Всерьёз: Возвращение в Найт Сити

Несколько месяцев спустя. Найт Сити. Очередной заказ успешно выполнен. Надо бы смотаться в "Посмертие" и отчитаться Бестии о проделанной работе. В последнее время она ничего не решает по телефону в лучших традициях Марго. И тому есть причины. За время моего отсутствия в Вольном Городе столько всего изменилось, что в трёх словах не расскажешь. Но я всё же попробую. Для начала, приставка "Вольный" канула в лету и больше не относилась к Найт Сити. Мэр Джефферсон Пералес и президент НСША Эйдан Ривз в ходе долгих переговоров, начатых по слухам задолго до того дня как Ривз вступил в предвыборную гонку, всё же пришли к соглашению. И пока я наводила шороху в Токио, мой родной город вошёл в состав НСША. Звёздно - полосатый флаг теперь развевался не только в трущобах Санто-Доминго над домами и точками бизнес-интересов Шестой Улицы, а по всему городу. В особенности на правительственных и общественно-значимых зданиях. Да и радость псевдопатриотов длилась совсем недолго. Под юрисдикцией НСША и железной рукой президента Ривза, Найт Сити медленно, но верно менялся: стал чуть почище, чуть менее криминальным. Времена, когда простые граждане больше доверяли бандитам, чем полиции, ушли безвозвратно. Да и сами банды поприжали уши к голове. Сейчас в Найт Сити уже не пошмаляешь средь бела дня из водительской двери машины веселья ради, не возьмёшь без последствий заказик на обнуление какого-нибудь политикана или законопослушного, но очень несговорчивого бизнесмена. Рядовому обывателю жить стало лучше, жить стало веселее. А вот нам — уличным самураям, приходилось засунуть своё эго в одно место и помнить, что мы не над законом, а по ту сторону и всегда существует вероятность, если не получить девять грамм свинца прямо в хромированный лобешник, то присесть на нары уж точно. Сложновато стало работать, если честно. Это даже я заметила. Теперь практически каждую миссию мне приходилось планировать в два раза тщательнее и действовать всегда по-тихому. Тут на днях, один пассажир из числа полулегендарных наёмников, попробовал устроить показательную расправу над каким-то политиканом. Засветился, где только мог. Так его повязали в тот же вечер прямо за ужином в "Посмертии", а Королеве Фиксеров очень вежливо предложили завалить хлеборезку, засунуть правила заведения куда фантазия позволит и не мешать, если не хочет присоединиться к их турпоездке до ближайшего околотка. Могу себе представить как Бестия себя чувствовала в тот момент. Выражение лица у неё было уж очень говорящее. Ещё бы, такой удар по непререкаемому авторитету. Я бы на её месте взбесилась и крушила всё на своём пути, но Бестия просто закрыла заведение и её люди спешно спровадили завсегдатаев догуливать в другие бары. Пару дней только об этом и шептались по углам. Случай-то вопиющий. По-моему местные возвращению из мёртвых Джонни Сильверхенда удивились меньше, чем тому, что кто-то из властьимущих позволил себе не только командовать в обители Бестии, а ещё и с ней самой разговаривать как с мелким уголовником, вроде торговцев чёрными брейнами. И раз уж зашла речь о Джонни Сильверхенде, где он и что с ним сейчас, я понятия не имела. Порой долетали отдельные свежие сплетни из сети и из разговоров на бордах. Вроде бы как после Токио, он вернулся в Вашингтон, дал несколько больших концертов по местам боевой славы: в баре у Марго, в бывшем офисе "Милитех", на площади делового района и благополучно отчалил в тур по городам НСША в поддержку нового альбома. Средства на запись в обход лейблов собирали всем миром на странице фан-сообщества моего приятеля. Поклонники насыпали достаточно для аренды студии, найма хороших звуковиков и дизайнеров обложки. Я лично занесла пару тысяч с анонимного кошелька, чтобы получить издание на виниле. Несколько свежих песен Джонни регулярно крутили по радио. Вот и сейчас мою скучную поездку от Пасифики до "Посмертия" разбавлял трек с нового альбома. Как и прежде пауэр-метал, меланхоличный, с плавным вступлением, красивой мелодией и отличным вокалом: "Куда ушли все герои, что проливали за нас кровь? Всё ещё цепляемся за угасающие колыбельные и боимся конца, когда смолкнет последняя нота... Как нам узнать: сможет ли взгляд за стену теней освободить наши души? Мы бредем вслед за праведниками, слушая поэзию лжи. И погрязнув во тьме, следуем за богатыми, по мере того как невежество человеческой жизни угасает."* Я тормознула у входа в бар Бестии. Бросила свой новенький "Рэйфилд" на парковке, привычно попросив вышибалу присмотреть. Ясен пень, он этого делать не будет. Да и что плохого в теории может случиться с моей машиной? Угнать такую сложно, без ключа она не заведется, а если даже и получится, что с ней делать? Просто покататься? Я через пять минут найду свой "Рэйфилд" по трекеру и машина вернётся туда, откуда уехала, а угонщика ждёт неприятный разговор, что брать чужое некрасиво. Продать на "Автофиксере"? Эль Капитан и его подручные не возьмут, приметная тачка. Знаю, я слишком много размышляю о всякой фигне, но мне это нужно. Забить мозг любой ерундой, чтобы не думать о важном. В Найт Сити каждый камень напоминает мне о прошлом и моих потерях. В этом городе нет такого места, с которым бы не было связано какое-то важное событие, болезненное или, наоборот, приятное воспоминание. И такие светлые моменты как раз причиняют больше всего боли, когда понимаешь, что это никогда больше не повторится. Один мой лучший друг мёртв. А второй не желает меня видеть и слышать. Даже не знаю, что хуже. Наверное, второе. Потому что эта чёртова надежда, которая всё никак не сдохнет последней, сводит с ума и не оставляет ни днём, ни ночью. Я вошла в бар, кивнула Клэр в знак приветствия. Она привычно скроила недовольную гримасу и демонстративно отвернулась, сделав вид, что по уши занята работой и другими посетителями. Ой, блядь, да не очень-то и хотелось. "Посмертие" не единственный бар в городе, а винная карта вообще отстой. Я приехала не к Клэр, у меня нет времени на дурацкие разборки и старые обиды. Надо сдать заказ, взять следующий и ехать в Глен. Годовщина смерти Джекки, как никак. Поверить не могу. Целых три года как его нет с нами. И как много изменилось с тех пор как мы сидели на этих стульях и мечтали о Высшей Лиге. Я невесело улыбнулась, вспоминая тот день и задумалась: а если бы у меня был шанс вернуться в прошлое и изменить что-то, я бы взяла заказ на кражу биочипа? Наверное, всё-таки да. Потому что если бы не эта безумная история, я бы никогда не познакомилась с Джонни. Не тем прежним кибер панком в худшем смысле этого слова, каким он был в двадцатых, а таким, какой он сейчас. — Ви, у тебя ко мне какое-то дело или просто решила посидеть в гостях? Если второе, то я пас. — Строгий и несколько насмешливый голос Бестии вернул меня с небес на грешную землю. Увлеченная своими мыслями, я даже не заметила, что уже добрых пять минут торчу в её кабинете и молчу как рыба об лёд. — А, да. Дело сделано. Как ты просила. Тихо и чисто. — Я бросила на стол чип с компроматом на кого-то из её клиентов, который требовалось выкрасть из квартиры помощника прокурора. Бестия без интереса просмотрела добытый мной файл, чисто убедиться в подлинности. Ничего личного, в моих навыках она не сомневается, просто формальность. — Деньги переведу вечером. Если хочешь наличные, приходи завтра. — Не люблю наличку, ты же знаешь. Есть ещё для меня что-нибудь? Бестия бросила в мою сторону взгляд и поджав губы отрицательно помотала головой. То ли в связи с новыми порядками в Найт Сити количество заказов для наёмников любого уровня сократилось в разы и за каждый заказ скоро будем натурально драться или бросать жребий, то ли в "Посмертии" сегодня очень оригинальный флешмоб. "Международный день хер пойми на что обиженных женщин" и всякий входящий в бар уже в чём-то виноват. Выдержав паузу, Бестия всё же соизволила ответить: — Тебя искал Хэндс. Позвони ему, может, и найдёт что-нибудь. Если это всё, не смею задерживать. — И на том спасибо. Я вышла прочь. Очень содержательная получилась беседа. Прям стоило ради этого пилить через весь город и полчаса стоять в пробке на въезде в Уотсон. Если и Хэндс будет настаивать на личном визите, ей-богу, будет послан нахер. Во-первых, я и так уже безбожно опаздываю на встречу в баре "Эль Койот", во-вторых, да какого хрена? Девочку нашли? Ещё я не ездила в Пёсий город и обратно в Найт Сити за пару десятков тысяч эдди. Я беру заказы не ради денег и репутации, а просто от скуки. Мой банковский счёт с лихвой покрывает все расходы, а мою обычную ставку наёмника руководство НКГБ мне платит просто за то, что я есть. И даже если я буду лежать на диване в своей квартире на Площади Корпораций, смотреть сериалы и попивать пивко с чипсами, это не изменится. Пока ехала в Глен, всё же позвонила Мистеру Хэндсу, очень хотелось послушать, что он имеет мне сказать. — Ви звонит. Стало быть, Ви жива. — Очень свежая шутка. Бестия сказала, что ты меня искал. — Сразу к делу. — Хэндс усмехнулся чему-то своему, его моя прямота всегда забавляла. Этот старый лис привык разводить пустой трёп на ровном месте: — Для тебя есть работа. — Ближе к делу, Хэндс. Я знаю, что ты бы не стал звонить просто поболтать о новых коллекциях обуви и смазке для кибер рук. — До меня дошли сведения, что некто прячет в Найт Сити "Золото партии Союза." И недурно было бы его найти и передать в надёжные руки. Десять процентов твои. — Сорок. — Привычно борзея, усмехнулась я. Хэндс не идиот и прекрасно знает, что я на любом задании прихвачу трофеев на сумму значительно больше чем он заплатит. — Двадцать. Если интересно, посмотри файл. Мне пришло сообщение с деталями предстоящего задания. Я бегло просмотрела его. Ничего вразумительного, никакой конкретики. Кто-то прячет где-то в городе чуть ли не фургон с золотом, некогда украденным из Союза и тайно вывезенным за кордон. Хотелось было сказать, что это чушь собачья. Байка вроде похищения инопланетянами с Нибиру или аллигаторами в канализации. И если аллигаторы частично правда, Мусорщики и не такую дрянь могут держать на своих базах, то "Золото партии" чистой воды брехня и разводняк для лохов. — Впрочем, я могу найти кого-нибудь другого для этой работы. — Решив, видимо, сыграть на моем тщеславии, прервал затянувшуюся паузу Хэндс. Получилось. Я, определенно, подпишусь на его заказ просто потому что не хочу, чтобы на улицах говорили, что я уже не та, что прежде и после воскрешения стала соплей, которую может обскакать на повороте какой-нибудь молодой искатель славы. — Я берусь. До связи. — Удачной охоты, Ви. Что-то в том, как Хэндс прощался мне очень не понравилось. Была в его голосе какая-то нотка тонкой иронии, словно он заранее был убежден в провале. С таким заказом не удивительно. Хотела было набрать своего связного, чтобы расспросить про это пресловутое "Золото партии", но решила не беспокоить по пустякам. Во-первых, Илья в отпуске, во-вторых, лишний раз давать ему и другим коллегам повод для шуток в курилке ужасно не хотелось. Сама посмотрю на месте. Делать - то всё равно нехрен. Я бросила "Рэйфилд" за полквартала и до бара Мамы Уэллс шла пешком. Погода хорошая, почему бы не прогуляться. Давно я здесь не была и Глен одно из немногих мест, которые мне всегда нравились. Атмосфера здесь какая-то приятная, словно приехал домой после долгого отсутствия. Я распахнула дверь бара. "Эль Койот" словно застыл вне времени и пространства. Приятный полумрак, приглушенная музыка, роспись на стенах. Ароматы специй с кухни, Пепе за баром. Мама Уэллс в компании наших близких друзей сидит за столиком в центре пустого зала, пьют пиво и болтают. Мой кот лежит у неё в ногах, прикрыв глаза и лишь изредка шевелит огромными ушами. Похоже, они отлично поладили. Бак больше не выглядит как бродяга. Упитанный, лоснящийся, насколько это применимо к лысому коту. Чуть поодаль, там же, где и прежде, памятный уголок с фото Джекки и зажженная свеча. — Ви! Ну наконец-то. — Заметив меня, приветливо улыбнулась Мисти. Учитывая, что она приглашена в самый тесный круг моих старинных приятелей, видимо, им с Мамой Уэллс всё же удалось найти общий язык и выстроить отношения без впадания в крайности. — Привет, господа и дамы. Простите, что опоздала. — Я села к столу, взяла предложенную хозяйкой бутылку ледяного пива и закурив сигарету, взглянула на них всех. — Чудо, что ты вообще явилась. За два с половиной года не нашла и минуты, чтобы позвонить. — Напустилась на меня Мама Уэллс. Впрочем, её ворчание было беззлобным и по-родительски тёплым. На такое злиться невозможно, а ответить нечего. Виктор и Мисти смотрели на меня подозрительно. Знаю, ребята, что я не должна быть живой и вам двоим это известно не хуже моего. Немой вопрос: а я ли это на самом деле, читался по выражению их лиц. — Каюсь, грешна. Столько всего навалилось. Как вы все поживаете? — Да всё по-старому. — Философски изрёк Виктор, допил пиво и отодвинул бутылку в сторону: — Давайте что ли за встречу. Возражений не последовало. Мама Уэллс жестом подозвала Пепе, чтобы принес чего-нибудь покрепче пива. Перед нами на столе быстро возникла бутылка текилы и четыре высокие рюмки. Мы выпили по первой и беседа завязалась как-то сама собой. Большую часть вечера мы четверо болтали о чём угодно, только не о Джекки. В какой-то момент мне начало казаться, что день его памяти просто предлог, чтобы собраться и поговорить по душам. Сколь не прискорбно, мой друг мёртв и уже давно. А эта встреча для живых. Так что тёплые воспоминания о прошлом быстро сменились на обсуждение настоящего. И чем больше я смотрела на этих троих, которые когда-то были для меня самыми близкими людьми на Земле, тем сильнее крепло моё ощущение, что сейчас нас разделяет пропасть. Виктор, Мисти, Мама Уэллс — все они были друзьями прежней Ви, от которой давно уже не осталось ничего. Они прежние, такие же приятные люди, а я изменилась до неузнаваемости. Не только внешне. Изменилась сама моя суть. Дело не в гордыне и не в том, что я считаю себя чем-то лучше них. Ни в коем случае. Просто я уже другой человек. С другими взглядами, другой целью. Блин, да я банально не могу рассказать им о себе буквально ничего, кроме того, что они и так знают. Накачиваясь текилой и всё больше пьянея, я уже не участвовала в разговорах и лишь вежливо улыбалась, всей кожей ощущая, что я здесь лишняя. Не стоило вообще приезжать. Надо было найти какую-нибудь убедительную отмазку. Слишком сложно смотреть на некогда родных людей и видеть, что время и обстоятельства не пощадило того, что вас связывало. Посидев в баре ровно столько, сколько требуют правила приличий, я поднялась из-за стола, вежливо простилась со всеми, покинула бар и пошла к своей машине. Помнится Джонни говорил, что после воскрешения его ничего не связывало со старыми друзьями, кроме общих воспоминаний. И мне предстоит ощутить это на собственной шкуре, поскольку я никогда не была одной из обитателей трущоб, да к тому же за прошедшее время обо мне успешно забыли. Как же чертовски верно подмечено. И сейчас, шагая в одиночестве по тёмной улице мимо расписанных граффити домов, я впервые по-настоящему осознала, что все старые связи растворились во времени. И когда вечер кончится, все они разойдутся в разные стороны и пойдут своей дорогой. Мисти уедет в очередное путешествие за духовной пищей. Виктор продолжит частную практику в качестве лицензированного врача, а Мама Уэллс так и будет управлять старым баром и вспоминать погибшего сына, направляя всю свою материнскую любовь на тех, кому она нужна. Будь то питомец или соседи. Я села за руль, взяла свой телефон с приборной панели и несколько долгих секунд смотрела на экран, размышляя стоит ли звонить или нет. Не знаю, то ли выпитая текила, то ли тоска и одиночество толкнули меня на это, но я набрала номер Джонни. Очень хотелось услышать его голос. Но этому моему желанию сбыться было не суждено. Дозвонилась только до его автоответчика. — Сильверхенд. Вы знаете, что делать. А если звоните с предложением сотрудничества, можете сразу пойти нахуй. Всегда меня веселило это сообщение. Я завела двигатель и удаляясь от бара Уэллсов, начала: — Привет, это я, Ви. Слышала по радио свежий трек. Очень круто. Я в Найт Сити, у меня новое задание. Прикинь, Хэндс подписал меня найти "Золото партии Союза". Какая-то дичь. Представляю, как бы ты поржал, когда это окажется лажей. — Я тормознула на светофоре и до меня, казалось, только сейчас дошло, что этого не будет. Я веду себя неразумно. Звоню Джонни и несу всё подряд, делая вид, что между нами ничего не происходит, вместо того чтобы признать очевидное: мне очень жаль, что всё так вышло и я скучаю. Но его это не волнует и не касается. Если бы буйный рокер хотел дать мне шанс наладить отношения, давно бы уже позвонил сам. У него есть мой номер. Я продолжила уже не так уверенно и весело: — Ты извини, я, кажется, перебрала и позвонила просто по инерции. Больше это не повторится. Пока. Я сбросила вызов и поехала домой отсыпаться перед вылазкой на дурацкое задание Хэндса.