его сына. Пока остальные где-то бродили — скорее всего, развлекаясь или осматривая достопримечательности, — Тони взял бутылку из бара на борту и попытался убедить себя, что Гарри в безопасности, Рэмси за решёткой и теперь можно двигаться дальше. Убеждать себя в том, во что не веришь, у него всегда получалось плохо. — А вот и мы! — Наташа влетела в самолёт в приподнятом настроении, буквально втащив за собой Брюса спустя больше часа, полбутылки виски и какой-то дорогой, но безвкусный обед. — Тони, ты полный идиот. Настоящий гений у нас в команде — Брюс. — Не приписывайте это мне, это не моя идея, — быстро отозвался Брюс. Тони переглянулся со Стивом. Последний час он мысленно проклинал Наташу, будучи уверен, что не успеет вернуться к ужину с Гарри, и теперь она появляется и сразу начинает его оскорблять? Неудивительно, что у этой женщины нет друзей вне команды. — Что именно было не твоей идеей? — спросил Стив. — Допросить Петунию Дурсль, — ответила Наташа с самодовольной ухмылкой. — Там мы и нашли настоящую грязь, а не ту чушь, что она впаривала Тони по телефону. — Что?! — Тони резко выпрямился, внимательно глядя на них. — Что ты натворила, Наташа? Петуния должна была подписать отказ от опеки уже завтра утром. Если Наташа заявилась к ней в своём режиме «взбешённой психопатки», она могла всё испортить, начать сопротивляться, решив, что Гарри небезопасно— — Да перестань ты переживать, — фыркнула Наташа, насмешливо передразнивая его тревогу. — Петуния больше никогда в жизни Гарри ничего не сделает. — Может, начнёте с самого начала? — вмешался Клинт, бросив на Тони предупреждающий взгляд и выпрямляясь в кресле, явно готовый разнимать драку. — С какого вообще перепуга вы к ней поехали? — Из-за этого. — Брюс достал из кармана плотный лист бумаги и протянул его Тони, после чего сел и пристегнулся. — Кто-то, видимо, подбросил его мне в карман по дороге к Рэмси. Тони фыркнул — невозможно было незаметно что-то подкинуть Брюсу, чтобы никто этого не заметил. Но уже в следующую секунду его внимание переключилось на куда более важную загадку — строчки, выведенные жирными чёрными чернилами: Вы взяли не того. Хотите отомстить за «Г.» — поговорите с Дурслями. Тисовая улица, дом 4, Суррей. Спросите про чулан. — Что…? — Тони поднял взгляд на друзей. — Это вообще что за хрень? — В «Скуби-Ду» это назвали бы «уликой», — ухмыльнулась Наташа. — Брюс? — Стив повернулся к нему, закатив глаза на её реплику. — Что произошло? — Я нашёл записку, подумал: «ну, стоит попробовать», и потом— — И ты даже не счёл нужным мне сказать? — резко перебил Тони, раздражение уже зашкаливало. — Отличное начало, дружище. Брюс выглядел смущённым, но не раскаивающимся. — Я не хотел, чтобы тебя узнали, особенно если бы всё оказалось пустышкой. Я взял Нат, потому что решил: если в записке есть хоть что-то, мне понадобится кто-то, кто сможет выбить ответы. — Что я и сделала. — На какие вопросы? — спросил Стив. — Я начала с того, когда она в последний раз видела Гарри. И знаешь что? — Удивительно, но я сейчас не в настроении играть в угадайки, — отрезал Тони. — Говори уже, что она сказала, пока я тебе шею не свернул. Наташа приподняла бровь с вызовом: — О, давай, попробуй. — Нат, — почти прорычал Брюс, — хватит его дразнить. Расскажи, что она сказала. — Ладно, — демонстративно вздохнула она и закинула ногу на ногу. — Гарри был там этим летом. И вообще — каждое лето. Она попыталась втюхать ту же чушь, что и тебе по телефону, — Наташа перешла на визгливый голос: — «Мы не видели мальчика уже много лет! Какие-то уроды его забрали!» — но её жирный сыночек запаниковал, и пара намёков быстро заставила её запеть по-другому. — Немного угроз в сторону ребёнка, чтобы разговорить мамашу? — предположил Клинт с лёгким одобрением в голосе. — Именно, — подмигнула Наташа, покачивая ногой и явно наслаждаясь вниманием. — По её словам, Гарри учится в какой-то школе-интернате в течение года. Оплаченной, якобы, его родителями. — Нет, — перебил её Тони, — Гарри не был зарегистрирован ни в одной школе после начальной школы Святого Питера, с одиннадцати лет. — Не думаю, что она врала, — спокойно сказала Наташа, переглянувшись с Брюсом. Тот кивнул. — Зачем ей врать об этом, а потом говорить правду, что её муж бил мальчика? Тони выронил стакан, даже не обратив внимания на звон разбитого стекла. — Он ЧТО делал?! — Дальше хуже, — мрачно сказал Брюс. — Расскажи остальное, Нат. — Куда уж хуже… — пробормотал Клинт. Но хуже было куда. — Женщина заткнулась, а муж исчез, — продолжила Наташа. — Зато их толстый сын оказался на удивление разговорчивым. Сказал, что, несмотря на то что сам весит больше, чем Брюс, когда злится, Гарри они не кормили. Заставляли работать как раба. Обзывали. И пытались «выбить из него ненормальность». — Как будто Старк вообще может быть нормальным, — попытался разрядить обстановку Клинт. Тони его почти не услышал. Он смотрел на Наташу с той же холодной сосредоточенностью, с какой решал любые проблемы. — Что ещё? Наташа ковырнула ноготь и отвела взгляд. — У них дом с четырьмя спальнями, Старк. — И? — И… — она тяжело выдохнула и наконец посмотрела на него с откровенным сочувствием. — И они заставляли твоего сына жить в «чулане», Тони. Их сын, Дадли, сказал, что Гарри жил в крошечном шкафу под лестницей до одиннадцати лет, пока не уехал в этот интернат. Когда я заглянула туда — там были пауки и всякое барахло. — И ТЫ, БЛЯДЬ, ТРЯСЛА ЕГО?! — взорвался Тони, мгновенно вскакивая и бросаясь на Наташу. Клинт перехватил его и сжал руки железной хваткой. — ТЫ ЧЁРТОВА, ТУПАЯ, БЕЗМОЗГЛАЯ— — Я облажалась! — перекричала Наташа, даже не вставая. — Ты злишься не на меня, Старк. Ты злишься на них! Так давай что-то с этим сделаем! — Нет! — рявкнул Брюс, поднимаясь и вставая у выхода. — Тони, подумай трезво. Я не брал тебя с собой и не упоминал тебя, чтобы завтра не было проблем с бумагами. Если ты сейчас ворвёшься туда и начнёшь их избивать, как бы они ни заслуживали этого, ты не думаешь, что это немного усложнит твоё дело? Честно говоря, Тони было плевать. У него были лучшие адвокаты, какие только можно купить за деньги — он, наверное, мог бы разнести к чёрту весь Литтл-Уингинг, и его всё равно выставили бы героем. — Езжай домой, поужинай со своим маленьким Старком, — неожиданно мягко сказала Наташа. — Приведи в порядок все юридические дела, а потом мы разберёмся с этими ублюдками. Договорились? — Никаких «договорились», — процедил Тони, вырывая руки из хватки Клинта и падая обратно в кресло. — Когда она в последний раз видела Гарри? — В ночь перед тем, как он исчез, — ответил Брюс, тоже садясь, когда понял, что Тони немного остыл. — Они не знали Рэмси. Думали, что Гарри просто сбежал. Их сын сказал, что всё лето он выглядел плохо — дёрганный, тревожный. — Неудивительно, — тихо сказал Стив. — Бедный парень. — Господи… — Тони сжал кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не разбить что-нибудь. — Так он сбежал… и случайно наткнулся на Рэмси? Или…? — Или он уже знал Рэмси и пошёл к нему, когда стало совсем невыносимо? — тихо добавил Брюс, удивительно точно продолжая ход мыслей Тони. — Рэмси знал, что ты отец Гарри. И у Гарри не было денег, по словам Петунии, значит, кто-то купил ему билет на самолёт. — Гарри мог легко стать жертвой таких ублюдков, как Рэмси, — вставила Наташа. — Дети, которых дома бьют и игнорируют, — идеальная цель. — Заткнись, — устало бросил Тони. Усталость навалилась резко, тяжело. Он закрыл глаза, пытаясь не думать о том, что избавился от одной мрази в жизни сына — и тут же обнаружил ещё двух. — А, подожди… — Тони резко открыл глаза, достал телефон и набрал номер своего бизнес-менеджера. — Моррис? Да, привет. Всё отлично. Сделай для меня кое-что. Есть компания в Лондоне, «Граннингс», производят и продают дрели. Купи её. Сегодня. Любой ценой. Не звони, пока не закончишь. Он чувствовал на себе взгляды команды, пока самолёт набирал высоту, направляясь в Нью-Йорк. Но объяснять ничего не собирался. Вернон и Петуния Дурсли ещё будут умолять о смерти, когда он закончит с ними. И чем дольше ему придётся ждать, прежде чем разрушить жизни тех, кто причинил боль его сыну, тем изощрённее будут его методы. А гениальность Тони Старка всегда шла рука об руку с его изобретательностью.

***

Остальные тихо обсуждали, кто мог подбросить Брюсу записку и как это вообще удалось. Основная версия — что это сделал сам Рэмси при их первом визите — выглядела слишком притянутой: в ней было столько дыр, что Тони даже не пришлось ничего говорить, чтобы все это поняли. Тони же молча сидел, глядя, как за иллюминатором солнце медленно опускается к горизонту, и пытался понять, как ему справляться с ребёнком, у которого столько проблем. Единственное, что он сделал, получив подтверждение о покупке компании, — разослал массовое письмо: все вопросы и проблемы на неделю перенаправить Пеппер, а его не беспокоить ни при каких обстоятельствах — даже если вернутся инопланетяне и весь бизнес будет гореть синим пламенем. Ему было чем заняться, и возможность наконец провести время с сыном — даже если они просто будут молча сидеть и смотреть в стены — была для него сейчас важнее всего.

***

Тони вышел из лифта — и первым, что он услышал, было именно то, что ему было нужно больше всего на свете. Смех Гарри. Не тот язвительный смешок, не тихий и нервный — а настоящий, живой, счастливый. Он оборвался почти сразу, как только Тони вошёл в гостиную. Перед ним открылся вид: его сын сидит на полу, скрестив ноги, а на коленях у него маленький чёрно-коричневый щенок, увлечённо грызущий кость больше себя самого. Гарри перестал смеяться, заметив Тони, и сразу прикрыл щенка рукой, когда поймал его взгляд. Наверное, думая, что Тони сейчас отнимет у него этот крошечный источник утешения — как все остальные когда-то отнимали у него всё хорошее при любых обстоятельствах. Грустная мысль, если честно. — О, ты вернулся, — Пеппер улыбнулась Тони, лежа в уголке дивана, уютно закутавшись в плед. — Сегодня привезли новый холодильник. Мы оставили тебе ужин. Гарри сказал, ты хотел шашлычки из баранины. — Как-то это совсем не похоже на зло, о котором ты говорила, — усмехнулся Тони, вспоминая её шутку по телефону. Он сел на пол напротив Гарри, оставив между ними заметное расстояние. — Щенки и шашлыки? Да я младенцев с более коварными планами встречал, чем у тебя, ребенок. Гарри фыркнул и поднял щенка повыше. — Мы вообще-то хорошие ребята. Некоторые из нас не бегают и не разносят здания, нападая на невинных инопланетян. Тони рассмеялся — в этой колкости всё ещё звучал тот самый колючий, закрытый подросток, и трудно было совместить его с тем, что он узнал о Гарри за сегодня. Он протянул руку, чтобы погладить щенка: — А если я скажу, что оплатил ремонт? — Это ничего не изменит, — ответил Гарри и чуть отодвинул собаку подальше от него. Затем быстро поднялся на ноги. — Раз я всё ещё здесь, пойду спать. Он на секунду замялся, прижимая щенка к груди вместе с косточкой. — Он… он может остаться со мной, пока я здесь? Как ты говорил? — Да, — Тони откинулся назад на руки и кивнул. — Конечно. Хотя, по-моему, я ещё слишком молод и красив, чтобы становиться дедушкой, но он милый, так что на этот раз прощу. В глазах Гарри мелькнула какая-то сложная эмоция, но лицо осталось почти безразличным. — Эм… спасибо, — сказал он и повернулся к Пеппер, уже с более искренней улыбкой. — Увидимся позже? — Если захочешь встретиться, просто напиши, — подмигнула Пеппер. — Спокойной ночи, Гарри. — Как тебе вообще удалось ему понравиться? — тут же заскулил Тони, как только дверь спальни Гарри закрылась. Он поднялся с пола и плюхнулся на подлокотник напротив Пеппер. — Я уже несколько дней стараюсь! — Потому что я круче, — умилительно серьёзно заявила Пеппер. — И, возможно, потому что я не выгляжу так, как вы все. — Да ну? — Тони прищурился с ухмылкой. — И как же мы выглядим? — Пугающе, — прямо сказала она, и улыбка мгновенно исчезла с его лица. — Ну что, расскажешь теперь про свою секретную миссию? — Могла бы сказать «горячо», мне сейчас не помешало бы потешить эго, — фыркнул Тони. Он закатил глаза, когда Пеппер приподняла бровь. — Ладно. Только не перебивай, пока я не закончу, иначе я вообще не осилю это всё. И предупреждаю — история так себе. Пеппер оказалась отличным слушателем. Она вздыхала, фыркала, закатывала глаза, но когда Тони дошёл до момента с Рэмси, на её лице появилось почти жестокое удовлетворение. И, похоже, она успела привязаться к мальчику всего за один день — потому что к концу рассказа её глаза наполнились слезами. — Бедный Гарри… — тихо сказала она, бросив печальный взгляд на закрытую дверь. — Он хороший ребёнок, Тони. Совсем не в тебя. — Хороший ребёнок с отвратительной историей, — мрачно ответил Тони, даже не пытаясь шутить. — Его лучший друг — педофил, и мне придётся объяснить ему, что никакого «счастливого конца в России» не будет. — Мм… думаю, ты смотришь на это неправильно, — задумчиво протянула Пеппер, вытягивая ноги и шевеля носками прямо у него на коленях. — Я не думаю, что Рэмси — его друг. У него вообще есть какая-то связь с твоими старыми друзьями? — Любовниками, — автоматически поправил Тони с вымученной ухмылкой. — И я без понятия. А что? Пеппер улыбнулась своей фирменной улыбкой «ты гений, но иногда ведёшь себя как идиот». — Потому что тот, кого Гарри считает своим другом, явно хорошо знал его родителей. Значит, они должны были быть близки, верно? Тони думал об этом, но быстро отбросил эту мысль. — Или, когда Гарри подрос, этот тип узнал во внешности мои черты — я, знаешь ли, довольно известен — и просто отправил его сюда на удачу. — Ты ошибаешься, — улыбка Пеппер стала шире. — Он точно знал их достаточно хорошо, чтобы помнить, что оба переспали с тобой. Тони проигнорировал возможность вспомнить ту молодую красивую пару и вместо этого задумчиво уставился в потолок. — Джарвис! — Да, сэр? — Гарри спит? — Он в постели, сэр. Как и мистер Засранец. Тони тихо усмехнулся — конечно, Гарри назвал собаку именно так. Хотя… судя по тому, как Пеппер с улыбкой разглядывала свой светло-розовый маникюр, возможно, это была её идея. — Отлично, — сказал Тони. — Проверь пересечение Александра Рэмси с Лили Эванс-Поттер, Джеймсом Поттером и всеми их известными родственниками и знакомыми. Посмотри, есть ли хоть что-то. — Выполняю, сэр. Тони ждал так терпеливо, как мог, пока меньше чем через минуту Джарвис снова не заговорил: — Никаких пересечений не обнаружено, сэр. За исключением проживания в одной стране, их пути, по всей видимости, не пересекались. Тони нахмурился. — Тогда найди всё, что можешь, о каждом знакомом Лили и Джеймса Поттеров, и отправь мне. Расставь приоритеты: чем ближе они были, тем выше в списке. Тони и Пеппер подождали несколько секунд, пока Джарвис обрабатывал данные, а затем она наклонилась ближе, почти прижавшись к нему, когда на экране начали появляться файлы. — Вот, — она указала на самое первое имя в списке. — Гарри пару раз называл своего друга «Сири». — Что может быть либо сокращением от Сириуса Блэка, либо… — Тони осёкся, открыв файл. — Чёрт, — тихо выдохнул он. — Я его помню. У Тони было пять файлов на Сириуса Блэка: свидетельство о рождении, два штрафа за парковку, отчёт об аресте за акт внутреннего терроризма и отчёт о побеге из тюрьмы. На фотографии из отчёта о побеге был изображён безумный человек с впалыми глазами и спутанными волосами, но его аристократичные черты лица всё равно узнавались. Тот Сириус, которого помнил Тони, был совсем другим — молодым, красивым, ярким и весёлым. Он смеялся над всем, увлекался музыкой и мотоциклами и… — Он был лучшим другом Джеймса, — тихо сказал Тони, криво усмехнувшись. — Я как-то пытался уговорить его поехать с нами к Поттерам, и они с Джеймсом чуть не сошли с ума — заявили, что они как братья, а я отвратительный. У них был ещё один друг, кажется, они звали его Лунатик… он выглядел заинтересованным, но был стеснительным. — Ты и правда отвратительный, — фыркнула Пеппер, морща нос. — Господи, Тони, ты что, собирался переспать со всеми сразу? Тони пожал плечами, пробегая глазами скупой отчёт об аресте Сириуса. — Я точно собирался попробовать. Они все были очень… красивые и очень… свободные, — он замялся, подбирая слова. — Настоящие хиппи по духу. Таких сейчас редко встретишь. — Настолько свободные, чтобы взорвать квартал и убить тринадцать человек? Тони нахмурился, зацепившись за что-то в памяти. — Их было двенадцать или тринадцать? Пеппер перечитала строку: — Тринадцать. — «Только не убивай магглов, пока меня нет, ладно? Двенадцати вполне хватило», — медленно процитировал Тони слова Гарри, сказанные Рэмси перед вылетом. — Каковы шансы, что Сириус Блэк убил тринадцать, а Рэмси — тайно двенадцать? — Ты хочешь сказать: каковы шансы, что твой сын подружился и с педофилом, и с террористом-беглецом? — фыркнула Пеппер. — Небольшие. Но всё же выше, чем шанс нападения инопланетян. Хотя с твоими генами — кто знает. Ах да. Сириус Блэк — сбежавший преступник. Несколько лет назад об этом трубили все британские новости: вооружён, опасен, за его поимку назначена награда. — Это он, — устало выдохнул Тони, потирая глаза. Уверенность постепенно складывалась в чёткую картину. — Это тот самый друг, о котором Гарри всё время говорил. Он говорил, что тот опасен и готов убить за него… Похоже, не соврал. — Он ещё говорил, что ему нужно быть там, где друга не выдадут за его преступления, — добавила Пеппер. — Террорист всё же звучит менее пугающе, чем педофил, — с мрачным оптимизмом заметил Тони, всё ещё пытаясь понять, как Рэмси вписывается в новую картину. — Но это не объясняет, где Гарри был во время учёбы. Я не нашёл ни одного подтверждения, что он вообще где-то учился после одиннадцати лет. Это означало, что Петуния каким-то образом смогла обмануть живой детектор лжи. Тони уже предвкушал, как раздавит эту «семейку» каблуком. Желательно — каблуком от брони Железного человека. — Хм… значит, теория такая: Сириус рассказал Гарри правду о его происхождении, а потом Рэмси отвёз его в аэропорт в ночь побега? — Или один из них похитил его, пытаясь помочь? — Тони почувствовал, как начинает нарастать головная боль. Ему отчаянно хотелось, чтобы Гарри просто всё рассказал сам. Может, расскажет… за эту неделю. Тони сможет наладить контакт, задать вопросы… и, возможно, получить ответы. Пеппер выхватила у него телефон. — Когда умерли Джеймс и Лили? Тони автоматически назвал дату. Такое не забывается — день, когда его сын стал сиротой, оставленным в дерьмовом мире с дерьмовыми опекунами. Он даже проверял календарь, когда узнал дату их смерти: тогда он был в Малибу. Утром после того, как его сын остался один, Тони попал в газеты — с парой супермоделей, с которыми познакомился где-то накануне. Это был первый раз, когда ему стало по-настоящему мерзко от своей жизни плейбоя. — То есть этот парень, который отказался с тобой спать, потому что Джеймс был ему как брат… — медленно начала Пеппер, — через несколько часов после его смерти пошёл и взорвал толпу людей? Когда его «брат» погиб, а его крестник остался сиротой? — Дай-ка сюда. — Тони резко забрал телефон и снова перечитал отчёты. Между тем временем, когда он тусовался с Джеймсом, Лили и Сириусом, и моментом их гибели прошло не так уж много времени. И если Сириус действительно заботился о Гарри или хотя бы общался с ним в последнее время… Тони никак не мог понять, почему тот вместо этого пошёл и устроил теракт — вместо того чтобы сразу заняться Гарри.

***

— Это мой лучший друг, Сириус! — прокричал Джеймс сквозь грохот музыки в клубе. Его глаза блестели от алкоголя и веселья, и даже стоя на месте, он будто вибрировал от своей бесконечной энергии, которую Тони уже успел заметить. Рука Джеймса лежала на плечах другого парня — молодого, красивого, с искрящимися серыми глазами, в которых явно читалось: он что-то замышляет. — Лучший друг? — рассмеялся тот, Сириус, и попытался растрепать Джеймсу его и без того взлохмаченные чёрные волосы. Джеймс увернулся, и Сириус снова рассмеялся. — Я-то думал, мы братья, Сохатый? Я всё расскажу Эффи! Джеймс выпрямился и посмотрел на него с открытой, искренней любовью в карих глазах. — Мы и есть братья, — серьёзно сказал он. — Однажды у нас появится маленький Бродяга или Сохатый-младший, и мы научим его всем нашим трюкам, а? Сириус запрокинул голову, его тёмные кудри блеснули на свету софитов, и он рассмеялся — так заразительно, что Джеймс тут же подхватил. — Что это значит? — спросил тогда Тони у Лили, кивнув на Бродягу и Сохатого. Лили опрокинула шот текилы, как профи, и рассмеялась — ярко, всегда ярко. — Это значит, что они в двенадцать лет договорились стать крёстными отцами детям друг друга. И Сириус собирается избаловать моих будущих детей до невозможности. Тони тогда демонстративно передёрнуло — сама мысль о детях казалась ему жуткой. А через неделю после этого разговора Лили уже была беременна его ребёнком.

***

— Крёстный… — задумчиво произнёс Тони, вспоминая их первую встречу с Сириусом. — Гарри говорил, что его друг — это его семья. Это он. Сириус. Пеппер посмотрела на него с мягким сочувствием. — И что ты собираешься делать? — тихо спросила она. — Это другое, Тони. Это не какой-то извращенец, который охотится на твоего сына. Похоже, это человек, который вытащил его из ужасной ситуации, рискуя собой. — Да… — Тони снова застонал, глядя в потолок. — Я же не могу просто взять и отправить его в тюрьму, да? — Можешь, — медленно ответила Пеппер, — а можешь сначала выяснить, почему Сириус взрывал здания в тот самый день, когда умер его «брат»? Тони горько усмехнулся. Почему его ребёнок не мог просто прийти с беременной девушкой или чем-то простым? Нет, обязательно — педофил, жестокие родственники и террорист в комплекте. — Конечно, Пеп, — съязвил он. — Сейчас позвоню ему. «Эй, Сириус, помнишь, как мы гоняли на мотоциклах и ты жульничал? Весёлые были времена. Кстати, а чего это ты теперь террорист?» Пеппер пожала плечами. — У тебя же есть его номер? Если Гарри переписывался не с Рэмси, значит, это Сириус. Напиши ему. Посмотри, согласится ли встретиться. Она мягко положила руку ему на плечо и улыбнулась той самой своей улыбкой, которой было невозможно отказать. — Думаю, Гарри он очень дорог. И, кстати, этот отчёт… от него прямо пахнет чем-то подозрительным. Кто вообще так поверхностно оформляет дело о терроризме? Отчёт и правда был подозрительно скудным. Тони быстро перепроверил — и заметил, что даже тюрьма, из которой сбежал Сириус, не указана. — Не помешает узнать больше, прежде чем принимать решения, правда? — добавила Пеппер с лёгким поддразниванием. — Знаю, ты не любишь сначала думать… но ради Гарри сможешь? Тони начал понимать, что ради этого ребёнка он готов на всё. — Держись подальше от моего сына, — шутливо сказал он Пеппер, закрывая файлы на телефоне и открывая сообщения. — Мне не нужно, чтобы он начал командовать мной с кнутом. Одной тебя вполне достаточно. Пеппер улыбнулась — явно довольная таким сравнением — и наклонилась ближе, чтобы увидеть, что он пишет. Привет, это Тони. Помнишь, как мы гоняли на мотоциклах и ты жульничал, чтобы победить? Хорошие были времена. В любом случае, думаю, пора встретиться и поговорить. Напиши, где и когда — я, разумеется, приеду сам. Тони нажал «отправить», и они оба одновременно тяжело выдохнули. — А теперь ждём, — тихо сказала Пеппер. Тони бросил взгляд на закрытую дверь, за которой спокойно спал его сын. — А теперь ждём, — повторил он.

***

В трёх с половиной тысячах миль от него Сириус Блэк лежал на кровати в своей комнате, а Букля стояла у него на животе, пока он смотрел на только что полученное сообщение. Не от Гарри — от его отца, Тони. — Как думаешь, девочка? — тихо спросил Сириус, поглаживая крыло Букли. — Нажать на эту кнопочку «заблокировать» и оставить Гарри с его новой героической семейкой или ответить? Букля тихо ухнула. — Вот именно, — медленно сказал Сириус, будто она спросила: «А что ты теряешь?» — Терять нечего. Зато можно кое-что приобрести, да? Сова снова ухнула, и Сириус ухмыльнулся, перечитывая сообщение Тони. Он и правда тогда жульничал. Незаметно использовал немного магии — сдвинул мусорный бак, заставив Тони свернуть с курса, и выиграл гонку. Я честно обогнал тебя. Дай мне немного времени подумать о месте и времени — моя жизнь сейчас слегка сложная, как ты, наверное, уже понял. Скоро поговорим. И, просто чтобы позлить, Сириус отправил эмодзи жирафа и киви. Пусть Тони поломает голову, а Сириус тем временем подумает, как им встретиться так, чтобы это не закончилось сырой камерой и дементорами.