Всерьёз: Возвращение в Найт Сити

Ждать в порту пришлось долго. И избавиться от навязчивых мыслей оказалось не так просто как хотелось бы. Но я раз за разом прокручивала в голове как дошла до жизни такой. От бесполезного самокопания, приправленного чувством вины, меня спас звонок Ильи. Он спросил как прошел разговор с начальством, нисколько не удивился, что Белозёров не лютовал и я обошлась малой кровью, даже без выговора с занесением в грудную клетку. Уточнил где я есть и пообещал приехать, угостить выпивкой, как говорят в Союзе "на дорожку". Почему бы и нет, собственно? День у меня выдался, твою мать, очень непростой, так что компания не помешает. Возможно, болтовня за бокалом-другим чего покрепче кофе, скрасит моё ожидание завершения большого жизненного этапа. — Что, Ви, решила свалить не прощаясь? Не очень-то это по-товарищески, не находишь? — С ироничной улыбкой, заявил Илья, присев на стул у бара рядом со мной. Пока он ехал, я уже успела пригубить пару коктейлей имени себя и была в самом благодушном настроении. Надо же, он отложил все свои дела ради формального прощания. Расстаемся-то не навсегда и даже не на время. Илья так и будет моим связным, как и раньше. Не дано мне понять принцип загадочной русской души и их стремление поддерживать отношения. Не могу сказать, что мы с Ильёй такие уж друзья не разлей вода, но добрыми приятелями, чуть ближе чем просто коллегами по службе, нас вполне можно считать. Я кивнула не найдясь, что ответить или возразить. Он заказал себе безалкогольного пива с лаймом и как бы между делом, отметил: — Сменила имидж. — Да, одобряешь? — Лишь бы тебе нравилось. — Не оценил, так и запишем: — Значит, едешь в Найт Сити. В родные места. И как ощущения? Я задумалась. Никакой радости путь домой не вызывал. По большому счёту мне там делать было нечего. Прежняя жизнь осталась где-то там и все давние связи утратили свое значение. Меня там никто не ждал, судя по отсутствию сообщений на автоответчике. А, может быть, давно уже похоронили и живут дальше. Это нормально. Я сама не разбежалась звонить старым друзьям. — Смешанные, если честно. Ну а ты? Куда дальше? Домой в Москву, к жене? — Да нет, короткий отпуск и меня переводят в Вашингтон. Буду скучать по Парижу. Ну ещё бы, блин. В Вашингтоне не посидишь в баре с бокалом вина. Там сейчас такое творится, охренеть можно. Ривз закусил удила и развел бурную деятельность. И методы у него были совсем не дипломатичные. Новый президент пока что умело балансировал между "революцией сверху" и откровенным "красным террором" с расстрелами, ГУЛАГами и прочими прелестями из сказок о злобных коммунистах. — Оружие прихвати и побольше, там сейчас неспокойно. — Я допила коктейль, жестом попросила бармена налить следующий и закурив, взглянула на Илью. Была у меня к нему пара вопросов, да не было случая задать. В целом трепаться о своих прошлых миссиях в нашей конторе не принято: — Слушай, а ты ведь так и не рассказал, как Белозёров на меня вышел? Нет, как ваши раннеры пробились в мою нычку за Чёрным Заслоном и свои первые полгода в Москве я хорошо помню. Илья хохотнул, потягивая свое пиво: — Такое не забывается. Надо было видеть твое лицо, когда осознала, что в Москве можно выйти из дома за бургером и не брать с собой ствол. Или ехать по трассе в три часа ночи, не боясь, что твою тачку захотят отжать уличные самураи. — А всё-таки? С чего всё начиналось? — Поднажала я, чтобы сменить тему. Илья меня за полтора года в СССР просто задолбал своими бесконечными шутками на тему "Кто бы мог подумать, что у вас в Вольном Городе такое веселье, у нас вот вообще не так" и бесконечным беззлобным стёбом над моим переломом сознания, что бывает же, блин, иначе, чем я привыкла видеть в Найт Сити. Не скажу, что СССР когда-либо был и будет раем на земле, но порядок там есть. И не за счёт ужасной диктатуры, а только и исключительно потому, что у государства монополия на насилие. И правящая верхушка не просто набивает карманы, а работают каждый день, чтобы большинству граждан жить стало лучше. Ну а всяких обиженных на режим, вроде бывших олигархов и преступников, привыкших брать, что хотят по праву сильного, всегда будет навалом. Хер с ними. Пусть себе бесятся. В народное хозяйство сгодятся, а уж там их разрушительную энергию преобразуют в созидательную. — Это длинная история. — Да у меня полно времени до посадки на корабль. "Капитал" можно успеть пересказать, а не только подробности одного задания. Колись уже. — Ладно. — Сдался он, кашлянул, прочищая горло и тоном заправского лектора начал издалека: — Эта история началась в 2077 году. Некто Андерс Хелльман предложил нашему подполковнику кое-какую секретную разработку "Арасаки" в обмен на защиту от мести семьи. Но что-то пошло не так и Хелльман решил всех шваркнуть. — Дай угадаю, у него не вышло? — Слушай и не перебивай. 2077 год. Швеция. — Бутылку вашего лучшего шампанского в двести третий номер. И, пожалуй, черной икры. Для начала пойдет. — Так или примерно так думал Андерс Хелльман, делая заказ на обслуживание в люксе дорогого отеля в центре Шведской столицы. После всего, через что он прошел в Найт Сити, кто бы посмел осудить инженера за желание немного расслабиться и пригубить подзабытый вкус красивой жизни. Всё складывалось удачно. Ёринобу занят исключительно попытками усидеть в отцовском кресле и не позволить оппозиции во главе с Ханако сковырнуть его оттуда. Такэмура после учиненного на параде в честь памяти Сабуро, попал на радары корпорации и сейчас зализывал раны, скрываясь в Найт Сити. У всей семьи есть дела поважнее, чем охотиться за одним беглым инженером. "Кан Тао" подвели Хелльмана и не смогли обеспечить безопасность, но они не последняя крупная корпорация, которую заинтересуют его наработки по биочипам, есть кое-какие договоренности. В очередной раз хитрый инженер переиграл всех своих врагов. Здесь его не достанут, руки коротки. А даже если и смогут найти, не успеют. Задерживаться в отеле Хелльман не планировал. Вот проведет вечер в компании симпатичного туриста из Парижа и утренним Ави отчалит так далеко, как только сможет. Конечно, можно было бы уехать уже сегодня, но уж очень хотелось на полную катушку использовать время в отеле. Сосед по этажу слишком хорош, чтобы отказаться от свидания. Имени Хелльман не запомнил, более того, оно его вообще не волновало. На француза этот блондинистый голубоглазый красавчик совсем не тянул, но казался доступным и упускать шанс как следует развлечься, инженер не хотел. Давно уже в его сети не попадался такой лакомый кусочек. В дверь номера коротко постучали. Хельманн поправил и без того идеальный воротничок белой рубашки и направился открывать. Его ожидания не оправдались. На пороге стоял сосед, а обслуга опять где-то застряла. — Привет. Я, кажется, слишком рано? Это же не проблема? — Ох уж эта очаровательная улыбка. Хельманн кивнул, широким жестом пригласив соседа войти: — Как раз вовремя. Проходи, располагайся. Сосед вошёл. Этак по-хозяйски осмотрелся по сторонам, видимо, остался вполне доволен убранством люкса и разложенный на туалетном столике багаж инженера его нисколько не смутил. Следом вошла горничная с заказом. Выставила на столик шампанское, два бокала и изысканные закуски, пожелала приятного вечера и вымелась прочь. — Уже уезжаешь? — Как бы между делом, спросил гость, открывая шампанское и разливая по высоким бокалам. — Работа, мон шер, не ждёт. Утром покину отель. — Что ж. Тогда давай отметим твой отъезд. — Сосед очаровательно улыбнулся, протянув инженеру наполненный бокал: — За наше случайное знакомство. До дна. Хелльман выпил залпом предложенный напиток и устроился на диване рядом со своим гостем. Опустил руку на его колено, обтянутое светлыми летними брюками и повёл бровью: — Может, не будем тратить время на пустую болтовню? Мы же оба взрослые люди и понимаем зачем ты здесь. — Какая прямота. — Приторно-мило улыбнулся фальшивый француз, чуть подавшись ближе: — Давай ещё по бокалу. Для настроения. Хелльман влил в себя ещё шампанского и это было последнее, что он помнил. Как-то резко стало нехорошо. Веки отяжелели и сами собой закрылись, попытка подняться с дивана не увенчалась успехом. Сквозь затухающее сознание, он увидел как его гость резко перестал улыбаться, сбросил со своего колена руку инженера и презрительно фыркнул: — Размечтался, педрила мученик. Сознание возвращалось медленно. Хелльман не знал как долго пробыл в отключке. Он с трудом разлепил глаза и понял две вещи. Первое: он потерял бдительность и попался на самую дешёвую разводку из всех возможных. Второе: он где угодно, только не в своем шикарном номере отеля. Попробовал осмотреться насколько это возможно. Перед его затуманенным снотворным взором предстала сначала металлическая стена пустого фургона, а затем человек в штатском. Последний, кого бы Хелльман хотел видеть. Подполковник НКГБ Сергей Белозёров сидел напротив инженера, сложив ногу на ногу, курил электронную сигарету и этак с ленцой отбивал пальцами по голенищу высокого ботинка какой-то такт, отдаленно похожий на мелодию известной песни. — Доброе утро, мистер Хелльман. Как спалось? — В чём, в чём, а в умении вести светскую беседу Белозёрову отказать было сложно. И Хелльман бы даже ответил любезностью, если бы не очнулся в фургоне, пристёгнутый наручниками к креслу. Не удостоив собеседника ответом, Андерс задал самый идиотский из возможных вопрос: — Куда вы меня везёте? — Да уж явно не на Лазурный берег, где вы должны были встретиться с агентами "Сетевого Дозора." — Невозмутимо отозвался подполковник. Глубоко затянулся сладковатым дымом электронной сигареты и бросил на инженера испепеляющий взгляд: — Где биочип, Хелльман? Каким-то шестым чувством Андерс понял, что вляпался по самые уши. Бежать некуда, помощи ждать не от кого, лгать не имеет смысла. Если эти парни нашли его в самом дорогом отеле Швеции и смогли похитить, чёрт знает на что они ещё способны. Тяжко вздохнув, Хелльман быстро и сбивчиво рассказал подполковнику Белозёрову всё, что знал, подытожив свой рассказ: — Это досадное недоразумение. Кто мог знать, что биочип окажется в голове какой-то никчёмной наёмницы. И увы, извлечь его никак невозможно. — Наёмница, говоришь. Как её зовут? — Какая-то Ви. Это всё, что я знаю, клянусь. Белозёров жестом оборвал его поток сознания, непрозрачно намекая, что клятвы от такой лживой псины как Хелльман стоят ровным счётом нихрена. Фургон остановился. Дверь по левую руку от подполковника открылась и покидая салон, Белозёров бросил через плечо: — Надеюсь, вы сможете воссоздать свой прототип. — И обращаясь к водителю фургона, добавил: — Лейтенант Молотов, сопроводи нашего гостя по месту назначения. А затем дуй в аналитический отдел, ищи любые сведения про эту наёмницу. Выполнить и доложить. Сейчас. Ей-богу, я чуть со стула не упала от удивления, что попала в разработку НКГБ с лёгкой руки Хелльмана, а кроме того с трудом сдерживалась от распирающего хохота. Теперь понятно почему Илья не рассказывал мне эту историю раньше. Подумать только! Нашего отличника боевой и политической подготовки Белозёров использовал как живца и бедному Илье пришлось флиртовать с беглым инженером Хелльманом, да ещё и согласиться на свиданку в номере. А если бы не знаменитая ловкость рук и быстродействующее снотворное из арсенала, кто знает чем бы мог закончиться тот вечер. Конечно, до дела бы не дошло по-любому, Илья парень строгих нравов и традиционной ориентации, как-нибудь выкрутился бы. Вплоть до того, что вырубил Хелльмана поставленным ударом профессионального шпиона, но всё равно о такой миссии кому попало лучше не говорить, чтобы не стать объектом для шуток в курилке на ближайшие пару недель, а то и месяцев. Знаю я наших оперативников. Те ещё кони. Дай волю над кем-нибудь поржать, не уймутся. — То есть, этот скользкий сукин сын изначально крал биочип для вас? — Вроде того. Но Ёринобу затеял свою игру и увёл прототип прямо из-под носа Хелльмана. — Согласно кивнул Илья, потягивая третий по счету стакан пива. Я допила коктейль, прикурила сигарету: — А что было дальше? — Ты не догадываешься? 2077 год. Москва. Лубянка. Кабинет подполковника Белозёрова, вопреки расхожим стереотипам был совсем не похож на мрачное узилище, куда никто по доброй воле не хотел бы попадать, и в принципе мало чем отличался от обычного офиса руководителя среднего звена. Огромные окна без штор, сквозь которые проникал теплый свет закатного солнца, куча оргтехники и книжный шкаф с настоящими бумажными книгами. Одна из слабостей подполковника, дань памяти прошлому и просто приятная глазу деталь интерьера, разбавляющая строгость остального кабинета. Подполковник открыл на своем рабочем компьютере досье на мою нескромную персону, собраное аналитиками, а Илья поднялся со своего места и начал доклад: — По данным наших информаторов, прототип биочипа действительно находится у некой наёмницы из Найт Сити. Настоящее имя Валери Стормар. Двадцать семь лет. Дочь Вайолет Стормар — нынешнего директора по инновациям "Кироси" и Джереми Франклина, нашего бывшего агента в исследовательском отделе "Кан Тао". В возрасте четырнадцати лет переехала с отцом в Хейвуд. Сменила несколько уличных банд, пару раз привлекалась за мелкие правонарушения, но ничего доказать не смогли. Получила грант на обучение от "Арасаки". Закончила университет Вашингтона. Диплом с отличием. Специализация: "Нетраннинг и сетевые технологии". По слухам, один из лучших нетраннеров в городе. Экс-заместитель и протеже старшего сотрудника контрразведки "Арасаки" Дженкинса. Наёмница из "Посмертия", не принадлежащая ни к одной из известных банд. — Из одиночек, значит. — Просматривая моё досье на мониторе и вполуха слушая доклад Ильи, уточнил Белозёров. — Так точно. По заказу Реджины Джонс установила слежку за гражданином Акуловым, благодаря чему мы знаем чем этот вшивый диссидентишка занимается в Найт Сити. — Лейтенант. Воздержись от оценочных суждений. — Виноват, товарищ подполковник. Отрабатывая долг перед бандой "Шельмы" продала "СовОйл" ценную секретную информацию из контрразведки Арасаки, сдала агентурную сеть. В данный момент Стормар находится в Пёсьем городе. Засветилась во внутренних документах ФРУ. Числится внештатным агентом под руководством Соломона Рида. Лично знакома с президентом НСША Розалинд Майерс. Неоднократно контактировала с Ханако Арасакой и личным телохранителем Сабуро. Отличается высоким уровнем профессионализма, аналитическим складом ума, мастерски владеет огнестрельным и холодным оружием. Пока всё. Жду дальнейших указаний. Белозёров помолчал, размышляя о чём-то. Пробежал взглядом отчёты о выполненных мной миссиях. Закурил и отдал приказ, который стал судьбоносным: — Стормар взять в разработку. Установить круглосуточное наблюдение. О каждом её шаге докладывать лично мне. — Разрешите выполнять? — Илья шутливо козырнул. Рабочий день почти закончился, ещё каких-то полчаса и подполковник из непосредственного начальника превратится в просто соседа по площадке многоквартирного дома. Белозёров бросил в его сторону взгляд, едва заметно усмехнулся: — Бегом марш. И к ужину не опаздывай. Сейчас. Илья посмотрел на часы, пора закругляться, мне ещё тащиться с багажом от зала ожидания к месту посадки на борт корабля. Мы расплатились по счету и пока пробирались на выход через толпу провожающих и встречающих, он сказал равнодушно: — Вот, собственно и вся история. Ничего интересного. У тебя был хороший потенциал, Белозёров решил его использовать. И насколько я знаю, пока что ты вполне оправдываешь оказанное тебе высокое доверие. — Какая я охуенно важная. — Хмыкнула я, закинув на плечо дорожную сумку и прикуривая сигарету. Ну где-то как-то примерно так я и думала. — Нос не задирай, корона слетит. Бон вояж, Ви. — И тебе хорошего отпуска. Мы простились у трапа, я поднялась на борт корабля, прошла в свою каюту и завалившись на кровать уставилась в потолок. "Не задирай нос". Легко сказать, лейтенант Молотов. Причин считать себя уникальной снежинкой было хоть отбавляй. По самым скромным прикидкам, возвращение моей энграммы из-за Чёрного Заслона, воссоздание биочипа и переселение сознания в новую тушку влетело НКГБ в нехилые бабки, которые неплохо бы было отработать, чем я и занималась с того дня как очнулась в лаборатории Академии наук и подполковник Белозёров меня завербовал. Без давления, угроз, шантажа или подкупа. По-хитрому. Мягкой силой. Мне было предложено пожить в столице Союза, посмотреть, сравнить. Поизучать базу откуда что берется и только потом принять окончательное решение уйти или остаться. Я долго думала прежде чем дать окончательный ответ. Очень долго. Корабль плавно тронулся по спокойным тёмным водам. Я вышла на прогулочную палубу, закурила сигарету, глядя на удаляющийся пейзаж Токио и мне на ум пришел последний день в Союзе перед отбытием в Вашингтон. 2079 год. Белозёров ввёл меня в курс предстоящей миссии, снабдил необходимыми именами, адресами, шифрами, паролями, явками. Уже в дверях его кабинета, я обернулась и попросила: — Сергей Николаевич, разрешите привлечь заинтересованное гражданское лицо? Боюсь, одна не потяну, нужен напарник. Подполковник понимающе кивнул, словно ждал от меня подобной просьбы: — Имеешь в виду Джонни Сильверхенда? Не возражаю. Популярная персона, опытный боец. И так удачно совпало, что твой приятель сейчас в Вашингтоне. — Он перестал улыбаться: — Не сообщай ему ничего ни о своей жизни в Союзе, ни о реальной цели миссии. — Это приказ? — На сей раз просто дружеский совет. Сильверхенд анархист. Он импульсивен и не способен видеть картину в целом. Ведом своим настроением: хочу шатаю мировые устои, хочу играю рок, хочу занимаюсь благотворительностью, хочу вообще нихрена не делаю. Придет время, расскажешь всё, что сочтешь нужным.