одна ночь все изменит

В гостиной Сальваторе, особенно вечером, всегда что-то происходит, и сегодня не исключение. В комнате стоял легендарный влюбленный треугольник и Бонни. Ну а куда же Елена, эта самовлюбленная сука, без своей ведьмочки? Ах да, забыла представиться! Я — Мелания. Мне уже 95 лет, и да, я вампир. A по совместительству — лучшая подруга Деймона (да-да, того самого сексуального парнишки). Ну что ещё рассказать? У меня блондинистые волосы, ярко-зеленые глаза и пухлые губы, которые постоянно накрашены красной помадой. Грудь у меня намного лучше, чем у Кэтрин или Елены — ну, если не сильно стесняться (хотя вру, когда я в последний раз чувствовала стыд?). Так что грудь у меня 3–4 размера, да и талия просто ахуенная. Ладно, давайте не будем отвлекаться и вернемся к ситуации в гостиной. Елена опять хочет кого-то спасти, пока Деймон доказывает, что это тупая идея, а Стефан орет, что Елена просто хочет помочь. — Блять, может, вы успокоитесь? У меня уже голова болит от ваших споров, — я потерла виски и встала с не очень удобного дивана. — Скажу свое «неинтересное» мнение: Елена и Стефан, вы можете спасать кого хотите и от кого хотите, но Деймон с вами не пойдет. Выйдя из гостиной, я начала подниматься по лестнице. Услышав знакомые шаги, я улыбнулась про себя, зашла в комнату, улеглась на кровать и обняла подушку. В комнату зашел Деймон — мой самый прекрасный, лучший друг. Нет, мы не ебались. Мы всегда были просто лучшими друзьями: я всегда помогала ему, когда он выключал эмоции, и спасала его из любых бед. Мы были как брат и сестра. Только ему я могла открыться и не вести себя как сука. С ним я снова становилась той 18-летней девушкой, которая еще не потеряла свою семью и радовалась жизни, не зная, что скоро произойдет то, что поменяет всё навсегда. Но не буду спорить: да, он мне нравится. И я буду хранить это всю сука жизнь, потому что не хочу портить то, что у нас есть. — Мелен, к тебе можно? — парень уселся в ногах. — Тебе всегда можно, ложись, — я отбросила подушку и розкинула руки для объятий. Деймон не раздумывая опустился рядом, уткнувшись лицом мне куда-то в шею и тяжело вздохнув. В такие моменты вся тяжесть, вся эта блядская вампирская хмурь, что копилась в душе годами, просто испарялась. Мы могли часами молча лежать так, сбегая от всего мира. Я запустила пальцы в его темные волосы, слегка массируя кожу головы, ощущая, как спадает его напряжение. Но тишина длилась недолго. — Нам придется им помочь, Мел, — тихо, почти шёпотом произнес Деймон, не меняя позы. Моя рука замерла. Тепло, только что разливавшееся по телу, мгновенно сменилось ледяной злостью. Я резко отпихнула его от себя и села на кровати. — Что ты только что сказал? — мой голос прозвучал слишком тихо, но в нем уже закипал яд. — Ты же сам минуту назад в гостиной орал, что идея этой святоши — чистейший суицид! Деймон сел напротив, взъерошив волосы и избегая моего взгляда: — Я передумал. Ей угрожает опасность, Мелания. Если Стефан пойдет один, он сдохнет, а если они оба... — Да мне поебать на Стефана! И тем более поебать на Елену! — я сорвалась на крик, вскакивая с кровати и нервно меряя шагами комнату. — Сколько можно, Деймон?! Сколько ты еще будешь бегать за этой эгоистичной, самовлюбленной дрянью?! Она же тебя использует! Она высасывает из тебя все соки, а ты, как дрессированный пес, бежишь по первому её свисту! — Мел, заткнись, ты её не знаешь... — сквозь зубы процедил Деймон, и в его глазах блеснул опасный огонёк. — О, я отлично её знаю! — я подскочила к нему вплотную, тяжело дыша. Мои зелёные глаза горели от ярости и глухой, разъедающей боли. — Она отбирает у меня последнее! Она забрала Стефана, теперь забирает тебя! С тех пор как эта пигалица появилась в вашей жизни, ты превратился в тень самого себя! Ты рискуешь шеей ради бабы, которой на тебя наплевать, пока рядом есть те, кто... — Кто что, Мелания?! — Деймон резко встал, смерив меня холодным взглядом. — Кто готов вечно сидеть в замкнутом круге и смотреть, как я разрушаю всё вокруг?! Елена делает меня лучше! А ты просто ненавидишь её за то, что она не вписывается в твой идеальный мир, где есть только ты и я! Эти слова ударили сильнее, чем дубовый кол в грудь. «Делает меня лучше». Эту фразу я готова была выжечь на её идеальном личике. — Да потому что я люблю тебя, идиота кусок! — выкрикнула я прямо ему в лицо, не успев даже сообразить, что говорю. Слова сами вырвались наружу, ломая все плотины, которые я строила почти вечность. — Я люблю тебя уже почти век! Не как брата, не как лучшего друга! Я люблю тебя так, что меня тошнит каждый раз, когда ты смотришь на неё! Я отдала тебе всё, спасала твою блядскую душу, когда ты выключал чувства, собирала тебя по кускам! А ты просто выбрал её?! В комнате зависла гробовая тишина. Деймон замер, его зрачки расширились от шока. На секунду в его глазах промелькнуло что-то похожее на растерянность, но уже через мгновение он сжал челюсти. — Мелания... заткнись, — тихо, но твёрдо проговорил он, сделав шаг назад. — Просто... замолчи. Не смей этого говорить. — Что, правда глаза колет? — я горько усмехнулась, чувствуя, как ярко-красная помада на губах кажется сейчас чем-то чужеродным, а вся моя уверенность рассыпается в прах. — Тебе проще бегать за святой Еленой, которая никогда не примет тебя настоящего, чем посмотреть на ту, которая знает все твои грехи и всё равно боготворила тебя? — Я сказал, хватит! — рявкнул Деймон, и по стенам комнаты прошел гул от его голоса. — Ты моя подруга, Мел. Лучшая. И всё. Не превращай это в цирк. Я иду помогать Елене. И если ты не хочешь в этом участвовать — сиди здесь. Он развернулся и быстрым шагом направился к выходу. — Пошел ты, Деймон Сальваторе! — крикнула я ему вслед. — Иди, спасай свою драгоценную куклу! Но когда она в очередной раз растопчет твоё сердце, ко мне даже не приходи! Дверь громко захлопнулась. Я осталась одна в пустой комнате, тяжело дыша и сжимая кулаки так, что ногти въедались в ладони. Рушить всё, что строилось десятилетиями, оказалось чертовски больно — но терпеть эту фальшь дальше было просто невыносимо.