Система: спаси своего учителя от роли нового злодея 2.0

Сумерки, подобно акварели расплывались по горизонту, затемняя другие краски. Меч Чжэнъян рассекал небеса, оставляя за собой лишь лёгкую рябь в спокойном море облаков. Ло Бинхэ аккуратно держал Шэнь Цинцю за плечи. В начале их пути, взволнованный и малость смущённый Шэнь Цинцю, постепенно ощущал страшное напряжение и угнетающую тревожность. Он цеплялся взглядом за проплывающие внизу пейзажи, открывающиеся виды пленяли взор невероятной красотой, однако, даже они не могли полностью рассеять тяжёлый туман сомнений, что залёг в его душе. Лишь иногда, он забывался в созерцании, но мысли, подобно шустрой ласточке делали круг и возвращались обратно к гнезду. Прощание с Императором и Императрицей, произошедшее у ручья, очередной обморок, горькая тоска по лучшему другу, тревога за сюжет и свою жизнь – сжимались в удушающее бремя. «Принц умер... — устало прокомментировал Шэнь Цинцю, наблюдая, как далёкие поля и леса сменяются друг другом, — Куда теперь свернёт сюжет? — он саркастично задал вопрос сам себе, слегка приподняв уголок губ». Жёлто-оранжевый интерфейс мигом загорелся рядом:【Пользователь вновь слишком много думает. (¬ ¬ ) Почему бы вам просто не наслаждаться чудесной атмосферой со своим учителем?】 От слов «своим учителем» Шэнь Цинцю непроизвольно скривил лицо в недовольстве. Душевная рана ещё не зажила, а глубокая обида где-то затаилась. Он дважды падал в его объятия, да ещё и Императрица решила при всех назвать его хрупкой девицей! Для любого юноши это несмываемый стыд и истинное унижение! 【К тому же, это ваш первый полёт на мече, стоит сосредоточиться на новых ощущениях.】— продолжила система. «Может, я «просто слишком обеспокоенный» происходящим и уставший?! — Шэнь Цинцю сильнее свёл брови к переносице, — Сначала, я с ума сходил из-за роли дурного принца, которого не в силах отыгрывать! Затем выяснялось, что мне нужно самостоятельно развивать боевые навыки и умения, скрываться от гиперопекающих родителей, находить на что-то время среди сраного, беспросветного расписания наследного принца, а потом вообще какая-то херня произошла! — его плечи напряглись сильнее, — В этом проклятом мире полно аномалий с самого начала! Я уже...» — Юный принц... — голос Ло Бинхэ прозвучал негромко, но отчётливо, — ...опасается перемен? Неожиданный вопрос привёл Шэнь Цинцю в растерянность, он невольно вздрогнул и опустил взгляд. Холодный ветер продолжал развивать рукава их одежд, а внизу проплывали последние обработанные поля, уступая место диким предгорьям, через небольшое количество времени вот-вот покажется Цанцюн. Но действительно, сейчас Шэнь Юань боялся перемен, как никогда прежде. Он не имел даже предположений о том, какие аномалии поджидают его в пути, как его присутствие здесь меняет нить судьбы Сян Фэя в том мире, и где же теперь пролегает грань между явью и книгой. Система о многом умалчивает, а произнесённые ею слова в самом начале, теперь кажутся весьма недостоверными. Сможет ли он вернуться? Был ли при нём сейчас ореол главного героя или его жизнь висит на волоске, готовом оборваться в любое мгновенье? Если бы не тот случай у ручья, то Шэнь Юань, возможно бы, не отдался всецело беспокойству и просто радовался долгожжанной свободе. Но слишком много тяжёлых и серых тревог скопилось на его сердце. Он понятия не имел, что ему стоит делать, а что нет, не говоря уже о том, чтобы играть какую-то роль. — Я... — неуверенно начал Шэнь Цинцю и запнулся. Может сказать «да»? И признаться в слабости перед учителем? Или ответить «нет»? Соврать, но будет ли это сейчас звучать из его уст убедительно? А самое главное, не принесёт ли подобный ответ только больше проблем в будущем? Если пути назад нет, то стоит ли хоть что-то пытаться играть? 【Ваш внутренний монолог уже достиг уровня философского рассуждения. Пользователь, скажите что-то нейтральное. (`△´＃)】 Шэнь Цинцю поводил носом от комментария системы, слегка сжав губы. Он немного прошёлся взглядом туда-сюда в раздумья, прежде, чем дать ответ: — Скорее сомнения, учитель. Вчера была одна жизнь, завтра начинается совсем другая... и не знаешь, справишься ли или стоило ли оно того... Шэнь Юань не мог делиться своими проблемами, но бессмертных мастеров всегда описывают очень мудрыми и он хотел, а вернее надеялся и нуждался в том, чтобы услышать из уст великого мастера что-то, что хотя бы немного могло развеять тучи сомнений. — Перемены, как полёт. В начале боишься упасть, но со временем дух крепнет, а высота не кажется устрающей. — Ло Бинхэ опустил взгляд на макушку Шэнь Цинцю, — Сомнения не слабость, юный принц, — Вы видите глубину воды, прежде чем ступить в неё, когда же глупцы, не глядя бросаются в омут и тонут. — Но что если дна не видно? — вырвалось из уст Шэнь Цинцю, — Что если, вода мутна и глубока, отчего непонятно, есть ли там дно или это бездна? — Неизвестность – не враг, а учитель. — Ло Бинхэ слегка ослабил хватку на плечах ученика, — Человек иль демон, рождается совершенно не зная каким будет его путь. Сомневаться в пути – мудрость. Не двигаться дальше из-за сомнений – настоящая беда. Подвергайте всё сомнению, чтобы найти свою истину, юный принц. Слова Ло Бинхэ были исполнены мудростью и даже имели некое утешение, однако Шэнь Юань лишь утомлённо вздохнул, всё же они говорили немного о разных вещах. Учитель лицезрел только часть всей картины, ведь в его глазах, Шэнь Цинцю был всего лишь ребёнком из знатного рода, впервые покинувшим родные пределы. И скорее всего, Ло Бинхэ полагал, что мальчик сбежал от удушающе-гнетущей заботы родителей или это был побег от возложенной на юношу ответственности, а может всё сразу. — Благодарю... — начал Шэнь Цинцю, но система с наигранным хорошим тоном отозвалась:【Ах, как жаль, как жаль. Бессмертный мастер даровал вам мудрость, подобную лунному свету в самую тёмную ночь, а пользователь лишь вздохнул. Какой прекрасный, красноречивый ответ.】 —...учитель. В этот момент, он ещё больше возжелал, чтобы интерфейс имел хоть какую-то физическую оболочку. Очень жаль, что Небеса не предусматривали такие функции для попаданцев, позволяющие отпиздить систему. Он мысленно метнул камень в систему и посмотрел в её сторону самым холодным взглядом на который был способен: «Вот как... — процедил он про себя, — В следующий раз, когда мне понадобится твоя оценка моих социальных навыков, я непременно тебе об этом сообщу, но изволь прекратить это делать без прямых просьб!». Мелодичный звон отозвался в его голове:【Пользователь обиделся? (◕‿◕✿)】 «Нет. Я устал!» — его брови непроизвольно припали к переносице. 【Это одно и то же.】 Шэнь Цинцю прикрыл глаза и сделал медленный, но глубокий вздох, притворяясь, что системы не существует. Потому что, если он продолжит внутренний диалог с куском кода, не имеющим ни стыда, ни совести, ни физической оболочки, которую можно было бы с удовольствием огреть кирпичом, то он точно сойдёт с ума раньше, чем доберётся до Цанцюна. Этот жёлто-оранжевый интерфейс, особенно сейчас, больше напоминал надоедливого комара. — Здесь кончается ваш прежний мир и начинается другой. — заговорил Ло Бинхэ, а его голос уносил ветер, едва касаясь слуха юноши. «Ох...» — Шэнь Цинцю вздрогнул, оторвавшись от мыслей. — Вы – мой единственный ученик, но это не титул и не награда, это тяжёлая ноша, которую нельзя облегчить. Но, как ваш учитель, я не позволю вам упасть прежде, чем вы научитесь нести её сами. — Ло Бинхэ чуть помедлил, словно давая тому немного времени осознать каждое словое, — Жизнь на хребте Цанцюн разительно отличается от дворца. Здесь нет слуг, исполняющих каждое желание. Есть расписание и правила, которым следуют все без исключения. А также, теперь у вас множество братьев и сестёр, но где есть люди, остаются и сложности взаимоотношений. Последние слова прозвучали намеренно с чуть другой интонацией, но Шэнь Цинцю сразу понял, что под «сложностями» подразумевалась сложная система отношений среди учеников. Об этом в новелле упоминалось парочку строчек, например, воиственный пик Аньдин вёл ожесточённую войну с литературным пиком Байчжань, и встань ты на сторону одного из них, как станешь врагом других. — Жизнь здесь потребует от вас усилий иного рода, нежели те, к которым вы привыкли. — продолжил Ло Бинхэ. «Он всё же решил, что я сбежал отдыхать...» — уныло прокомментировал про себя Шэнь Юань. Не то чтобы это совсем было неправдой, ведь в золотой клетке он порядком утомился, но это всё звучало так, будто учитель мягко предупреждал избалованного принца, что на горе придётся трудиться. Шэнь Юань, переживший дворцовое расписание наследника, ночные бдения над манускриптами и гиперопеку двух монархов, почувствовал лёгкий укол в самолюбие. 【Почему пользователь недоволен? Он ведь избалованный, невыносимый принц-тиран Шэнь Цинцю. (¬‿¬)】 «Пользователь говорит сам с собой, а не с тобой». — он мысленно отрезал попытку системы его задеть. Шэнь Цинцю медленно кивнул: — Я понимаю, учитель. — его голос прозвучал тихо, но твёрдо. Он опустил голову в жесте понимания и принятия. Ло Бинхэ ничего не ответил, но едва заметно кивнул.

═══⊱≼₪≽⊰═══

В разговоре ранее, ещё во дворце, было обговорено, что Шэнь Цинцю будет проживать вместе с Ло Бинхэ, в гостевой комнате. Император и Императрица настояли именно на этом варианте, мотивируя своё решение соображениями безопасности и пользой от близости к наставнику. Внутренне Шэнь Юань был категорически против – сама мысль о постоянном наблюдении вызывала у него почти физическое отторжение. Но больше всего его тревожило иное. Образ благородного, почти стереотипного бессмертного мастера, сложившийся в его голове после прочтения новеллы, возможно, будет безнадёжно испепелён при таких обстоятельствах. Проживание под одной крышей с ним, теперь казалось не просто неудобством, а прогулкой по краю пропасти аморальности. Гомосексуалист и регулярный посетитель мужских борделей, женоненавистник… Одним Небесам лишь известно, какие ещё «сюрпризы» скрывает этот человек за маской совершенства.

═══⊱≼₪≽⊰═══

Могло показаться, что воющий ветер на мгновенье стих, словно сам хребет затаил дыхание, принимая нового ученика. Перед ним во всём своём величие и красоте предстала секта Цанцюн. Горный массив вздымался почти строгим кольцом: восемь пиков стояли по окружности самого высокого средь них – Цинцзина. На севере высился воинсвенный пик Аньдин, а чуть правее к востоку – Цюндин. Саму восточную сторону света занимал пик Цяньцао, а ближе к югу зеленел бескрайними бамбуковыми рощами пик Байчжань. На юге находился пик Ваньцзянь, от которого виднелась, с высоты птичьего полёта, огромная статуя меча, высеченная прямиком в горе. А юго-запад занимал пик Сяньшу. На западе, продуваемый всеми ветрами, находился Кусин, а на северо западе Цзуйсянь. Меч плавно пошёл на снижение, направляясь к одному из самых высоких и неприступных пиков, чьи склоны были окутаны непроходимым туманом. Чем ближе они приближались, тем явственней проступали детали. На скальных уступах росли высокие деревья, между ними виднелись изящные павильоны с изогнутыми крышами, соединённые крытыми галереями. На тренировочных площадках, похожих на рассыпанные игральные кости, копошились крошечные фигурки старших адептов¹. Даже воздух изменился, он стал чище, и везде витала духовная энергия, будоража тело. Шэнь Цинцю непроизвольно сделал глубокий вдох с тихой улыбкой на лице. Его горящие глаза разбегались по силуэтам, которые становились всё отчетливее. Чжэнъян остановился, едва касаясь земли на просторной каменной площадке перед главным павильоном. Площадка была пуста, если не считать нескольких адептов в чёрно-белых одеяниях, занятых подметанием или неторопливой беседой. При их появлении все на мгновенье замерли, устремив взгляды на фигуру Ло Бинхэ, а затем с нескрываемым любопытством перешли на его спутника. Шэнь Цинцю почувствовал, как под этим молчаливым напором, спина сама собой выпрямилась, а подбородок приподнялся. Шэнь Цинцю и Ло Бинхэ сошли с меча. Оружие, послушное воле учителя, растворилось в мерцании света. Тот не удостоил присутствующих ни одним взглядом и словом, сделав жест рукой, указывая ученику следовать за ним. Здесь царил абсолютный порядок и чистота, можно даже сказать, что из-за этого атмосфера немного гнетущая. Всё будто кричало о строгой дисциплине и некой мирской отрешённости. — Мы уже говорили об этом, однако полагаю, что повторение не будет лишним. — Ло Бинхэ произнёс это без укора, но Шэнь Цинцю почувствовал, что его вновь укололи, — Правила Цанцюна просты. — он говорил ровно, без лишних интонаций, — После заката – тишина, пределы хребта не покидают без особого дозволения, порядок не требование, а отражение внутреннего состояния. Расписание вам принесут сегодня. Здесь нет слуг – каждый ученик содержит своё жилище сам. Мы здесь для того, чтобы отрешиться от мирских соблазнов и суеты… Шэнь Цинцю с силой подавил усмешку, немного перестав слушать учителя, он ядовито подумал, вспоминая досье: «Отрешиться от суеты, говоришь… Интересно, а посещение определённых заведений в ближайшем городе входит в эту концепцию отрешения?» 【Пользователь завидует или ревнует?】 Шэнь Цинцю едва не поперхнулся воздухом, непроизвольно споткнувшись от услышанного: «Что? Что?! Что, простите?!» 【Всего лишь шутка.】 Кажется, это была последняя капля в переполненную чашу терпения Шэнь Цинцю. «Это не шутка! Это провокация! Гнусная, беспочвенная провокация от куска кода, у которого нет ни стыда, ни совести, ни элементарного понимания границ дозволенного!» 【Пользователь так бурно реагирует. Интересно.】 «Я реагирую нормально – на ненормальные вещи!» 【Завидует, значит.】 «...» Шэнь Цинцю сделал глубокий вдох, затем второй и потом третий, потому что второго явно не хватило. «Я не завидую! Мне принципиально важна последовательность! — он коснулся рукой лица, проводя пальцами по сжавшейся переносице, — Если человек проповедует отрешение от мирских соблазнов, то будьте любезны – делать так, как говорите! Это называется логика, а не зависть! И с чего вдруг ревность то блять?!?! Я его вижу всего второй раз в жизни! Это совершенно не смешно! Это абсурдно!» 【Пользователь, не воспринимайте шутки настолько серьёзно. Я всего лишь иницирую комментарии фанатов. (˶ᵔ ᵕ ᵔ˶)】 Шэнь Цинцю на пару мгновений остолбенел. Каких фанатов? Каких комментариев? Новелла уже пишется? Уже вышли первые главы?! Он даже на несколько шагов отстал от Ло Бинхэ, который продолжал что-то говорить и идти дальше. Взглянув на спину учителя, он со всей силы ударил себя по щекам. «Всё потом!» Пока Ло Бинхэ всё рассказывал, где что находится, к кому обращаться по каким вопросам, Шэнь Цинцю даже не заметил, как они подошли к его комнате, будучи увлечённым рассматриванием всего и вся, препираниями с системой, при этом стараясь слушать учителя. Ло Бинхэ остановился перед дверью в конце коридора: — Это твои покои, — его голос звучал ровно, без каких-либо нот гостеприимства. Ло Бинхэ отодвинул дверь и молча отступил в сторону, Шэнь Цинцю неуверенно переступил порог и замер. Первое, что он отметил – комната была намного меньше его прежних покоев, никакой кричащей роскоши, но в целом выглядела довольно комфортно. У окна стоял письменный стол с простой тушечницей и стопкой чистых свитков. Постель широкая с жёстким деревянным основанием, укрытая одеялом из плотного шёлка. Рядом низкий столик и две подушки. В углу небольшая этажерка с несколькими свитками и курильницей, в которой уже тлели благовония и огромный книжный шкаф. Всё было практично и продуманно. 【Пользователь доволен?】 «Да!» — мысленно ответил Шэнь Цинцю, но так, словно огрызнулся, — Благодарю, учитель. — сухо ответил юноша. Ло Бинхэ скрестил руки на груди, бесстрастно смотря на ученика. Его взгляд был настолько нейтральным, что невозможно даже предположить о чём он думал: — Если голоден, кухня находится на юго-востоке, места для омовения на севере, мои личные покои на западе, личный кабинет в северо-западном крыле, если понадоблюсь – ищи там. Если не найдёшь в поместье, обратись к любому адепту неподалёку и тебя отведут ко мне. Обменявшись ещё парочкой формальных фраз, Ло Бинхэ ушёл, закрыв дверь с лёгким стуком. Шэнь Цинцю обвёл взглядом комнату ещё раз, быстро надел ночную рубашку и прыгнул на кровать. День был отвратительный, половину из которого, он проволялся в очередном бессознании, а под конец и вовсе изрядно морально обессилил. Ему уже не хотелось ни о чём думать, ни говорить с системой, ни тревожиться, а просто лежать и созерцать тишину. «Отрешиться от мирских соблазнов…» — мысленно повторил он снова слова Ло Бинхэ и уголки губ невольно дрогнули в усмешке, и не заметил, как погрузился в глубокий сон.

═══⊱≼₪≽⊰═══

К сожалению для Шэнь Цинцю, он проснулся не от тёплого света солнца или пения птиц за окном, а из-за навязчивого и раздражающего мигания системы, прямо перед его закрытыми веками, которое пронзило пелену мира грёз. 【Доброе утро, пользователь. Подъём! (¬ ¬ )】— раздражённо отзывалась система. Шэнь Юань лишь застонал в ответ. Это существо или какой-то код – неважно, поселившееся в его голове, обладало поистине дьявольской способностью проявляться в самые неподходящие моменты. Он попытался обратно провалиться в сон, притвориться, что ничего не видел и не слышал. 【Хватит спать! Подъём! ( `д´*)】— повторила система с той же настойчивостью, но явно сильнее разозлившись. Вместо достойного ответа, Шэнь Цинцю совершил жест, недостойный не только наследного принца, но и ученика Ло Бинхэ, он натянул одеяло на голову, будто отгараживаясь от системы и необходимости существовать именно сейчас. 【Немедленно вставайте с кровати! Вы всё проспите! Вы даже вчера уснули не дождавшись получения расписания! Позорище!】 «Какое ещё расписание?» — сонно, но с небольшим подозрением спросил Шэнь Цинцю, чуть выглянув из под одеяла. 【Которое вам принесли вчера, но вы сразу уснули, как только ваша голова коснулась подушки!】— система продолжала всё так же вопить недовольством. Шэнь Цинцю сдался и с подавленным рычанием сбросил одеяло, и очень медленно поднимался с кровати, с чувством глубочайшей несправедливости. Глаза совершенно не хотели открываться, а сознание никак не могло собраться по кусочкам. Он сел на кровать, скрестив ноги в позу лотоса, пытаясь сосредоточиться, отгоняя от себя все тревожающие раздумья и чувства, стараясь привести сознание в порядок. Но чем больше он пытался, тем сильнее становился туман, затумания рассудок. С трудом выдержав положенное время. Во дворце он многому научился, но вот снимать напряжение и тревогу не удавалось так просто даже в прошлом мире. Тело гудело от усталости, а в голове продолжал роиться хаос. — Где находится ванна? — пробормотал он вслух, разминая одеревеневшие конечности. 【Сначала медитация!】 — строго отозвалась система. — Я уже медитировал! — Шэнь Цинцю застонал от отчаяния, — Всё! 【Вы просидели всего пятнадцать минут, — голос системы звучал скептически, — Для полноценного очищения разума требуется не менее часа.】 — Мне уже ничего не поможет, — мрачно ответил Шэнь Цинцю, направляясь к двери. — Кроме забвения... Он вышел в коридор и огляделся. Куда идти? Направо? Налево? 【Для полного погружения вам стоит исследовать дом самим. — с оттенком ехидства произнесла система.】 «Я хочу всего лишь умыться, а не совершать героический квест по поиску воды! — огрызнулся Шэнь Цинцю, шагая вперёд». В помещение царила неестественная, гнетущая тишина. Даже в часы безмолвия императорский дворец никогда не бывал так тих, что собсвенное дыхание казалось оглушительно громким. Лёгкий сквозняк, гуляющий по коридорам и аромат благовоний, который, кажется, пропитал здесь каждую щель были его единсвенными осязаемыми спутниками. Он бродил по коридорам, заглядывая в двери, пока наконец не наткнулся на нужное помещение. Деревянная купель, рассчитанная на одного человека, аккуратно сложенные полотенца, полка с флаконами, видимо, с маслами и отварами. Рядом стоял таз с водой, судя по лёгкому испарению, его использовали совсем недавно. Шэнь Цинцю невольно прищурился и сжал губы. Ло Бинхэ похоже уже проснулся. Мысль о том, что учитель где-то рядом и тоже совершает утренние процедуры, вызвала странный, щекочущий холодок. Шэнь Юань постарался отогнать неуместные образы и шагнул к тазу. Он быстро умылся ледяной водой, которая подействовала лучше и быстрее любого кофе, он повторил процедуру дважды, пока щёки не защипало от холода, а сознание не прояснилось, чтобы можно было мыслить относительно связно. Выпрямившись, Шэнь Цинцю машинально взглянул в оставшуюся в тазе воду, которая отражала прекрасное лицо. На него смотрел не избалованный наследный принц, каким его описывали в истории, а бледный, измождённый подросток с глубокими тенями под глазами, с губами, тронутыми горькой складкой. Глаза уставшие и малость испуганные, смотрели оттуда с немым вопросом: «И что ты теперь будешь делать?» 【Пользователь, созерцанием собственного отражения стоит заняться позже.】 Шэнь Цинцю несколько раз моргнул. Быстро вытерев лицо полотенцем, он вышел из купальни, стараясь ни о чём не думать, ведь сейчас важно изучить расписание, правила школы и возможно, Ло Бинхэ навестит его уже совсем сроко, так что со всем остальным нужно разобраться позже. Шэнь Юань сам по себе – был довольно неспокойным человеком, но таким он стал после развода родителей. С того самого дня его жизнь раскололась на «до» и «после». Со временем его стали беспокоить панические атаки, навязчивые мысли и ещё несколько удручающих моментов, которые остались с ним и по сей день. Однако, более всего его терзала «фантазия»: стоило случиться чему-то дурному, как юноша уже рисовал в воображении тысячи пугающих картин, представляя, какой мрак скрывается за внешним спокойствием, просто сейчас тьма ещё не разверзлась. И хотя в большинстве случаев всё оказывалось лишь плодом его встревоженного ума, жить с таким грузом было невыносимо. Он пытался лечиться, но часто бросал начатое и в конце концов выработал в себе особое умение: когда появляется дело первостепенной важности, всё остальное должно отойти на второй план. Возвращаясь в комнату, он взял с собой гость сухофруктов, чтобы немного поесть, хотя даже это удавалось с трудом, еда совершенно не хотела идти через горло. Со стола он взял один свиток, перевязанный тонкой бечёвкой и развернул его – это было расписание. Шэнь Цинцю пробежался глазами по иероглифам, а его лицо вытянулось. 【Советую ознакомиться внимательнее. Режим дня на пике Цинцзин славится насыщенностью, в отличие от дворца, вы больше не можете что-либо пропускать из-за своей прихоти.】 «Подъём до рассвета для утренней медитации, не менее часа. Затем несколько часов базовых физических упражнений и практики с мечом. После завтрака изучение теоретических трактатов и каллиграфия...» Список тянулся и тянулся, подробно расписывая каждый час вплоть до отбоя. Учебные бои, лекции по истории культивации, изучение свойств трав и минералов, работа с ци... Здесь всё было расписано с той же дотошной тщательностью, что и дворцовое расписание, которое он так ненавидел! 【Впечатляет, не правда ли? — система, кажется, наслаждалась его мучениями, — По интенсивности это даже превосходит ваши дворцовые нагрузки. Добро пожаловать в мир настоящего совершенствования!】 Шэнь Цинцю уронил голову на свиток, сдавленно застонав. Он сбежал из одной клетки, чтобы попасть в другую, где требования были ничуть не мягче, а возможно, даже жёстче. «Одно и тоже... Нет, ну это издевательство какое-то! — мысленно он взвыл, — Я думал, здесь будет хоть какое-то подобие свободы, а тут...» Впрочем, в этом не было ничего необычного. Сводобное время было, но вечером. Являясь принцем, он мог себе позволить немного покапризничать, не вызвав ни у кого недоумения, даже наоборот, Ло Бинхэ скорее всего так и предполагал, но благородная кость² внутри него пока не согнулась перед желанием. В самом низу свитка, мелким, но чётким почерком была приписка, сделанная, судя по цвету туши, совсем недавно: «Первые три дня ознакомительный период. Основные занятия начнутся после полного освоения базовых правил и распорядка. Ло Бинхэ». Шэнь Цинцю перечитал эту строчку дважды. Три дня передышки, чтобы осмотреться и привыкнуть, а не врываться в этот ад сразу. Даже его накопившееся напряжение в плечах и спине чуть отлегло. 【Лорд Ло проявил заботу, как трогательно. (◡‿◡✿)】— с нотками сарказма проккоментировала система. «Заткнись». — сухо отрезал Шэнь Цинцю, но краешек его губ дрогнул в слабой улыбке смотря на эти строчки. Интересно, где сейчас находится Ло Бинхэ? В своём кабинете? Медитирует? Или разбирается с делами на другом пике? Не дав этой мысли развиться дальше, он вновь погрузился в чтение, но уже в свод правил, которые казались нескончаемыми. Помимо этих свитков, ему также принесли и все необходимые книги, которые он посчитал нужным прочесть за эти три дня. И этим он мог по праву гордиться: скорость его чтения намного превосходила способности простых людей и демонов. Здесь, как нельзя кстати пригодился навык искусного чтеца, отточенный годами. Шэнь Цинцю даже ощутил укол гордости при мысли, что ещё с пятнадцати лет самозабвенно поглощал роман за романом. Юноша продолжал читать, погрузившись в книги с головой. В какой-то момент он перестал замечать время, полностью растворившись в строках. Система молчала, видимо, удовлетворившись тем, что он наконец занялся делом. Сухофрукты на столе таяли незаметно, рука сама тянулась к ним, пока глаза бежали по тексту. Когда дверь его комнаты с тихим скрипом скользнула в сторону, Шэнь Цинцю вздрогнул так, будто его застали за чем-то непристойным. Резко обернувшись, он уставился на фигуру. Учитель стоял на пороге, а его взгляд медленно путешествовал по комнате. Шэнь Цинцю проследил за этим взглядом и внутренне поморщился. Картина открывалась так себе, кровать не заправлена, он всё ещё в спальной одежде, с растрёпанными после сна волосами, даже не потрудившись их расчесать рукой, сидит за столом, небрежно заваленным книгами и свитками, а в одном углу уже высится внушительная стопка прочитанного. Идеальный образ прилежного ученика, если не считать того факта, что уже давно день, а он даже не привёл себя в порядок как следует. — Учитель... — голос Шэнь Цинцю прозвучал хрипловато из-за удивления и стыда. — Я... Он не договорил, потому что Ло Бинхэ уже шагнул внутрь и его взгляд остановился на стопке прочитанных текстов. Обсидиановые глаза бессмертного мастера задержались на этом «монументе» усердия, а затем переместились на ученика: — Ты не завтракал? — Я поел немного сухофруктов... — Что успел прочесть? — голос Ло Бинхэ был как обычно нейтральным. Шэнь Цинцю машинально указал на стопку в углу стола: — Вот это и ещё эти три, — он смущённо кивнул на те, что лежали на кровати раскрытыми. — Я начал с расписания и правил, затем перешёл к истории пиков и структуре секты... Ло Бинхэ подошёл к «монументу» его усердия и взял верхний свиток. Бегло просмотрел несколько строк. Шэнь Цинцю стоял, не шевелясь, притаив дыхание, при этом чувствуя себя абитуриентом на самом страшном экзамене в жизни. «А, ну да... — пронеслось у него в голове со вздохом, — Я же для него дурной принц, который сбежал от родителей и возложенной на него ответственности бытия. Наверняка думает, что я просто вру. Ло Бинхэ, что ты вообще обо мне думаешь? Шэнь Цинцю в твоих глазах настолько ужасный и никчёмный подросток?!» 【Вероятно, да, — немедленно отозвалась система. — Возможно, Лорд Ло невысокого мнения о избалованном отпрыске знатного рода из-за ваших родителей, а вернее матушки, которая могла рассказать ему о том, как вы неоднократно сбегали с уроков. И ваше поведение сейчас – сидеть в ночной рубашке среди горы книг, возможно, единственное, что слегка колеблет это мнение. (￢‿￢)】 «Ты... Ты не помогаешь! Нет бы сказать, хоть что-то утешающее или похвалить!» 【Я и не пытаюсь. Просто констатирую факты.】 Ло Бинхэ тем временем отложил последний свиток и повернулся к ученику. Его лицо по-прежнему не выражало эмоций, но что-то в его взгляде изменилось. Стало более сосредоточенным, что ли: — Расскажи, что понял из «Трактата о пяти первоэлементах³ и их взаимодействии с демонической ци». Этот текст лежал где-то в середине стопки. Ло Бинхэ специально выбрал его, чтобы проверить, не просто ли он пролистывал страницы?! «Меня ещё и проверяют!!! Спасибо, блять, Императрица подсобила!» Шэнь Цинцю, растерянно хлопая ресницами, на мгновение лишился дара речи. — Э-э... — мысли в его голове лихорадочно заметались, прежде чем он продолжил: — В трактате сказано, что, вопреки всеобщему заблуждению, демоническая ци отнюдь не является прямой противоположностью небесной. Скорее, они подобны двум сторонам одной монеты. Суть контроля над демонической ци, как утверждается в этом труде, заключается в принятии её истинной природы и... — он запнулся, вспоминая точную формулировку, — ...и её упорядочивании посредством пяти первоэлементов, где каждый из них, словно русло, направляет и укрощает буйство энергии, обращая её в силу, подвластную воле⁴. 【Пользователь, вы случайно не пытаетесь произвести впечатление? (˶ᵔ ᵕ ᵔ˶)】 «Я пытаюсь не выглядеть идиотом! Это разные вещи!» — мысленно фыркнул Шэнь Цинцю. Ло Бинхэ задал ещё несколько вопросов по разным свиткам, и каждый раз Шэнь Цинцю пересказывал прочитанную суть, порой добавляя свои соображения. Он не был гением, он просто очень быстро читал и усваивал информацию. Когда последний ответ затих между ними, в комнате повисла неуютная тишина. Ло Бинхэ смотрел на него без всякого выражения, что заставило Шэнь Цинцю занервничать. «Что? Что не так? Я что-то не так сказал?» — Ученик не перестаёт удивлять. — бесстрастно обронил Ло Бинхэ, но подобные слова без какой-либо интоции, могли казаться фальшивыми. Шэнь Цинцю приоткрыл рот, чтобы ответить, но в этот самый миг его желудок издал предательский звук. Он ведь практически ничего не ел с утра, а на дворе уже стоял час овцы⁵. Лицо Ло Бинхэ осталось бесстрастным, а вот щёки и уши Шэнь Цинцю залила краска стыда: — Простите... 【Какой милый, но банальный казус! Персонаж сразу становится живее в глазах читателей! Ну разве не прелесть? (＾ｖ＾)】— тут же издевательски вклинилась система с ехидным комментарием. «Заткнись!!!» — Твоё усердие достойно похвалы, — сказал Ло Бинхэ, — Но не стоит забывать и о пище. Твоё тело ещё не настолько окрепло, чтобы столь долго его изнурять. Через пару часов я вернусь и покажу тебе Цинцзин. Дверь тихо закрылась, а Шэнь Цинцю упал на колени, закрыв лицо руками. «За что мне всё это?! Почему именно сейчас?!» — мысленно взвыл юноша, сгорая от стыда.

═══⊱≼₪≽⊰═══

〖Мини театр〗

Ло Бинхэ отодвинул дверь и молча отступил в сторону, Шэнь Цинцю уверенно переступил порог и замер. Первое, что он отметил – комната была намного меньше его прежних покоев, никакой кричащей роскоши, но в целом выглядела приемлимо. — Комната намного меньше, чем моя во дворце. — вырвалось у Шэнь Цинцю с ноткой грусти. — Здесь все гостевые покои одинаковы, юный принц — раздался голос Ло Бинхэ за спиной. Шэнь Цинцю обернулся и взглянул в глаза учителя: — Всё в порядке, я не жалуюсь. Я сам выбрал этот путь и не имею права быть недовольным. — Учитель тоже избирает, — спокойно возразил Ло Бинхэ, — А сейчас отдохните. Завтра я покажу вам пик Цинцзин. — Благодарю вас, учитель. Они обменялись ещё несколькими формальностями, прежче чем Шэнь Цинцю проводил его взглядом. Когда дверь бесшумно закрылась, он подошёл к окну, наблюдая, как голубое небо окрашивается в закатные цвета: — Теперь у меня есть шанс найти друзей... и не только... — с горечью в голосе размышлял Шэнь Цинцю, слегка приподняв уголки губ, — Это намного лучше, чем жизнь во дворце. — Я больше не принц... Впрочем, им никогда и не был. — усмехнулся юноша, — Так, лишь элемент декора.

≪━─━─━─━─◈─━─━─━─━≫

1. Иерархия Ученик/Адепт/Старший Адепт ◈ Ученик — это базовый начальный уровень. Статус: Испытуемый/Разнорабочий/Подмастерье. Аналог: Первокурсник, второкурсник и третьекурсник, как стажер, который ещё не получил диплом или постоянный контракт, но уже получает многие плюшки от компании. Обучение: Получает все методики, основы боевых искусств, теорию и тд. Обязанности: Выполняет много рутинной работы: уборка, уход за лекарственными садами, помощь в кухне, простейшие миссии, патрулирования. Это часть тренировки духа и проверки смирения. Взависимости от уровня выполняют разную работу. Например, бумажную волокиту выполняют только самые старшие ученики, а уже их работу проверяют Адепты. ◈ Адепт — это полноправный член школы (по совершеннолетию, если человек остаётся в секте). Это уже не просто подмастерье, а представитель и носитель учения своей секты. Статус: Внутренний, постоянный, официальный. Аналог: Штатный сотрудник компании с трудовой книжкой, соц.пакетом и карьерным ростом. Обучение: Имеет доступ к хранилищу многих текстов, продвинутым техникам и прочие плюшки. Получает многие ресурсы от школы для прорывов в культивации. Обязанности: Выполняет не только важные и сложные миссии, но и также продолжает заниматься рутинной работой (но уже следя и за работой учеников) и бумажной волокитой. Защищает интересы и территорию секты. ◈ Старшие адепты — те же обычные Адепты, но с более тяжкой работой. Следят за всем и всеми, контролируют многие процессы, отправляются на самые опасные миссии. А изгнание Старшего адепта – чрезвычайно серьёзное дело, порочащее репутацию всей секты. (они обитают на Цинцзине). 2. Кость — В китайской культуре представление о том, что характер человека «заложен в костях» 《骨子里, gǔzi lǐ》, связано с традиционными верованиями, физиогномикой и философскими концепциями. 3. Пять первоэлементов — Взаимодействуя между собой, Инь и Ян образуют пять элементов《у-син: огонь (火), вода (水), дерево (木), металл (金) и земля (土)》. В мире духовного совершенствования способность управлять элементами стихий определяла судьбу культиватора, делив его на три вида: обычный, талантливый, гений и избранный. Согласно устоявшимся законам этого мира, обычный культиватор мог овладеть лишь одним из пяти элементов, талантливый – двумя. Кому удавалось в совершенстве овладеть тремя корнями считались гениями. Ведь три освоенных корня были невероятным дарованием Небес, но подобные личности встречались крайне редко. А сам обладатель такого дара воспринимался избранным судьбой для великих свершений. Что касается четырёх или пяти корней, то в этом случае действовал беспощадный природный закон: ни тело, ни дух смертного или демона не могли вынести подобной ноши из-за врождённого изъяна. За всю долгую историю не было зафиксировано ни одного случая, когда существо достигло бы мастерства хотя бы в четырёх элементах. Попытки заканчивались саморазрушением, либо духовным вырождением. Отдельно же стоят редчайшие стихийные корни, рождавшиеся как отклонение из правил: Лёд, Ветер, Молнии, Свет, Тьма и Кровь. Их носители обладали уникальной и могущественной силой, но были полностью лишены способности использовать какие-либо другие элементы, а также имели скудные познания в общей практики, каждый был своего рода первооткрывателем, что делает их мастерство особенным, самостоятельным и одиноким. 4. Демоническая ци — В этом мире демоны превосходят людей. На равных ступенях совершенствования демон неизменно сильнее человека. Однако, демоническая ци подобна проклятию – она разъедает сердце и кости. Если её обладатель не имеет прочной основы, она неизбежно пожрёт его, лишив изначальной природы и в итоге он превратится в безумца, знающего лишь жажду убийства, не щадящего даже своих. На пути человека тоже случается искажение ци, но демонический путь страдает от этого недуга куда чаще и он необратим. Если человек, впавший в безумие, ещё может быть спасён, то демон, впавший в буйство, навеки погружается в пучину страданий и спасения ему нет. Такова их плата за силу. 5. Час овцы — Время длится с 13:00 до 15:00.