(не)Время и (не)Место

Грязные, ободранные, бетонные стены с облупившейся краской; тусклый свет, еле пробивавшийся в дверной проём и скользящий по последнему пролёту немного скольких от старости ступенек; слабый запах сырости, плесени и пыли, прилипшей к полу от влаги; слабые хрипы, издаваемые замученным мужчиной, у которого уже нет сил кричать... Всё это прерывалось тихими шагами, отлетавшими эхом стуками полукаблучков обуви на плоском ходу. ⁃ Я вас слушаю.- спокойной женский голос разрезал, воцарившуюся на пару секунд, тишину. ⁃ Он оставил деньги в ящике из-под рыбы в контейнере 267-С. ⁃ А сам? ⁃ В InterContinental. Мужчина, весь в кровоподтёках, гематомах и ссадинах, полулёжа свисал, почти стекал, по стене. Цуёми грустно посмотрела на его запястья, стёртые почти до мяса от постоянного трения о наручники, из которых уже начинал стекать буквально зелёный гной. Её губы сжались в тонкую линию недовольства. ⁃ Вас отпустят, когда я смогу убедиться, что вы сказали мне правду.- также спокойно ответила она и развернулась к выходу. Но не успела девушка пройти и двух шагов, как за её спиной загремели полусжатые цепи, а тяжёлое тело снова ударилось о бетон, заставляя резко выпрямиться от неожиданности. ⁃ Малолетняя шлюха!- яростно выплюнул мужчина.- Что тебе ещё нужно? ⁃ Гарантии. Она не оглянулась, не споткнулась, даже не огрызнулась в ответ. Она ровно, от бедра, прошла вверх по лестнице, щурясь от света и убирая ладонями волосы с лица по пути. «Собачья работа.»- прошептала она, наваливаясь на лёгонькую тонкую дверь, такую же обшарпанную, как всё в этом ужасном подвале. Чуть поодаль её уже ждал Накахара, облокотившийся спиной на дверь машины, марку которой Втатнабе никак не могла запомнить, хотя Чуя пытался её научить. ⁃ Мы не дошли совсем чуть-чуть.- уже издалека, подходя к рыжему, сказала она.- Отправь кого-нибудь в те же секции порта к контейнеру 267-С. Этот сказал, что деньги там, а сам поганец шикует в InterContinental. -а подойдя прямо к парню и щурясь от солнца заключила-Поехали? ⁃ Садись. Чуя открыл ей дверь, помог сесть в машину и оставил наедине с мыслями на те пару секунд, пока он сам усаживался за руль. Она съёжилась, бегая глазами, когда хлопнула вторая дверь, а когда Накахара только положил руку на ключ, чтобы завести машину, схватила его за запястье с такой скоростью и силой, что сама испугалась. Повисла напряжённая тишина. «Прости, пожалуйста!»- с таким сожалением в голосе прошептала она, какое было не соизмеримо с её действием, кажется. ⁃ Цуёми,- аккуратно начал молодой человек, накрывая второй рукой её сжавшиеся вокруг мужского запястья пальчики.- я же как-то сюда доехал. Эта машина не взорвётся. ⁃ Я знаю... - пролепетала она, будто в бреду, глубоко дыша и бегая глазами по полу. - Знаю... Прости, - она тряхнула головой и попыталась успокоить бешено бьющееся сердце, - я просто не могу никак забыть, как подлетела твоя машина. ⁃ Меня же в ней не было. - резонно заметил Чуя. - Я спал и даже не думал об этом. Тебе не нужно бояться за меня, Цуёми. Но Цуёми боялась. Странное чувство незащищенности не покидало её со дня ухода Дазая. Все эти месяцы она чувствовала себя так, будто закрыла входную дверь не до конца, пропустив один оборот. Почва под ногами чувствовалась, но была такая мягкая, неустойчивая. Ноги слабо держали. Чуя пытался помочь. Он правда старался не сделать хуже, не ругал при ней Дазая, не упоминал его имя, не говорил о том, что случилось. Но случилось что-то явно большее, чем смерть Оды и уход Осаму. Цуёми не могла использовать способность. Некогда красивый и ужасающий дар, помогавший при выполнении заданий, будто бы перестал существовать. Впервые осознав это, Ватанабе не поверила своим глазам и застыла, уставившись взглядом полным ужаса на мужчину, бросившегося на неё во время их миссии с Чуей. Хорошо, что там вообще был Чуя. Когда она поняла, что средств самозащиты поубавилось, стало ещё страшнее. Теперь появилось чувство, что дверь не закрыта вообще. Чуе было больно. Он сам не до конца осознал, что произошло, но всё понимал. Он понимал, что произошло с Цуёми, что происходит с ним, это делало ему больно. Прошло столько месяцев, он возил Цуёми к Одасаку, ходил в тот самый бар, приводил в ужас своих и некоторых чужих подчинённых. Он был важным человеком в мафии, об этом некоторые и мечтать не могли, но каждый новый успех по вечерам отдавался тяжестью на сердце и дикой усталостью. Он устал быть рациональной частью их с Ватанабе дуэта. ⁃ Как найдём поганца, пусть отпустят этого. - Цуёми проигнорировала слова Чуи и кивнула головой на дверь, из которой вышла на ватных ногах пару минут назад. Машина поехала. - Я обещала. ⁃ Это не мне решать, Ёми, - пожал плечами рыжий, слабо следя за дорогой и отпустив руль одной рукой. Им ничего не угрожает, - Ты же знаешь, что мы лишь выполняем поручения. ⁃ Как собаки. - обиженно, будто ребёнок, буркнула Ватанабе и отвернулась к окну. Чуя вздохнул. Она слишком молода для этой работы, Цуёми лучше себя чувствовала под крылышком Коё, где ей и место, куда её и стоит вернуть, наверное. Пытки явно не её конёк, она слишком мягкая и нежная. Насколько это возможно в этом бизнесе. Накахара бросил короткий взгляд на руки напарницы. Ухоженные до невозможного. Руки девушки, никогда не выполнявшей тяжёлой работы и не бравшей в руки оружие, только если не вглядываться и не видеть на указательном пальце левой руки едва заметную вмятину, а на внутренней стороне ладошки мозоли. Стреляла она метко. Но тыльная сторона ладони выглядела такой нежной, такой мягкой, как невесомо ощущалось прикосновение этих ручек... Чуя резко отвёл глаза. ⁃ Думаю, мы вправе распорядиться информатором так, как посчитаем нужным, - вздохнул Накахара, притормозив на светофоре. - Только если он сказал правду. ⁃ Разумеется. - хищная улыбка растеклась по лицу Ватанабе. Ей обещали сделать так, как она захочет - ей это нравилось. Никто не сомневался, что человек, решивший, что обманул портовую мафию на миллиарды йен, будет шиковать. Все радуются, когда думают, что поймали судьбу за хвост. Но кто бы мог подумать, что тот, кому хватило ума обмануть мафию, не наскребёт его ещё, чтобы залечь на дно, и сразу поедет прогуливать всё. Вот и Цуёми не могла подумать, что такие бывают. И Накахара тоже. Святая детская наивность, ещё игравшая в их сердцах и умах. Чуя умел задавать вопросы, грубо и дерзко, пусть и эффективно. Цуёми же умела спрашивать, аккуратно и хитро, пусть и долго. Поэтому всё то время, которое Ватанабе чирикала с мужчиной на ресепшене, узнавая, в каком же номере несостоявшийся богатей, Накахара рассматривал первый этаж отеля, развалившись на диванчике неподалёку. Чуя любил просторные помещения, этот отель нравился ему тоже - исполнитель бывал здесь иногда, проводя ночи с... Проводя ночи. Довольная полуулыбка, вызванная воспоминаниями, сошла с его лица, когда Цуёми, шагая к лифту, махнула ему рукой, мол «чего расселся? Топай сюда». ⁃ Он в 517 номере, - убирая волосы в хвост, говорила девушка, но не поднимала глаза на Чую. - один, заказал пару минут назад шампанское и фрукты в номер, кого-то ждёт. ⁃ Кого-то? - хмыкнул рыжий, покосившись на Ватанабе. ⁃ Проституток он ждёт, Чуя, - закатила глаза шатенка, смахнув непослушные короткие пряди с лица. - Проституток. Накахара улыбнулся. Ему казалось забавным то, как она избегает говорить вслух всё, что связано с сексом. Уж она-то могла бы и не стесняться. А как ушки покраснели, когда сказала про проституток. Умилительно. Цуёми же до того привыкла говорить иносказательно о таких вещах, что называть их своими именами казалось ей верхом пошлости и безвкусицы. Остановившись у двери с красивым номером 517, девушка быстро взглянула на Чую и тут же изменилась в лице, опустив веки, натянув игривую полуулыбку и склонив голову вбок, постучала три раза костяшками пальцев правой руки и елейным голосом прощебетала: ⁃ Господин Сугуру, ваша доставка. За дверью послышались быстрые, тяжёлые шаги, секундная заминка на пороге, а затем щелчок дверной ручки. Мужчина оценивающе взглянул на Цуёми и открыл дверь шире, чтобы она смогла войти. Они поравнялись на пороге, когда девушка входит в номер, а мужчина сделал шаг в коридор, посмотреть, нет ли кого в коридоре. В это же мгновение, он почувствовал цепкую хватку на своей шее, вцепившиеся в кожу, ноготки и удар спиной о стену. У Ватанбе не было столько сил, чтобы держать взрослого здорового мужчину до прихода Чуи или же ударить его достаточно мощно. Но от неожиданности тот самый господин Сугуру потерялся и покорно повалился к стене. И если бы Чуя не пришёл вовремя, подпирать стенки через секунду начала бы уже Цуёми. Но Накахара ворвался в приоткрытую дверь, дав девушке возможность отойти на пару шагов. Придавленный гравитацией мужчина покорно молчал. ⁃ Выйди. - поправляя перчатки и не глядя на девушку, повелительным тоном сказал Чуя, не желавший задавать вопросы при ней. ⁃ Не выйду, - скрестив руки на груди, встала в позу Ватанабе. - работай при мне. Недовольно цокнув, Чуя решил, что спорить при посторонних будет неправильно.

***

⁃ Знаешь, Чуя, - глядя на ночной город, мелькавший за окном, грустно проговорила Цуёми, - я всё ещё не понимаю, зачем ты меня туда взял? ⁃ С тобой намного легче работать. - пожал плечами Чуя. ⁃ Почему? - девушка повернулась всем телом к напарнику, устало приложив голову к сиденью. - Я имею ввиду, что не делаю ничего важного. Хихикать и мило улыбаться я могу и с Коё. Даже защищаться... ⁃ А тебе нравится с Коё? - хмуро перебил её Накахара. Если бы девочка знала, каких препираний ему стоило забрать у наставницы её «цветочек», она бы сейчас не возмущалась. ⁃ Чуя, я о другом. - в голосе послышалось отчаяние. - Зачем это тебе? Сколько ни старайся, я не заменю Дазая. Даже близко. Накахара промолчал. Цуёми не была дурой, прекрасно знала, что сейчас права, ведь объективных причин работать с ней у Чуи не было. В Ватанабе не было жестокости, но была брезгливость; работа Чуи не требовала ежеминутного присутствия красивой девушки для отвлечения внимания; дар Цуёми даже близко не стоял рядом с даром Осаму ни по силе, ни по качеству. Зачем Чуе Ватанабе? Ёми чувствовала, что присутствует при работе друга только для красоты, но старалась быть полезной: ездила за него на допросы и переговоры, если была возможность не напрягать для этого самого рыжика; научилась стрелять, чтобы прикрывать его; старалась поддерживать и веселить, пока он подвозил её домой. Этого было, очевидно, мало, чтобы смело заявить, что Цуёми нужна там. Все это прекрасно понимали, но все молчали, даже Мори. Хотя ему было скорее смешно и весело наблюдать за этим цирком. Чуя остановил машину рядом с её домом, открыл напарнице дверь и проводил до подъезда. Наступила напряжённая тишина, созданная ещё разговором, который начала Ватанабе. Они сухо попрощались, Накахара медленно пошагал с машине, а Цуёми, скрывшись от его глаз, прошла к лифту и устало подняла взгляд в потолок. Дотащившись до квартиры и закрыв за собой дверь, она прислонилась спиной к ближайшей стене и закусила губу. Осознание бесполезности в работе ударило по ней с какой-то новой силой, заставив задуматься, по тому ли пути она идёт. Да, в мафии всё получалось отлично, пока она, по наущению Коё, с улыбкой и светским разговором развлекала партнёров Мори или выпытывала информацию у тех, на кого Огай указывал. Разумеется за милое личико и глупый смех с неё снимались любые подозрения, и изрядно выпившие мужчины развязывали свои языки в присутствии молодой и приветливой женщины. Цуёми поёжилась и сморщила нос, вспомнив что-то особенно неприятное, а затем быстро, почти истерично скинула обувь и верхнюю одежду и в два шага забежала в ванную. Какая-то мысль тяготила её. Что-то давило на сердце. Ватанабе тяжело опустилась в ванну, наполненную горячей водой. Такой горячей, что даже стало больно. Девушка поморщилась, но вылезать не стала, лишь откинула голову к стенке и безучастно посмотрела в противоположный угол между потолком и стеной. День выжал её полностью. Мысли метались в голове Цуёми, вытесняя одна другую, казалось, давя на череп изнутри. Девушка позволила им это. Утро было такое лёгкое, Чуя, какой же Чуя жуткий во время работы, она сама выглядит за работой скорее мерзко, Осаму, Ода, бедный Ода, чёртов Дазай, какие у него сильные руки, руки, фу, мерзкие мужланы, но надо работать, работать? а кем же она работает, проститутка и есть, какая гадость, что скажет будущий муж, будет ли вообще муж, а Чуя?.. Образ напарника вытеснил все остальные мысли, а затем постепенно погас. Всё. Голова пуста, мыслей нет. Цуёми скатилась под воду с головой на пару мгновений, а когда вынырнула провела мокрыми ладонями, по лицу и выдохнула. Стало легче. Девушка вышла из ванной явно более оптимистично настроенной, чем вошла в неё. Осмотрев холодильник на наличие еды и поняв, что хозяйка из неё ужасная, Цуёми заказала доставку и вышла на балкон. Свежий летний воздух приводил мысли в порядок, не было ветра, на улице стояла влажная, пахнущая морем, жара. Ватанабе довольно улыбнулась и сощурилась, как сытая кошка. Шум улицы, приглушённый высотой этажа, на котором жила наша героиня, стал настолько привычен, что почти не слышался. Сердце стало стучать ровно. Даже мыль о том, что способность, скорее всего, угасла в ней, уже не беспокоила. А может ли она угаснуть? Вроде бы, случаев не было, а значит, всё наладится. Только успев подумать об этом, Цуёми ощутила внутри себя уже забытую силу, ранее защищавшую её. Ватанабе прекрасно помнила эти ощущения, когда кровь закипает, а уверенность приходит сама собой и она может... может? Ощущение исчезло также внезапно, как и появилось. Снова пустота и беспомощность. Что это было? В дверь позвонили и Ёми побежала открывать и твёрдо решила, что сейчас же расскажет об этом Чуе. Вдруг он поможет.