Мускулы & магия

То, что Мэш больше не один, он сам осознал не сразу. Воспоминания приходили не сразу. Рывками, чаще всего во время сна. Отец… Взгляды, полные ненависти… и страха. Истон… Друзья… Первые бои… Магия… А потом — выживание. Каждую секунду. И последняя битва… Сначала с «братьями». Потом с биологическим «отцом». То, что у него получилось, он не сомневался. Жаль, только, многие погибли. Но это все не зря — быть может, его смерть послужила благой цели — остановить преследование слабых магов или казни лишённых магии… таких как он сам. А настоящее было страшное. Его кормили молоком из материнской груди, и более ничего! Но хоть имя дали, такое же… — Мэш и Гарри, — смущённо улыбнулась его мама их папе. — Понимаешь, что-то словно шепнуло мне на ухо эти имена, да и они сразу же приняли их… Джеймс Поттер взглянул на двух младенцев-мальчиков, мирно лежащих в колыбели. В его груди ещё теплилась надежда, что пророчество, то самое, которое сулило им беды от Тёмного Лорда, не о них… Но его сыновья уже отличались друг от друга — младший был крикливый, часто плакал. А вот старший… молчун. Просто лежал и смотрел на них как-то совершенно даже не по-детски… *** А сам Мэш вспоминал. Усиленно прокручивал все-все в голове, что помнил. Каждое действие. Движение. Взгляд. Вспоминал противников. Друзей — Финна, Лэнса, Дота, даже надоедливую Лемон. Отца. Бесконечные тренировки. Запах нормальной еды, вкус выпечки и пирожных… Походы в город… Их настолки, дружные чаепития и обсуждения… Все, чтобы не сойти с ума. *** Время мчалось, как безумное. Вот минул и их первый день рождения, когда Мэш понял, что он теперь точно не один. И самое главное. Он маг. Волшебник. Чародей. То, чего он был лишён в прошлой жизни, пришло к нему в этой с первым магическим выбросом. Он начал ощущать магию, текущую по венам, как нечто… странное. Чужеродное. Но свое. И брат. Любимый младший брат, что тянулся к нему изо всех сил. Он, Мэш, как только ощутил, что может встать на ноги, встал самым первым, обрадовав родителей. На утро, встал и Гарри, пусть и громко плача, пошатываясь и постоянно падая. Только тогда, наверное, Мэш ощутил и всю нежность к брату, подставившись на пути, чтобы Гарри не упал, больно ударившись об пол, стоя ещё нетвердо на своих слабых ножках. Но вокруг них что-то явно происходило. Что-то недоброе… Он много раз видел и слышал, как мама поёт им колыбельные дрожащим голосом и вытирает красные глаза платком или рукавом. Как отец возвращается откуда-то жутко израненным и измученным, а Лили оказывает ему первую помощь… Как к ним, нечасто, но все же… приходят друзья отца, тоже все мрачные и бледные. Упоминания смертей. Многих смертей, почти что истребления семей — от младенцев до стариков. Упоминания злых магов. И Того-Кого-Нельзя-Называть и сторонников. Два раза они меняли место жительства, пока не осели в Годриковой Впадине. *** Хэллоуин показался Мэшу странным. Особенно празднование этого праздника колдунами. Накануне их посетили двое — того, кого называли Сириусом, их крестным отцом, и Питером — магом мерзкой внешности с постоянно бегающими крысиными глазками. Сириус покатал их обоих на себе — оборачиваясь мощным псом, вызывая смех у братьев. Мэш испытал восторг — он понял, что тут градации у магов намного размыты, сильных только двое… Или меньше — он пока только делал выводы из разговоров взрослых. А вот Питер отмалчивался. И старался, почему-то, не поднимать глаз на них. Атомосфера в доме была на грани. Лили приготовила им пирог с почками, даже ему, Мэшу, он показался очень и очень вкусным, хоть им и дали по маленькому кусочку. И обилие тыквы… Печеная, жареная, мятая… Джеймс показал им шоу из мыльных пузырей. Оно особенно понравилось младшему братику — он восторженно хлопал в ладоши. А потом, утомлённые родители пошли отдыхать. *** Мэш дёрнулся от испуга, просыпаясь — в воздухе словно лопнула туго натянутая струна. Запахло близкой бедой… Послышался шум, бег быстрых ног, спускающихся по лестнице… И мощный удар сотряс дом. — Лили! ЛИЛИ! ЭТО ОН!!! ХВАТАЙ МАЛЬЧИШЕК! — крикнул голос Джеймса Поттера. — БЕГИ-И-И!!! — Джеймс!!! Но поздно — внизу раздался ледяной, высокий смех, затем крик, похожий на заклинание, и следом шумное падение чего-то тяжёлого; в детскую комнату ворвалась бледная и испуганная Лили Поттер. Волшебной палочкой она затворила дверь, слила её со стеной, придвинула шкаф, и набросала вещей. Но руки у неё ясно подрагивали. Брат Мэша залился рыданиями и слезами. И начал тереть кулачками глаза. Мэш смог встать в кроватке, несмотря на мягкий, мешающий матрас, подойти и обнять брата. Лили встала к ним спиной, но он успел увидеть её слезы, тихо текущие по лицу. Рыжеволосая женщина знала, что её муж уже мёртв. По лестнице кто-то поднимался. *** Лили отчаянно выставляла защиту, тщетно пытаясь не дать злому волшебнику достать до неё и детей, и войти к ним в детскую. Но тот был гораздо сильнее… Её защиту смело со второго удара. Палочка отлетела в сторону. Она вжалась к кроватку, сжимая её перила так крепко, что пальцы побелели. — Отойди… Отойди в сторону… — прошелестела тень в мантии, и откинула капюшон. —… девчонка! Такого урода Мэшу ещё видеть не приходилось: змееподобные черты лица, глаза — узкие красные щели, ещё кожа, похожая на чешую… Кисти рук, похожие на лапы паука. Что же он сотворил собой при помощи магии, чтобы получить этот облик?! — Нет! Убей лучше меня, а их не трогай! Меня! Только меня!!! — Отойди, глупая девочка! Но мать, защищающая своих детей, не сдвинулась с места. Гарри уже не смог плакать и просто задыхался всхлипами. Мэш ждал, понимая все мужество их матери и все еще обнимая дрожащего брата. — Авада Кедавра! — провозгласил Волан-де-Морт. Яркий зелёный свет. Что-то незримое пролетело по воздуху — и уже мёртвое тело их матери упало с шумом на пол. Маг подошёл к колыбели. Мэш выпрямился — он-то понимал, что они с Гарри точно не соперники. Его змеиное лицо выразило удивление — он не ожидал, что их будет двое. — Двое?! Ах, чёртов Дамблдор… — «… чёртов Дамблдор?!»— подумалось Мэшу. Про этого волшебника он много раз слышал от родителей. — «Значит, он тоже замешан???» Но на долгие раздумья времени не осталось — маг нацелил на них волшебную палочку, но прежде случилось несколько вещей. Он успел произнести эти слова убивающей магии, но магия буквально обернулась против него — вокруг Мэша и Гарри возникла прозрачная сфера. И зелёная вспышка отразилась и ударила в хозяина. Волан-де-Морт страшно вскрикнул и упал кучкой праха. Но палочка Тёмного Лорда тем не менее оказалась у Мэша в руках. Он, напрягаясь, сломал её. Обломки её кинул в сторону. Грянула, освобождать, скованная магия в палочке, и развеялась в пространстве. Затем от праха поднялась тень, с воем полетела к ним. Мэш каким-то чудом смог от неё отмахнуться — все-таки его духовная сила прошлой жизни была сильнее, чем даже магия у Божественных… А вот Гарри завизжал и замолк у него в руках. И, кажется, заснул. Его лоб пересекал молниевидный шрам. *** Остаток дня, точнее вечера, Мэш помнил смутно. Сириус, затем незнакомый ему неприятный маг с орлиным носом и сальными волосами, потом чувство парения, и — темнота. Разбудил его окончательно неприятный женский вопль.