С любовью, твой...

♬Digital Daggers — Heaven Or Hell♬ Чонгук зашёл в здание школы и сразу же наткнулся взглядом на компанию царевича и его приближенных. Он хотел как можно незаметнее проскочить в класс, но один из друзей Чимина заметил его и в ту же секунду подал знак. Ким Чимин тут же перевёл свой гневный взор на Чона и сделал шаг навстречу, но остановился. — Чонгук-и! — Чонгук ушам своим не поверил, да и глазам тоже. Он бы никогда не сказал этого, но как же сейчас он рад слышать и видеть эту занозу в заднице. Мин-чтоб-тебя-ангелы-берегли-Юнги бежал по коридору к Чону, не замечая удивленные взгляды других учеников. А Чонгук думал, что всё-таки начинает верить в Бога. — С днём рождения! — радостно воскликнул каштанчик и протянул маленькую коробочку. Именинник даже слово вымолвить не мог, он просто стоял и счастливо улыбался. А Мин даже понятия не имел, что спас его. Юнги обнял его одной рукой за шею, второй же — потрепал волосы. — Ты почему мне не сказал, что у тебя д.р. сегодня? — Каштанчик вовсе не злился, однако в голосе чувствовалась нотка обиды. Он как-никак Чона другом считает! — Спасибо, — Чонгук с благодарностью смотрел на Юнги. — Когда будем отмечать? — Мин отпустил его и, оглядывая коридор, наткнулся взглядом на Чимина. — О, Мин-и, привет, — каштанчик помахал рукой, а Чонгук настороженно посмотрел на царевича, хмуро глядящего в ответ, но тот лишь кивнул в знак приветствия Юнги и поспешил ретироваться. — Ну так что? — друг снова перевёл взгляд на Чона, который будто побледнел от страха. — Я не думаю, что буду отмечать, — виновато улыбнулся Чон. — Почему это? — каштанчик вопросительно выгнул бровь. — Наверное, потому что у меня нет денег, — усмехнулся Чонгук. — А я тебе на что? — по лицу Мина было ясно, что он не доволен ответом. — Решено, вечером отмечаем! — сказал как отрезал. И Чон уверен — спорить бесполезно. — Так, показывай, где тут святыня этого ада. — Библиотека? — неуверенно спросил парень. — Буфет, нахрен мне библиотека. Я что, на ботаника похож? — смеялся Мин над тупостью друга.

♤♤♤

Две недели в школе были непривычными для Чонгука. Он видел, как Чимин ходил грозовой тучей, но почему-то к нему не подходил. Возможно, потому что Юнги был всегда рядом. Этот каштанчик с шилом в заднице привлёк к себе очень много внимания. Во-первых, он дружил с Чоном. Во-вторых, знаком с царевичем и не боялся его, не то что не боялся, Мин разговаривал с ним на равных и даже стебался, за что Чимин по каким-то непонятным для Чонгука причинам пиздюлей не выдавал. Но когда-нибудь эта идиллия должна была закончиться. Например, в этот день. Мин Юнги не пришёл на первый урок. — Я же тебя предупреждал, — со злобой процедил Чимин, точным ударом ударяя в живот Чона, на что тот хотел согнуться, но два дружка царевича держали его, не давая упасть. — Исчезни из школы, не то я тебя закопаю в школьном дворе, — проговаривая каждое слово чётко и с ненавистью, наносил удары Ким. — Мин-и, а с каких пор ты тут стал директором? — послышался голос Юнги, но Чимин его не слышал, продолжая избивать свою жертву. — Я с тобой разговариваю, — Мин пнул по заднице царевича, на что дружки стервятники шокировано вылупились. — Какого хуя? — гневно обернулся садист на того, кто посмел прервать его развлечение. — С каких пор ты защищаешь нищебродских педиков? — видимо, его терпению пришёл конец. — Юн, не надо, — хрипло молил Чонгук, но тот игнорировал. — Боишься за свою попку? — усмехнулся Юнги, скалясь и внимательно всматриваясь в лицо Чимина, которое от злости начинало краснеть. — Сука! — Ким замахнулся на Мина, но тот ловко перехватил его руку и скрутил, поворачивая к себе спиной, нагнув. — Веди себя хорошо, — насмехаясь, каштанчик смачно шлепнул по заднице царевича. — Отпусти, — прошипел ему в ответ. — Ещё раз тронешь Чонгука, я расскажу твоему отцу, как ты себя плохо здесь ведёшь, — прошептал Юнги в самое ухо Чимина, на что тот попытался вырваться из хватки, но получил ещё один шлепок. — Ты пожалеешь об этом, — злобно процедил царевич. Мин всё-таки отпустил разгневанного. — Пошли, — приказал он своим дружкам и направился в сторону выхода. — Надеюсь, ты меня понял, — хмыкнул Юнги ему вслед. Царевич ничего не сказал, лишь сжал кулаки до побеления и вышел из кабинета. — У тебя будут проблемы, — Чонгук поджал губы. Он совсем не хотел, чтобы друг пострадал из-за него. — Да что он мне сделает? — начал в голос ржать каштанчик. — Я его с самого рождения знаю, он только с виду герой, на самом деле он тот ещё маменькин сынок. Но ты можешь рассказать дяде Тэ, чтобы приструнил своего отпрыска, — уже более серьёзно продолжил Мин, на что у того глаза на лоб полезли от удивления. — Кого? — с искренним непониманием спросил Чонгук. — Только не говори, что ты не знал, — друг настороженно посмотрел на него. — Да, ладно, ты серьёзно не знал? — он удивлённо выгнул бровь. — Чимин сын Тэхёна? — дрожащим голосом кое-как выговорил Чон. На что тот лишь с сожалением кивнул. — Тэхён женат? — Чонгук не хотел слышать ответ, но, друг неуверенно кивнул ещё раз. А Чону выть хотелось от своей глупости. Естественно, Тэхён женат. Он взрослый мужик, на что пацан вообще надеялся, что Ким до сорока лет ждал, когда же в его жизни появится Чонгук? Это же бред! Но только это осознание пришло поздно, когда он уже полностью вляпался. Эти две недели Чонгук очень скучал по нему. Ким звонил ему перед сном, они подолгу разговаривали. Писал сообщения, желая доброго утра, но ни разу не заикнулся о том, что женат. Он такой же как и все: нашёл себе молодого любовника. Но если остальные приходили и не скрывали этого, предлагая стать личной шлюхой, Тэхён поступил по-другому: заставил глупого ребёнка поверить в то, насколько он хороший. А его слова «Мне ничего от тебя не нужно» — всё враньё! Знал, что мальчишка не согласится, поэтому выбрал иной подход. И, тварь, добился же своего! Чонгук первый поцеловал его, никто не заставлял! В груди разливалась обжигающая боль, смешанная с отвращением к себе. Чон зажмурил глаза, пытаясь остановить поток слез, рвущийся наружу. Он так наивно верил в сказку, которую сам себе придумал, так жадно ловил каждое слово, каждое прикосновение. А Тэхён просто играл, умело манипулируя его чувствами. Вера в лучшее — единственное, что у него оставалось, а теперь и над этим поиздевались. Играя с ним как с глупым котёнком. — Какой же я идиот, — взвыл Чон, закрыв лицо ладонями. — Эй, Джей-Кей, — Мин, видя, как у друга содрогались плечи, поспешил к нему. — Какая же он скотина, — истерически засмеялся мальчишка, всё так же пряча лицо в ладонях. — Да чё случилось-то? — не понимая, почему эта информация так разочаровала Чонгука, спросил Юнги. — Ничего, я просто немного ошибся, — пытаясь взять себя в руки, пробормотал тот. — В чём? — пытливо смотрел Мин. — В себе, — невнятно произнёс Чон, так и не давая конкретных ответов.

♤♤♤

— Я совершил глупость, — устало пробормотал Ким, смотря на экран телефона. Тэхён две недели думал о той ночи, которую провел с Чонгуком. Да, они общались по телефону, но никто не затрагивал эту тему. И сейчас он не знал, что будет делать, когда вернётся в Сеул. Он очень скучал по мальчишке, возможность слышать его голос, но не прикасаться к нему, мучила и терзала. Хотелось обнять, прижать к себе и желательно не выпускать из объятий. Хотелось снова поцеловать желанные губы, с которых срывались сладострастные стоны. Его тянуло к Чону. Без него его ломало. Головой понимал, что это не правильно, что он не должен чувствовать такое влечение к несовершеннолетнему мальчишке, но сердце трепетно шептало, что Чонгук нужен ему. И, не находя выход из этой ситуации самостоятельно, Тэхён решил позвонить и спросить совет у своего друга Джина. — Что на этот раз? — Сокджин поправил телефон, чтоб его было лучше видно. Он был всё ещё на работе — трудоголик до мозга костей. — Чонгук меня поцеловал, — жалостливо проскулил Ким, прикрывая лицо ладонями. Как же стыдно. Но решил, что не нужно тянуть резину, иначе пара секунд сомнений, и он не смог бы признаться в этом. — Я думал, вы давно спите, — скептически выгнул бровь тот. — С ума сошёл?! Он ещё ребёнок! — Тэхён убрал руки и возмущённо посмотрел на друга-дебила. — Судя по тому, как ты за ним ухаживаешь… — Я не ухаживаю! Я забочусь о нём! — воскликнул Ким, грубо перебив собеседника. — Да? — усмехнулся Джин. — Самому не смешно? — и видя гневный взгляд друга, продолжил: — Тогда тебе нужно пересмотреть понятие слова «забота». Потому что то, что ты делаешь, это больше, чем просто забота. Ты даришь ему подарки, устраиваешь свидания, целуешь, — выделяя последнее слово, он внимательно посмотрел на Тэхёна, который и сам понимал, что это неправильно, но ничего с собой поделать не мог. — Я не знаю, что со мной, — устало пробормотал Ким. — Когда я с ним, я не узнаю себя. Я никогда не испытывал такие чувства, — он снова потёр лицо руками, пытаясь прийти в себя. Вроде бы взрослый мужик, а вёл себя как подросток. — А когда он меня поцеловал… Мне кажется я схожу с ума. — Мне сказать тебе, что с тобой, или наконец-то признаешься хотя бы самому себе? — Джин скрестил руки на груди и с недовольством посмотрел на него. Тэхён лишь поджал губы и промолчал. — Ладно, — вздохнул друг, — мальчишка тебе нравится. И даже больше, чем просто нравится. — Это неправильно, — опустив голову, прошептал Ким. Борьба с самим собой выматывала морально. — А что правильно? — голос Джина был спокойным, но усталым, но помимо этого, присутствовала тоска и грусть. — Я не должен чувствовать такое к нему, он ещё ребёнок, — заторможенно произнёс Тэхён, словно находясь в какой-то прострации. — Ему ведь не всегда будет семнадцать, — друг ожидал, что тот что-нибудь скажет, но после затянувшегося молчания добавил: — Тэхён, цени мгновения с любимым человеком. Ким слушал слова Сокджина, прекрасно понимая о чём тот говорил. В юности не только Джуну пришлось бороться за право любить и быть с любимым человеком. Но не все выиграли битву. Если Намджун отстоял и теперь у него любящая семья, то Джин не смог, и врагу не пожелает такое пережить. Ведь сейчас ему оставалось лишь жить сожалением об упущенном счастье. — Я… — Ким попытался ответить, но, не договорив, смолк на мгновение. Затем, тяжело вздохнув, продолжил: — Если Со Ён узнает, то и отец узнает тоже, и тогда будут большие проблемы. — Подумай, чего ты хочешь: сохранить репутацию и продолжать жить в фиктивной идеальной семье, в которой ты точно не счастлив, или же построить свое будущее с человеком, который делает тебя счастливым и, возможно, которого ты сделаешь счастливым? — Джин смотрел на него с сочувствием, понимая, что это нелёгкий выбор. — Поэтому подумай, если ты выберешь второе, готов ли ты идти до конца? От тебя будет зависеть многое, и если произойдет хотя бы одна малейшая ошибка, пострадаешь не только ты, но и мальчишка. Если ты не готов, то не пудри ребёнку мозги. И не подвергай его жизнь опасности. Он достаточно настрадался в этой жизни, — друг говорил ровно, спокойно, пытаясь достучаться до Тэхёна, но в то же время в голосе было столько боли, что тяжким грузом оседала на плечи. — Почему всё так сложно? — вымученно перевёл взгляд Ким. — Ну а чего ты хотел? Мы не в сказке живём, — грустно хмыкнул Джин. — Ладно, мне пора. А ты попробуй разобраться в себе. Друг сбросил звонок, не дождавшись ответа от Тэхёна, а тот лишь, ещё раз тяжело вздохнув, набрал номер Чонгука. Ему хотелось услышать голос парнишки, чтобы сердце хоть немного успокоилось. Честно говоря, всё это стало каким-то ритуалом, переросло в привычку: без «спокойной ночи, Тэ» он уже не мог заснуть. Однако сейчас ему никто не отвечал ни на первый вызов, ни на шестой, что заставляло начать волноваться. Ведь до этого парнишка после первого гудка брал трубку. Всё только усложнялось…

♤♤♤

Чон видел, как загорался экран телефона, видел, что звонил Тэхён, но не собирался отвечать. Множество мыслей крутилось в голове. А эмоции похлеще урагана закутывали. Обида разъедала, что Ким так бессовестно манипулировал его положением. Злость на себя, что после стольких предательств так наивно повёлся на заботу взрослого мужчины. Страх, что Тэхён вернётся и опустит его на землю, заставив быть ему благодарным за всё, что сделал. Чонгук не раз видел, как папики забирали в личное владение молоденьких мальчиков или девочек. Но только вот богатые дяденьки, и не только дяденьки, не считали их за людей — те были всего лишь игрушками. Их жизни не ценились, их легко могли заменить, за непослушание подарить, отдать, убить, кому как повезёт. Чон лежал на кровати, глядя как экран затих, но тут снова загорелся, оповещая, что пришло сообщение. Но он не ответит. У него есть две недели, чтобы сбежать, но только куда? Если даже снимет себе жильё, Тэхён знает, где он учится, где работает. Ведь такие богатеи не любят, когда не получают желаемого. Или ты принадлежишь им, или богу. Чонгук всё же встал с постели и поплёлся в душ, его ждал очередной учебный день. Очень хотелось надеяться, что спокойный. — Ты где? — обеспокоенно спросил Чон, позвонив Юнги. Он стоял у ворот школы, но боялся идти, потому что во дворе сидела шайка Чимина, явно дожидаясь его. — Еду я, еду! Па, давай быстрее, — проворчал Мин отцу. — Ещё целых пять минут есть, ты чё так рано приходишь в школу? — недовольно буркнул уже другу. — Чтобы встретить и проводить до класса, — съязвил Чонгук. Опаздывали дети мажоров систематически, а ему такая роскошь не позволялась. Вдруг резкий удар по затылку и спине прошёлся и он от неожиданности подался вперёд. Телефон выпал из рук, а сам он рухнул на четвереньки. Дикая боль в ладонях и коленях пронзила, заставляя стиснуть зубы, сдерживая слёзы, что выступили на глазах. — Тебя родители ходить не научили? — издевательский голос Чимина послышался за спиной, а после его ноги появились перед лицом. Чонгук поднял на него взгляд полный презрения и ненависти. Это чудовище ещё и сын Тэхёна, Чон не думал, что мог сильнее возненавидеть Чимина, но судьба та ещё сука, умела удивлять. — Надо же, — закидывая рюкзак на плечо, царевич носком обуви толкнул телефон, что лежал на земле. — За лето успел насосать? — усмехнулся он, адекватно оценивая, что самому Чонгуку не купить дорогой гаджет. И он был прав, это подарок на день рождения от, блядь, Тэхёна, его отца! — Да, у твоего папочки насосал, — дерзко ответил Чон. Ему хотелось и плакать, и истерично смеяться от ситуации в которой находился. Неужели могло быть что-то абсурднее? Глаза Чимина в секунду загорелись яростью от одного упоминания об отце. Он со всей ненавистью пнул Чонгука, который успел закрыть лицо руками и удар попал по ним. — Не смей говорить о моей семье, мразь, — злобно процедил Ким и, с силой наступив на телефон, направился в школу. Чон сидел на асфальте, не заботясь, что форменные брюки испачканы, возможно, на коленях ещё и порваны. Он смотрел на удаляющуюся фигуру и думал: какого хрена одним всё, а ему нужно зубами вырывать право на жизнь? Где справедливость в этом поганом мире? — Чонгук! — обеспокоенный голос Юнги послышался за спиной. Он обернулся и улыбнулся другу. — Это Чимин так тебя? — уже готовый идти и бить морду царевичу, спросил Мин. — Я сам упал, — грустно выдохнул Чонгук. Было безумно приятно, что не все люди мрази, как семейство Ким. Юнги вообще не вписывался в эту картину элиты. Да, брендовые вещи, дорогие гаджеты, он не задумывался о деньгах, потому что родители ему ни в чем не отказывали. Но в то же время он не был пафосной тварью и не делил людей на слои общества.

♤♤♤

Тэхён чувствовал, как безумие медленно, но верно овладевало им. Несколько дней тишины от Чонгука терзали его душу, словно острые осколки стекла. Звонки оставались без ответа, сообщения висели непрочитанными. Что могло произойти? Чон никогда не исчезал вот так, без предупреждения. Беспокойство росло с каждой минутой, превращаясь в невыносимую тревогу. Тэхёну казалось, что сердце вот-вот вырвется из груди. В голове мелькали самые страшные сценарии, один ужаснее другого. Он не мог сосредоточиться на работе, мысли всё время возвращались к мальчишке, что так и не выходил на связь. Единственным желанием сейчас было – бросить все дела и первым же самолетом лететь в Сеул. Увидеть Чонгука, обнять его, убедиться, что с ним всё в порядке, что все эти кошмарные мысли – лишь плод его разыгравшегося воображения. Ким готов был на всё, лишь бы снова услышать голос Чона и почувствовать его тепло рядом. Отчаяние довело его позвонить Юнги, что слава богу ответил. — Юнги, Чонгук рядом с тобой? — тут же обеспокоенно задал вопрос, как только в динамике послышалось недовольное “алло”. — Нет, он в зале, работает, — фыркнул Мин. — С ним всё хорошо? — не нравился ему тон парнишки, но сейчас в приоритете стоял Чон. — Да, дядя Тэ, мне тоже надо работать, — проворчал Юнги и сбросил звонок. Тэхён недоумевая, что это с ним, ошарашенно смотрел на потухший экран телефона. Эта заноза в заднице всегда любила поболтать, а тут на тебе и “работа”. Но хоть немного можно было выдохнуть — с Чонгуком всё хорошо, но почему тот не отвечал оставалось невыясненным. Тэхён: Чонгук, у тебя всё хорошо? Я беспокоюсь. Ким написал сообщение, но оно также было проигнорировано.

♤♤♤

Две недели — это много или мало? Тэхён считал, что вечность. Время мучительно медленно шло, терзая душу тоской. Заставляя тревожные мысли поглотить разум. Ким не понимал, почему мальчишка не брал трубку, не отвечал на смс. Он даже Юнги звонил, но тот лишь отвечал, что Чонгук сейчас погружен в учёбу и ему некогда. Естественно, мужчина догадался, что это враньё, поэтому оставалось только одно — ждать. Ждать, когда он наконец-то прилетит в Сеул и увидит парнишку, по которому безумно скучал. У Чонгука дела шли не лучше. Для него время шло слишком быстро. Постоянные звонки и сообщения от Кима не прекращались. Хотелось на всё плюнуть и ответить на вызов. Сказать, чтобы тот катился к чёрту, но он боялся. Для себя решил, что к возвращению Тэхёна съедет из квартиры. Он нашёл уже подходящее жильё, оставалась самая малость — перевезти вещи. И Чон хотел именно этим сегодня заняться, но каштанчик уговорил (ну, как уговорил, снова поставил перед фактом, любит эта заноза командовать) пойти к Хосоку в клуб. — Ты моей смерти хочешь? — Юнги, сидя на кожаном диване в гримерке клуба Хосока, недовольно глядел на друга, который не понимал, чего от него хотят. — Я молчал. Что не так? — Чон тихо мирно разглядывал кабинет директора. — Чимин нахрена к тебе доебывается? А-А-А-А-А-А-А! — вдруг приложив руки к щекам, Мин в ужасе посмотрел на него. — Он узнал, что ты с его отцом спишь? Да? Спустя долю секунды эмоция на лице Юнги сменилась на недовольную. — Чего ты молчишь? Говори давай! — тряся вытянутой рукой, начал ворчать каштанчик. — Он, наверное, охренел, — дикий ржач вырвался у него. В мгновение на лице появилась гримаса обкуренного нарика, и тем не менее, Мин продолжил: — Вот такое выражение лица было, по-любому, он всегда так подвисает, когда охуевает, — и снова перешёл на смех. — А Тэ что? Он ведь разведется с кикиморой? — с каким-то нездоровым восторгом спросил друг, а потом профейспамил: — Конечно разведется, чё я туплю-то. Выкуси, жаба болотная. Кошёлка старая! — показывая факи воображаемой жене Кима, начал пританцовывать Мин, вскочив с дивана. — Не, ну я тогда маленький был, откуда я знал, что это ваза была антикварной, а эта овца бородавочная мне: — «Что можно ожидать от ребёнка, мать у которого из отбросов» — коверкая писклявый и противный голос Со Ён, пародировал друг. Чонгук уже вообще потерял суть разговора, Юнги тараторил, не давая даже и слово вставить, только он пытался что-то ответить, как парень дальше продолжал свой бурный монолог из вопросов, на которые, по-видимому, мысленно и не мысленно отвечал сам. Чон просто решил подождать, а друг тем временем продолжал. — А я ей в суп харкнул, чтоб ей вкусно было! Ну вот что ты молчишь? Говорииии! Прокляну, зараза, хуй не встанет! — возмущался и приходил в бешенство Мин, а тот лишь скрестил руки на груди и с недовольным видом смотрел в ответ. — А! Всё, молчу, говори, — озарение снизошло на каштанчика, но так же быстро ушло. — Один вопрос: кто актив, дядя Тэ или ты, — а потом снова професпамил, — Ну конечно, Тэхён, он же старше, или всё-таки ты? — поигрывая бровями, игриво взглянул он на друга. На что тот устало закатил глаза. — Всё, молчу. Говори! — Мы с Тэхёном не встречаемся, — слава Господу, Чонгук смог хоть что-то сказать. — Чимин меня ненавидит, потому что я гей и не из богатой семьи, — это единственные вопросы, которые он услышал в потоке сплошного бла-бла-бла. — Но у тебя богатый любовник! — заулыбался Мин. — Тэхён мне не любовник! — процедил Чон сквозь зубы. Вообще, все напоминания о мужчине вызывали бурю эмоций, начиная от тоски и заканчивая злостью. — Ну я так не играю, — обиженно выпятил нижнюю губу каштанчик.

♤♤♤

Тэхён, не выдержав затянувшегося игнорирования со стороны мальчишки, прилетел в Сеул на два дня раньше. Чонгуку он раз десять уже позвонил за последний час, но тот, как и ожидалось, не брал трубку. И Юнги звонил, но тот тоже проигнорировал его звонки. — Намджун, Чонгук сейчас на работе? — отчаявшись, Ким решил обзвонить всех. — Во-первых, привет. Во-вторых, нет, — недовольно пробухтел Джун. — Когда ты его видел в последний раз? — сердце начало бешено колотиться, страх окутывал, не давая нормально дышать. — Часа три назад, они с Юни уехали к Хосоку в клуб, — друг был явно чем-то недоволен, поэтому Тэхён решил поскорее попрощаться, но… — Тэхён, нам нужно встретиться. — Сегодня не могу, — Ким ехал за рулём автомобиля, нервную дрожь в руках не получалось унять. Все мысли были о парнишке и том, что скоро он наконец-то увидит его. — Позвони, когда сможешь, — послышался усталый вздох друга. — Пока… Мужчина откинул телефон на соседнее сидение. Сейчас самое главное — Чонгук. Встретиться с ним и узнать, что же на самом деле случилось. С пропажей мальчишки Тэхён даже забыл о своих метаниях насчёт своих чувств.

♤♤♤

— Может я уже пойду домой? — недовольно пробубнил Чон. В клуб пришли, как же, сидят в кабинете. Потому что Хосок не разрешил без него выходить в зал. — Вот послушаешь, как я читаю рэп, потом Хосок нас отвезёт домой, — нужно ли было спорить с Юнги? Как же, у этого неугомонного тысяча и одна причина, почему Чонгук должен остаться и послушать. Первая: потому что Мин хотел, чтобы друг послушал его и сказал своё мнение. Нахрена? Потому что все остальные только и умеют говорить: молодец, это хорошо. А ему нужна честная, желательно конструктивная критика обычного слушателя. — Ладно, — тяжко выдохнул Чон. Ему было некомфортно находиться в таком месте. Хоть это и обычный клуб, и контингент здесь совсем другой, но он не мог расслабиться. Странное чувство тревоги никак не хотело покидать. Дверь в кабинет распахнулась. А у Чонгука сердце с грохотом в пятки упало. Он испуганно вскочил с места и попятился назад, но, сделав буквально два шага, спиной ощутил шкаф. Дыхание участилось, он не моргая смотрел на вошедшего. Страх сковал всё тело. “Я не успел” — в диком ужасе пришло осознание собственного положения — Чон в ловушке.