Avatar: Легенда о буревестнице

      Проснулась я от настойчивого толчка в бок. Открыв один глаз, увидела склонённое надо мной лицо Азулы. Её обычно безупречные чёрные волосы были растрёпаны, спадая на лицо. Глаза, ещё сонные, но уже полные того самого, знакомого мне до дрожи, упрямства, смотрели на меня с немым укором. Выглядела она… мило. По-домашнему. Совсем не похоже на ту ледяную статуэтку, которую она выставляет напоказ. — Скоро будет первый гонг! Вставай! — её голос прозвучал чуть хрипловато. Я застонала и уткнулась лицом в подушку. — Азула… Ты издеваешься? Какого коха ты будишь меня раньше, чем надо? — Я не хочу опаздывать! — она фыркнула, и это ежиное фырканье было настолько притворно-возмущённым, что я не удержалась и расплылась в улыбке, всё ещё глядя на её хмурое, сонное личико. Щёчки чуть помяты, бровки домиком — ну просто игрушка, а не будущий тиран. — Ладно, я почти выспалась… — буркнула я больше для себя и с неохотой оторвала голову от подушки.       Утренний туалет занял минимум времени. Пока я натягивала простые форменные штаны и рубаху, наблюдала, как Азула, стоя у зеркала, с почти комичной серьёзностью хмурится, пытаясь завязать аристократический пучок народа огня. Пальцы почему-то путались в прядях. Я вздохнула, подошла сзади и, не спрашивая, аккуратно взяла у неё из рук заколку. — Спасибо, но я не просила, — пробурчала она, но не отстранилась. — Пожалуйста, мне не сложно, — отозвалась я, ловко собирая её шелковистые волосы в ровный узел. Сама я этим церемониям предпочитала не следовать. Мой пегий хвост, перехваченный простым кожаным шнурком, вызывал у Айро расстроенные вздохи, а у Азулы — лёгкое презрение. Красивые, мол, волосы портишь. А я бы и вовсе обрезала, да вот угрозы от обоих магов на тему: «острижёшь — сожгу остальное» звучали убедительно.       Закончив, я замерла у окна и распахнула его настежь. В комнату ворвался тёплый утренний ветерок, наполненный запахами влажной земли, цветов и далёкого дыма. Он колыхнул мою челку и зашептал в ушах что-то неразборчивое и ласковое. Магия отозвалась лёгким покалыванием в пальцах, явно желая движения. Я вздохнула полной грудью, вглядываясь в горизонт, где багряная полоса рассвета медленно разъедала синеву ночи. — Смотри, — сказала я, не оборачиваясь. — Солнце похоже на расплавленный слиток золота, вынутый из печи. Как красиво.       Рядом послышался лёгкий шорох — Азула подошла, уже полностью одетая. Она молча посмотрела туда же. — Да… — наконец произнесла она тихо. — Действительно очень красиво. И ты сейчас говоришь как поэт, Эйрин. — Нет ничего прекраснее, чем природа, воспетая в искусстве... — расплывчато ответила я.       За эти полгода мы стали… подругами. Как ни дико это звучало. Она никогда не произнесла этого слова вслух, конечно. Но и не отрицала, когда я её так называла. Да, в ней всё ещё взрывалась та самая, первозданная Азула — язвительная, самоуверенная, готовая сжечь мир за оскорблённое самолюбие. Но для меня она стала кем-то вроде… моей личной, ядовитой, невероятно сложной и бесконечно дорогой милашки с огромными золотыми глазами, в которых иногда проскальзывал такой детский, беспомощный страх, что сердце сжималось.       Где-то вдарил первый гонг, гулко сотрясая утренний воздух. — Пошли, — сказала Азула, и её голос снова приобрёл привычные командные нотки. — Иду, принцесса. Пошли, ограбим их кухню, — пошутила я, потягиваясь. — Сегодня мы едим в общей столовой, — как бы между прочим бросила она, направляясь к двери. — А потом? — уточнила я, догоняя её. — Потом нам будут приносить то, что ты сама захочешь. Всё-таки я принцесса, а ты — дочь Дракона Запада. Местной администрации придётся нам ноги целовать, лишь бы мы не жаловались. — Директриса меня явно уже обожает, — проворчала я. Мы вышли во двор, залитый розоватым светом. — Я не удивлена. Ты часто вызываешь у окружающих желание просто тебя прибить, — отозвалась Азула, не глядя на меня. — Но? — Но… она мне тоже не нравится, — закончила она просто, и на этом разговор заглох.       Столовая была пустынна и тиха. Персонал в белых фартуках бесшумно двигался между рядами пустых столов, расставляя приборы. Пахло свежим хлебом и чем-то жареным. — Пустовато… Азула, мы пришли слишком рано, — констатировала я. — Нормально. Я чувствую, что сегодня мы не успеем поесть нормально после занятий, поэтому лучше поесть сейчас и осмотреть всё, где мы вчера не были, — твердо произнесла принцесса, направляясь к раздаче. — Нам даже расписания ещё не принесли… — я пробормотала это, закинув руки за голову, и поймала на себе её короткую усмешку. — Ничего смешного! Вечно я страдаю от твоего энтузиазма. То ты с упорством козлобарана пытаешься меня поджечь, то будишь ни свет ни заря. — Хорошо, завтра я не буду тебя будить, — неожиданно заявила она, поднося ко рту чашку с чаем, которую хапнула на поднос. — Ты наверняка проспишь и поймёшь, что не права. — Мечтай, — я показательно закатила глаза. — У меня прекрасное ощущение времени!       На самом деле, это была не совсем ложь. За полгода я научилась чувствовать время по воздуху. Эдакий барометр, который работал на постоянной основе. Каждое время суток для меня имело свою плотность, влажность, наполненность. Сейчас, например, воздух был чистым, свежим, с лёгкой, едва уловимой рябью, предвещавшей ветреный, но ясный день. Ни намёка на дождь. Айро и ворчливый Райк, который часто избивал меня палкой во время наших тренировок, постоянно говорили, что из меня вышел бы гениальный мореход. Ага... только парус и я. И меня никто не догонит. Я с наслаждением выдохнула, чувствуя, как утренняя свежесть наполняет лёгкие.       Пока я витала в облаках, заняв ближайший к выходу стол, Азула успела принести нам завтрак — скромные тарелки с картофельными оладьями и вареньем. Она, при всей своей изнеженности дворцовой жизнью, не была привередлива. Здесь, в академии, где личные слуги были роскошью даже для знати, она не взяла никого, кроме меня. «Свита у меня уже есть, — сказала она тогда отцу, кивая на меня. — Остальное — излишества». Сам Озай, судя по всему, был даже доволен такой самостоятельностью своей дочери. А меня посчитал хорошим вариантом для свиты Азулы.       Я почти не почувствовала вкуса, автоматически доедая свою порцию, когда моё ухо, уже привыкшее постоянно сканировать окружение, уловило приближающиеся голоса. Детские. Один — ровный, сдержанный. Другой — звонкий, как колокольчик, и невероятно быстрый.       Азула подняла голову, вопросительно глянув на меня.       В дверь столовой впорхнули две наши ровесницы. Я удивлённо моргнула, выхватив одновременно знакомые и незнакомые мне личности.       Первая — улыбающаяся, с живыми движениями и длинной, аккуратной косичкой, которая прыгала у неё за спиной. Она что-то живо обсуждала со своей спутницей — высокой, строгой девочкой в форме академии, но почему-то с широкими рукавами. «Неужели… Это Тай Ли и Мей?»       Мысль ударила, как обухом по голове. Я поспешно наклонила голову, делая вид, что внимательно изучаю узор на столешнице, лишь бы скрыть наверняка округлившиеся от шока глаза. Обрывки воспоминаний из другой жизни закружились в голове: «личная свита Азулы», «гимнастка», «девушка с ножами»… Меня охватила почти физическая потребность сорваться в комнату и судорожно перелистать тщательно спрятанную тетрадь с моими обрывочными записями о будущем мира. — Это Мей и Тай Ли, — тихо, будто читая мои мысли, произнесла рядом Азула. — Они иногда приезжали во дворец ещё до твоего приезда, чтобы составить мне компанию. Та вертлявая — Тай Ли. Высокая, как жердь, — Мей. Она давно… питает симпатию к Зуко. Довольно сносные компаньонки.       В её голосе не было ни тепла, ни неприязни, она явно не придала значения их появлению. — Они захотят подойти? — так же тихо спросила я.       Ответом стал вихрь движения. Тай Ли в пару прыжков оказалась у нашего стола. — Здравствуйте, Ваше Высочество! — она стремительно, но изящно поклонилась и засияла улыбкой, способной осветить всю комнату. — Очень рада тебя видеть, Азула, мы так давно не виделись! Познакомишь нас со своей подругой?       И, не дожидаясь ответа, она тут же подсела ко мне, смотря прямо в лицо своими огромными, любопытными глазами. — Меня зовут Тай Ли, я из семьи Тай. А ты кто? Как необычно, что Азула сидит с кем-то и разговаривает! А давно вы знакомы? А давай дружить? Ой, забыла, это Мей, моя подруга… — Тай Ли, — более низкий, ровный голос прозвучал сдержанным укором. Мей подошла следом, её поклон в сторону Азулы был безупречным, церемонным и чуть более глубоким. — Ты сбиваешь своей жизнерадостностью. — Нет, всё в порядке, — я заставила себя улыбнуться, преодолевая лёгкий ступор. Мой мозг лихорадочно работал: Первое впечатление. Ключевые фигуры, которые очень мне симпатизировали. Не спугнуть. Я решительно протянула руку Тай Ли. — Меня зовут Эйрин. Я рада познакомиться.       Мои пальцы обхватили её ладонь и слегка потрясли. Жест был автоматическим, принесённым из прошлого. Тай Ли на секунду замерла, её брови поползли вверх от искреннего удивления. Кохову мать мне на похороны! Здесь так не делают! — пронеслось у меня в голове. Восточный менталитет, рукопожатия — не приняты. Только поклоны и прочее. Но отступать было поздно. — Ну… приятно познакомиться, Эйрин! — Тай Ли быстро оправилась, и её рука ответила мне крепким, уверенным пожатием. Да, точно, наверное уже занимается. Чувствуется сила в этих тонких пальцах.       Решив не зацикливаться на ошибке, я так же протянула руку Мей. Та замешкалась лишь на долю секунды, её тёмные, внимательные глаза оценивающе скользнули по моему лицу, затем по руке. Наконец, она приняла рукопожатие. Её ладонь была сухой и прохладной. — Тао Мей, — представилась она просто, без лишних слов.       Её тонкая рука с мозолями на пальцах, которые я почувствовала, уверенно сомкнулась с моей. Кто говорил, что через рукопожатие можно понять, чем занимается человек? Он прав! Она явно много времени проводит с чем-то острым. А учитывая ее любовь к колюще-режущему...       Я поймала взгляд Азулы. Она наблюдала за этой немой сценой, слегка склонив голову набок. В уголках её губ играла едва уловимая, но знакомо-ехидная искорка, но в глазах я заметила и тень чего-то другого.       Рука Азулы скользнула в мою, когда Тай Ли, после еды, болтая без остановки, повела наш маленький отряд через чёрный ход на улицу, показывая хорошие уединённые уголки и в общем заваливая меня информацией. Её пальцы сжались чуть крепче, чем нужно, когда я в ответ на очередную весёлую тираду Тай Ли невольно рассмеялась. Краем глаза я заметила, как принцесса слегка надула губы. Микроскопическое, почти невидимое движение, но для меня очень даже заметное. Я прекрасно изучила повадки Азулы и часто могла интуитивно угадывать, что она думает. Да и на лице у нее всё написано. Ревнует сейчас. Ну надо же.       Мей, шедшая рядом, тихо объяснила мне, что они с Тай Ли приехали на неделю раньше, чтобы освоиться, и, по её мнению, это было мудро. Живут, как выяснилось, в том же корпусе, этажом ниже. Тай Ли тем временем провела нас «секретным» путём — мимо кухонного выхода, через заросли кустарников, чьи ветви норовили зацепиться за рукава, и вдоль задней, непарадной стены главного корпуса.       Азула больше молчала, погружённая в свои мысли, лишь изредка односложно отвечала на прямые вопросы Тай Ли, но её взгляд не отрывался от меня. Она наблюдала. Как я реагирую, как улыбаюсь, как киваю на предложение Тай Ли вместе ходить на занятия для немагов. Я согласилась. Так я смогу сблизиться с одной из самых интересных мне личностей и в общем быть в курсе всего. — Жаль, конечно, что Эйрин не маг, — обронила Азула, когда мы уже поднимались по лестнице в наш корпус. — Её бы энергию да в правильное русло...       «Если бы ты только знала, милая» — пронеслось у меня в голове, и внутри что-то ехидно зашепталось. Я грёбаный маг воздуха. Последний из уцелевших на этом континенте. И твой брат в одном возможном будущем потратит три года жизни, чтобы найти такого, как я, и поймать.       Мы вышли в знакомый коридор, временно разойдясь с девочками. Несколько учениц, столкнувшись с нами, замерли и, смущённо опустив глаза, совершили неглубокие поклоны. Азула прошла мимо с гордо поднятой головой, словно не заметив их, как проходят мимо мебели. У нашей двери она взглядом выгнала всех лишних и прислонилась к стене у окна, скрестив руки. — Тай Ли довольно много болтает, — заявила она, глядя в окно. — Она очень жизнерадостная. Мне кажется, это хорошо, — пожала я плечами, присоединяясь к ней. — Такие люди часто бывают счастливее. Искреннее. — Тебе нравится её трёп?       Я повернулась к ней, упёршись боком в подоконник. — Нам стоит заводить знакомства. Они неглупы, да и ты с ними уже знакома. Да и в общем вызывают доверие.       Я наклонилась чуть ближе, понизив голос до шёпота, который должен был донестись только до её уха: — Ты ревнуешь, да?       Она резко дёрнула головой, и её золотые глаза метнули в меня искру неподдельного возмущения. — Вот ещё! Просто она меня раздражает! — Да-да, конечно, — я закатила глаза с преувеличенным скептицизмом. — Просто, пока мы шли, я думала, ты меня взглядом прожжёшь насквозь. Расслабься, искорка. Тай Ли уже занята — у неё есть Мей. А у меня... — я сделала паузу, глядя прямо на неё, — у меня есть ты. Мой первый и самый сложный друг. Так что не пускай пар из ушей.       Азула замерла, её щёки слегка порозовели. Она что-то пробормотала себе под нос, слишком невнятное, чтобы разобрать, и отвернулась к окну. Я поняла, что она больше не злится.       В этот момент принесли расписание. Всё подтвердилось: общие лекции для всего потока, а потом — разделение. Моя участь — «физическое воспитание и основы воинской дисциплины» для немагов. Короче, физра с элементами ОБЖ и муштры. Азуле предстояли изнурительные тренировки по магии огня в специально оборудованных, укреплённых залах. И специальным учителем, который был нанят исключительно для принцессы.       Второй гонг, призывающий к построению, прозвучал, как удар по наковальне. Азула толкнула меня локтем в бок — «шевелись» — и мы вышли, встретив у лестницы Тай Ли и Мей.       Центральная площадь быстро заполнилась строгими шеренгами девочек в одинаковой форме. Директриса Перл взгромоздилась на возвышение и начала нести какую-то политическую муть. Она говорила о долге, чести, традициях, великом будущем Нации Огня. Слова сливались в один невнятный, скучный гул.       Меня клонило в сон. Веки отяжелели. Опоры под ногами не стало, и я чуть качнулась вперёд, но цепкая хватка на моём локте вмиг вернула меня в реальность. Я протёрла глаза. Азула держала мой локоть, её пальцы впились в ткань рубахи. Она даже не смотрела на меня, устремив ледяной, предупреждающий взгляд куда-то в толпу. Рядом тихо посмеивалась Тай Ли. — Проснись, — прошипела Азула, наконец глянув на меня. — Ты позоришь нас обоих. — Спасибо, что не дала грохнуться носом в гравий, — пробормотала я.       Речь, слава Агни, закончилась. Тай Ли, вынырнув из толпы, сообщила, что первая лекция — по истории — будет в северном крыле и что идти лучше побыстрее, иначе все задние парты займут. — Откуда ты так прекрасно всё знаешь? — спросила я, пробираясь за ней по уже ожившему коридору и прогоняя остатки сонливости. — Я здесь уже неделю и обошла всю территорию, — напомнила она, лавируя между группами учениц. – Просыпайся, Эйрин, я это уже говорила. – Да... Ты права – высплюсь на истории, – пробормотала я.       Третий гонг. Учебный год начался. Мы остановились перед массивной дверью аудитории, в которую уже вливался ручеёк девочек нашего возраста. Я на секунду задержалась на пороге, глядя на их спины, на склонённые над пустыми партами головы.       Зуко, наверное, сейчас так же сидит за партой в своём военном училище, — мелькнула мысль. Скучает, ёрзает, пытается понять скучные схемы построения. Я почувствовала, что скучаю по этому пацану, как и по Айро с его мудростью. Да что там, даже Райк мне после его зверств показался добрым и ласковым.       Азула толкнула меня в спину, выводя из ступора. — Идём. Садимся на третий ряд. Тай уже заняла нам. Я не собираюсь толкаться здесь больше ни минуты.       Вздохнув, я поплелась в сторону машущей нам Тай Ли, пока Азула, как ледокол, пробивала путь к заветным лавкам. Шум в аудитории стих.