Утраченное прошлое

Лето уже почти началось, и до последней поездки на море оставалось чуть меньше месяца. Мавра должны были вот-вот наконец-то выпустить из Могильника, и необходимо было решить, что с ним делать дальше. Теоретически, одно свободное место нашлось бы как в Четвёртой, так и в Третьей. И выбор стоял именно между этими двумя группами, поскольку и там и там присутствовали Ходоки его круга. Стервятник тоже сразу заявил, что в случае необходимости не станет возражать против такого "новичка" и готов помочь всем, чем сможет. А вот Седой напротив категорически отказался от подобного рода соседства, заявив, что он вообще ни на что такое не подписывался и не намерен оставаться с Мавром в одной комнате. Следовательно, вариантов больше не оставалось, и Мавра решено было взять в Четвёртую. Сейчас же, собравшись в небольшом придорожном кафе на Изнанке, Неразлучники, Табаки, Череп, Ведьма и Седой встретились, чтобы обсудить предпологаемый план действий на ближайшее лето. - Ладно, допустим, с Мавром мы определились и возьмём его к себе, - говорил Шакал, - но что дальше? Не можем же мы просто жить так, будто ничего особенного не случилось, и у нас всего лишь появился очередной, ничем не примечательный новичок. С Мавром необходимо что-то решать. Его нужно окончательно привести в чувства и вернуть ему силу. А это уже к вам, уважаемые "старшие". Вы хоть понимаете, что и как нужно делать? Потому что я - нет. - Я понимаю, - задумчиво отозвался Седой, - наверное. Я долго думал об этом, и пришёл к выводу, что самым правильным решением будет объединить наши общие усилия, и всем троим как-бы подпитать Мавра, передав ему часть нашей собственной энергии. И сделать это необходимо не здесь и не в Доме, а на границе между этими двумя мирами. Потому что только так возможно по-максимуму избежать связанных с подобным энергообменом рисков. - Согласен, - подключается Череп, - но есть одна проблема. С самого момента пробуждения в Могильнике Мавр до сих пор ещё так ни разу и не перепрыгнул. У него нет на это сил. - Могильник вообще на всех плохо влияет, - сказала Ведьма, - так что, думаю, ещё слишком рано делать какие либо выводы. Вот если он и перебравшись в Четвёртую так и не сможет самостоятельно перепрыгнуть, тогда и будем думать, что с этим делать. - Да ясно что, - вклинивается Слепой, - вытолкнете его, да и всё. Но сначала лучше действительно подождать. Скажем, до конца лета. Если Мавр к моменту возвращения с летних каникул всё ещё так ни разу и не перепрыгнет, вот тогда и придётся вам всё брать в свои руки. *** Когда все шестеро уже собирались уходить и вернуться обратно в Дом, на пороге кафе вдруг появились Сиамцы. И оба явно перешли сюда полностью. Это не осталось незамеченным и моментально привлекло всеобщее внимание. - Как долго ты уже на Изнанке? - уточнила у Стервятника Ведьма. - Всего несколько минут, - ответил он, - но ощущаю я себя здесь уже совсем по-другому. Не так, как было изначально. Сейчас меня ничего не тянет обратно в Дом и не вынуждает вернуться. По крайней мере, пока. Сиамцы подошли ближе и заняли свободные места за длинным столом. Тень непрерывно наблюдал за братом, ловя каждый его жест и взгляд. Стервятник же, окинув взглядом кафе, резюмировал: - Я впервые нахожусь в этом месте вот так, перепрыгнув полностью, и должен признать, что так оно ощущается значительно иначе, чем только при переходе сознания. - Просто отчётливее, - объясняет ему Седой, - это ведь твой первый раз, когда ты, провалившись полностью, оказался в помещении, а не на улице, на довольно длительное время? Стервятник кивнул. - Ну вот, - продолжил Седой, - я о том и говорю. Набравшись опыта, ты поймёшь, что здесь везде так. - А ты чего сегодня всё время молчишь? - спросила Ведьма, обращаясь к Нечисти, которая действительно так и просидела всё обсуждение не проронив ни слова, погружённая в собственные мысли. - Не нравится мне, - неохотно призналась Нечисть, - как Мавр в последнее время ощущается. И чем больше он приходит в себя, чем лучше ему становится, тем это ощущение заметнее. Для меня, не для него. Сам он, по его словам, ничего странного или подозрительного не чувствует. - Объясни подробнее, - просит Слепой. - Это сложно, - вздыхает Нечисть, - потому что я ни с чем подобным раньше не сталкивалась и вообще не представляю, что это и с чем оно может быть связано. - Покажи мне, - просит Слепой, - дай мне самому почувствовать то, что ты чувствуешь от Мавра. Возможно, я смогу в этом разобраться. *** - Ну, что могу сказать, - задумчивым и чуть более серьёзным тоном, чем до этого, сообщил всем присутствующим Слепой, получив от Нечисти всю необходимую информацию, - дело плохо. То, что ты чувствуешь, Нечисть, это печать наказания, наложенная на Ходока самим Домом. - Что? - переспросили разом все хором. - А... что это вообще такое? - уточнила Нечисть. - Это значит, - вздохнув, продолжил Слепой, - что всё то, что творил на прошлых кругах Мавр, и его связь со Стальнозубым с целью избавиться от меня, не прошли незамеченными. Дом терпел долго, но терпение его не безгранично, и этот круг стал последней каплей. Дом лишит Мавра всех его способностей, оставив лишь непосредственно возможность перехода. Ходоком Мавр останется, но вот все прочие его способности, Дом их заберёт. - Навсегда? - обеспокоенно уточняет Ведьма. - Не обязательно, - ответил Слепой, - но скорее всего, как минимум, очень надолго. До тех пор, пока Мавр не исправится, изменив отношение к обитателям Дома в первую очередь в своей собственной голове. - Но он же уже совсем не тот, что был до Ночи Кровавого Выпуска, - возразила Ведьма с явным отчаянием в голосе, - он изменился и действительно многое осознал! - Пока, - спокойно отозвался Слепой, - но Дому виднее. Полагаю, это значит, что начнётся новый круг, и Мавр снова попытается вести себя так-же, как и прежде. И Дому это не нравится, он больше не намерен выходки Мавра терпеть. - И как ему помочь? - спросила Ведьма. - Сделать так, чтобы на каждом последующем круге всё было правильно. Так, как оно и должно быть. И чтобы каждый занимал своё место и занимался своим делом. Иначе ничего не получится. После этих слов всеобщие пристальные взгляды сконцентрировались на Седом, который в свою очередь лишь опустил глаза в пол и тяжело вздохнул, но ничего не сказал. - Полагаю, - резюмировал за него Череп, - мы все всё поняли и услышали. Разберёмся. *** - Как думаешь, - обеспокоенно спросила Нечисть, когда Неразлучники вернулись в свой дом на краю Леса и остались одни, - у Мавра есть шанс однажды быть прощённым и вернуть себе свою силу? - Кто знает, - пожал плечами Слепой, - всё зависит в первую очередь от него самого. Ну и, безусловно, от Ходоков его круга. *** Ближе к вечеру, собравшись вернуться обратно в Дом, Слепой вдруг остановил Нечисть, внимательно посмотрел ей в глаза и спросил: - Что ещё тебя беспокоит, хищник? Я же вижу, что дело не только в Мавре. Это как-то связано с твоими девочками? - Да. Связано. С одной из них. С Габи. - А что с Габи? - В неё по уши влюбился Фазан, - вздохнув и едва заметно улыбнувшись, сообщила Нечисть. - Чего? - рассмеялся Слепой, - ты это серьёзно? - Абсолютно. - Ладно, допустим. И... какой у него круг? - Седьмой. - Ну, время ещё есть, верно? - Главное, чтобы он решился и начал что-то делать, - вздыхает Нечисть, - иначе всё будет без толку, и через три круга он вылетит. А Габи вовсе не заслуживает подобной участи. - Любовь творит чудеса, - улыбнулся Слепой и обнял Нечисть, - а могу я узнать, кто? - Профессор. - Вот значит как, - задумчиво протянул Слепой, - плохо тут конечно то, что он даже не Прыгун, в отличие от неё. Но с другой стороны, он не столь безнадёжен, как остальные. Шансы остаться в Доме у него весьма неплохие. Тем более теперь, когда ему есть ради кого...