Lightning Scars & Metal Hearts

Воскресенье, 12 июня В следующий раз, когда Тони попробует вытащить Гарри из комнаты «потусить с ребятами», Гарри обязательно напомнит ему об этом. Сначала всё выглядело безобидно. Гарри тихо выбрался из комнаты на кухню — стащить что-нибудь попить, пока никто его не увидел, может, даже найти какой-нибудь перекус в теперь полностью забитых шкафах, чтобы не есть эти крылышки и пиццу… И что в итоге? На него напала рыжая психичка. Гарри только начал рыться в кладовой, с любопытством рассматривая незнакомые названия продуктов, когда кто-то схватил его за воротник, резко развернул и впечатал в шкаф. Он так ударился головой о дерево, что в глазах заплясали звёзды — впрочем, бывало и хуже. — Ты кто такой? — потребовала та самая психичка. Гарри не стал вырываться из железной хватки, которой она держала его за плечи, прижимая к месту, но побледнел, увидев в её глазах холодную, сосредоточенную ярость. Он открыл рот, чтобы назвать своё имя, но не смог выдавить ни звука. — Кто тебя сюда впустил?! — повысила она голос, встряхнув его за плечи, отчего страх внутри только усилился. Гарри уже видел её раньше — в том документальном фильме. Чёрная Вдова. Та самая убийца, о которой Тони говорил, что она живёт в башне. То есть: ещё один человек, который может убить его за секунду. Гарри, хоть и не мог выдавить ни слова вслух, мысленно уже проклинал Сириуса за то, что тот отправил его в Нью-Йорк даже без чёртовой палочки. — Кто тебя прислал? — она снова встряхнула его, и Гарри выронил банку с газировкой. Та упала, лопнула и разлилась коричневой пеной, но психичка даже не обратила на это внимания — видимо, уже прикидывала, как именно выбивать из него ответы. Гарри был так сосредоточен на том, чтобы зубы не застучали от страха, пока эта (предположительно) героиня трясла его, что даже не заметил, как в комнату вбежал Тони. Только тихий свист — и вспышка света ударила в холодильник в нескольких сантиметрах от Гарри, мгновенно прожигая в нём дымящуюся дыру. — Следующий не промахнётся, — резко бросил Тони, глядя на неё с жёстким выражением лица. — Отпусти моего сына. Сейчас же, Наташа. — Сына? — женщина, значит, Наташа, тут же отпустила его и отступила на шаг, позволяя Гарри сползти на пол — ноги просто перестали его держать. — Когда это у тебя появился сын, Старк? Гарри повернул голову, уставившись на дымящуюся дыру, прожжённую прямо в толстой металлической дверце холодильника. — Эй, малыш, Гарри, ты в порядке? Гарри повернулся на голос Тони — и дёрнулся в сторону: тот каким-то образом уже пересёк всю кухню и оказался перед ним на коленях, причём Гарри этого даже не заметил. Тони потянулся к его голове, но Гарри рефлекторно уклонился, не давая к себе прикоснуться. Людям нельзя так тихо двигаться — это нервировало после жизни с Дурслями, которые сотрясали дом одним своим дыханием. Гарри дёрнул подбородком, коротко кивнув, когда понял, что Тони ждёт ответа. Он ухватился за ручку шкафа, опираясь на неё, поднялся на ноги и скривился, глядя на липкую коричневую жидкость, залившую и его джинсы, и пол. — Я уберу, — быстро сказал он, голос наконец вернулся. Правда, звучал он хрипло и чуть дрожал, но вряд ли кто-то это заметил. Гарри быстро оглядел кухню, пытаясь понять, где здесь средства для уборки. С тех пор как он однажды огрызнулся на Тони, сказав, что не умеет ни готовить, ни убирать, никто не пытался настаивать — и он, честно говоря, был безумно рад не прикасаться ни к лопатке, ни к швабре. — Где… где тут швабра? — спросил он, обращаясь к Тони и игнорируя уставившуюся на него психичку, но всё же держа её в поле зрения. — Не переживай, — Тони тоже поднялся и убрал серебристый квадрат, из которого стрелял лазером, в карман таких же испачканных джинсов. — У меня есть робот, который всё убирает. Гарри перестал искать шкаф с бытовой химией. — Р-робот, который убирает? — Ага, — Тони усмехнулся и свистнул. — Гарри, познакомься с твоим братом — это Чоу. Ты, конечно, мой любимчик, но он тут был раньше. Гарри наблюдал, как одна из дверец шкафа сдвинулась в сторону, и оттуда выкатилось маленькое круглое металлическое устройство. Оно тут же направилось к разлитой газировке. Тони наклонился, поднял банку, и они оба смотрели, как машина жужжит по полу, оставляя за собой идеально чистую плитку. Гарри осторожно вышел из лужи — ему нужно было либо встать рядом с Тони, либо приблизиться к той психичке, и Тони явно был меньшим из зол: он даже не отреагировал на то, что Гарри залил всё вокруг газировкой. — Чоу? — переспросил Гарри, глядя на робота. — В смысле? Тони тихо рассмеялся, заметив его спокойное, почти любопытное выражение лица. — Это акроним, Ч-О-У — «Чистка, Обслуживание, Уборка». Гарри не улыбнулся — в основном потому, что психичка всё ещё смотрела на него так, будто это он нападает на четырнадцатилетних детей, ищущих еду. Но ему невольно вспомнилась Гермиона, которая пыталась «освободить» домовых эльфов с помощью клуба под названием «ГАВНЭ». — Прям неловко прерывать ваш милый семейный момент, но может кто-нибудь объяснит, что здесь, чёрт возьми, происходит? Гарри поднял взгляд на психичку: та стояла в кожаной куртке, скрестив руки, и раздражённо постукивала каблуком по полу. Он быстро отвёл глаза — её взгляд был слишком внимательным, почти прожигающим. — Я пойду… — Погоди! — окликнул Тони, когда Гарри уже собирался ускользнуть обратно в комнату. Гарри слегка вздрогнул — списал это на всё ещё бешено колотящееся сердце и на то, что его только что прижали к шкафу из-за какого-то перекуса. (Не первый раз, конечно… но почему-то он не ожидал, что это случится здесь. Глупо, конечно, но теперь он будет знать лучше.) Гарри повернул голову к Тони и посмотрел на него молча, вопросительно. Либо он злится из-за газировки и еды… либо нет. — Ты в порядке? Похоже, не совсем. Гарри сдержался, чтобы не бросить недобрый взгляд на психичку — если одно его присутствие уже её взбесило, то взгляд точно усугубит ситуацию. Он машинально поднял руку, пригладил волосы, нащупывая шишку, и пожал плечами. — Нормально, — коротко ответил он. Тони выглядел так, будто не поверил ни единому слову, но это уже было неважно — Гарри был в порядке. — Ага, конечно, — скептически протянул Тони. — В общем, ребята будут минут через десять, так что иди переоденься, а я пока объясню Нат, почему мы не трясём членов семьи, и выставлю ей счёт за твою химчистку. Гарри не до конца понял, шутка это или нет, и совсем не хотел давать психичке лишний повод злиться на него. Но джинсы покупал Тони, так что, видимо, ему решать. Лично Гарри больше волновал дымящийся холодильник, но Тони на него даже не взглянул. — Отлично, — ровно сказал он, бросив быстрый взгляд на «Нат». — Тогда я пойду. — Семейный ужин через десять минут! — крикнул Тони ему вслед, когда Гарри поспешил к своей комнате. — Отлично, — повторил Гарри и аккуратно закрыл за собой дверь. Ужин с человеком, который постоянно пытается убедить его бросить Сириуса, с командой смертельно опасных супергероев и психичкой. Просто «отлично».

***

Гарри решил, что горячий душ — самый быстрый способ успокоить бешено колотящееся сердце. Он пожалел об этом почти сразу, когда подставил лицо под струи воды и почувствовал, как вся его маска предательски ломается. Это было глупо — он ведь правда был в порядке, даже не ранен… но будто всё это время копил внутри напряжение, и эта психичка стала последней каплей. Он был благодарен, что это случилось только сейчас — в душе, где шум воды заглушал жалкие звуки, которые он издавал. Когда его накрыло окончательно, он опустился на пол в этой нелепо огромной ванной и душевой одновременно — как будто кран внутри него уже невозможно было перекрыть. И тогда Гарри сделал то, что делал всегда, когда всё становилось слишком: уткнулся лбом в колени и просто отпустил себя. Он скучал по Сириусу. Скучал по Рону и Гермионе — даже несмотря то, что они не писали письма. Скучал по Букле. И он вообще не понимал, какого чёрта делает в Нью-Йорке с Тони. Ему не нужны были разговоры про домашних животных, семейные ужины и колледж. Ему не нужно было, чтобы кто-то стрелял смертельным лазером в психичку ради него — когда он всё равно не мог здесь остаться. Он не понимал, чего добивается Тони, говоря всю эту странную чушь про «навсегда» и «семью», но там точно был подвох — и не только в том, что ему придётся оставить Сириуса. Хотя хуже этого подвоха он даже представить не мог. Сириус не мог приехать в Нью-Йорк — не как свободный человек. А Гарри не собирался просить его жить там, где тот не сможет быть свободным. Сириус дал свободу ему — от войны, от Дурслей. Значит, Гарри должен сделать то же самое для него. Только… почему это вдруг стало казаться таким сложным? Даже если у Тони были скрытые мотивы, каждый раз, когда Гарри напоминал ему, что не собирается оставаться и играть в «семью» с ним и его друзьями, это ощущалось так, будто голодающий человек отказывается от горячей еды. И тут же накатывало чувство вины — потому что он не был никаким «голодающим». У него уже была семья. И эта семья сделала для него куда больше, чем кто-либо когда-либо. Потом он злился на Тони — за попытки переманить его. Потом — на себя, за то, что оставил друзей. Потом его накрывал страх, когда он думал о войне, от которой сбежал, и о том, что там сейчас происходит. И так — снова и снова. Неудивительно, что одной встряски оказалось достаточно, чтобы его сорвало. Честно говоря, ему ещё повезло, что он не рухнул прямо в лужу газировки и не устроил полноценную истерику на глазах у Тони.

***

В конце концов, как это всегда бывало, Гарри взял себя в руки, смог подняться и спокойно закончить душ без новых срывов. Он немного выбился из тех десяти минут, что ему дали, но специально тянул время, пока глаза не перестали выглядеть такими унизительно покрасневшими и опухшими. Был ли Гарри рад, когда, войдя в комнату, увидел, как Стив, Брюс, убийца, который, возможно, его ненавидел (а может, и нет), и убийца, которая точно его ненавидела и была чёртовой психопаткой, — все разом повернулись к нему? Совсем нет. Был ли он сильно удивлён, обнаружив посреди гостиной огромный круглый деревянный стол вместо привычной стильной кожаной мебели? Очень даже. Именно это раздражение и неожиданность заставили Гарри резко сделать шаг назад и упереться в закрытую дверь, когда «Наташа/Нат, Чёрная Вдова-психопатка» вскочила со стула и направилась к нему. — Эй, Гарри, да? — она больше не выглядела злой, так что Гарри решил, что Тони всё объяснил — мол, он гость и может свободно ходить по башне. — У меня отвратительное первое впечатление получается. Я Наташа. Можешь звать меня Нат, если хочешь. Она протянула ему руку — нарочито медленно, будто считала, что он боится её из-за какой-то ерунды. — Не хочу, — холодно ответил Гарри. Он выдержал её взгляд столько, сколько смог — недолго, потому что в её глазах мелькнуло что-то слишком похожее на жалость, от которой ему стало не по себе — и отвёл взгляд к новому столу в гостиной. Брюс, похоже, заметил интерес Гарри и решил объяснить, пока психичка (она шарахнула его головой об шкаф и заставила почувствовать себя идиотом — он не собирался звать её «Нат») возвращалась на своё место с хмурым видом. — Обычно этот стол стоит у меня, — сказал он. — Мне нравится работать за столом, а Тони терпеть не может, когда он занимает целую комнату. Но по воскресеньям мы поднимаем его сюда. Гарри медленно кивнул, продолжая рассматривать явно тяжёлый и громоздкий стол с восемью такими же массивными стульями. — А вариант просто есть у тебя вы не рассматривали? Вместо того чтобы таскать сюда стол? Тони, который как раз раскладывал перед всеми яркие коробки и бросал на Гарри раздражающе «обеспокоенные» взгляды, когда думал, что тот не замечает, тихо усмехнулся. — У Брюса бардак, у Стива ОКР, Нат и Клинт не всегда бывают здесь по воскресеньям, а Пеппер редко остаётся в башне, если только не задерживается по работе, — сказал он. Он подвинул несколько коробок к пустому месту — напротив себя, но так, чтобы рядом с ним никто не сидел — и поднял взгляд на Гарри с улыбкой. — Садись, малыш. Присоединяйся к веселью. Гарри сел, стараясь игнорировать взгляды, которыми его явно продолжали изучать. Или, по крайней мере, пытался — пока не сорвался на пристальном взгляде Клинта. — У меня что-то на лице? — спросил он. Клинт пожал плечами, ухмыльнулся и открыл одну из коробок. — Слышал, мы заводим собаку, — сказал он буднично, явно решив проигнорировать вопрос Гарри. — Вот и думаю — она лает так же страшно, как кусается? Гарри нахмурился, пытаясь понять, что это вообще значит (никакой собаки он не заводит — он даже не знал, сможет ли увезти её в Россию, да и она, скорее всего, перегрызёт какой-нибудь провод, как и говорил Тони, и тогда ему точно влетит), когда Тони отвлёк его: — Гарри, ты пьёшь пиво? И Гарри даже не успел ответить, как психичка, сидевшая рядом с Клинтом, рассмеялась. — Да ему лет двенадцать, Тони, — хмыкнула она. — Господи. — Мне в июле будет пятнадцать, — резко бросил Гарри. Он чуть отодвинулся на стуле, когда она повернулась к нему, приподняв тёмные брови, но взгляд не отвёл — теперь он чувствовал себя чуть увереннее: вряд ли она станет нападать на него при Тони, который чуть не прожёг ей голову. — Ты низкий, — наконец сказала она. — Почему? Гарри приподнял бровь. — А ты стерва. Почему? Почему… почему… почему Гарри никогда не может просто заткнуться? Стоит ли этот выброс адреналина в ожидании, когда прилетит следующий удар, тех вспотевших ладоней, которые появляются каждый раз, когда он говорит таким язвительным тоном, не подумав? Раздавшийся в комнате смех застал его врасплох. Клинт согнулся пополам, едва не сваливаясь со стула, а Тони ударил кулаком по столу и расхохотался. — Похоже, мы отлично поладим, — сказала психичка, утирая слёзы смеха из-под глаз. — Сомневаюсь, — честно ответил Гарри. — Может, третье впечатление будет получше, Нат, — с лёгкой усмешкой заметил Стив. — М-м, сомневаюсь. Я до сих пор жду, когда она произведёт на меня хорошее впечатление, а я с ней встречался уже раз пятьдесят, — ухмыльнулся Тони, подмигнул и подвинул Гарри банку газировки — такую же, какую тот недавно уронил на кухне. Гарри бросил взгляд в сторону кухни и заметил, что холодильник уже не дымится, хотя вряд ли работает — в его дверце зияла дыра размером с кулак. — Не переживай из-за этого, — сказал Брюс, заметив, куда он смотрит. — Тони уже заказал новый. — Я его, конечно, доработаю, но после этого он будет идеален, — отмахнулся Тони и махнул рукой в сторону красно-синих коробок перед Гарри. — Ешь, ребенок, а я заодно расскажу тебе, каким будет суперхолодильник, когда я закончу с тем, что привезут завтра утром. Гарри не совсем понял, что такое «суперхолодильник», но послушно взял кусок пиццы и даже попробовал несколько крылышек, которых раньше никогда не ел, пока Тони рассказывал. И, честно говоря, холодильник, который может по нажатию кнопки выдавать горячую воду, холодную воду или даже лимонад, звучал… действительно круто. — Хватит про технику, — простонал Клинт, прерывая рассказ Тони о прочих «улучшенных» бытовых приборах (оказывается, их ИИ-ассистент Джарвис мог разогреть духовку, где бы Тони ни находился — полезно, но бесполезно, учитывая, что сам Тони честно признавался, что умеет готовить максимум хлопья). — Какой план? — Думаю, пусть Гарри сам решит, всё-таки его первое воскресенье, — сказал Стив и повернулся к нему с улыбкой. — Мы по воскресеньям всегда что-нибудь делаем вместе: обычно карты, телевизор или фильм. Сегодня выбираешь ты. Гарри оглядел выжидающие лица. — Я… э-э… что? — Гений, — закатил глаза Тони, обращаясь к Стиву, и бросил на Гарри взгляд в духе «ты это слышал вообще?». — Ребёнок, в какие карточные игры ты умеешь играть? Гарри постарался не выглядеть слишком потерянным. — Ни в какие? — Ни в какие? — Наташа лениво покрутила головой, так что у неё щёлкнула шея. — Да все умеют играть в покер! — Значит, я никто, — сухо ответил Гарри. — Ты не «никто», — твёрдо сказал Стив, гораздо серьёзнее, чем того требовала саркастичная реплика Гарри. — Я сам научился играть в покер только в армии. — А настольные игры? — вмешался Брюс. — У меня там внизу есть несколько. В «Монополию» играть умеешь? — Пеппер нас убьёт, если мы опять будем играть в «Монополию», — хмыкнул Клинт, переглянувшись с Наташей. — Фьюри сказал, что в следующий раз заставит любого идиота, которого арестуют в игре, посидеть в реальной камере, — добавила Наташа. — Хотя, возможно, он врет. — Он просто завидует, что мы его не приглашаем, — небрежно бросил Тони. — Ну что, малыш, готов надрать всем зад в «Монополию»? Предупреждаю сразу — у нас это бывает жарко. Гарри чуть улыбнулся. — А накалится до такой степени, что Брюс превратится в Халка? Не то чтобы ему очень хотелось оказаться рядом в этот момент, но Тони явно был немного помешан на зелёном гиганте. — С тем, как мы играем? — Тони подмигнул. — Ещё как.

***

Гарри никогда раньше не играл в «Монополию», но сильно сомневался, что они играют по обычным правилам. Слишком уж много наличных ставили на кон — для, казалось бы, детской настольной игры. Тони пересел поближе к Гарри и незаметно подвинул к нему настоящую пачку денег — зелёных американских долларов. В это время Стив раскладывал поле, Брюс объяснял правила, а Наташа с Клинтом переносили напитки с уничтоженного холодильника на стол. Гарри пытался слушать объяснения, когда Тони снова его отвлёк. — Эти ребята — азартные, — тихо сказал он, чтобы остальные не услышали. — Играй на это. Всё, что выиграешь — твоё. — Нет, — Гарри одним пальцем отодвинул деньги обратно. Тони снова подвинул их к нему. — Считай это карманными. — Нет. — Задолженность по алиментам? — Нет. — Прямая взятка, чтобы ты мне улыбнулся? Гарри нахмурился ещё сильнее. — Нет. Улыбка Тони стала ещё шире. — Если боишься, что я разозлюсь, когда ты всё проиграешь — не переживай. Ты всё равно проиграешь их мне в процессе игры. На этот раз Гарри не стал отодвигать деньги. В нём вдруг проснулось упрямое желание выиграть эту, судя по всему, непростую игру. — Посмотрим. Как только игра началась, Гарри понял, что все тут безумно азартные — все, кроме Стива, которому, похоже, было совершенно всё равно, выиграет он или нет. Сначала они поддевали друг друга в шутливом тоне, но очень быстро всё стало куда более напряжённым. — Ты жульничаешь! — Да это бред! Ты же знаешь, что я хотел себе Бордвок! — Я не буду тебе платить! Я видел, как ты подложил «Отправляйтесь в тюрьму» наверх колоды! — Да пошёл ты, Бартон, я не собираюсь платить тебе аренду. Гарри поначалу сидел тихо, стараясь просто не проиграть с треском, но всё изменилось, когда Наташа купила Марвин-Гарденс — несмотря на то, что у Гарри уже были две другие жёлтые улицы. — Какая ты сука! — возмутился он, когда она с довольной ухмылкой забрала карточку у «банкира» Брюса. — И что ты с этим собираешься делать? У меня же две остальные! — Продам тебе втридорога, — ответила она с игривой улыбкой. — Ну что, маленький Старк, 840 — и она твоя. — Обойдёшься, — раздражённо бросил Гарри. Денег у него, как ни странно, было много — несмотря на то, что у него было меньше всего собственности — но он не собирался давать ей то, чего она хочет. — Оставь себе. Гарри уже решил, что где-то не так понял правила, потому что на следующем ходу Стив выкупил у Наташи эту улицу, а ещё через ход, когда ему не хватило денег заплатить Брюсу аренду, продал её Гарри всего за 300. Наверное, ему вообще не стоило её покупать, но если у Стива проблемы с логикой — это уже не проблема Гарри. Игра закончилась, когда Клинт швырнул кости через всю комнату — те вонзились в стену рядом с лифтом. Он бросил свою долю ставки на стол и, указывая на Тони, раздражённо заявил, прежде чем уйти: — Ты чёртов мошенник. — А ты не умеешь проигрывать! — крикнул ему вслед Тони. Он подождал, пока остальные разойдутся, большинство явно недовольные, и повернулся к Гарри, подмигнув: — Я и правда жульничал. Гарри выразительно посмотрел на аккуратные стопки своих денег из «Монополии». — Недостаточно хорошо. Я всё равно тебя обыграл. Каким-то образом. Гарри и сам не понял, как у него оказалось столько разноцветных бумажных денег. Тони вздохнул и подвинул к нему всю кучу выигрыша. — В следующий раз буду жульничать лучше. Гарри невольно рассмеялся, отсчитал деньги, которые Тони дал ему в начале, и вернул их обратно. Тони без споров убрал их в карман. — Надо будет научить тебя покеру до следующего воскресенья — ты там озолотишься. Гарри проигнорировал лёгкий укол тоски. — А я вообще буду здесь в следующее воскресенье? Ему не хотелось строить планы, которые он всё равно не сможет выполнить. — Может быть. О, кстати. Мы с командой завтра будем заняты — секретные мстительские дела. Пеппер будет здесь, если тебе что-то понадобится. И я скину тебе наши номера, чтобы у тебя были. Надо было сделать это раньше. Гарри пожал плечами и помог собрать игру. — Во сколько мне ждать следующего нападения? — Никогда. Гарри удивлённо поднял взгляд на серьёзный тон Тони. Тот как раз подошёл к столу с кубиками в руках и внимательно смотрел на него. — Наташа облажалась, она это поняла. Но я не хочу, чтобы ты жил с мыслью, что на тебя снова нападут. Ни она, ни кто-то из нас. Пока ты здесь — это твой дом, малыш. Никто тебя больше не тронет. Гарри опустил голову, чтобы Тони не увидел недоверия на его лице. — Я пошутил. — А я нет. Ты здесь в безопасности. Гарри попытался сменить тему, внезапно ставшую слишком серьёзной: — У нас тут, вообще-то, Халк на два этажа ниже. Тони, на удивление, не стал отвлекаться. Он покачал головой. — Я, конечно, подкалываю Брюса, но он прекрасно понимает, когда вот-вот превратится. И даже если бы он сорвался здесь, я бы сначала увёл тебя подальше от опасности, а уже потом загнал его в клетку для Халка. И пусть он огромный зелёный монстр, я всё равно быстрее. Гарри хмыкнул — и поднял взгляд, когда на стол перед ним упал небольшой серебристый квадратик. — Тебе, — пояснил Тони, пока Гарри смотрел на него. Он заодно закинул кубики в коробку и закрыл её. — Держи при себе. Нажимаешь вот эту кнопку сверху — и из отверстия спереди бьёт лазер. Там есть датчики, так что случайно в кармане не сработает. Он наклонился за коробкой и вдруг очень серьёзно посмотрел Гарри в глаза: — Если кто-то хоть как-то тронет тебя так, как тебе не нравится — стреляй. Гарри поднял устройство. Оно оказалось неожиданно лёгким — меньше телефона, и совсем не выглядело способным прожечь дыру в холодильнике. — Ты хочешь, чтобы я убил человека за то, что он ко мне прикоснулся? — Да, — Тони широко улыбнулся и выпрямился с коробкой в руках. — Не переживай, я помогу спрятать тело. О, и сделай одолжение? — Какое? — Не говори Пеппер, что я тебе его дал. А то она начнёт: «О, Тони, ты тааакой красивый, но нельзя раздавать боевое оружие своему не менее красивому сыну, поцелуй меня!» — он изобразил чмокающие звуки, и Гарри снова невольно рассмеялся. — Не скажу, — пообещал он. Он посмотрел на серебристую штуку и невольно улыбнулся, представив, как было бы, будь она у него в мае. Он бы просто прожёг лазером Хвоста и младенца-Волдеморта — и тот никогда бы не вернулся к жизни. …Хотя Седрик всё равно был бы мёртв. — Спасибо, — тихо сказал Гарри, и улыбка исчезла. Он сунул устройство в карман, поднялся со стула. — Я тогда… увидимся завтра? — Если вернусь до ужина, давай попробуем греческую кухню, — кивнул Тони. — Шашлычки из баранины — просто пальчики оближешь, малыш. — Поверю на слово. Гарри задержался у двери и бросил на Тони долгий, задумчивый взгляд. — Эм… спокойной ночи тогда. Он покачал головой, стянул джинсы и забрался в кровать. Вообще-то, он надеялся, что к следующему воскресенью его здесь уже не будет, но… Гарри перевернулся на бок и провёл пальцем по гладкому серебристому квадратику. Через мгновение он раздражённо перевернулся на спину. Ему не нужен был кто-то, кто будет за ним присматривать. Гарри всегда сам о себе заботился. И Сириус — тоже. «Здесь ты в безопасности» — какая глупость. Гарри ожидал, что этой ночью ему снова будут сниться кладбища, зелёные вспышки, крики и рыдания — и не ошибся.

***

— Доброе утро. Гарри выбрался из комнаты только тогда, когда солнце окончательно залило её светом, а желудок начал настойчиво напоминать о себе. Ночь была долгой, и, решив, что весь день никого не будет, он не спешил вставать, пока это не стало необходимостью. И тут же пожалел — как и в прошлый раз, когда вышел из спальни. На недавно заменённом диване, закинув на журнальный столик ноги в белых кроссовках, сидела женщина — Пеппер, должно быть. Она выглядела молодой и такой же красивой, как и говорил Тони. Длинные светло-рыжие волосы небрежно лежали на плечах. И хотя сам Гарри в своих спортивных штанах и футболке выглядел растрёпанно, она каким-то образом выглядела элегантно даже в чёрных спортивках и облегающей белой футболке. Она взяла пульт со стола и поставила на паузу то, что смотрела, чтобы улыбнуться Гарри. — Я Пеппер, — сказала она. Голос у неё был приятный — мягкий, тёплый, чем-то напоминал миссис Уизли. Она махнула пультом в сторону кухни за спиной. — Ты пропустил завтрак, но на кухне есть сэндвичи, если хочешь. — Э-э… я Гарри, спасибо, — ответил он и направился на кухню, пока она снова включала телевизор. Он закатил глаза, увидев на столе целую россыпь сэндвичей в пластиковых упаковках с яркими наклейками. Наугад схватил один — «ветчина с сыром» — но убрать остальные в холодильник не смог: тот всё ещё был сломан. Пожав плечами, Гарри взял бутылку воды и просто отодвинул лишнюю еду в сторону, чтобы освободить себе место и сесть. И, поскольку он освободил всего одно место, Гарри уже успел раздражённо вздохнуть, когда Пеппер буквально через пару секунд после того, как он развернул сэндвич и откусил кусок, зашла на кухню. — Ну что ж, о тебе я не знаю вообще ничего, кроме того, что Тони клянётся, будто ты невероятно смешной и очаровательный, а Стив сказал, что ты любишь собак, — бодро сказала она. Уселась на другом конце стойки и начала перебирать сэндвичи, пока не нашла нужный. — Я не смешной и не очаровательный, — ответил Гарри без особого раздражения. — А про тебя я знаю только то, что Тони уверен, будто ты в него влюблена. Пеппер запрокинула голову и рассмеялась — смех у неё тоже был приятный, почти музыкальный. Теперь Гарри понимал, почему Тони каждый раз так оживлялся, когда говорил о ней. — Тони считает, что в него влюблён весь мир, — весело ответила она, явно не переживая, что говорит такое сыну своего босса. — У него эго размером с это здание. — Правда? — Гарри чуть усмехнулся. — И где он его хранит? — В секретной лаборатории оружия, — подмигнула она. — Там места хватает и для его эго, и для характера Наташи. Гарри рассмеялся, и это, похоже, развязало ей язык — она с удовольствием начала рассказывать «грязные подробности» про всю команду. Гарри ел, пока она рассказывала о вспыльчивости Клинта, «раздражающей праведности» Стива, импульсивности и характере Наташи, осторожности и нерешительности Брюса, а также о самодовольстве и властности Тони. — Ты буквально сейчас выдала мне слабые места всей этой команды, — заметил Гарри, когда доел, а Пеппер закончила свой рассказ. — У меня, между прочим, тоже есть команда убийц. И я вполне собираюсь использовать её, чтобы свергнуть Мстителей. — Да неужели? — Пеппер улыбнулась, явно довольная его сухой шуткой. — Есть место ещё для одного участника? Пора уже кому-то поставить этих ребят на место. Гарри рассмеялся и пожал плечами: — Ну, пока нас не так много — я и полдюжины щенков немецкой овчарки. Так что можешь присоединяться, если у тебя есть какие-нибудь скрытые навыки. — Запомни эту мысль, — подмигнула Пеппер и подняла телефон, который вдруг заиграл мелодией. Гарри успел заметить на экране фотографию Тони, прежде чем она ответила. — Ну как там ваша сверхсекретная миссия? — подколола она, и Гарри снова невольно улыбнулся. — Уже готовы рассказать, как всё пошло не так? Гарри не слышал, что говорит Тони, но по тому, как Пеппер закатила глаза, можно было догадаться. — С ним всё хорошо, — сказала она. — Я как раз собираюсь показать ему свои секретные навыки, чтобы вступить в его Лигу зла. Гарри тихо прочистил горло: — Вообще-то мы хорошие. Пеппер рассмеялась и кивнула ему: — Прости, я хотела сказать — собираюсь пройти прослушивание в Команду хороших парней. Пока Пеппер уверяла Тони, что они не делают ничего «опасного» и пусть он «сам не натворит глупостей», Гарри собрал со стола мусор. Когда она закончила разговор, она развернулась на стуле и одарила Гарри широкой улыбкой — с явной искоркой озорства. — Готов увидеть мою суперсилу? — Конечно. И в чём она? Пеппер вытащила из кармана тонкий чёрный кошелёк и достала оттуда блестящую синюю карту. — Я могу уничтожить кредитный лимит Тони за считанные часы. Готов присоединиться ко мне, чтобы я доказала свою ценность как союзника? Гарри на мгновение замялся, но в Пеппер было что-то располагающее. И… как бы он ни не хотел быть виноватым в том, что какой-нибудь щенок перегрызёт провода и ему за это влетит… тот пёс ему всё-таки очень понравился. — Мы можем заехать в зоомагазин? Глаза Пеппер загорелись сильнее, чем когда-либо у Дамблдора. — О, Гарри, конечно можем. Более того — я настаиваю.

***

Гарри быстро переоделся, натянув что-то поаккуратнее, схватил деньги, выигранные в «Монополии», свою странную штуку-оружие и телефон. Сириусу он отправил короткое сообщение — просто смайлик с закатывающимися глазами, — а Питеру написал чуть больше: Я сегодня у тебя украду Джоуи и научу его отзываться на «Засранец». Они уже мчались по улицам с Пеппер, под громкую попсу из радио, направляясь в торговый центр, который, по её словам, «там есть всё, что нужно» (хотя Гарри нужен был только корм и всякое для собаки), когда пришёл ответ. Я сказал Джоуи, он гавкнул — это значит «ок» лол — О… — Гарри моргнул и быстро закрыл рот, поймав себя на том, что удивлён. Он вовсе не ожидал, что столкнётся с Питером, когда они отправятся «освобождать невинного щенка и тащить его в наше логово добра», как выразилась Пеппер. Пеппер убавила звук радио и замедлила машину, сворачивая на парковку. — Всё в порядке? — Ага… — Гарри быстро написал Питеру, что зайдёт позже, и убрал телефон. — Я познакомился там с парнем, он работает в приюте. Похоже, сегодня тоже будет там. — Парень, значит? — Пеппер лукаво улыбнулась. — Симпатичный? Гарри нахмурился. — Понятия не имею. Можешь сама посмотреть сегодня. Даже номер его дам, если понравится. Пеппер звонко рассмеялась и заглушила двигатель. — Я предпочитаю мужчин постарше, — подмигнула она. — Так что оставлю этого тебе. Гарри покраснел и выскочил из машины следом за ней. — Я… э-э… я не гей, — прошипел он вполголоса, оглядываясь на людей на парковке. — Так что… не нужно ничего «оставлять мне». Пеппер посмотрела на него с любопытством, подошла и, взяв его за руку, потянула за собой. Гарри на мгновение напрягся от неожиданности, но быстро расслабился — у неё это получалось как-то естественно. — Тони тоже говорит, что не гей, — заметила она буднично, пока они шли к огромному входу в торговый центр. — Но красивый мужчина остаётся красивым мужчиной. Он, кстати, говорил, что спал с обоими твоими родителями. Гарри поперхнулся и почувствовал, как лицо вспыхнуло, как у Рона. — Очень «приятная» тема для разговора, — буркнул он. — Сири… мой друг, — он едва успел исправиться, — уже рассказал. Второй раз мне это слышать не нужно. Пеппер усмехнулась и придержала дверь, не отпуская его руку. — Значит, твой друг хорошо знал твоих родителей? Гарри рассеянно кивнул, оглядываясь вокруг. Повсюду были люди, шум, свет, движение — торговый центр кипел жизнью. Здесь было гораздо оживлённее и громче, чем в магазине техники и торговом центре, куда он ходил с Тони пару дней назад. — В Нью-Йорке все спешат, — сказала Пеппер, уверенно ведя Гарри сквозь толпу, не отпуская его руку. — Сначала всё для питомца, потом — уничтожим кредитку твоего папы. Гарри был слишком занят тем, чтобы не сталкиваться с людьми, галдящими на своем странном акценте, чтобы её поправлять — Тони ему не отец. Да и, если честно, он не хотел спорить с этой тёплой и дружелюбной женщиной. Она ему нравилась. Вообще казалось, что её трудно не любить. Они нашли небольшой зоомагазин на третьем этаже, и Гарри даже испытал какое-то детское удовольствие, поднимаясь по эскалатору. Пеппер помогала ему выбрать всё необходимое: поводок, ошейник, корм, миски, игрушки и даже пакеты для уборки за щенком. Гарри понравилась она ещё больше, когда она предложила расплатиться картой Тони и лишь пожала плечами, когда он настоял, что заплатит сам. Потом они зашли в магазин с товарами для дома, и Пеппер буквально вынудила Гарри купить «хоть что-нибудь» для «его» комнаты. — Это не моя комната, — твёрдо сказал Гарри. — Это гостевая, и я скоро уеду. — Ладно, тогда заберёшь с собой, — отмахнулась она. — Но я буду выглядеть как злая мачеха, если накуплю всего для своего дома, а у тебя ничего не будет. Гарри сомневался, что Пеппер вообще можно назвать чьим-то родителем — хоть добрым, хоть злым — настолько она выглядела молодой и живой. Но всё же он взял необычный камень, который мягко светился тёплым светом и, судя по упаковке, «способствовал спокойному сну». Потом Пеппер затащила его в магазин женского белья — и Гарри отказался даже переступать порог, как только понял, что там продаётся. После этого они отправились в другой универмаг, где Гарри бросил взгляд на кожаную куртку, чем-то напомнившую ему Сириуса. Но, увидев ценник, он тихо зашипел. — Это слишком дорого. Наверное, даже больше, чем стоила его «Молния». Пеппер сняла куртку с вешалки, удерживая её одной рукой, пока другой балансировала с кучей покупок. — Думаю, тебе стоит её взять и надеть, когда пойдёшь к своему «совсем не симпатичному» другу. Гарри покачал головой и попытался забрать у неё куртку, чтобы вернуть на место. — У меня, кажется, никогда в жизни не было столько денег. Пеппер это только рассмешило. — О, Гарри, Гарри, Гарри, какой же ты скромный, — рассмеялась она. — Это, наверное, от мамы. Мы берём это. Давай, помоги мне выбрать туфли. Как бы Пеппер ни говорила, что Тони любит командовать, Гарри про себя решил, что она ничуть не лучше.

***

К тому моменту, как они вернулись к машине, у обоих руки были завалены пакетами, а Пеппер буквально сияла. — Ещё один удачный день! — она вытащила из пакетов новую куртку Гарри и сунула её ему в руки, после чего с размахом захлопнула переполненный багажник. — А теперь идём освобождать твою собаку из лап зла! Когда они подъехали к приюту — адрес Пеппер пришлось искать по дороге — Гарри окончательно понял, почему Тони так зациклен на этой женщине. Несмотря на её невероятную любовь командовать, с ней было действительно весело. — Гарри! — Питер встретил их прямо у входа, с кривоватой улыбкой и уже извивающимся в руках Джоуи. — И…? — он перехватил щенка одной рукой, чтобы другой вежливо протянуть руку Пеппер. — Пеппер Поттс, — представилась она с улыбкой, пожимая его руку. — Я здесь, чтобы спасти щенка от сил зла. — Слышал, Джоуи? — Питер поднял щенка к лицу, давая ему облизать себя. — Ты теперь вступаешь в Мстителей, дружище, раз Гарри, оказывается, их тайный участник. — Ничего подобного, — возразил Гарри. Он забрал Джоуи у Питера и сразу начал чесать ему за ушами, радуясь, что тот его помнит. — Мы создаём анти-Мстителей— — Анти-Мстители, — подхватила Пеппер, — весёлое АМ. — Именно, — усмехнулся Гарри. — И вот этот Засранец поможет нам их развалить изнутри. —Он взъерошил уши Джоуи и рассмеялся, когда тот начал яростно вилять хвостом, колотя им по его руке. — Правда, дружище? Готов сразиться с Халком, а? Джоуи тявкнул так бодро, что все трое рассмеялись. — Найдётся место ещё для одного участника? — спросил Питер, облокотившись на стойку и наблюдая, как Гарри играет со щенком. Время от времени он тянулся, чтобы почесать Джоуи за ухом, пока Пеппер заполняла бумаги на усыновление. — Смотря что ты можешь предложить, — серьёзно ответил Гарри. — У тебя есть какие-нибудь секретные суперспособности? — Если я тебе скажу, они перестанут быть секретными, не так ли? — невозмутимо отозвался Питер с той же кривоватой улыбкой. — Справедливо, — кивнул Гарри. Он поднял Джоуи и посмотрел ему прямо в чёрные щенячьи глаза. — Ну что, берём Питера в команду или посылаем его? Джоуи тявкнул и лизнул Гарри в нос. — Я в деле! — радостно воскликнул Питер, победно вскинув кулак. — Только мне нужен крутой псевдоним. Питер звучит как-то не по-супергеройски, да? Гарри вспомнил другого Питера, которого он знал, и поморщился. — Да, — согласился он. — Придумаем тебе нормальное имя. Только не Питер. — Тогда и я тебе придумаю, — подмигнул Питер. Гарри раньше этого не замечал, но в здании было довольно жарко, и он невольно подумал, не слишком ли тепло Джоуи. К счастью, Пеппер спасла его от необходимости выдавливать из себя какую-нибудь глупость — она подскочила к нему с телефоном в руке. — Готово! Поздравляю! Теперь ты обязан сделать фото в день, когда у тебя появилась первая собака, — сказала она и указала на стену с баннером, явно предназначенным именно для этого. — Давай, вставай, улыбайся. Гарри закатил глаза, заметив ухмылку Питера, но послушно подошёл. Он поднял Джоуи к лицу, надеясь, что милота щенка отвлечёт внимание от… ну, от него самого. — Сыр, — пробормотал он с вялой улыбкой. На этот раз глаза закатила уже Пеппер и подтолкнула Питера к нему, отчего Гарри снова бросило в жар. — Питер, покажешь Гарри, как надо улыбаться? — Есть, мэм, — вежливо ответил Питер. Он встал рядом, закинул руку Гарри на плечо и скорчил максимально дурацкую рожу: скосил глаза и высунул язык. Гарри рассмеялся, Джоуи тявкнул, и Пеппер сделала снимок.

***

— Он вроде хороший, — задумчиво сказала Пеппер в машине, пока они ехали обратно в башню. Гарри держал спящего щенка на коленях и пытался сделать удачное фото, чтобы отправить Сириусу. — Кто? — Питер, — протянула она. — Очевидно же. — А… — Гарри пожал плечами. — Наверное. Пеппер бросила на него взгляд и рассмеялась, когда он почти уткнул телефон в мордочку Джоуи, пытаясь снять, как у него дёргается нос во сне. — Можешь пригласить его к себе, — небрежно сказала она, снова глядя на дорогу. — Выгуляете Джоуи, поиграете в видеоигры… чем там обычно занимаются два симпатичных подростка. Гарри фыркнул — он и сам не знал, чем занимаются «обычные» подростки. — Похоже на планы, которые я не могу строить, учитывая, что скоро уезжаю, — осторожно сказал он. — Да, звучит именно так, — всё тем же спокойным и лёгким тоном ответила Пеппер. — Не знаю, что там у вас в России, но уверена — Тони может достать тебе здесь всё, что угодно, если ты захочешь остаться. Гарри опустил телефон, проигнорировав пришедшее сообщение от Питера, и нахмурился. — Не всё можно купить, Пеппер. Она не обратила внимания на его резкость. — Назови хоть одну вещь, которую нельзя купить, — с улыбкой бросила она. Но Гарри сейчас не был настроен играть. — Семью, — выпалил он, вспомнив то единственное, ради чего когда-то был готов отдать всё своё состояние. Пеппер посмотрела на него с мягким сочувствием и осторожно положила руку ему на колено. — Мы могли бы стать твоей семьёй… если бы ты позволил. Гарри уставился на Джоуи и с трудом сглотнул ком в горле. — Вы замечательные, правда… но я не могу, — признался он. — Си… мой друг — моя семья. И я дал обещания, которые не могу нарушить. Пеппер тихо хмыкнула, но больше ничего не сказала. Остаток дороги домой до башни они ехали в тишине.