Avatar: Легенда о буревестнице

      Дверца открылась. Солнечный свет ударил в глаза. Айро снова протянул руку, чтобы помочь мне вылезти. Я, скрипя зубами от раздражения, но понимая театральность момента, приняла помощь. Мы стояли перед… Ну, Вратами. Огромными такими, золочёными. Ведущими во внутренний двор дворца. За ними виднелись идеальные сады, мостики, ещё больше павильонов с красными крышами. И бездна слуг в одинаковых тёмных одеждах.       Айро наклонился ко мне, его губы почти коснулись моего уха. Его шёпот был тихим, но успокаивающим: – Не бойся. Я скоро вернусь. Мне нужно пройти на доклад к… Лорду Огня. Тебя отведут в мои покои. Отдохни. Отстирайся. Тебе в этом помогут.       Меня отстирают. Классно. Как будто я грязное белье в прачечной... Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Меня дико подмывало спросить: «А что с тобой будет? Азулон точно по головке не погладит за притащенную во дворец бродяжку, убитого внука и проигранную осаду», но я затолкала все вопросы поглубже. Не моё дело. Я здесь – случайный довесок. Балласт. Лезу без спроса туда, где меня не ждут и не хотят видеть. Надо знать своё место. Хотя бы сейчас.       Айро выпрямился. Его лицо снова стало непроницаемой маской генерала, наследного принца. Ко мне подошла женщина. Служанка. Лет сорока, с гладко зачесанными тёмными волосами, собранными в тугой узел. Лицо – как вырезанное из камня: ни эмоций, ни тепла. Стремная но красивая в своей строгости кукла. Глаза смотрят куда-то в пространство за моей спиной. Жуткая тетка, такое ощущение что она продала душу дьяволу ещё до моего рождения, уж больно глаза у нее пустые. – Юный господин, – произнесла она монотонно, кланяясь. – Пожалуйте за мной. Его Высочество распорядился…       «Юный господин»! Я чуть не фыркнула, и правда больше не дамся Айро с его талантом в парикмахеры. Вот чай он заваривает классно, но дочки у него не было, а значит косички он плести не умеет.       Айро услышал. Он повернулся к служанке: – Это девушка, называй ее госпожа Эйрин. Моя дочь. Отведи её в мои покои. Я отдам распоряжение о ее личной служанке. Передай из рук в руки и можешь быть свободна.       Каменное лицо дрогнуло. В глазах мелькнуло изумление, быстро сменившееся всё тем же профессиональным равнодушием. Она поклонилась глубже: – Простите, госпожа. Пожалуйте за мной.       Я кивнула. Айро посмотрел на меня в последний раз. В его глазах, на долю секунды, сквозь маску холодного аристократа, проглянуло что-то теплое, ободряющее. Я, повинуясь внезапному порыву, шагнула вперед и неловко обняла его за бок, уткнувшись лицом в его парадный плащ. Он замер. Я прошептала так тихо, чтобы только он мог услышать: – И тебе удачи. Там… наверху.       Он не ответил. Просто его большая рука легонько коснулась моей спины на мгновение. Потом он развернулся и пошел прочь, к парадному входу. Его фигура в алом плаще быстро уменьшилась, растворяясь в блеске и величии Императорского Дворца. Такое ощущение что я смотрю как он идёт на убой. Это ведь не так?(Правда ведь?) Меня охватило жуткое чувство одиночества. – Пожалуйте, госпожа, – повторила служанка, уже без «юный», но и без особого почтения.       Я потопала за ней. Длинные коридоры. Высокие потолки. Богатые ковры под ногами. Стены, украшенные гобеленами с драконами и битвами. Всё в тех же пресловутых красных, золотых и черных тонах. Всё одинаковое. Как лабиринт. Я бы заблудилась здесь через пару минут без карты местности.       Один раз мы прошли мимо большого красочного портрета, на нем явно была изображена королевская семья. Я узнала на нем Лу Тена и Айро. Остальные же были мне не знакомы, но я предположила что высокий моложавый мужчина с черной бородкой — Озай, а красивая женщина обнимающая за плечи маленького мальчика — Урса. Смешной и нескладный пацан наверняка Зуко. А девочка стоящая рядом с Озаем маленькая Азула. Позади всех на большом троне сидел старик, глубокие морщины, длинная борода, внимательные глаза. Азулон. Я на пару секунд замерла у портрета, вглядываясь в эту постановочную картину. Слишком уж представительно здесь выглядел каждый член династии.       Служанка шла быстро, не оглядываясь и поэтому я вздохнув поспешила догнать её. А то правда потеряюсь. Порой мы встречали каких-то слуг, которые кланялись моей проводнице. Возможно, она тут главная жаба на болоте, среди служанок, конечно.       Наконец, она остановилась у высоких дверей, украшенных необычным знаком — белым стилизованным драконом кусающим себя за хвост. Открыв их и пройдя по коридору, остановилась у распахнутых дверей. Внутри был небольшой столик, на котором стоял поднос заставленный пиалами с едой — рис, тушеные овощи, кусочки рыбы в каком-то соусе и какие-то фрукты. И еще одна служанка, помоложе каменной жабы(ну она себя не назвала) на вид лет восемнадцати. Она присела в низком поклоне. – Юна, — представилась она, поднимаясь. — Я буду помогать юной госпоже.       Надо же! Хоть кто-то понял! А, да, Айро наверное предупредил...       Первая служанка кивнула мне и Юне и удалилась, не сказав ни слова. Юна улыбнулась. Улыбка была робкой, но искренней. — Госпожа, вы, наверное, устали с дороги? Пожалуйста, подкрепитесь.       Я подошла к столу. Еда пахла невероятно. После корабельных сухарей и странных каш это была пища богов. Но есть под пристальным взглядом… Я села, взяла палочки (спасибо Джару за уроки, пригодилось), но чувствовала себя неловко. Юна стояла рядом, сложив руки на животе, и смотрела. Просто смотрела. Как статуя.       Я поковыряла рис. Потом не выдержала. — Юна, ты не обязана стоять тут столбом, — сказала я, стараясь говорить мягко. — Или это такой местный ритуал — смотреть, как гостья давится от неловкости? Потому что у меня неплохо получается.       Юна смущенно опустила глаза. — Простите, госпожа. Так положено. Чтобы услужить немедленно, если что-то понадобится. — Мне сейчас нужно только одно, — вздохнула я. — Чтобы ты не смотрела на меня, как на экспонат в зоопарке. Садись. Поешь со мной. Еды тут на троих, я одна не осилю. Корабельная кухня — это вам не императорские повара, здесь порция раза в четыре больше.       Юна широко раскрыла глаза. – Госпожа! Я не могу! Это не… – А я могу приказывать? — спросила я, поднимая бровь и делая вид, что серьезно размышляю. — Как приемная дочь принца? Кажется, могу. Так вот, приказываю: садись и ешь. А то я обижусь. И расскажу дяде, что ты меня мучила своим взглядом.       Это подействовало. Юна испуганно ахнула, потом неуверенно улыбнулась. – Вы… Вы не похожи на ту, кто пожалуется о такой мелочи, — пролепетала она. – Спасибо, — я ухмыльнулась. — Стараюсь. Садись же!       Она, оглядываясь по сторонам, словно боясь, что из-за гобелена выскочит надсмотрщик, осторожно подсела на край стула напротив. Я подвинула к ней пиалу с рисом и рыбой. – Вот. Рассказывай, что здесь интересного, пока ем. Кроме алых ковров и золоченых драконов.       Юна оттаяла. Она начала робко рассказывать о дворце, о садах, о том, какие тут строгие правила. Как выяснилось, она совсем недавно поступила во дворец, и я здорово развеселила девушку, сыпля мелкими колкостями в сторону напыщенных зданий столицы. Она смеялась тихим, серебристым смехом, когда я корчила рожицы, пробуя острый соус. Она ела маленькими кусочками, но ела. Лед был сломан. План по завоеванию сердец прислуги начал приводится в исполнение. И нет, я не сволочь, Юна мне реально понравилась, грех не подружиться. После еды служанка встала. – Теперь, госпожа, вам нужно освежиться. Пожалуйте.       Она повела меня в смежную комнату — просторную, выложенную светлым камнем. (Белым!) В центре стояла огромная деревянная купальня, уже наполненная горячей водой с ароматом каких-то трав и цветов. Пар клубился над водой. Рядом стояли кувшины, щетки, мыло в красивой фарфоровой пиале. – Я помогу вам раздеться, — деловито сказала Юна, подходя ко мне.       Внутри у меня все сжалось. «Нет. Нет-нет-нет». Прикосновения чужих рук для помощи… Даже без злого умысла. Особенно после моей прошлой жизни. Я отступила на шаг. – Я… я сама, — пробормотала я. — Спасибо.       Юна смотрела на меня с недоумением. — Но госпожа… Так не принято. Знатные дамы всегда… — Я не знатная дама, — резко перебила я. — Я — Эйрин. И я сама. Пожалуйста.       В ее глазах мелькнуло понимание. Или что-то похожее. Она кивнула. — Как скажете. Но позвольте хотя бы помочь с купанием? Намылить спину? Волосы?       Я колебалась. Спину… ладно. Волосы… ну, если очень надо. Кивнула. Стала снимать жилетку, рубашку, штаны. Чувствовала себя уязвимой, как улитка без раковины. Кулон аккуратно сняла и протянула девушке. — Вот. Это… очень важно. Не потеряй, пожалуйста.       Она бережно взяла его. — Не беспокойтесь, госпожа. Я положу его сюда, на полочку. На виду.       Я быстро залезла в воду. Горячая! Чуть не вскрикнула. Опустилась по шею. Блаженство смешалось с напряжением. Юна взяла кувшин, чтобы смыть пыль, прежде чем намыливать. Потом взяла мыло. И началось.       «Отдраивание» — это было точное слово. Юна работала щеткой и мочалкой с усердием, достойным лучшего поломойщика, скребущего палубу перед смотром адмирала. Она намылила мне голову так, что пена полезла в глаза, нос, рот. — Пфффф! — Я фыркнула, выплевывая мыльную воду. — Юна, ты меня что, на продажу готовишь? Или решила снять с меня кожу вместе с грязью?       Она захихикала. — Простите, госпожа! Но вы действительно очень грязная. И волосы такие светлые, трудно понять, где пена, а где они. И кожа у вас, оказывается, бледная… Нужно тщательно отмыть, чтобы вы сияли! — Сияла? — Я сквозь пену попыталась посмотреть на нее. — Я что, теперь должна светиться в темноте, как светлячок? Предупреждать врагов о своем приближении?       Девушка смеялась, но мыла чуть менее рьяно. Потом был ополаскиватель с ароматом жасмина, который пах так сильно, что я чихнула три раза подряд. Вылезать из воды было жаль, но Юна уже держала огромное пушистое полотенце. Она вытерла меня с той же основательностью, что и мыла, словно отполировывая драгоценность. Потом подала тонкий мягкий халат. — Теперь волосы, — объявила она, усаживая меня на табурет перед большим зеркалом в золоченой раме.       Она взяла гребень из темного дерева и начала осторожно, но настойчиво расчесывать мои мокрые, спутанные пряди. Больно не было, она старалась. Я смотрела в зеркало на свое отражение: острые черты лица, большие глаза (сейчас широко раскрытые от всего происходящего) и эти дурацкие, почти белые волосы, которые после стрижки Айро едва доходили до подбородка и теперь торчали мокрыми сосульками. — У вас… необычные волосы, госпожа, — тихо сказала Юна, разделяя очередную прядь. — Такого цвета… Я ещё не видела. Они то как лунный свет, то как чистый речной песок. Красиво.       Я поймала ее взгляд в зеркале. В глазах было искреннее любопытство, без тени гадости. Я усмехнулась, ехидненько так. — Спасибо, что не сказала «как у старухи». А цвет… — Я пожала плечами, глядя на свои бледные пряди в ее руках. — Плата за близкое знакомство со смертью, Юна. Очень близкое. Она меня поцеловала в макушку, вот и остался такой след. Не самый приятный сувенир, но что поделать.       Юна замерла на секунду с гребнем в воздухе. Потом осторожно продолжила расчесывать, но ее движения стали еще нежнее. — Я… Я не хотела вас расстроить, госпожа. — Ничего, — махнула я рукой. — Я не расстроилась. Просто факт. Такие волосы — как старый шрам. Только заметнее.       Она высушила мои волосы мягкими полотенцами, и они встали торчком, как у испуганного ежика, но хотя бы были чистыми и пушистыми. Потом подала одежду. Не мою скромную корабельную, а новую. Мягкие темно-бордовые шаровары из какой-то дорогой ткани. Такую же рубашку с длинными рукавами, но из тонкого шелка. И поверх — новую жилетку, похожую на подаренную Айро, но более изящную, с тонкой золотой вышивкой по краям. И… сапожки! Настоящие, мягкие кожаные сапожки, а не мои потрепанные шлепанцы. Я натянула их — удобно, сидят как влитые. Одежда была явно мужской, о чем я и спросила девушку. — Принц Айро распорядился подготовить для вас одежду по меркам, которые прислали с корабля, с уточнением что она должна быть удобной, желательно мужской. — пояснила Юна, видя мое удивление. — Я взяла на себя смелость предложить вам эту.       Я кивнула, тронутая его заботой, даже здесь, перед встречей с Азулоном, он умудрился обо мне подумать. Я бы ни за какие коврижки не оделась бы в платье, угадал ты, дядя. С этими мыслями я надела кулон обратно на шею. Холодный металл успокаивающе прижался к коже. Посмотрела в зеркало. Девочка в богатой, но не вычурной одежде. Чистая. Сухая. Волосы — короткие, светлые, торчащие в разные стороны, но хотя бы аккуратные. Лицо… лицо все еще было лицом Эйрин. Следы усталости под глазами, острый взгляд, легкая ироничная усмешка на губах. «Ну, уже не напоминаю уличного попрошайку», — подумала я.       Юна повела меня обратно в первую комнату, но не к столу, а дальше, через еще одну дверь. Это была спальня. Просторная комната в том же азиатском стиле, что и весь дворец, но здесь было… уютнее. Меньше кричащей позолоты, больше темного дерева. Большие окна, прикрытые легкими шторами. Книжный шкаф. Низкий столик для чаепития. И огромная, широкая кровать под балдахином из плотной ткани цвета темного вина. Все равно было много красного — ковры, драпировки, покрывало на кровати — но оттенки были глубже, насыщеннее, не кричащие. — Вот ваша комната, госпожа Эйрин, — сказала Юна. — Отдохните. Принц Айро сказал, чтобы вы поспали после дороги. Он сам придет, когда освободится. Или я разбужу вас, когда придет время.       Она сделала поклон и повернулась, чтобы уйти. Меня вдруг охватила паника. Эта комната, несмотря на размеры и уют, казалась огромной и чужой. А Юна… Она была хоть каким-то знакомым лицом в этом огромном дворце. — Юна! — позвала я, не удержавшись.       Она обернулась. — Да, госпожа? — Ты… ты уйдешь? — спросила я, ненавидя себя за эту слабость, но не в силах сдержаться. — Как я потом найду тебя? Или… или ещё кого-то? Здесь же все коридоры одинаковые!       Девушка улыбнулась. На этот раз улыбка была теплой, почти материнской. Она подошла и, к моему удивлению, нежно провела рукой по моим коротким мягким волосам. (Почему всех так тянет их полапать?!) — Нет, госпожа Эйрин, — сказала она тихо. — Я не уйду. Я ваша личная служанка. Принц Айро назначил меня присматривать за вами. Я буду рядом. В соседней комнате. Если что-то понадобится — просто позовите. Громко. Или выйдите. Я услышу. Я никуда не денусь.       Она еще раз погладила мои волосы, и это прикосновение, нежное и лишенное всякой навязчивости, было неожиданно приятным. Я кивнула, чувствуя, как комок тревоги в горле немного рассосался. — Спасибо. — Отдыхайте, госпожа.       Она вышла, тихо закрыв за собой дверь. Я осталась одна. В огромной, тихой, роскошной комнате, пропитанной запахом дорогого дерева, трав и… все того же неизбывного красного цвета. Я подошла к кровати. Скинула обувь, потрогала покрывало — мягкое, тяжелое. Вздохнула. «Сплю словно в пожарной части. Только здесь огонь не тушат, а разжигают. .. Символично».       Плюхнулась на мягкую перину. Голова едва коснулась подушки…       Тьма накрыла меня мгновенно и безжалостно, как черный мешок. Ни снов, ни мыслей. Только глубокая, беспробудная пропасть усталости. Последнее, что я успела подумать: «Айро… только бы у тебя все было хорошо…» А потом — тишина.