Красное и синее

Лекс

Лекс Лютор был гением. Он прекрасно это знал и часто с гордостью заявлял об этом во все услышанье. Тех, кто с ним не соглашался, ждал короткий и жестокий конец. Сам он был похож на идеально смазанный механизм — безупречно откалиброванный так, чтобы всегда, при любых обстоятельствах добиваться своего. Ну... почти всегда. Красный с синим занозой сидел у него в печенках. Вся проблема заключалась в следующем: будь у Супермена только его богоподобные силы, Лекс, пожалуй, расправился бы с ним еще много лет назад. Но то, чем обладал Супермен — то, чего Лекс не мог ни купить, ни пробить насквозь, ни выбить из колеи, — была его чертова безупречная репутация. Пока каждый житель Земли, казалось, обожал и боготворил этого летающего бойскаута, Лекс не мог пустить в ход главный калибр своего арсенала: устроить против него толпу. За прошедшие годы Лекс разработал один за другим десятки безупречных планов, способных лишить Супермена фанатской базы. Однако каждый раз эти замыслы шли прахом, стоило лишь этому парню лично заявиться на место, раскидать пару роботов, спасти парочку детишек и ослепительно улыбнуться камерaм. Для остальных эта рутина казалась милой. Для Лекса же она невыносимо приторной — словно микстура от кашля или малиновый пепто-бисмол. Все, что ему было нужно — убрать Супермена с дороги на достаточно долгое время, чтобы успеть нанести по-настоящему сокрушительный удар. И вот последние несколько недель он только и делал, что изводил себя мучительным вопросом: Как, черт возьми, заставить не путешествовать мужчину, обладающего суперскоростью и способностью летать? — ... Передаю слово вам, Кэт. — Всем привет, с вами Кэт Грэнт из «Дейли Планет»! И сегодня у меня эксклюзивное телеинтервью с человеком, к которому невозможно остыть. Он не птица, он не самолет, но он ЗДЕСЬ, чтобы ответить на все ваши пикантные вопросы: Супермен! Камера отъехала назад, показывая общий план. Почти двухметровый инопланетный гость неловко устроился на стуле, явно малóм для его габаритов. Когда он ставил ноги на пол, колени почти упирались ему в грудь. На лице сияла та самая привычная, дружелюбная улыбка. — Привет, мисс Грэнт, рад быть здесь. — «Мисс Грэнт», хм? Я уже краснею! Супермен вежливо рассмеялся — глубоким, теплым баритоном. Лекс закатил глаза. — Ну, думаю, я выражу общее мнение всех девушек — да и некоторых парней тоже, — сказав, что ваша учтивость невероятно притягательна. Но прошу вас, зовите меня просто Кэт. Лекс, убей его бог, не понимал, с какой стати Супермен согласился на столь идиотское, пустое интервью, словно какой-то жалкий, связанный контрактом голливудский сердцеед, но все же продолжал смотреть на экран с жадным вниманием. — Ладно, мой первый вопрос звучит так... Многие заметили, что, хотя ваша помощь совершенно без разбора предлагается по всему миру, есть места, где вас видят крайне редко. Одно из главных — город-побратим Метрополиса: Готэм. Есть ли какая-то особая причина, почему вы держитесь подальше от определенных уголков планеты? — Отличный вопрос, мисс... эм, Кэт. Да, по правилам я предлагаю помощь каждому, кто в ней нуждается, невзирая ни на какие обстоятельства. Тем не менее, на планете есть места, где мое присутствие может принести больше вреда, чем пользы. Иногда дело в нежелании вмешиваться в политику суверенных государств — хотя, если риск массовой гибели людей слишком велик, я склонен сначала сделать, а потом просить прощения. При этих словах Кэт издала высокий, легкомысленный хихикающий звук. — ... но, говоря о примере, который вы привели — о Готэме, — там есть зоны, которые мои суперколлеги, такие как Бэтмен, уже взяли под свое крыло. Простите, каламбур вышел случайно. — О-о-у, неуловимый Бэтмен! У меня есть теория заговора, готовы услышать? — Валяйте. — Я считаю, что под этой маской он просто НЕВЕРОЯТНЫЙ красавчик, вы так не думаете? Супермен смущенно рассмеялся, слегка покраснев — очевидно, от столь настойчивого и неожиданного предложения. — Да ладно вам, Большой Синий, подыграйте мне, а? — Ну, Кэт, к сожалению, я здесь не судья. Хотя мы с Бэтменом сотрудничали много раз за эти годы, я никогда не видел его вне контекста борьбы с преступностью. Большинство из нас, носящих плащи, ценит конфиденциальность: мы держим свои героические личности и гражданские лица строго разделенными, даже друг от друга. Это снижает риск утечки информации в чужие руки. — Вы отлично разбираетесь в журналистике, мистер Супермен. Вы уклонились от ответа настолько виртуозно, что я почти забыла, о чем спрашивала в самом начале! — Ладно, мисс Грэнт. Я никогда не лгу — я действительно никогда не видел его лица. Я сознательно запрещал себе даже случайно использовать рентгеновское зрение ради любопытства. И я ухожу от ответа не только потому, что не знаю, а потому, что он решил остаться безымянным не просто так. Я действую без маски, чтобы люди доверяли мне свои жизни. В моих руках сосредоточена невероятная, порой пугающая мощь. Мне жизненно необходимо делать все возможное, чтобы не казаться угрозой — ни детям, ни беззащитным, никому. Бэтмен же, напротив, держит мир на расстоянии вытянутой руки. Его феноменальная способность растворяться в тени помогает собирать информацию. Маска создает буквальный барьер между ним и всеми остальными. Его намерения окутаны мраком ради безопасности города, который он защищает. Я безмерно уважаю его, он спасал мне жизнь больше раз, чем я могу сосчитать, но между нами всегда будет этот рубеж. И если бы он открыл лицо миру, дело было бы вовсе не в том, что он скрывает уродство или — как вы предполагаете — противоположное. Дело в том, чтобы оставаться отрешенным. Кэт снова залилась смешком, игриво шлепнув Супермена по руке. Его приветливая улыбка не дрогнула. — Какой исчерпывающий ответ, Супермен! Ценю. Но я все равно считаю, что он на десятку... — Ха, я... эм... я передам ему ваши слова. Этот непринужденный треп заставил Лекса заскрежетать зубами с новой силой. Несмотря на клокотавшую в каждой клетке ярость, он прибавил громкость на телевизоре. — Вы упомянули, что позволяете всем видеть ваше прекрасное лицо, чтобы завоевать доверие и уменьшить количество тайн вокруг себя. Позвольте пролить свет на одну маленькую загадку, о которой много судачат: откуда у вас эти колоссальные и порой пугающие способности? Все на вашей родной планете были такими? — Я благодарен за этот вопрос, мисс Грэнт, и рад быть честным. Прежде всего, многое во мне самом до сих пор остается загадкой даже для меня. Значительная часть информации о моей родной планете и, как следствие, о моей биологии исчезла вместе с самим миром. Но кое-какие точки над «i» я все же расставил. Земля вращается вокруг Сол — желтого солнца. Моя родина, Криптон, обращалась вокруг красного. Хотя существа вроде нас с вами не фотосинтезируют, как растения, радиация, получаемая от звезды, во многом определяет то, как наши тела перерабатывают энергию. Там, на Криптоне — или в любой системе с красным солнцем, — у меня ровно те же возможности и силы, что и у вас. Никаких суперсил, никакой неуязвимости и так далее. Здесь же, на Земле, желтое солнце вступает в реакцию с моей биологией, наделяя меня этими экстраординарными способностями. — Переходя к вопросам в моем стиле: влюблялись ли вы когда-нибудь в коллег по супергеройскому цеху? Если да... Лекс щелкнул пультом, выключая телевизор, и рухнул в кресло под тяжестью внезапного озарения. Если бы он верил в бога, то сейчас горячо благодарил бы его за то, что тот сам вложил в его руки недостающий фрагмент пазла. Он понял, как лишить Супермена способности летать — нужно просто заманить его туда, где этой способности не будет. Но он также отчетливо понимал: просто бросить криптонца на планете под красным солнцем недостаточно. Кто-нибудь обязательно придет на помощь. Супергерл потеряет силы в тех же условиях, Корпус Зеленых Фонарей шатается где-то в космосе, остальные летуны заняты своими собственными кризисами, а половина Лиги понадеется, что Супермен сам со всем справится. Сначала Лексу показалось, что все базы прикрыты. Но тут же в памяти эхом отозвались слова инопланетянина, обнажая брешь в форме летучей мыши в его безупречном плане. «Я безмерно уважаю его, он спасал мне жизнь больше раз, чем я могу сосчитать...» Бэтмен создавал проблему. Бэтмен был тем самым параноиком, который отслеживал жизненные показатели Супермена, строил корабли, способные пересекать галактики, наверняка держал в загашнике планы на случай красного солнца — и, что важнее всего, был единственным человеком, который никогда не прекратит поиски. Стоило Супермену исчезнуть, как Бэтмен уже дышал бы Лексу в затылок еще до того, как тот успел бы покинуть атмосферу. А значит, избавиться придется и от Бэтмена.