С любовью, твой...

Чонгук развалился в кожаном кресле Тэхёна, раскачиваясь из стороны в сторону, как непослушный ребёнок. Пальцы с наслаждением впивались в мягкие подлокотники каждый раз, когда кресло откидывалось назад, его тёмные волосы рассыпались по черной коже. — Так вот где ты пропадаешь целыми днями, — Чон оглядывал кабинет с детским восторгом, его глаза блестели от любопытства. Он потянулся к дорогой ручке на столе, покрутил её в пальцах, затем поставил на место с преувеличенной аккуратностью. — Кресло удобное. Тэхён стоял, опершись о край массивного дубового стола, скрестив руки на груди. Уголки его губ дрожали от сдерживаемой улыбки. — Именно из-за кресла и пропадаю, — усмехнулся он, наблюдая, как Чонгук делает очередной «заплыв» назад, запрокинув голову. — Что к новогоднему столу приготовим? — парнишка весело сделал круг, а у Тэхёна улыбка потускнела, он прикусил губу и, сев на корточки перед Чонгуком, взял его руки в свои: — Я только после полуночи смогу приехать. — Ок, ясно, хорошо, — Чон попытался сделать вид, что его это устраивает, но по грустным глазам его разочарование легко читалось. — Я все каникулы буду с тобой, обещаю, — Тэхён поднёс запястье к своим губам и нежно поцеловал тату. — Хорошо, — улыбка парня стала чуть теплее, но не такой сияющей, как была до этого. Ким посмотрел на часы, а после на любимого: — Хочешь пообедаем вместе? — Юнги! — воскликнув, вдруг вскочил Чонгук. Тэхён чуть не упал, кресло откатилось назад. А Чон быстро кому-то позвонил: — Я в кабинете, выпускай! — завопил он, а после рванул к двери, распахнул её и минуты не прошло, как в кабинет забежал громко смеющийся Юнги. — Что происходит? — не понимающе спросил Ким, глядя как Юнги прятался за спину Чонгука, а в помещение ворвалась секретарша, вся красная от злости, запыхавшаяся и рвано дыша возмущалась: — Господин Ким, я… они… они меня обманули! — Простите, — виновато натянул улыбку Чон, а во взгляде ни капли раскаяния. — Я охрану вызову! — завопил та. — Наён, всё в порядке, идите работать, — успокоил работницу Тэхён, а после посмотрел на парней, что хихикали без стыда и совести. — Простите, господин Ким, — секретарша гордо подняла подбородок, развернулась на носочках и покинула кабинет. — Она первая начала! — сразу же начал оправдываться Юнги. — Я ей по-человечески хотел объяснить, что нам очень надо. Тэхён замер, глядя на улыбающегося Чонгука. В этот миг парнишка казался самым обычным школьником — таким, каким должен был быть в свои семнадцать. Его улыбка, чуть кривая от смущения, обнажала ямочку на щеке, которую он обычно прятал за напускной серьезностью. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь жалюзи, золотил его ресницы, делая взгляд по-детски беззащитным. — Тэхён… предложил пообедать, — пробормотал Чонгук, внезапно опустив взгляд. Его пальцы нервно теребили край свитера, а уши покраснели. — О, тут рядом есть ресторан папы! Мы можем туда сходить, — Юнги, не замечая напряжённой атмосферы, оживился. — Да… хорошая идея, — Тэхён заторможенно кивнул, словно его мысли были где-то далеко. — Ты уверен? — спросил Чонгук, тут же подняв глаза, изучая лицо любимого. — Конечно, — Тэхён сделал шаг вперёд, машинально поправив галстук.

♤♤♤

Ресторан Намджуна оказался уютным местом с приглушённым светом и запахом дорогих специй. Юнги, как завсегдатай, сразу же устроился за угловым столиком, подозвав официанта. — Здесь подают лучшие спагетти карбонара в городе, — похвастался он, разглядывая меню. Чонгук сел напротив Тэхёна, но избегал смотреть ему в глаза, будто внезапно осознав, насколько публичным стал их обед. — Ты что-то хочешь? — тихо спросил Чон, отвлекаясь на меню. — То же, что и ты, — Тэхён наблюдал, как Чонгук пытался делать вид, что не волнуется. Оно и ясно, всё это время они всегда проводили время в четырёх стенах. Потому что не могли позволить себе обычных свиданий. Юнги поднял бровь, переведя взгляд с одного на другого. — Вы всегда так странно разговариваете? Чонгук резко закашлялся, а Тэхён поспешно отхлебнул воды. — Мы не… — начал Чон, но тут к их столику подошёл официант. — Господин Ким, — вежливо поклонился тот. — Подать как обычно? — Нет, — Ким напрягся. Он часто посещает этот ресторан и здесь его все знают. Официант кивнул, но его взгляд скользнул к Чонгуку, затем к Юнги, после вернулся к Тэхёну: — Господин Намджун сегодня здесь. Мне сообщить, что вы здесь? Юнги побледнел. Чонгук замер. — Нет, спасибо. Мы ненадолго, — Ким медленно поставил стакан на стол. — Мы все умрём, — обессиленно уронил голову на свои руки Юнги. — Спагетти нет? — усмехнулся Тэхён, глядя на подростков, что кажется стали в разы меньше в размерах, а после и вовсе залезли под стол. — Что происходит? Из глубины ресторана к их столику уже направлялась высокая фигура Намджуна. — Вот оно, — прошептал Юнги. — Моя смерть. Вот надо было ему сегодня быть здесь, — проворчал он. Чонгук под столом потянулся к руке Тэхёна. Их пальцы сплелись — быстро, тайно, отчаянно. И в этот момент Намджун остановился перед их столиком, скрестив руки на груди. — Какая… интересная компания, — произнёс он, и его голос звучал слишком спокойно, чтобы это было хорошим знаком. Тэхён почувствовал, как ладонь Чонгука дрогнула в его руке. — Юнги, я знаю, что вы здесь, — театрально закатил глаза Джун от такого поведения. — О! Привет, пап! — будто только что увидел отца, улыбнулся Юнги, вылезая из-под стола. — А мы тут пообедать решили, дядя Тэ пригласил! Чонгук виновато высунул голову, только глазки и макушка были видны. — Здравствуйте, — робко произнёс он. — Я вас оштрафую! — грозно проговорил Намджун, глядя прямо в глаза сыну. — А чё я-то? Вот сразу «оштрафую». Это всё дядя виноват. Говорит: «у меня д.р., давайте чай с тортиком попьём». А я люблю тортики, пап! — без стыда и совести вешал лапшу на уши Юнги. — Не злись, я правда их пригласил, — вмешался Тэхён. Что уж поделать, нужно было спасать, как он понял, прогульщиков от работы. — А работать кто будет? — строго посмотрел на своих горе работников Намджун. — Чонгук, от тебя я такого вот вообще не ожидал. Ладно этот, — кивнул на сына, — балбес, но ты-то нет. — Простите, — виновато пробормотал Чон. — Намджун, — нахмурился Тэхён, злобно зыркнув на друга. — Я же сказал, я пригласил. — А давай ты их будешь приглашать, когда у них выходной, — Джун явно был не в настроении. — Бегом на работу! Банкет через пару часов, а у меня официантов нет в ресторане! — Увидимся завтра, — прошептав, Чонгук поплёлся за Юнги, что недовольно показал язык отцу в спину. — Ну и чего ты так завёлся? — скрестив руки на груди, проворчал Тэхён. — Как будто других официантов нет. — Представляешь — нет! Никто в свой выходной не хочет работать, тем более под новый год, — Намджун сел напротив него. — У меня к тебе просьба, — он говорил нервно, зрачки бегали, будто был не уверен в чём-то. — Какая? — наклонил голову Тэхён, внимательно слушая. — Не мог бы ты у Чонгука узнать, не появился ли кто-нибудь у Юнги, — друг избегал зрительного контакта, получается ему и правда было неудобно такое просить. — В каком смысле? — решил строить из себя дурачка Ким. Не сдавать же Хосока. — Мне кажется, у Юнги кто-то есть, — хмуро начал Намджун. — И я уверен, что Хосок им помогает встречаться, — брови совсем стали хмурыми. — С чего ты это взял? — удивлённо выгнул бровь Тэхён. — Да он же постоянно к Хосоку в клуб таскается, музыку видите ли они там пишут, текста и бла-бла-бла, — проворчал Джун. — Чуть ли не каждый день после работы не домой едет, а к Хосоку! — Может они и правда музыкой занимаются, — зная всю ситуацию, сейчас становилось и смешно, насколько друг верен в своих догадках, и страшно, что будет, если он сложит два плюс два правильно. — У Юнги появились засосы, я, как дурак думал, что это синяки, — разочарованно покачал головой тот. — Потом понял, а напрямую спросить не могу. Не хочу показаться тираном. Но я же переживаю! — ударив по столу, взбесился он. — Если у них с ней всё серьёзно, почему меня не знакомит, почему Юнджи ничего не сказал? Мы родители, не чужие люди. — Может просто довериться сыну, когда он решит, что пора знакомить, тогда и познакомит, — Тэхён как мог старался его уговорить не лезть к Юнги. Всё-таки Намджун ещё был не готов к таким отношениям единственного сына. — Думаешь? — Джун наконец-то поднял на него глаза. — Уверен, — кивнул Ким.

♤♤♤

Такси резко затормозило у входа в клуб, и Чонгук едва не ткнулся лбом в переднее сиденье. — Осторожнее, Золушка, — хихикнул Юнги, расплачиваясь с водителем. — Принцу я должен вернуть тебя целым. Чонгук фыркнул, поправляя ворот белого свитера и натягивая рукава куртки, под которыми пряталась свежая татуировка до кончиков пальцев. Он до сих пор не мог поверить, что Юнги буквально ворвался к нему домой, заявив, что «никто не будет сидеть один в Новый год, даже если придётся тащить тебя за шиворот». — Ладно, ладно, — буркнул он, вылезая из машины. — Но если я до двенадцати не попаду домой, я тебя придушу. — Договорились, — Юнги хлопнул его по плечу. — Но сначала хотя бы повеселились. Они дурачась, шуточно толкая друг друга, вошли в клуб, Чон даже думал, что это неплохая идея немного развеяться. Сидя в квартире в одиночестве, он начинал загоняться, и ноги снова привели бы его на балкон, а ведь обещал Тэхёну, что больше не будет там засиживаться. Но мысли и улыбка с лица мгновенно исчезли, как только он повернулся в сторону гостей новогодней вечеринки. Он замер на месте, как вкопанный, даже не почувствовал, что друг последний раз дал сдачи. За столиком в центре зала сидели: Хосок, уже слегка навеселе, размахивающий бокалом, но увидев Чонгука, взгляд его потускнел. Намджун, с каменным лицом, но с тенью улыбки в уголках губ, их пока не заметил. Джин, невозмутимо попивающий вино. И… — Тэхён? — Чон едва не поперхнулся собственным языком. Голос сорвался на хриплый шёпот. Всё тело бросило в дрожь, будто сильный морозный ветер резко подул, пробирая до костей. Да, это был он. В безупречном костюме, с отрешенным выражением лица, смотрел на бокал, который крутил в руке, не замечая, что в помещении повисло напряжение. Рядом сидела Со Ён — её маникюр блестел в свете люстр, а взгляд скользил по залу с холодной оценкой. И, конечно же, Чимин, их сын, который тут же скривился, увидев Чонгука. — Вот чёрт, — прошептал Юнги, сам пребывая в шоке. — Ты… знал? — Чонгук повернулся к нему, глаза расширились от паники, его начало потряхивать. — Клянусь, нет! — друг поднял руки в защитном жесте. Слава богу они разговаривали вполголоса, и никто их не слышал. — Хосок не говорил, кто именно будет. В этот момент Хосок взял себя в руки первый: — Юнги! Чонгук! Идите сюда! Парни вздрогнули и повернулись к гостям. Чонгук сразу снова взглянул на Тэхёна, что замер. Его пальцы сжали бокал так, что костяшки побелели. Он резко поднял голову, во взгляде растерянность, удивление и такая же паника, как и у Чона. — Садитесь, — Намджун поднял бровь, кивнув на свободные места, будто пытался докричаться на них мысленно. Юнги, недолго думая, схватил Чона за руку и потащил в сторону туалета: — Руки помыть надо, гигиена знаете ли не шутка, — скороговоркой протараторил он, уволакивая друга, что еле переставлял ноги. — Я сейчас, — Хосок дружелюбно улыбнулся, и пошёл за ними. — Всё нормально, — как только они зашли в уборную, прошептал Юнги, видя как Чонгук весь побледнел. — Просто дыши. Но Чонгук не мог дышать. Потому что там сидел Тэхён. И его жена. И его сын. И вся его другая жизнь. Знать о ней одно дело, но видеть — невыносимо. Ему вчерашней встречи с Со Ён хватило, когда ему пришлось с интересом разглядывать пол, чтобы не видеть, как она прикасалась к его, Чонгука, Тэхёну. — Я хочу уехать, — не своим голосом прохрипел Чон. — Это вызовет подозрения, — сочувствующе произнёс Юнги. — Ты не мог предупредить? — шёпотом завопил Хосок, как только ворвался в туалет. — А ты? — возмутился Юнги на него, скидывая куртку, потому что становилось жарко, и это вот не из-за отопления в клубе, а потому что начинало пахнуть жареным — жареными нервными клетками. — И как быть? — растерянно пробормотал Чонгук, сняв пуховик и дёргая ворот свитера, который кажется душил. — Со Ён ненадолго здесь. У них самолёт утром, они скоро уедут, — Хосок старался говорить спокойно и успокоить панику парнишки, но это не помогало, того заметно трясло. — Не смотри на них, ща пять минут посидим и уйдём танцевать, — придумывал план Юнги. — Ладно, я смогу, — кивнул Чонгук, пытаясь взять себя в руки, но потом испуганно посмотрел на Хосока. — Вы знаете? — ошарашенно распахнул глаза он. — Конечно он знает про вас с Тэхёном, — фыркнул Юнги. — Пошли, — он взял друга за руку и направился к столу, но казалось, что на казнь. — Так, двигайтесь, — начал Хосок, чтобы посадить парней подальше от семьи Ким, но тут вмешалась Со Ён: — Рядом с нами есть места, садитесь, — её голос звучал сладко, как отравленный мёд. — Я не кусаюсь. — Ага, ты как удав, — фыркнул Юнги, сев напротив неё, а Чонгук, не поднимая взгляд, опустился на стул лицом к лицу к Тэхёну. Чон рефлекторно спрятал руки под стол, как будто кто-то мог увидеть тату сквозь одежду. Ему хотелось сбежать, вернуться домой, укрыться одеялом, спрятаться, но вместо всего этого должен был сидеть и притворяться, что они с Тэхёном — просто знакомые. Просто никто…

♤♤♤

Тэхён механически вращал бокал в руках, наблюдая за тем, как рубиновые блики вина играют на хрустале. В голове стучала одна мысль — скорее бы Со Ён устала и захотела домой. Тогда он сможет спокойно уехать к Чонгуку, который наверняка уже заждался… — Чонгук! Имя прозвучало как удар хлыста. Тэхён поднял голову так резко, что шея хрустнула. В дверях стоял он — бледный, с расширенными зрачками, в белом свитере. «Что он здесь делает?!» Вино в бокале вдруг показалось ему ядом. Пальцы сжали хрусталь так, что казалось — вот-вот треснет. — Садитесь, — прозвучало где-то рядом, но Ким слышал только бешеный стук собственного сердца. Со Ён повернулась к нему, и её взгляд стал изучающим: — Кто это? Тэхён поднёс бокал к губам, сделал медленный глоток, хотел выиграть себе хотя бы секунду для обдумывания ответа и анализирования ситуации. Она не узнала его? Или так проверяла мужа? На что проверяла? Она ведь не могла узнать про их отношения. — Он работает у Намджуна, — он краем глаза следил, как Юнги увёл Чонгука в туалет. Если сейчас Чон решит уйти это вызовет подозрение, если не уйдёт, то им придётся играть в незнакомцев. Тэхён допил залпом вино. Напряжение давило на виски. Это будут самые нервные часы уходящего года. — Опять он, — буркнул Чимин, и Ким почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он не мог защитить Чонгука. Не мог объяснить сыну, что любовь — не преступление и нельзя за это презирать людей, хоть эта любовь и к своему полу. Не мог ничего. Когда Чонгук с Юнги вернулись, тот выглядел разбитым, Тэхён видел, как дрожат его пальцы, сжимающие край свитера. Как бледны его губы. Как он старался казаться меньше, незаметным. Со Ён наблюдала за этой сценой с холодным интересом змеи, выслеживающей добычу. Когда она предложила им сесть рядом, Тэхён почувствовал, как по спине стекает ледяной пот. — Дыши, просто дыши, — мысленно умолял Ким, но Чонгук даже не смотрел на него. Прятал руки под столом, глаз не было видно из-за чёлки. Тэхён налил вина себе и снова поднёс бокал к губам, он внимательно следил за каждой реакцией Чона поверх хрусталя. — Прости, — говорил его взгляд, но Чонгук не видел. — Я не знал, что ты будешь здесь. Ким опустил глаза, поставив бокал на стол. Его две жизни слишком часто начали пересекаться. Это было опасно. Всё могло выйти из-под контроля в любую секунду. Одно необдуманное слово, любой неправильный взгляд, любое несдержанное касание, и всё. Их могли раскрыть. И тогда пойдут последствия. Последствия, которые никто не мог предвидеть. — Так… — Хосок неуверенно поднял бокал, пытаясь разрядить обстановку. — За новый год! Все машинально потянулись к своим бокалам. Все, кроме Тэхёна и Чонгука. Их взгляды встретились. Всего на секунду. Но в этой секунде было всё: их боль, безысходность, отчаяние… Тэхён первым опустил глаза. Он почувствовал, как Со Ён изучающе смотрела на него, но не стал поднимать голову. Вместо этого он взял бокал и сделал большой глоток. Вино было горьким. Как и мысль, что единственный человек, с кем он действительно хотел встретить этот новый год, сидит в метре от него — и они вынуждены притворяться чужими…

♤♤♤

Праздник проходил мимо них. Хосок и Джин пытались всё внимание взять на себя, чтобы никто не видел, как Тэхён каждый раз пьет алкоголь, чтобы незаметно наблюдать за Чонгуком, а тот кажется с каждой секундой, проведенной здесь, разбивался на множество осколков. Его взгляд становился опустошенным, движения заторможенными. Юнги пытался с ним поговорить, но тот лишь каждый раз с непониманием смотрел на него, будто не слышал ничего вокруг. Слишком был погружён в свои мысли. "О чём он думает?" — задавался вопросом Ким. Когда Чонгук всё же посмотрел на Тэхёна, тот одними губами спросил: “всё в порядке?” — вопрос не был сказан вслух, но Чон его понял и, коротко взглянув на его супругу с Чимином, еле заметно кивнул и тут же опустил взгляд. — Чонгук, правильно ведь? — Со Ён обратилась к Чону, но обернулись на неё практически все. Резко, настороженно, будто ожидали какой-нибудь пакости. — Д-да, — испуганно подтвердил Чонгук, глядя на неё как на хищное животное, готовое к атаке. Со Ён открыла рот, чтобы что-то спросить, но тут Юнги грубо перебил её: — Пошли танцевать, — не дожидаясь ответа, схватил Чонгука за руку и увёл, а тот и не сопротивлялся. Тэхён проводил его взглядом и был безмерно благодарен Юнги за то, что смог увести Чона. Он устало прикрыл глаза, когда любимый споткнулся на пути к танцполу. Со Ён недовольно скривила губы, её маникюрные ногти постукивали по хрустальному бокалу. Её любопытство осталось неудовлетворённым, а это было тем, что она ненавидела больше всего. Тэхён резко дёрнулся, когда на танцполе Чонгук вдруг качнулся, словно теряя сознание. Его пальцы до побеления впились в край стола и спинку стула. Он кое-как остановил себя, чтобы не рвануть к любимому, но было уже поздно. — Что с тобой, пап? — Чимин нахмурился, его взгляд скользнул между отцом и танцполом. — Ничего… устал, — Ким ответил невпопад, не отрывая глаз от Чонгука, которого Юнги сейчас уводил на второй этаж, видимо в кабинет Хосока. Сердце бешено колотилось в груди. И эта безысходность положения ужасно бесила. Собственная беспомощность сводила с ума. — Я сейчас, — пробормотал он и, встав, направился в туалет. По пути он достал телефон, пальцы дрожали, когда он набирал сообщение: “Ты в порядке? Тебе плохо?”. Дверь туалета захлопнулась за ним. Он включил воду на полную мощность, ледяные струи били по раковине, он кинул гаджет рядом и умылся, но тревогу и беспокойство не мог смыть. — Чёрт, — прошептал он, посмотрев на телефон. Сообщение не прочитано. Ответа нет. Вода продолжала течь, а в голове крутилась только одна мысль: “Что, если ему действительно плохо?” Тэхён резко выключил воду и направился к выходу. Ему любыми правдами и неправдами нужно было увидеть Чонгука и убедиться, что с ним все хорошо. Он резко остановился, глядя, как Хосок поднимался на второй этаж. Ким выдохнул, пытаясь успокоиться. Он понимал, что этот порыв необдуманный и возможно вызвал бы много вопросов у его семьи, но как ему нужно было поступить, чтобы обеспокоенное и отчаянно влюблённое сердце перестало сжиматься от боли?! Он вернулся за стол и залпом опустошил бокал с вином. Нервно барабанил пальцами по столу, кидая взгляд на второй этаж. — Хороший вечер, — улыбнулась Со Ён и спиной облокотилась о его грудь, откинув голову на плечо. — Да, хороший, — нервно ответил Тэхён. Хотелось оттолкнуть её, но не мог, нельзя. Должен был вести себя как безупречный семьянин.

♤♤♤

Чонгук сидел на кожаном диване и сжимал в руках бутылку с водой, его всего трясло. Паника накрывала с головой. Он не выдержал давящего напряжения. Вроде старался делать вид, что всё хорошо, что он всего лишь друг Юнги, что его никак не задевало то, что Со Ён прикасалась к Тэхёну как к своей собственности. Но когда она обратилась к нему, к Чонгуку, он настолько испугался, что, кажется, готов был потерять сознание. — Она всё знает, — голос сорвался на хриплый шёпот, а в глазах тихий ужас. — Ничего эта тупая жаба не знает, — театрально закатил глаза Юнги. — Она смотрела так… — Чонгук! — перебил его друг. — Она не знает, а если ты будешь вести себя вот так, то начнёт думать, что ты припадочный невротик, но всё равно не догадается о вас с Тэхёном, — его слова звучали убедительно, но Чонгук всё равно не мог успокоиться. Дверь в кабинет открылась, он вздрогнул, испуганно посмотрев на вошедшего, но облегчённо выдохнул, увидев Хосока. — Из-за вас я чувствую себя спецагентом АНКЛ, — проворчал тот. — Ты в порядке? — обратился к Чонгуку. — Он думает, что жаба их рассекретила, — пояснил Юнги. — Ты параноишь, Чонгук, — Хосок присел рядом с ним, забрав из его рук бутылку с водой, открыл её и вернул ему. — Послушай меня внимательно, — Хосок наклонился вперед, его голос звучал необычно серьёзно. — Со Ён не знает ровным счётом ничего. И не узнает, если ты возьмёшь себя в руки и досидишь до её отъезда. Чонгук с минуту кусал свою губу, задумавшись, и кажется его плечи немного расслабились. Он отпил воду и потупил взгляд на пол, а после заторможенно кивнул: — Она нечего не знает, — он говорил, убеждая себя в этом. Но заметно успокоился, когда выдохнул и голос разума начал пробиваться сквозь панику. — Она не навредит ему. Вот что было главным для Чонгука. Что Со Ён не навредит Тэхёну. Что у Тэхёна из-за него не будет проблем. Что Тэхён будет в безопасности. — Пойдёмте, скоро уже двенадцать, — нарушил тишину Юнги.

♤♤♤

Тэхён резко обернулся, когда на лестнице появились Чонгук, Юнги и Хосок. Его пальцы непроизвольно сжали бокал, когда он пытался поймать взгляд Чонгука. Но тот упорно смотрел в сторону, будто боясь, что это выдаст всё, что между ними. Только когда все расселись за столом, Чонгук наконец кивнул ему — коротко, едва заметно. Тэхён улыбнулся, и его сердце ёкнуло, когда губы Чонгука дрогнули в ответ. — Десять, девять, восемь... — Хосок начал обратный отсчёт, его голос звенел праздничным настроением. Чонгук сжал бокал так, что пальцы побелели. Пузырьки в золотистой жидкости стремились вверх — туда, где была свобода. Свобода, которой им так отчаянно не хватало. — Семь, шесть, пять... — Юнги подхватил счёт, подталкивая Чонгука локтем. Все встали вокруг стола. Чимин бросал на Чонгука ядовитые взгляды, но молчал — он слишком дорожил своей репутацией, чтобы устроить сцену. — Четыре, три, два… — даже Со Ён присоединилась к счёту, не замечая, как Тэхён и Чонгук смотрели только друг на друга. — Один! С Новым годом! Бокалы звонко встретились. Чонгук чокнулся сначала с Юнги, потом с Джином. Когда очередь дошла до Тэхёна, их бокалы соприкоснулись с едва слышным “динь”. — С Новым годом, — прошептал Ким так тихо, что слова растворились в общем гуле. — С Новым, — ответил Чонгук, и в этот момент их пальцы соприкоснулись. Миг. Всего миг. Но для них это была целая вечность. Тэхён почувствовал, как по его руке пробежали мурашки. Как сердце забилось чаще. Как мир вокруг перестал существовать. А потом пальцы разомкнулись, и реальность вернулась — с её правилами, запретами и той невидимой стеной, что разделяла их сейчас. Но в этом мимолётном прикосновении была вся их любовь — тайная, запретная, но от этого ещё более сильная.