Какова цена любви. Право на счастье.

Шесть лет спустя.

Питерский вечер за окном всё тот же — сизый, влажный и пропитанный запахом большой воды. Но внутри их уютной съемной квартиры на Васильевском острове всё иначе. Алина стояла у плиты, помешивая пасту. Она больше не считала граммы и не замирала в ужасе перед куском сливочного масла. Её плечи стали чуть шире, взгляд — увереннее, а на весах давно закрепилась здоровая норма, которая больше не была для неё приговором. РПП осталось в прошлом, как душный ночной кошмар, развеявшийся с рассветом. Теперь она могла спокойно ужинать с Сашей, не чувствуя вины, и даже иногда позволяла себе заказать пиццу в два часа ночи после долгой работы над делом. Она стала адвокатом. Помощник судьи на предпоследнем курсе ей показался слишком трудным,(хотя до середины второго она и хотела быть адвокатом, но поменяла мнение)Саша конечно посмеялся мол, «А адвокат проще,да?», но любимую жену поддержал. Да, жену. На последнем курсе, Саша решил пора. И после выпускного уже сидя дома, просто без пафоса сделал ей предложение. Со словами «Я решил увековечить нашу любовь, пока всё хорошо. И потом будет хорошо» . Алина конечно же сказала да. Друзья были очень рады за них и только поддержали. Алина начала развиваться в своей сфере. Но другие юристы уже частенько рассказывали о ней. И сама уже имела внушительный список выйграных дел. Дверь хлопнула. В прихожую ворвался Саша — в дорогом пальто, с кожаным портфелем и той же наглой шатенистой ухмылкой, которая за шесть лет не потускнела. Сейчас Саша заканчивал ординатуру. Он уже вовсю ассистировал на операциях, и хотя до заветного статуса официального хирурга оставалось ещё два года, опытные врачи уже доверяли его твердой руке. Сам же он работал в очень хорошей частной клинике и частенько подстёбывал Алину тем, что зарабатывает больше и ей не надо работать. Русая лишь закатывала глаза на это, не думая уходить с любимой работы. — Аля, я дома! — Саша по-хозяйски обхватил девушку со спины, утыкаясь носом в её шею. — М-м-м, пахнет лучше, чем в любом ресторане. Надеюсь, ты приготовила это по всем правилам асептики? — Громов, не беси, всё как ты любишь, — Алина привычно хихикнула, накрывая ладонь Саши своей. — Иди мой руки. Как день? — Отец звонил, — Саша отстранился, стягивая рубашку. — Зовет на выходные на дачу. Говорит, мама там какую-то новую теплицу затеяла, требует твоего «юридического сопровождения» в споре с соседями за забор. Отношения Саши с отцом налаживались долго и мучительно, но теперь они могли спокойно сидеть за одним столом. Мама Саши приняла Алину сразу, а отец, хоть и долго хмурился, в итоге смирился, увидев, что его сын наконец-то перестал пить антидепрессанты и выглядит по-настоящему счастливым. Познакомил он её с родителями только перед свадьбой. Конечно, его мама и папа настаивали на пышном торжестве, но видя, что они сами этого не хотят, отошли от этой идеи. Саша сошел с таблеток уже пару лет назад — Алина стала для него лучшим стабилизатором. — Поедем, — кивнула Алина. — А в воскресенье к моей маме заскочим? Она звонила, говорит, кот опять скучает, а на самом деле это ей просто скучно одной. — Конечно, заедем, — Саша приобнял её, заглядывая в сковороду. — Дима сегодня писал, что в НИИ какой-то аврал. Жизнь раскидала их по разным сферам, но не развела. Дима, теперь младший научный сотрудник и аспирант, окончательно закопался в физику, но Ася не давала ему превратиться в сухарь. Она уже работала помощником судьи, как они вместе с Алиной хотели. От одного её вида ответчики рассказывали всё, что не нужно для отвода преступления. Самое забавное, что мама Димы, приняв Асю, однажды призналась под чашку чая: «Знаешь, Ася, я в твои годы была такой же оторвой. Дима просто в отца пошел — любит сложности». Лера же нашла свое призвание в лаборатории криминалистики. Она теперь знала о ДНК и следах на месте преступления больше, чем кто-либо другой, и часто подкалывала Даню, что если он когда-нибудь решит скрыть улики, она его всё равно найдет. С Ариной они всё-таки начали встречаться на втором курсе. Саша очень долго их стебал, но от одного взгляда Алины затыкался. После выпуска они съехали в прекрасную квартиру в центре Питера. Конечно, такой паре жить в России сложно, но справляются с этим они вместе. — Ася говорит, они с Димой тоже начали копить на первый взнос, — Алина разложила пасту по тарелкам. — Хотят жилье поближе к парку. — Ну, мы их обгоним, — Саша ухмыльнулся, садясь за стол. — Хирурги зарабатывают больше физиков, Вишенка.(Назад она всё же перекрасилась. Слишком ей нравился этот цвет, но когда начала работать оставила лишь пару прядей.) Скоро купим свою берлогу, и я тебе там оборудую личную операционную… для ролевых игр, естественно. Алина закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. — Шесть лет прошло, Громов, а ты всё такой же пошляк. — Стабильность — признак мастерства, — Саша подмигнул ей. — Не фамильничай, Громова. Забыла какая у тебя в паспорте фамилия? Кстати, ты сегодня выглядишь очень… аппетитно. Даже без соуса. Либидо хирурга требует немедленной консультации с юристом сразу после ужина. – Спасибо, что напомнил мою новую фамилию. А то забывать начала. Алина рассмеялась, чувствуя, как внутри разливается то самое спокойное, глубокое счастье. Больше не было страха, не было «совершенства» как цели. Была жизнь — со всеми её запахами, вкусами, спорами и любовью. — Ладно, — Она пододвинула к нему тарелку. — Ешь давай, «консультант». У нас впереди целая вечность, успеем еще всё «обсудить». За окном Питер зажигал огни, а на кухне двое взрослых, успешных людей просто наслаждались моментом, зная, что их общий путь не закончится никогда.