Ничто человеческое

— Мы — люди. А когда людям что-то очень сильно надо, они врут.

— Почему?

— Например… Так можно стать президентом.

Конец лета ознаменовали бури и частые дожди. Казалось, сама природа выносит им предупреждение. Кому конкретно, Гарри, правда, уверен не был. К большому удивлению Гарри, на этот раз катализатором разрешения конфликта стал Рон. Последние несколько недель Гарри старательно прятался от друзей по разным закромам поместья Блэк, но судя по тому, что Рон его всё же нашёл, явно недостаточно успешно. - Гарри? - тихим голосом произнёс Рон, непривычно тактично постучав в дверь. - Мы можем поговорить? Гарри обречённо вздохнул. - Заходи. Лучший друг застал его за просмотром альбома с колдографиями. Заметив предмет в руках Гарри, Рон смущённо сглотнул. Разворот, открытый у него на коленях, был заполнен фотографиями выпускников 1979 года. На страницах было закреплено всего три фотографии - на месте четвёртой находился только пустой лист с аккуратными прорезями. Почему этот отсек остался пустым, Гарри не знал - именно в таком виде Хагрид несколько лет назад вручил ему альбом. - Они такие... молодые, - задумчиво произнёс Рон, рассматривая фотографию, где были запечатлены Сириус и Джеймс Поттер. - Кажется, Сириус стал совершенно другим человеком. - Ещё бы, - с горечью фыркнул Гарри. - Думаешь, ты бы после тринадцати лет в Азкабане не изменился? Рон потупился. - Гарри, я... Прости. Я понимаю, что должен извиниться, но в тот момент это казалось правильным. Думаю, я слишком боюсь свою мать. Он краснеет, пока Гарри задумчиво переводит взгляд на него. - Ты хотя бы честен, - вновь фыркает он. - Гермиона, кажется, считает, что во всём была права. - Нет, - внезапно вздрагивает Рон. - Просто ей кажется, что ты пренебрегаешь своей безопасностью. Гарри ошеломлённо молчит. - Что я - что? - он неловко бормочет, стыдливо поджимая губы. - Но... - Каждый год ты вляпываешься в очередное опасное для жизни приключение, - раздаётся голос Гермионы из дверного проёма. Девушка прислонилась плечом к дверному косяку, обречённо рассматривая Гарри. - Не говорите мне, что не делаете того же, - вспыхивает Гарри. - Если я не ошибаюсь... - Мы следуем за тобой, Гарри, потому что ты наш друг, - внезапно вставляет Рон. - Но признайся, многих опасностей можно избежать. - Правда? Как, по твоему, в прошлом году мне можно было избежать участия в Турнире? Или надо было оставить Сириуса на попечение дементора? Или Джинни в Тайной Комнате на милость Волдеморта? - Камень. - Что? - Защиту философского камня можно было оставить взрослым. Если бы нас там не было, Квиррел бы до него так и не добрался. Гарри поджимает губы, упрямо выдерживая пристальный взгляд Гермионы. - С историей про Тайную Комнату мы могли пойти к Дамблдору. Сириус - при всём уважении - взрослый, самостоятельный человек. А Турнир... Что ж, думаю, если бы ты отказался участвовать и просто проигнорировал все задания, никто из учеников бы тебя не осудил. Гарри замолкает, поражённый натиском Гермионы. - Почему вы никогда не говорили, что не хотите в этом участвовать? - Мы не "не хотим", Гарри, - вновь вмешивается Рон. - Просто обычно в таких ситуациях ты не даёшь нам время подумать и принять более безопасное решение. - Ах, так это я виноват? - возмущается Гарри. - Я вас, по вашему, силой тащу? - Нет, конечно, - грустно произносит Гермиона, присаживаясь на кровати рядом с друзьями. - Но и мы не готовы отпускать тебя одного. Гарри, я всего лишь хочу, чтобы ты чуть больше ценил собственную жизнь. Гарри молчит. - И то, что мы не писали тебе летом... Ты не представляешь, как сильно я волновалась, - Гермиона смотрит ему в глаза пронзительным взглядом. - Но каждый раз, когда я брала в руки ручку, в моей голове появлялся образ того, как кто-то перехватывает сову и врывается к тебе домой с палочкой наперевес. - Да, мама нарисовала нам весьма тревожные картинки потенциальных угроз, - фыркает Рон. - На этот раз она не скупилась на описания смертей и травм. Не обманывайся её внешней мягкотелостью - при должной мотивации она сможет превратить человека в фарш. - Отвратительно, - морщится Гермиона, отодвигаясь от Рона. - Где ты понабрался таких выражений? - У нас внизу собрания военной оппозиции, как ты думаешь? Гарри молча слушает очередную перепалку. До этого момента он никогда не смотрел на их жизнь с этой точки зрения. Пожалуй, в моменты опасности он действительно часто забывает о собственной важности - хотя, кому он... - Не смей, - решительно прерывает его размышления Гермиона, пристально смотря ему в глаза. - Я знаю это выражение лица. Ты важен, Гарри - нам, Сириусу, Ремусу. Даже директору Дамблдору. Да ладно, думаю, даже Снейп пустил бы на похоронах скупую мужскую слезу. Рон смеётся. Гермиона, секундой позже, смущённо краснеет, но тоже тихонько хихикает. Гарри не может сдержать глубокий смех. - Спасибо конечно, за эту воображаемую карикатуру, - посмеиваясь, произносит Гарри. - Но думаю, в ближайшее время нам такое чудо не грозит. Гермиона и Рон с надеждой улыбаются. - Да ладно, я не совсем идиот, - смущённо опускает взгляд Гарри, но в ответ получает лишь картинное недоверие. - Перестаньте! Друзья заговорщически переглядываются. - Может, скажем ему? - Рон! В ответ Гарри слышит лишь смех, к которому и сам вскоре присоединяется.

***

Прощание с обитателями Площади Гриммо прошло суматошно. Рон, в попытках найти прошлогоднюю мантию, потерял учебник по гербологии; Гермиона до последнего перечитывала Историю Хогвартса в попытках выяснить, как часто учителя оказывались не людьми, а если так, то кем именно (Ремус с опаской наблюдал за излишне инициативной студенткой, но на вопросы ответил честно, прерываемый только саркастичными вставками от Сириуса); Гарри, тем временем, пытался морально подготовиться к длительной разлуке с Сириусом. На Хогвартс-экспресс они успели впритык. Впервые в жизни Гарри пришлось догонять отъезжающий поезд, но вопреки предупреждениям сбежавший и сопровождавший компанию в облике собаки, Сириус до последнего не выпускал крестника из крепких объятий. К тому же, пустое место в альбоме с колдографиями теперь было заполнено слегка пожелтевшим от времени снимком первого состава Ордена Феникса. Свободное купе в поезде найти не удалось, но троица успешно присоединилась к Невиллу и Луне. Невилл за лето не изменился совершенно, а вот Луна заметно вытянулась - Гарри с удивлением заметил, что девушка, между прочим, удивительно привлекательна. - Папа говорил, что в этом году наблюдается заметная активность самифарий, - мечтательно произносит Луна, задумчиво рассматривая за окном что-то, заметное только ей одной. - Кажется, этот год будет к нам благосклонен. Гарри с довольной улыбкой поворачивается к Рону и Гермионе. - Звучит многообещающе, - улыбается Гермиона Луне. - Надеюсь, предсказание сбудется. Луна молча кивает. Остаток поездки проходит в уютной тишине. Гарри и Рон молча играют во взрывного дурака, Луна перечитывает последний выпуск Придиры (Гарри замечает, что журнал повёрнут вверх ногами, но предпочитает не вмешиваться), а Невилл и Гермиона читают один сборник по Травологии на двоих. Поезд достигает Хогсмида и заранее переодевшись в мантии, компания из пяти человек дружно покидает купе. На улице, на удивление, холодно. Гарри передёргивает - впервые в жизни обстановка вокруг ощущается гнетущей и мрачной без видимой причины. Кажется, Хогвартс давит на него одним своим видом и Гарри тревожно оборачивается. И вот тогда он видит их. Животные, отдалённо напоминающие чёрных лошадей, но с перепончатыми крыльями и истощённые настолько, что заметны скелеты. Существа выглядят как нечто из произведений Лавкрафта - Гермионе иногда нравилось сравнивать магическую реальность с вымышленной и она делилась с Гарри тревожными иллюстрациями. Сейчас Гарри кажется, что в реальности всё намного хуже. - Это фестралы, - тихо произносит Луна у него из-за спины. Гарри вздрагивает от неожиданности, но девушку такая реакция ничуть не смущает. - Не бойся, они не агрессивные. Я бы сказала, очень дружелюбные, несмотря на кажущуюся многим отталкивающей внешность. Мне они всегда напоминали профессора Снейпа. Гарри недоверчиво хмурится. - Снейпа? В каком месте ты рассмотрела в нём дружелюбие? - О, он не злой. Просто... Одинокий. И у него совсем нет мозгошмыгов. Иногда меня это успокаивает. Гарри ошеломлённо смотрит на Луну. - Это, пожалуй, самое снисходительное описание Снейпа из всех, что я когда-либо слышал. - Это довольно печально, - отвечает Луна, осторожно гладя фестрала по холке. Гарри задумчиво смотрит на зловещие фигуры и тоже нерешительно поднимает руку. Луна приветливо кивает в сторону соседней фигуры животного. - Эй, ребята, вы чего застыли? Тихое знакомство с фестралами прерывает крик Рона из последней оставшейся кареты. Гарри вздрагивает от неожиданности, но отходит от крылатого существа и кивает девушке в сторону повозки. Та улыбается фестралам на прощание и поворачивается к ожидающим их друзьям. Все пятеро кое-как залазят в тесное пространство. В результате Гермиона оказывается у Рона на коленях, от чего оба предательски краснеют. Ни Гарри, ни Невилл никак не комментируют неудобства друзей, а Луну, кажется, больше волнуют невидимые другим мозгошмыги. На ужин они успевают впритык и заходить приходится вместе с толпой первокурсников. Неловко извиняясь, пять человек расходятся к столам своих факультетов - Луна к когтевранцам, а остальные к гриффиндорцам. На неловкое опоздание, кажется, обратила внимание только профессор Макгонагалл, недовольно поджав губы, когда вся компания протискивалась мимо неё ко входу ещё в коридоре и Снейп, сверливший недовольным взглядом Луну. Гарри подумал, что её странная симпатия к Снейпу выглядит теперь ещё более неуместно, но видимо, это просто Луна. Пока первогодок быстро распределяют по факультетам и все невпопад поют гимн Хогвартса (в самом деле, такими темпами даже завывания Селестины Уорбек покажутся райским песнопением), Гарри с любопытством рассматривает заметно пополнившийся стол преподавателей. На этот раз новых лиц аж четверо. Гарри с облегчением замечает, что кроме Псевдо-Грюма никто не исчез. По правую сторону от Дамблдора он с удивлением узнаёт женщину, что голосовала против его возвращения в Хогвартс в летнем суде (и никаких положительных предчувствий Гарри по этому поводу не испытывает), а вот остальных троих мужчин он видит впервые. Они кажутся ему довольно молодыми - возможно, выпускники Хогвартса, навскидку - десятилетней давности? Компания, стоит заметить, привлекает внимание и остальных студентов. Шепотки вокруг полны любопытства и недоумения. Кто эти трое? Инструктора по защите? Гарри очень надеется, что эта странная женщина в розовом к преподаванию не имеет никакого отношения и на этот раз ему повезёт. Кто-то втихую ввёл два дополнительных предмета и забыл уведомить об этом студентов? Интрига рассеивается довольно быстро. Сначала речь директора беспардонно прерывает министерская Жаба (прозвище появилось у Гарри в голове на интуитивном уровне - через пару дней его подхватит большая часть студентов Хогвартса), чьи слова вызывают у Гарри ещё большее отторжение. Судя по лицу Гермионы рядом с ним, она поняла из этой речи гораздо больше, чем Гарри и скорее всего всё гораздо хуже, чем кажется. Мысленно отметив на потом, чтобы не забыть её об этом спросить, Гарри вновь возвращается к рассматриванию остальных новичков. Все трое мужчин - высокие. Самым близким по росту для сравнения оказывается Дамблдор, так как даже сидя, все трое на пол головы выше Снейпа и Трелони с другой стороны. Мужчина в клетчатой рубашке с короткой стрижкой что-то оживлённо объясняет другому, в бежевом маггловском пальто; третий (единственный из них в мантии), чьи волосы по длине напоминают Гарри Снейпа (хотя, в отличии от зельевара, у новичка они выглядят очень ухоженными), почему-то прикрывает ладонью лицо, выражающее крайнюю степень страдания. Дослушав до конца высказывание Верховного Инквизитора, как представляется сама женщина, Дамблдор продолжает ежегодные объявления. Гарри с любопытством следит за столом преподавателей.

***

Сэм уверен, что ещё немного и он сойдёт с ума окончательно. Демоническая кровь? Люцифер-галлюцинация? Ничего подобного. Дин прекрасно справлялся с упомянутой задачей без посторонней помощи. Началось всё с самого утра, в момент, когда Сэм впервые попытался затронуть тему их новой униформы. - Дин, мы учителя. Мы не можем одеваться во фланель в заведении, где даже ученики носят шерстяные мантии, рубашки и галстуки. Ты видел Дамблдора, Макгонагалл? Даже Снейп - а он вообще-то зельевар, ему то явно удобство нужно - завернут в три слоя чёрной саржи, а ты хочешь заявиться в джинсах? - Сэмми, ты забываешь одну маленькую деталь. Нет, даже две детали. - Что? - Во первых, мне плевать, что обо мне подумают. Во вторых, в отличие от тебя, я не первый раз в роли учителя. - Те две недели, когда ты прикидывался физруком не считаются. - Кто сказал? Между прочим... - Дин, тебя ненавидели поголовно все ученики. - Ужасные дети, ленивые до невозможности. Сэм недоверчиво поднимает брови. - Что? Я отличный учитель. Посмотри на Джека и Клэр. - Джека воспитывал Кас, а Клэр под опекой Джоди и Донны. - Но... - Дин. Он упрямо морщится. - Я не буду напяливать на себя платье! - Это не... - Мне без разницы, что это, это непрактично! Ты представляешь нас, выкапывающих ночью очередной труп в балахонах с рюшами? Сэм, признайся, ты уже заранее так ненавидишь этих детей, или у тебя против меня что-то конкретное? Сэм обречённо вздыхает. - Я сдаюсь. Делай, что хочешь. - Чудненько! И с этими словами Дин выуживает из воздуха ярко-красную рубашку в крупную чёрную клетку. Сэм удивлённо смотрит на него. - Когда это ты научился создавать предметы из ничего? - Пока ты пытался сделать вид, что не бегаешь к Эйлин каждые пять минут. Сэм обиженно отворачивается. - Эй, я люблю Эйлин. Но иногда даже Кас спрашивает, почему ты к ней до сих пор не переехал. - Это сло... - Не-а, не выйдет. Когда мы вернёмся, если ты не съедешь от меня сам, я перевезу вещи Эйлин в бункер. - Она не согласится. - Ты думаешь, я планирую её спрашивать? Сэм саркастично смеётся. - Ты как-то слишком веришь в себя, если думаешь, что тебе сойдёт это с рук. Дин недовольно морщится. - Если это заставит вас наконец сойтись, я готов получить пару лишних пощёчин. Я даже не буду прикрываться от неё Благодатью. Сэм с недоверием смотрит на брата. Тот закатывает глаза, параллельно обуваясь и натягивая серые джинсы одновременно. - Что, всё настолько плохо? - Да нет, почему же. Но если бы существовала возможность заняться сексом через взгляд... Хотя, возможно до тебя просто никто не подумал использовать Благодать таким образом. Сэм врезает ему локтём по рёбрам и под болезненный стон выходит из комнаты. - Сучка. - Придурок. Выйдя из комнаты, Сэм нос к носу сталкивается с Касом. Кастиэль, что неудивительно, по прежнему в костюме и плаще, что вызывает у него очередной обречённый стон. - Кас, ты нашёл на кровати мантию? - Нашёл. Это твоя? Дин громко смеётся, выходя из комнаты под недоумевающий взгляд Кастиэля. - Так тебе и надо, Сэмми. - Эти мантии оставили нам всем, так как это - местный дресс-код, - терпеливо вздохнув, объясняет Сэм Кастиэлю. - Хотя, судя по всему, страдать придётся только мне. - И кому от этого хуже? - фыркает Дин, качая головой. - Мы с Касом просто ставим в приоритет удобство и безопасность, а не внешний вид, Саманта. - Если нужно, я могу переодеться, - неловко вставляет Кас, с опаской рассматривая простую коричневую мантию на Сэме. - Я всегда могу... - Не-не-не, Кас, не смей, - поднимает руку в предупреждающем жесте Дин. - Ты и так прекрасно выглядишь. Сэм с улыбкой поднимает бровь. Дин старательно делает вид, что последней фразы не произносил, но сияющие глаза Каса не дают ему взять свои слова обратно. Кончики ушей у него предательски краснеют. - Пошли, - в итоге раздражённо буркает он и резко захлопывает за собой дверь. - На ужин опоздаем. Поверь мне, Саманта, это куда сильнее попачкает нам репутацию, чем отсутствие мантий. Сэм закатывает глаза и переглядывается с Касом. Тот неловко улыбается. - Конечно, Дин, - по итогу произносит ангел, и направляется вслед за другом. Сэм обречённо вздыхает. Он недовольно расправляет складки на плечах, мысленно признавая, что возможно Дин был прав насчёт непрактичности таких нарядов.

***

Большой Зал Сэму понравился. Атмосфера, царившая за церемонией распределения первокурсников, вселяла в него чувство уюта и детства, которого у него самого было очень мало (несмотря на старания Дина, за которые он вечно будет ему благодарен). Сидевший рядом Дин что-то бормотал о свечах над головами детей и воске (Сэм мысленно закатил глаза - Дин явно не слишком доверял магии, несмотря на дружбу с Ровеной и Кроули), а Кас, устроившийся по правую сторону от Дина, с любопытством разглядывал блюда на столе. Ужин был превосходным. Дин с удовольствием уплетал все виды мясных извращений, пока Сэм отчаянно пытался не кривится от вида манер (а точнее, их полного отсутствия) у брата. Кас с интересом наблюдал за ними обоими. - Странно, - пробормотал Кастиэль, задумчиво пробуя на вкус небольшой стручок зелёной фасоли. - Несмотря на Благодать, вы по прежнему способны ощущать вкус еды, в то время как я... - Не правда, - отрывается от тарелки Дин, оборачиваясь к другу. - Мы тоже не могли. Но потом я вспомнил страсть Габриэля к сладостям и вытряс из него секрет фирмы. - И? - в ожидании склоняется Кастиэль к Дину. - Попробуй немного отпустить свою Благодать, - шепчет в ответ Дин. - Представь, как раскрывается вкус и текстура. Пусть твои вкусовые рецепторы ощутят всю глубину... Сэм давится кусочком картофеля, нарочито громко кашляя. Дин краснеет, пока Кастиэль напряжённо хмурится. Кажется, рядом с Сэмом тихо посмеивается Макгонагалл. - Они всегда такие? - с забавной улыбкой шепчет ему заместитель директора. - К сожалению. Я терплю это уже больше десяти лет. Макгонагалл сочувственно похлопывает его по плечу и возвращается к приёму пищи. Сэм в очередной раз обречённо вздыхает. Кастиэль, кажется, наконец разгадал секрет восприятия и осязания, и теперь почти обгоняет Дина по количеству потребляемой еды. Последний только протягивает ему многочисленные блюда, пока Кастиэль благодарно ему улыбается. Рядом с Сэмом Макгонагалл с улыбкой делает глоток тыквенного сока. Сэм молча надеется, что никто из учеников не заметит, что двое достаточно стройных мужчин за вечер съели гораздо больше, чем в принципе способен съесть живой человек. Представление низенькой женщины в слишком розовом наряде (Сэм искренне пытается хоть как-то подавить личную неприязнь, моментально возникшую у него на подсознательном уровне) не вызывает у него ничего кроме недоумения. Ещё большее непонимание у него вызывает Дамблдор, спокойно реагирующий на явную грубость, но Сэм мысленно признаёт, что идти против местной власти в таком мелочном конфликте - явно ниже его достоинства. Дин рядом делает вид, что не специально покашливал на протяжении всей её речи, пока Кас с недоумением, но по прежнему заботливо хлопает его по спине. - В этом году наш преподавательский состав пополнился аж тремя незаменимыми специалистами, - слышит Сэм голос директора и резко возвращается к реальности. - В такие тёмные времена мы как никогда нуждаемся в квалифицированных преподавателях Защиты от Тёмных Искусств. Исходя из данной потребности, мною было принято решение пригласить на эту должность троих человек, специализирующихся в разных областях данного предмета. Позвольте представить вам профессоров Винчестеров, а также профессора Новака! Зал наполняется громкими аплодисментами. Ознакомившись с биографиями предыдущих преподавателей этого предмета, Сэм не удивляется такому энтузиазму. Если бы не тот факт, что над должностью, по словам Дамблдора, висит проклятие, Сэм бы заподозрил нечто подобное и сам - такая коллекция колоритных личностей никак не могла собраться случайно. Да, тот разговор Сэму запомнится надолго.

***

- Альбус, вы в порядке? Обеспокоенный мужчина в черных одеждах резко распахивает дверь. Сэм с любопытством рассматривает незнакомца. Прищурившись, он заглядывает в эфирный план и от удивления делает резкий вдох. Душа этого человека выглядит настолько необычно, что Сэм завороженно замирает. Нечто настолько светлое, что глаза слезятся даже у него, обвито лозами алых и чёрных пут; кажется, будто душа мужчины застряла в кусте терновника. - Вы что-то от меня хотите? - недовольно бормочет мужчина, поджимая тонкие губы. На первый взгляд Сэму кажется, что ему около сорока-пятидесяти лет, но эфирный план выдаёт, что тому слегка за тридцать. Сэм неловко отводит взгляд. - Простите, - оправдывается он. - У вас... необычная душа. - Душа? Вы видите души? - мужчина недоверчиво поднимает бровь и оборачивается к директору. - Альбус, кого ты призвал? - Эй, мы вообще-то ещё здесь, - недовольно вмешивается Дин. - И вполне способны представиться самостоятельно. - И кто же вы? - Нет, теперь любопытно мне - каким образом у вас с директором получилось от нас закрыться? Сэм в недоумении хмурится и пытается прочесть мысли незнакомых мужчин. И вправду, Дин оказывается прав - вместо памяти и разума он натыкается то на плотные стены, то на непроходимый туман. - Интересно, - вмешивается Дамблдор. - Значит, вы можете легко считывать окружающих? - Могли, но вы посеяли в нас сомнения. - А может, вы всё таки представитесь? - Прошу прощения, - неловко улыбается Сэм. - Меня зовут Сэм, а это мой брат Дин. И Кастиэль. - Не брат? - подначивает его незнакомец. - Во всём, кроме крови, - настойчиво вмешивается Дин, хмурясь. - Твоя очередь. - Прошу прощения за своего коллегу. Это профессор Северус Снейп, декан факультета Слизерин и преподаватель Зельеварения. - Я тоже по прежнему здесь и могу говорить, Альбус, - вновь бурчит Снейп, но в ответ получает от директора лишь ласковую, снисхождительную улыбку. - И кстати, учитывая, что вы откликнулись на призыв Альбуса - почему именно вы? Дин закатывает глаза. На этот раз отвечает Кастиэль. - На призыв архангела может откликнуться исключительно архангел. Снейп поражённо распахивает глаза, заново взглянув на с виду обычную троицу мужчин. Те одеты в совершенно маггловские наряды - один в поношенном бежевом плаще, а двое - в мягких клетчатых рубашках и джинсах. - Вы выглядите довольно... Обычно, - неуверенно произносит он. - Для небесных существ. - О, это лишь телесный облик. Вне этих тел мы выжгли бы вам глаза и оглушили бы примерно за четверть секунды. Невозмутимый ответ Кастиэля вызывает в Снейпе ещё большее напряжение. - Не волнуйтесь, Северус. Хотя я немного пострадал в процессе призыва, я не чувствовал себя таким молодым последние лет пятьдесят. Кстати, спасибо - не знаю, кто из вас меня исцелил. - Сэм, - Дин кивает головой в его сторону. - Из нас троих у него это получается лучше всего. - У вас разные навыки? - в Снейпе, кажется, любопытство побеждает чувство ужаса. - У всех архангелов отличные друг от друга специализации? - Основа у всех одна, - терпеливо отвечает зельевару Кастиэль. Из них троих он наиболее спокоен. - Но на протяжении существования мы все невольно склоняемся к тому, что нам ближе. Сэм и до перерождения увлекался изучением магии и целительства, а вот Дин всегда предпочитал более... прямолинейные решения проблем. - Значит, когда-то вы были людьми? - на этот раз вопрос задаёт директор. - Нет, изначально я был сотворён ангелом, но тоже пережил человеческий опыт. Это было очень... познавательно. А вот Сэм и Дин стали теми, кем являются сейчас, после последней смерти. - Последней? И Снейп, и Дамблдор напряженно замирают. Кастиэль морщится, понимая, что невольно вселил в двоих мужчин ложную надежду. Сэм вмешивается. - Как оказалось, не всегда всё ограничивается единичным смертным опытом. Хотя я настоятельно не рекомендую повторять наших ошибок. Поверьте, мы бы предпочли оставаться мёртвыми после первого раза. Снейп напряжённо поджимает губы. - Мне жаль, Северус, - сочувственно произносит Дамблдор, хотя и сам невольно опустил плечи. - Думаю, я бы тоже желал... - Не нужно, Альбус, - раздражённо обрывает его тот и резко разворачивается к выходу. - Если вам ещё понадобится моя помощь, вы знаете, где меня найти. Господа. Зельевар вылетает из кабинета, громко хлопнув дверью. - Прошу прощения, - вздыхает директор, кивая троице в сторону преобразованных кресел. - Мой друг тяжело пережил потерю. - Его можно понять, - грустно усмехается Дин под кивки остальных. - При следующей встрече могу лишь пообещать ему, что проверю человека, которого он потерял. - А вы можете? Навещать мёртвых? - Не всех, но временами получается. Вас интересует кто-то конкретный? - Я... Нет, наверное, не стоит. Но Северус, скорее всего, спросит. Если вам не трудно... - Я спрошу, - решительно заявляет Дин. - В следующий раз, когда увижу. - Спасибо, - благодарно кивает Дамблдор. - А пока... Что ж, позвольте мне рассказать вам всё с самого начала. И Дамблдор начинает говорить.

***

- Думаешь, в этом году нам повезло? - оборачивается к Гарри Рон, на время отрываясь от собственной тарелки. - Может, на этот раз нас научат чему-нибудь стоящему. Гарри согласно кивает, но отвлекается на пристальный взгляд Гермионы. Девушка завороженно смотрит на одного из Винчестеров - того, что с длинными волосами. - Мерлин, - выдавливает Гарри, испуганно проследив за её выражением лица. - Кажется, история с Локхартом повторяется. Рон дуется. Гермиона обиженно фыркает. Кажется, Гарри обречён.

***

Комнаты, выделенные им Дамблдором, достойны отдельного внимания. Кажется, им достались помещения, предназначенные как минимум для деканов. В каждом есть спальня, кабинет, ванная и кухня. Сэм с Дином забрали соседние, а Кас невозмутимо расположился напротив. Дину кажется, что он попал в какой-то галлюциногенный сон. Нет, серьёзно? Волшебники? Если бы не его личное знакомство с Ровеной и тайные увлечения Сэма, он уверен, что перебил бы всех вокруг сразу же, как очнулся после призыва. В данной ситуации он просто тихо впадает в осадок от творящегося вокруг безумия. Дину кажется, что Ровена могла бы позаимствовать у директора некоторые методы пыток для особо провинившихся демонов. Особенно прошлогодний турнир - так поиздеваться над детьми (даже магами), по мнению Дина, это надо постараться. А уж трасса ловушек к Философскому камню... Дьявольские силки вызывали у него клаустрофобию подсознательно. Неудивительно, что зеленоглазый очкарик весь вечер подозрительно их рассматривал. После краткого экскурса в истории прошлых учителей их предмета, Дин сочувствует парню от души - таких психов можно найти только целенаправленно. Конечно, справедливости ради, рассматривал их весь зал, но так оценивающе - только этот парнишка. Редкое для Дина чувство, но мелкий Поттер вызывает у него жалость. История этого ребёнка сильно смахивает на них с Сэмом, только в их истории, благодаря чересчур инициативному отцу, злодей уже мёртв. Прожил дольше, чем хотелось бы - но тем не менее. Гарри, похоже, пока что выживает исключительно за счёт адреналина, упрямства и напрочь выжженных его выходками нервов Снейпа - через пару дней после их прибытия, Дин с удовольствием обсудил с ним ситуацию с менее романтизированной точки зрения. Дамблдор, по его мнению, слишком уж верил в пацана, часто не прилагая особенных усилий со своей стороны. А вот Снейп... Кажется, за всю жизнь Дин впервые использовал слово "двуличный" не в отрицательном значении. Благодать, конечно, сильно облегчила ему задачу с исследованием личности зельевара - будь он человеком, всё было бы сложнее и дольше. А так... Бутылка хорошего алкоголя, лёгкое прикосновение невидимым человеческому глазу крылом, толика сочувствия - и зельевар с радостью описал недостающие кусочки истории, недосказанные Дамблдором. Картина получалась неутешительная. Дин устало хмурится и поднимается с кровати. Накинув на плечи тёмно-серый махровый халат, он тихо прикрывает дверь собственной квартиры и на цыпочках перебегает широкий коридор. - Кас? Ты занят? - Заходи. Дин довольно улыбается, с опаской оглядывается вокруг и никого не замечая, быстро протискивается в дверной проём покоев Кастиэля. Внутри комнаты немного отличаются, хотя планировка та же. В отличии от его спальни, свою Кас явно переделал так, чтобы она напоминала его комнату в Бункере. В последнее время она приобрела намного более обжитый вид - от былого спартанского облика там осталась исключительно кровать. - Ты что-то хотел, Дин? Кас уютно устроился в кресле с книгой в руках. На нём домашний фланелевый (естественно) костюм тёмно-синего цвета, а на журнальном столике рядом стоит керамическая кружка. С огромной пчелой. Дин весело качает головой. Кастиэль отслеживает его взгляд, после чего смущённо краснеет. - Нет, чувак, я не осуждаю, - примирительно поднимает руки ладонями вверх Дин. - Симпатичная кружечка. - Спасибо, - настороженно отвечает Кастиэль. - Не хочу показаться грубым, но... - Уже показался, - фыркает Дин, но заметив обеспокоенный взгляд друга, продолжает. - Шучу. С тех пор, как у меня окончательно пропала потребность во сне, появилось как-то слишком много свободного времени. - Понимаю, - задумчиво отвечает ему вновь расслабившийся Кас. - И от меня ты хочешь..? - Книгу, - быстро спохватывается Дин. - Желательно что-нибудь о местной флоре и фауне. Готов поспорить, ты уже перерыл всю местную библиотеку. Кастиэль с горечью (горечью? нет, об этом Дин сейчас думать не готов) хмыкает, но на секунду закрывает глаза. Спустя мгновение на столике рядом с кружкой появляется толстый кожаный переплёт. - Держи, - Кас протягивает ему книгу, после чего язвительно добавляет, - до утра тебе должно хватить. Удивлённый Дин заторможенно кивает и возвращается в свою спальню. Что это было?

***

Услышав хлопок входной двери, Кастиэль напряженно выдыхает. Кажется, в местной обстановке он впал в какую-то особенно агрессивную депрессию - иначе своё плохое настроение в компании Дина он объяснить не может. И нет, тот факт, что тот пару дней назад спокойно проводил вечера со Снейпом и Макгонагалл, совершенно забыв о его существовании, никак на это не влияет. И если он испытывает к зельевару лёгкую неприязнь, то только потому, что тот слишком напоминает ему его самого. Кастиэль тяжело вздыхает. Нет, Дин не заслужил от него такого отношения. Видимо, завтра с утра его ждёт порция неловких извинений. Он прекрасно понимает, что в сложившихся (или не сложившихся - тут как посмотреть) отношениях с Дином, виноват отнюдь не Дин. Нет, он тоже, но... Кастиэль с разочарованным стоном вцепляется в собственные волосы, отчаянно пытаясь избавиться от неудобных чувств.