Avatar: Легенда о буревестнице

      Эйрин… Я покатала имя на языке, словно пробуя на вкус. Мне оно определенно нравилось. Пусть Лу Тен придумал его в такой странной обстановке, непонятно, на чем основываясь и что подразумевая, но это даже к лучшему. Я никогда особо не заморачивалась со вторым смыслом в именах. Возможно, оно добавляло имени какую-то особую изюминку, делало его особенным. — Эйрин, — о, как же мне нравится это звучание! — Я хочу кое-что попробовать, не пугайся и отойди подальше, - сказал Лу, подойдя к противоположной стене.       Кивнув на его просьбу, я отошла, наблюдая за мужчиной. Заняв какую-то стойку, Лу принялся махать руками, насколько позволяли оковы, и глубоко дышать. Ну... Махать — это только на мой взгляд. Скорее, это было какое-то упражнение.       Наконец выдохи юноши стали ровными и глубокими. Я даже смогла просчитать количество секунд перед каждым выдохом. Ровно четыре. Запахло серой. В яме начала подниматься температура. Я услышала, как он прошептал себе что-то под нос, упомянув какого-то Агни.       Руки вспыхнули пламенем, и он приложил их к своей металлической цепи. Оранжевый огонь, который сначала казался обычным, начал меняться. Он становился всё ярче, почти ослепляя меня. Стало невыносимо жарко, я прижалась к стене, отойдя на максимальную длину своей привязи, подальше от горячего металла. Пламя приобрело насыщенный золотой оттенок, а затем цепь, к которой он был прикован, начала плавиться. В голове некстати всплыл момент моей смерти, ужасного пожара, воя и треска стихии. Я буквально ощутила фантомную боль на месте прошлых ожогов.       Я зажмурилась и отвернулась к стене. В горле встал сухой ком, который я с трудом проглотила. Выгнать из головы противные воспоминания о несуществующей агонии оказалось довольно сложно. Меня вновь скрутило от боли в виске, на глаза навернулись слезы. Внутри бушевал натуральный ураган, он раскаленным железом что-то резал у меня внутри. Сжав зубы до противного скрежета, я зарычала. Злость на себя полыхнула с новой силой. В голове метались мысли, одна неприятней другой. Я что, теперь боюсь огня? Что это вообще было? Моя крыша окончательно уходит на юга? Так, спокойно, Эйрин. Лу это контролирует. Огонь — это лишь стихия, опасная, но подконтрольная человеку! В этом мире ей вообще могут управлять.       Меня вновь обдало жаром. Послышался звон. Потом я услышала тяжелое дыхание мага, он подошел ближе и стало еще невыносимей. Пересилив себя, я посмотрела сквозь пальцы. Разогретое до огромной температуры железо капало на пол, а короткие огрызки цепи, оказавшиеся на руках у мужчины, больше не связывали его со стеной. Моя цепь также оказалась оплавлена и валялась на полу, светясь ярким желтым светом.       Проморгавшись и избавившись от ярких пятен в глазах, я закашлялась. Воздуха практически не было. Маг сильно сглупил, когда таким образом выжег кислород в замкнутом пространстве. Оставшийся воздух был очень горячим и обжигал дыхательные пути. Влага, которая проступила в глазах, тут же высохла. Пригнувшись, я попыталась как-то уменьшить жар, дыша через ладони, но это мало помогало. Руки, лицо и глаза нестерпимо жгло. Легкие внутри будто кипятком залили. Я невольно сравнила баню, в которой когда-то побывала, с этой жарой. Детский лепет по сравнению с этой гребаной печкой! Да тут градусов сто двадцать, если не больше! Надо как-то охладить воздух, иначе мы тут помрем.       Сам виновник происходящего выглядел не лучше меня. С парня ручьём бежал пот, который тут же испарялся. Сам он откатился ко мне и силился что-то сказать, но в итоге лишь схватился за горло, огласив яму натужным кашлем. Зажав себе лицо, Лу Тен одним движением оторвал свой рукав, дрожащими руками зажав мне рот и нос. Я заметила большие ожоги у него на ладонях. Завязав ткань у себя на лице, я попыталась продышаться. Стало чуть легче, жар не проникал мне в легкие, но воздуха всё равно не хватало.       Перед глазами потемнело. Меня схватили за плечи и потрясли. Никак не отреагировав на прикосновения, я замерла, прислушивалась к себе. Жажда жизни дала свои плоды. Внутри меня будто закручивается маленький ураганчик, потянувшись к нему, я почувствовала, как через щели в плите в яму течет воздух. Не придумав ничего лучше, я дернула этот поток на себя. Ощущение лёгкости и неожиданной прохлады накрыло с головой, а сжавшиеся в агонии лёгкие начало отпускать. Свежий воздух порывом заполнил яму.       Отдышавшись, я посмотрела на сидящего рядом мага. Огненный придурок! — Согласен, — кивнул мне мужчина. — Видимо, сами духи пришли нам на помощь. О, Агни, какой я идиот! — закрыв руками лицо и тут же опустив их, он рывком поднялся на ноги.       Пока Лу Тен мерил шагами пол и что-то высматривал наверху, я заметила очередную странность.       Думать вслух становится моей дурной привычкой. Хмыкнув, чем привлекла внимание парня, и махнув на него рукой, прислушалась. Шум на улице набирал обороты. Явственно слышался треск огня. Крики людей стали всё громче. Я прекрасно слышала их слова и ругательства. Чей-то командирский голос кричал об окружении, а кто-то просил пощады. Звуки вдруг стали слишком громкими, и я, зажмурившись, прикрыла уши руками. Почему так громко? Что за скачки слуха? Что за хрень произошла, когда я потянулась к ветру? Это из-за этого? Как же много вопросов!       Черт! Злобно цыкнув, я попыталась сосредоточиться на своих ощущениях. Шум проникал даже через ладони, и я пыталась мысленно убавить громкость. Вообразив у себя в голове бегунок динамика, я представила, как медленно поворачиваю его влево. Постепенно звуки стали тише, а затем и вовсе стихли. Я осторожно убрала руки от ушей и встретилась взглядом с обеспокоенным Лу Теном. — Голова болит, — ответила я на его немой вопрос. — Не беспокойся, это не из-за тебя, — добавила, заметив вину на его лице. — Я знаю, как нам выбраться! — обрадовал меня маг. — Опять магия? — вздохнула я, отодвигаясь подальше. — Грустно, что ты так реагируешь, — сказал он, вставая в очередную стойку. — Не бойся, всё будет хорошо! — заулыбался он. Меня кольнуло плохое предчувствие. Кандалы звякнули, когда он начал совершать круговое движение руками. Запахло озоном. За его пальцами протянулись тонкие синие разряды.       Молния! - промелькнуло в моей голове, прежде чем раздался грохот разряда, столкнувшегося с камнем. Он заставил меня снова схватиться за уши. Звук был такой, что я пару секунд не могла различить, где верх, а где низ. Открыв вовремя закрытые глаза, я уставилась на вечернее небо. На корточках передо мной сидел улыбающийся Лу Тен. Поганец горделиво выпятил грудь, явно чего-то ожидая.       Нет, молодец, конечно. Но мог бы предупредить. Да и на это яркое шоу точно сбежится половина лагеря. Хотя там сейчас не до нас. — Очень… — заметив радость в глазах парня, я решила обломать его. — Громко. Хорошо, что ты с первого раза смог проломить потолок, — флегматично произнесла я.       Поднявшись с пола и отряхнув и так грязную одежду, я подошла к дыре. От свободы меня отделяло добрых три метра, что заставило меня приуныть. Хотя... С помощью Лу я точно смогу выбраться.       Я оглянулась на мужчину, которого наконец смогла разглядеть. Высокий, метр восемьдесят, наверное. Подтянутая фигура с хорошо просматриваемым рельефом рук. Волосы, стянутые в пучок на затылке, аристократичные черты лица. Щетина, хотя она вовсе не портила его вид. И глаза... Такие яркие, янтарные глаза. Казалось, что внутри них кипит лава или расплавленный металл. Я на его фоне смотрелась блёкло и жалко. Метр с кепкой и вся взъерошенная. Стало немного обидно. Тут, поймав удивленный взгляд мага, я резко отвернулась.       Что я вообще делаю? Он старше меня сейчас лет на десять минимум! Очнись, Эйрин. Тебе уже не семнадцать! Такая мелкая пигалица, а уже слюни на красавчика пускаешь. — Видимо, я ее напугал, — услышала я его шепот.       Эх, если б напугал... Услышь ты сейчас мои мысли, охренел бы посильней меня... — Пора выбираться! — решил Лу.       Не успела я пикнуть, как меня резко подхватили подмышки и, подняв в воздух, выкинули наружу. Приземлившись на зеленую траву, я отодвинулась в сторону и молча подождала, когда наружу выберется Лу Тен. Перебравшись через край, он устало перекатился на спину. Я вновь задержала взгляд на его ладонях. Кожа вся покраснела, а в некоторых местах была покрылась нехорошо выглядящей коричневой коркой. Тронув его за плечо, я указала на колючие заросли.       Как только мы спрятались за кустами, я увидела горящий лагерь и разбойников, которые беспорядочно метались среди палаток. За ними бежали двое солдат в красной форме. Чуть дальше маленькая группа людей огня (ну а кто это ещё мог быть?) теснила к лесу более организованных разбойников, выставивших вперёд щиты и копья. Я подумала, что среди «красных» не было магов — деревянные щиты не стали бы серьёзной преградой для огневика. — Лу, это твои товарищи? Ты же их дожидался? — строить дуру надо, но в меру. А то это будет не вязаться с моим прошлым поведением.       И вообще надо наконец определиться с маской. Малолетний гений или подозрительный ребенок, рассуждающий на философские темы? Выбор очевиден. Если что, я упала головой на кулак бандоса и, едва выжив (не иначе как при помощи духов), поседела. А благородное серебро дало бонус к интеллекту. Ага, план гениален. Как и вообще всё, что я делаю. Так, Мар... Эйрин, ты не о том думаешь. Рассеянность — это, конечно, мило, но только в телеке. А тут как бы люди умирают.       Закончив с самоиронией, я вернула свое внимание к бою. А посмотреть было на что.       Из земли, словно чёрт из табакерки, выскочил маг земли — тот самый торговец, который рассматривал меня в палатке. Он топнул ногой и взмахом рук отправил в строй метровую глыбу. Земля под их ногами заходила ходуном, превращаясь в кочки и неровности. Это Тирк, выглядывающий из-за спин разбойников, топнул ногой.       Сдвоенная атака магов оказалась удачной. Некоторых солдат, вовремя отпрыгнувших в сторону, почти не задело. Но двоим не повезло: один оказался посечён каменной шрапнелью от разбитой магом глыбы. Второй и вовсе не успел увернуться — камень сбил его с ног. В воздух взметнулось изломанное тело. Я услышала влажный хруст ломающихся костей и оборвавшийся крик.       Я с неким безумием в глазах наблюдала за ходом боя. Магия... Вот так просто, одним движением отправить во врага камень, плюнуть огнем или отмудохать водяным кнутом. Я тоже так хочу! Да и даже если я не маг, я помню, в каноне была девчонка, которая могла отключить любому магу его стихийную батарейку. Азулу вроде так и побили.       Какой простор для воображения! Нет боли в ногах, я могу бегать, двигаться. Чувствую усталость в конечностях. Признаться, я получаю кучу удовольствия от одного факта того, что я могу ходить. Если я когда-то смогу... Научусь чему-то подобному! Узнаю, каково двигаться на грани человеческих возможностей. Танцевать с Костлявой и чувствовать этот пьянящий азарт. Если сейчас я ощущаю это, лишь смотря на битву, что же случится со мной, если я когда-то буду ее участником?       Раздалось победное улюлюканье. Разбойники, воодушевлённые атакой магов, ринулись в бой. Они размахивались оружием, пытаясь прорвать неровный строй солдат. В воздухе висела пыль и копоть.       Оглянувшись, я поняла, что рядом нет Лу Тена. Осмотревшись, я заметила его уже подбирающегося со спины к работорговцу. Движения мага огня размылись в воздухе, я заметила лишь огненный росчерк, который пришелся в голову. Не издав ни звука, он рухнул на землю. Тем временем Лу Тен и не думал останавливаться. Он огненным валом прошелся по замершим рядам испуганных разбойников. Многие из них не встали после этой атаки, а тех, кто шевелился, под свои радостные крики добили поднявшиеся солдаты. Битва закончилась очень быстро, и я лишь еще раз доказала свою мысль. Если ты слабак — ты никто. Те бедолаги подтвердят.       Из леса стали выбегать очередные оборванцы. Да сколько их тут? Раньше точно было меньше! Мимо меня пробежал очередной плохо одетый алкаш с копьем, и я решила сменить место дислокации. Трусцой добежав до ближайшего дерева, я дотянулась до ветки и, подтянувшись, вцепилась в нее покрепче. Если грохнусь на голову кому-нибудь, кто больше охренеет: я или тот, на кого я свалюсь?       Внизу пронёсся воющий от боли мужик, на котором полыхала одежда. Мне резко стало не до смеха. Покрепче вцепившись в ветку, я с некой иронией задумалась о произошедшем.       Я уже устала удивляться поворотам судьбы. Для меня прошло меньше суток, а я уже и в огне горела, и чуть не сдохла от удушья. А сейчас прячусь на ветке, на которую сама забралась. Всего каких-то двенадцать часов назад я даже ходить не могла, а теперь бегаю. Еще и слух как у кошки, если не лучше. Ко всему этому моя маньячная реакция на сражение. А та странность со спасительным ветром вообще никуда не клеится. Если только я не маг воздуха, а такого просто быть не может. Отмахнувшись от назойливых мыслей, я вернулась к событиям, которые буквально происходили «у моих ног».       Разбойники проигрывали. Это было видно и по их лицам, и по количеству трупов на земле. Пересчитав их, я ухмыльнулась. Двадцать мертвецов. Из них только два ранее упомянутых солдата. Пять живых человек со стороны работорговцев против еще двадцати солдат с магом в придачу. Писец вам, мальчики. Это карма!       Найдя взглядом Лу Тена, я поняла, что он искал меня. Метался среди солдат, попутно раздавая приказы, и то и дело оглядывался на куст, за которым я до этого пряталась. Огонь уже начал пожирать его ветки, и я подумала, что вовремя решила перебраться сюда. Подождав еще пару минут я слезла вниз и помахала ему рукой. Разбойников добили, и поэтому на меня мало кто обращал внимание. Я лишь ощутила на себе пару удивленных взглядов, и на этом всё.       Заметив меня, Лу сам направился ко мне. А я к нему. Прямо как в дешманских фильмах про любовь. Слава богу, мне девять!       Переступив через руку какого-то неудачника, я шла, оглядываясь по сторонам и периодически переступая через обезображенных людей. В воздухе стоял густой запах крови, жжёного мяса, гари и дерьма. Вон лежит незадачливый алкаш в бандане, ему вспороли брюхо. А прямо под моими ногами валяется обугленное тело. Наверное, меня бы сейчас стошнило, но нечем.       Я даже как-то грустно оглядела выжженный лагерь. Как много людей погибло. А ведь не пойди они по кривой дорожке, может, сейчас были бы живы. Но это «может быть» не произойдет. Они воры и убийцы, собирающие грязные сливки с войны. Правильно говорят: кому война, а кому мать родна. Не мне грустить об их жалких жизнях.       Тут я заметила тело главаря. Маг земли лежал ничком с неестественно вывернутой обугленной шеей. На лицо вылезла злая улыбка. К черту рефлексию, такие твари, как он, только это и заслужили. — Жаль, что он не мучился, — прошептала я с ненавистью, глядя на застывшее лицо.       С чувством харкнув в его сторону, я обернулась к Лу Тену, подходящему ко мне. Наверное, очень странно выглядит ребенок, с такой пофигистичной миной смотрящий на убитых людей. Так вообще быть не должно. «Детская психика может не выдержать», ну, что-то такое должен сказать сторонний наблюдатель.       Я же сейчас за свою психику была спокойна. Человек из двадцать первого века, никогда не видевший такой жестокости, должен быть в ужасе. А я испытываю лишь чувство брезгливости и некую снисходительную жалость к этим отбросам. Странно? Ну и плевать. Меня эти ублюдки бы по кругу пустили, не заморачиваясь моральными принципами. А сейчас они сдохли, а я жива. Либо ты, либо тебя. Я выберу себя. Это не я такая, это мир такой. Жестокий и несправедливый.       Впрочем, мой был таким же. Разница лишь в том, что люди не убивали направо и налево, а прятались за чем-то другим. Войны тоже были, но я не была свидетелем. А вот другие шлюшьи черты судьбины я насмотрелась на всю жизнь. Доброта, всепрощение, бескорыстие — всё это ложь.       Слишком мало людей, действительно способных на подобные эмоции. Чиновники, улыбающиеся на камеру и плюющие в твою сторону, как только объектив сменит ракурс. Блогеры, бегущие за деньгами и хайпом. Жалостливые бандиты, непонятно зачем приносящие деньги в приюты, деньги, на которых грязи больше, чем на последнем бомже. Они думали, что им это зачтётся. Там, наверху.       И ты, никчёмный инвалид, жалеющий, что не умер в утробе, смотришь на это и молчишь. Иначе деньги, которые нужны кому-то из маленьких, не появятся. На них не будет куплен сложный моторчик для весёлого парнишки с разными глазами. Поэтому ты улыбаешься. Благодаришь на камеру и видишь, что кто-то остался жить. Кого-то забрали, у ребенка появилась семья. У кого-то другого.       Но не у меня.       Лу как-то странно посмотрел мне в глаза и, присев на одно колено, нежно заключил меня в объятия. Я замерла, ощущая, как его прикосновения и мягкие поглаживания по голове наполняют меня противоречивыми чувствами. Я не привыкла к ласке, не любила чужие прикосновения, и мне всегда было безразлично подобное выражение чувств. Возможно, стоит отойти, подумала я и попыталась отстраниться, но маг лишь крепче прижал меня к себе. Что за чудак. Только что сжег кучу людей, а теперь обнимает меня. — Тебе страшно? — его вопрос застал меня врасплох, и я невольно задумалась над ним.       Страшно ли мне? В этот момент — нет. Единственное, что сегодня напомнило мне страх, было неприятное воспоминание о моей собственной смерти. Эмоции были схожи, но там были скорее болезненные воспоминания. А сейчас? Наверное, я была сильно уставшей, злой, но не напуганной. На остальное мне было все равно. Сейчас оставался лишь легкий интерес и одновременно отвращение к происходящему вокруг. — Нет. Только противно. Зачем эти люди убивали, похищали детей? Они ведь не солдаты и никому не подчиняются. Они могли просто жить. Так зачем? – Глупый вопрос, но мне было интересно, что ответит Лу Тен. — Потому что война, — ответил мужчина, поднимая меня на руки. — Потому что, пока люди продолжают убивать друг друга, такие, как они, всегда будут жить.       Мне лишь оставалось принять за данность подобную тактильность мага, поэтому я со вздохом обняла его за шею, перенеся свой вес на его локоть, стараясь не задевать его ладони. Ему что, даже не больно? Я ведь всё же тяжёлая. — Это никак не изменить? — спросила я. Перед глазами встало лицо мальчика, брата умершей Эйрин. — Только закончить войну. И через какое-то время люди успокоятся. — И вновь начнут войну, — додумала я за него. — Ты не веришь в людей, — прозвучало как констатация.       Я хмыкнула. Если бы я верила в людей, то не дожила бы до восемнадцати. Умерла бы от огорчения. Но я зато живая, циничная сволочь с крепкими нервами. — Не вижу в этом смысла. Вера исчезнет, а ложь останется. — Тогда почему ты веришь мне? — спросил он. — Потому что ты не врешь, — сказала я. — Ты не хочешь мне навредить. Ты добрый. Пусть и сжег всех тех людей. — Ты меня не боишься после этого? — удивленно спросил маг, заглянув мне в глаза. — Добро должно быть с кулаками. И ты дал мне имя. И помог выбраться из ямы, пусть чуть не уморив при этом, — хихикнула я. — А еще ты сильный. — Сильный? — запнулся Лу, когда я добавила последнюю реплику. — Слабые думают только о себе, тогда как ты можешь позволить себе быть добрым. — Эйрин... — Да? — Ты знала, что ты очень странный ребенок? — спросил он, сгрузив меня возле ручья. — Теперь да, — невозмутимо кивнула я и, схватив его за руку, потянула к воде. — У тебя руки в ожогах. Ты что, не чувствуешь? — Аха-ха. Да, ты права. — расхохотался Лу Тен. — Знаешь, ты сильно напоминаешь мне мою двоюродную сестру...