Кто боится меня? (тебе стоит бояться меня)

Понедельник, 7 сентября Гарри был на седьмом небе от счастья. И одновременно в аду. До начала первого урока нового учебного года оставалось меньше часа, но он дошел только до имен, начинающихся на букву «Н», в генеалогическом справочнике Роула и отчаянно хотел закончить его — дошел даже до того, что встал сегодня утром невероятно рано, чтобы закончить генеалогическое древо семьи Нотт, которое заканчивалось на Теодоре II, маркизе Ноттингемском (род. 1926). Он чуть не опоздал на урок французского, что было бы ужансо, потому что ему действительно нравился этот урок, и если бы он не знал, что позже встретится с Роулом, он не представлял, как бы он пережил этот день. Всё было невероятно увлекательно — и он никогда в жизни не ожидал сказать такое о пыльной старой книге по истории. Но волшебные семьи были просто невероятны. Как бы он ни ненавидел предрассудки в отношении чистокровных волшебников и всю эту катастрофу с инбридингом, это привело к появлению поистине запутанных генеалогических деревьев, расшифровка которых доставляла ему огромное удовольствие. Для каждого человека в списке книга указывала имя, дату рождения и дату смерти, если таковая имелась, — но некоторым людям также добавлялись дополнительные титулы после имени. Это был не просто «Люциус Малфой (род. 1954)», а «Люциус Малфой, герцог Уилтширский (род. 1954)» — но и не только герцогские титулы. К этому моменту Гарри видел «графиня», «граф», «виконт», «маркиз», «лорд», «герцогиня», «маркиза», «виконтесса», «леди»… и так далее, и титулы продолжались, и он даже половины из них не понимал! Были титулы, о которых он слышал только в разговорах о королевской семье, и ещё больше таких, которые он видел лишь в сказках и книжках с картинками. Так откуда же столько волшебников и ведьм их носят? Разве маглы не узнают, если где-то ходит герцог Лондонский? Он всегда думал, что такие вещи должны быть достоянием общественности, не так ли? Или у волшебников есть свои собственные версии вычурных титулов? А как насчёт тех мужчин и женщин по телевизору, которые постоянно кричат друг на друга, когда обсуждается новый закон? Он слышал, как некоторые из них тоже называют друг друга «лордами» и «достопочтенными». Значит ли это, что у некоторых из них есть магия? Само собой разумеется, у него было множество вопросов к Роулу, и он отсчитывал секунды до конца каждого урока, просто ожидая момента, когда сможет засыпать его ими. — Я знал, что найду тебя здесь. Гарри, услышав его приближение, не вздрогнул, но всё же вскочил на ноги, услышав голос блондина, впервые за долгое время почувствовав что-то вроде чистой радости. — Роул! — Эванс! — передразнил он, хотя на его лице читалось скорее веселье, чем насмешка. — Первый день, а ты уже в библиотеке. Почему я не удивлен? — У меня к тебе так много вопросов! — Он поспешил, снова сел и нетерпеливо пододвинул стул рядом с собой, чтобы мальчик мог его занять: — Я еще не дочитал книгу по генеалогии; я только что дошел до О'Брайенов, но я закончил «Основы защиты от темных искусств» и «Преображение сквозь века», а также книгу Скамандера, но… но генеалогические древа! Генеалогические древа, Роул! Все так взаимосвязаны друг с другом, и в этой книге никак не может быть перечислен каждый член семьи, потому что все бы сошли с ума десятилетия назад, если бы все были стопроцентными инбридами. Так что же случилось с теми, кого нет в списке? Книга удалила их из родословных? Их отвергли или… лишили наследства, как твою мать? Подожди, твоя мать вообще есть в твоем родословном древе? Наверное, мне следовало сначала это проверить. И имена! Эти… эти титулы! Что означают все эти титулы? Они ведь имеют значение, не так ли? Но если люди действительно герцоги и графы и… и В любом случае, почему маглы не знают? Маглы знают? Нет, они не могут знать из-за Статута о секретности. Но что же... — Дыши, Эванс! Гарри ахнул, откинулся на спинку кресла и смущенно улыбнулся старшему мальчику. Роул лишь усмехнулся, положив стопку книг на стол перед ними. — Что я тебе говорил? Ты настоящий, блядь, Равенкло. — Но ведь студенты факультета Равенкло учатся только ради самого процесса обучения, — возразил он, — я же изучаю эти вещи, чтобы потом их применить на практике! — В этом-то и дело, — согласился он. — Ты изучаешь только то, что тебе действительно полезно знать, а не всё, что попадётся под руку… Но какая польза от изучения дворянской системы? — Значит, существует система дворянства? Что-то вроде королевской семьи?! Роул вздохнул и, почти бросившись через стол, придвинул к себе книгу по генеалогии, чтобы полистать страницы, которые Гарри уже прочитал, пока… — Вот, — сказал он, указывая на левую страницу, — Раз уж тебя интересует Дамблдор, я могу использовать его в качестве примера. Гарри бегло просмотрел генеалогическое древо, которое, безусловно, было меньше многих других, и еще меньше его, из-за отсутствия будущих поколений, которые могли бы продолжить род. У Персиваля Дамблдора и Кендры Дамблдор, урожденной Фейервезер, ныне покойных, было трое детей: Альбус Дамблдор, виконт Уорик (род. 1881), Аберфорт Дамблдор (род. 1883) и Ариана Дамблдор (род. 1885, ум. 1899), трагически погибшая в молодом возрасте. Ни у одного из троих не было собственных детей, а это означало, что род, скорее всего, прервется на Аберфорте, если, конечно, он переживет своего старшего брата. — Помнишь ту статью из «Ежедневного пророка», которую ты читал, когда пропал Поттер? — спросил Роул. — Там было письмо от Дамблдора, и он подписал его, используя все свои титулы — несомненно, чтобы показать, насколько важным человеком он себя считает. Гарри вспомнил. Альбус Дамблдор. Виконт Уорик. Директор Хогвартской школы чародейства и волшебства. Орден Мерлина; Первый класс. Великий чародей. Главный колдун. Верховный маг; Международная конфедерация волшебников. К тому времени он уже понял, что Орден Мерлина — это награда, вручаемая ведьмам и волшебникам, добившимся «великих дел» согласно современной истории магии, и, конечно же, знал, что такое Хогвартс. Он всё ещё не был до конца уверен, кто такой «Главный колдун» или «Верховный маг», но догадался, что оба они как-то связаны с правительством. Что касается того, кто такой «Виконт Уорик», он по-прежнему понятия не имел. — Все остальные титулы, которые он перечислил, были либо достижениями его самого, либо должностями в министерстве, на которые он был избран. Титул виконта он унаследовал от отца, который унаследовал его от отца, который унаследовал его от отца и так далее. — Но… Но тогда почему у его брата тоже нет титула? Почему он тоже не виконт Уорик? — Потому что они наследовали только один титул, и он всегда переходит к старшему сыну, — объяснил Роул. — Некоторым семьям посчастливилось унаследовать несколько дворянских титулов, которые они могут распределить между своими детьми, но в большинстве случаев достается только один, и если ты не старший сын, то тебе не повезло»э. — Значит, Аберфорт Дамблдор просто… обычный? Блондин фыркнул. — В этой семье, блядь, почти ничего нормального нет, Эванс. Аберфорта не представляют как-то по-особенному, но технически его следует называть достопочтенным Аберфортом Дамблдором, поскольку он сын виконта — но только если ты пишешь ему, блядь, письмо. В остальном он такой же, как ты и я. В этом коротком предложении было слишком много всего, чтобы вдаваться в подробности, поэтому Гарри решил сначала сосредоточиться на своем самом главном вопросе. — Но кто же на самом деле такой виконт? — Они… наверное, лорды. Ну, типа, дворяне? Это один из пяти рангов в британской пэрской системе. — Пэрской? — Да, знаешь, как та магловская королевская семья, о которой ты упомянул. Не каждый может быть королевой, принцем или кем-то еще, но они все равно хотят, блин, выделиться и показать себя лучше нас, простых людей, поэтому… они получают пэрские титулы. Звания. Например, виконт. Гарри был сбит с толку как никогда. — Но если это только для магловской королевской семьи, то почему такие же есть и у некоторых волшебников? — Ну, это не только для королевской семьи — у многих британских политиков они тоже есть. Ты никогда раньше не видел по телевизору заседание магловского парламента? Палата лордов, Палата общин и вся эта гадость? Ты ведь это понимаешь, правда? Гарри неохотно и смущенно покачал головой, а Роул нахмурился и откинулся на спинку кресла. — Хорошо, ну… подумай вот о чём. Знаешь, как в сказках, детских книгах и тому подобном, всегда есть король или королева в каком-нибудь шикарном королевстве, и их всегда окружают лорды и леди, которые дают им советы и помогают принимать решения? Так вот, эти лорды и леди — это знать,… высший класс, как таковой. Они имеют большее влияние на управление королевством по сравнению со средним и низшим классами, или с обычным населением. — Но… Но в волшебном мире нет ни короля, ни королевы. — Нет, — согласился он, — но очень-очень давно, когда маглы, магические существа и создания ещё общались друг с другом, было несколько волшебников, которые помогали магловской королевской семье. Я не всё об этом знаю, и, честно говоря, мне наплевать, но если коротко, то давным-давно эти королевские семьи давали ведьмам и волшебникам дворянские титулы в знак благодарности, и эти титулы передавались из поколения в поколение на протяжении многих лет. — И существуют разные уровни ты сказал? — Рейтинги, да. Высший и самый влиятельный титул — герцог или герцогиня. Они имеют наибольшее влияние в Визенгамоте, но на данный момент действующий герцог только один, поскольку все остальные либо в тюрьме, либо мертвы. — Люциус Малфой, — понял Гарри, вспомнив строчку «герцог Уилтширский», которая встречалась в книге после его имени. — Именно. Ниже герцогов находятся маркизы, обладающие второй по величине властью династией. Их еще несколько — Лестрейндж, Нотт, Преветт и им подобные. Затем идут графы и графини, а потом виконты, такие как Дамблдор. И наконец, на самом нижнем ярусе политического пирога находятся бароны… как мой дядя. Гарри вздрогнул от неожиданности. — Что?! Роул одарил его насмешливой, хотя и несколько горькой, улыбкой. — Мой дядя, Торфинн Роул, нынешний лорд Болтон, унаследовал титул от моего деда… А поскольку он не женат и не имеет детей, этот титул по закону должен перейти ко мне, так как я не только старший наследник мужского пола, но и единственный, который есть у него и моей матери. Гарри пристально смотрел на него, разглядывая сгорбленные плечи и напряженную челюсть; его темные глаза уже не были такими теплыми, как прежде. Возможно, он и был новичком во всей этой истории с наследниками, дворянством, пэрством и титулами, но он все же был достаточно умен, чтобы сложить два и два. — Он ведь не знает о твоем существовании, правда? — Нет, если говорить прямо, — тихо ответил Роул. — Я полагаю, он знает, что у моей матери был ребенок, что именно поэтому ее выгнали, но… ну, моя мать потеряла с ним всякую связь, когда покинула волшебный мир; ее родители запретили возвращаться, так что он понятия не имеет, кто я. И я знаю, что баронство — ничто по сравнению с… чертовым герцогством или графством, но… но это все равно что-то! Это больше, чем то, что у меня есть сейчас, не так ли?! Путь в волшебный мир, врата в высшее общество, которые моя мать просто… просто выбросила! Этот титул мой по праву рождения, и все же ей просто… ей все равно. Ей никогда не было дела до того, что я чувствую, никогда не было дела до того, что я делаю. Вот как я оказался здесь, в Святом-Бруте… Я думал, что, ведя себя вызывающе, она, возможно,… Но она этого не сделала. Мой дядя понятия не имеет о моем существовании, и я абсолютно ничего не могу с этим поделать. Он внимательно наблюдал за старшим мальчиком, сердце сжималось от волнения, но он понимал, что любые объятия или похлопывания по плечу не будут приветствоваться — если Гарри вообще умеет правильно обнимать. Он понимал, каково это — быть занозой в жизни семьи, каково это — быть проигнорированным теми, кто должен о тебе заботиться, — и более того, он мог сочувствовать. — Мне очень жаль, — сказал он, ведь что еще оставалось сказать? — Это… Это действительно ужасно. Роул фыркнул. — Да, Эванс, это чертовски ужасно… Но эй, как только мне исполнится восемнадцать, я уеду отсюда. Я сдам экзамены A-levels, найду дядю, найду бабушку и дедушку, а потом… Послушай, я знаю, что мои бабушка и дедушка, по крайней мере, не… совсем… хорошие люди. Не со всем тем, во что они верят, и… и всей этой чертовой поддержкой, но… я надеюсь на своего дядю. Судя по тому, что говорила о нем моя мать, он… не такой экстремист, как их родители. Он все еще верит во многое из того, за что боролся Темный Лорд, но он не сторонник превосходства крови, так что… ну, я все еще чертов полукровка, не так ли? Мои бабушка и дедушка, вероятно, даже не будут со мной разговаривать из-за этого, но у меня нет с этим проблем, и… надеюсь, у Торфинна тоже. — Ты говорил, что дворянские титулы передаются старшим сыновьям, — осторожно начал Гарри, — или, если сыновей нет, то передаются следующему по старшинству наследнику мужского пола… Разве это не значит, что ты всё равно получишь титул барона? Даже если твой дядя… не примет тебя как такового? Ты сам сказал, ты не просто старший наследник, ты единственный. — Да, это так. К счастью. Пока я могу доказать, кто я, ничто не сможет помешать моим бабушке и дедушке, дяде или чертовой матери помешать мне стать следующим бароном Болтоном… При условии, конечно, что у Торфинна не будет своих детей. Тогда мне точно конец. Они на мгновение замолчали; Гарри сделал это, чтобы дать мальчику возможность прийти в себя и обдумать свой следующий вопрос. — Роул? Как так получилось, что так много семей получили титулы, если их давали только волшебникам, близким к магловской королевской семье? — Ну, я имел в виду, что знатных семей не так уж и много, если сравнивать их с незнатными — просто так получилось, что поскольку дворяне обладают наибольшим влиянием и властью в таких местах, как Визенгамот, они также являются самыми известными именами. Как волшебные знаменитости. Многие из них тоже богаты, но не все; мои бабушка и дедушка тоже. Они просто... Получают больше пособий, чем обычные люди, из-за своего титула — что, если честно, не очень-то справедливо, но… Такова жизнь, наверное» Он пожал плечами, бессмысленно отбивая пальцами ритм по старому деревянному столу. — Но, в любом случае, возвращаясь к твоему вопросу — не каждая дворянская семья в волшебной Британии изначально возникла в волшебной Британии. Многие из них прибыли из других стран на протяжении веков, особенно из Франции, и либо заслужили свои титулы здесь, либо привезли их с собой. И ты, вероятно, заметил, что герцогов очень, очень мало. Получение герцогского титула считалось высшей честью, и поэтому они имеют наибольшее влияние на законы Визенгамота… Знаешь, ходят слухи, что первыми герцогами и герцогинями были четыре основателя Хогвартса, но это в основном слухи, и их роды уже давно вымерли… Или, по крайней мере, все так думали, — добавил Роул. — Но учитывая, что Темный Лорд смог претендовать на герцогский титул Линкольна… — Кто-кто!? Мальчик рассмеялся, глядя на его выражение лица. — Ты никогда не задумывался, почему его называли Тёмным Лордом? Тот-Кого-Нельзя-Называть был последним оставшимся потомком Салазара Слизерина. Гарри не мог поверить своим ушам. — Серьёзно?! — Серьезно, — усмехнулся он. — И это вызвало настоящий переполох, поверь мне. Моя мать говорила, что Визенгамот несколько недель был в смятении из-за этого — видимо, все думали, что этот род вымер много веков назад, поэтому никто не знал, что делать теперь, когда он снова возродился. Конечно, тот факт, что он еще и лорд Певерелл…» — Господи, что? Роул раздраженно посмотрел на него из-за прерывания, но все же ответил. — Лорд Певерелл. Знаешь, из «Трех братьев»? Нет? Ладно, напомни мне как-нибудь одолжить тебе эту книгу. И «Природное благородство» тоже, раз уж я об этом подумал, — начал он. — В общем, если коротко, были три брата Певерелл, и Темный Лорд был единственным живым потомком среднего брата, поэтому он смог претендовать на герцогский титул, которым изначально владели двое из трех братьев — у старшего брата никогда не было детей. Но это и так неплохо помогло ему в Визенгамоте. — Подождите, двое из троих? — нахмурившись, спросил Гарри. — Почему не все трое, если он был их единственным прапраправнуком или кем-то вроде того? — Поскольку у третьего брата были свои живые потомки, — объяснил Роул, — это место уже было занято. Но всё же, три герцогства — это не шутка. С момента, как он покинул Хогвартс, и до своего поражения он был, безусловно, самым могущественным человеком в Британии! Даже Блэки не могли похвастаться таким уровнем влияния — а ведь у них, безусловно, самое важное место в Визенгамоте! Жаль, что Тёмный Лорд так и не пошёл по политическому пути. С герцогствами Певерелл и Слизерин он мог бы добиться чертовски многого, просто имея имя. — Вы знаете, кто занял третье герцогство в округе Певерелл? — От младшего брата? Хм… вроде, Поттеры, если подумать. Как ни парадоксально. Конечно, у них тоже был свой графский титул, что делало их влиятельными людьми. Гарри почувствовал, как участилось сердцебиение, и в глубине души подумал, слышит ли это и старший мальчик. — У Поттеров есть… что? Графский титул? — Графство, — поправил Роул, совершенно ничего не понимая, — Конечно, оно не так важно и влиятельно, как герцогство, но всё же занимает довольно высокое положение — во всяком случае, лучше, чем баронство. Насколько я помню, род Поттеров восходит непосредственно к младшему брату Певереллу, поэтому Тёмный Лорд не мог использовать все три титула. Хотя это не общеизвестный факт, и Джеймс Поттер не стал претендовать на него после смерти отца; хотя у него и так было не так уж много времени для этого. У Гарри кружилась голова. Его семья не только владела графским титулом, но, возможно, и герцогским?! Конечно, при условии, что у него не было других живых родственников. Он не был до конца уверен в правилах престолонаследия и всего такого, но, учитывая, что он ещё даже не был частью волшебного мира, он не удивился бы, если бы какой-нибудь очень дальний родственник в третьем поколении присвоил себе его титул, и, чёрт возьми, у него есть титул! Типа... король или что-то в этом роде! Значит ли это, что у него есть деньги? И дом?! И... и влияние, или власть, или... или что-то достаточно большое, достаточно важное, чтобы обеспечить ему место в волшебном мире?! — Но хватит об этом, — внезапно сказал Роул, закрывая книгу по генеалогии и отодвигая её от них. — Ты сказал, что дочитал книгу Джиггера по Защите от тёмных искусств. Что ты о ней думаешь? Это же учебник для третьего курса, знаешь ли. — Всё было нормально», — ответил Гарри, пожимая плечами, его мысли всё ещё были заняты другими вещами. — Но мне не понравилось, как там говорили о оборотнях. Их называли осквернёнными безмозглыми чудовищами! Там даже рассказывали, как на них охотиться! Как будто они не совершенно нормальные люди в остальные двадцать восемь дней месяца! — Ты имеешь в виду совершенно обычных людей с обостренными чувствами, улучшенным здоровьем, повышенной силой и скоростью? — Ну и что? Это просто делает их особенно умными бодибилдерами с хорошей иммунной системой! На них не следует охотиться из-за этого! По крайней мере, в «Темных силах» был более нейтральный подход, а «Фантастические звери» — единственная книга, которую я читал до сих пор, где, кажется, действительно понимают, что оборотни все еще люди! Блондин смотрел на него с любопытством, и это был не первый раз, когда Гарри видел такой взгляд в его сторону. — «Основы защиты» и «Тёмные силы» считаются… традиционными книгами как таковыми. Не мрачными; не регламентированными, но… они немного размывают эту грань. Вера в то, что оборотни — это бешеные звери,… довольно распространена в определённых кругах. — Ну тогда этим кругам должно быть стыдно! — рявкнул он, а затем тут же поморщился, осознав, насколько похоже на тётушку Петунию он вдруг заговорил. — Все заслуживают жить, верно? И нельзя отрицать, что вне полнолуния оборотни безвредны! Конечно, они могут быть немного сильнее, чем обычная ведьма или волшебник, но это ведь не так уж и опасно, правда? — Зависит от оборотня, — дипломатично ответил Роул. — А как ты относишься к вампирам? — Как я уже говорил, каждый заслуживает того, чтобы жить. — Даже ценой невинных жизней? — Если они не действовали в целях самообороны, убийца остаётся убийцей, независимо от того, к какому виду или типу существа он принадлежит! — горячо воскликнул он. — Но, учитывая, как в учебниках описываются оборотни и вампиры, и как, по-твоему, к ним относятся, меня бы не удивило, если бы они из- за этого проявляли агрессию! Если бы Министерство действительно выполняло свою работу и перестало ошибочно классифицировать их как зверей, а не как существ, то невинные жизни не подвергались бы опасности! — Значит, ты позволишь вампирам умереть от голода? — Нет! Но я бы открыл банки крови. Роул нахмурился, внезапно ошарашенный. — Крови что? — Банки крови. Знаешь, как Красный Крест и Национальная служба здравоохранения организуют акции по сбору крови каждые несколько месяцев? Чтобы ты мог сдать кровь нуждающимся? Или… подожди. Разве в волшебном мире такого не существует? — Я впервые об этом слышу. Ты отдаёшь этим людям свою кровь? Бесплатно? Серьёзно?! — Да, — подтвердил Гарри, теперь уже спокойнее. — У маглов кровотечение останавливается не так быстро и эффективно, как у волшебников, поэтому единственный способ восполнить потерянную кровь — это взять её у кого-нибудь другого. Конечно, добровольно. — А если бы ты возглавлял Министерство, ты бы… что? Попросили бы волшебников бесплатно сдавать кровь для вампиров?! — Да, — он снова пожал плечами. — Ну, я имею в виду, это не будет бесплатно; я им заплачу. Но таким образом вампиры смогут покупать пакеты с кровью так же, как сейчас покупают леденцы с кровью, и это позволит людям, у которых нет работы или которым нужны дополнительные деньги, зарабатывать их, не совершая ничего противозаконного. А если у вампиров будет регулярный доступ к крови, им не нужно будет ни на кого нападать, что сделает их более терпимыми и для всех остальных. Все выиграют. Роул снова смотрел на него. — Знаешь что, парень? Ты, безусловно, самый странный, блядь, человек, которого я когда-либо встречал… Но у тебя есть несколько хороших идей, я это признаю. Теперь ему оставалось лишь найти способ проникнуть в мир волшебников, и, возможно, он сможет начать воплощать некоторые из этих идей в жизнь... — Хорошо, значит, тебе не понравилось раздел о тёмных существах в книге «Основы защиты от тёмных искусств», но что ты думаешь о заклинаниях? Гарри тут же оживился. — Они потрясающие! Наконец-то я освоил заклинания создания огня и льда, а также «Экспеллиармус», хотя тренироваться им я мог только с палочкой, которую тайком принес со двора, так что не знаю, насколько хорошо он сработает против настоящей волшебной палочки, и заклинание забвения тоже, но, очевидно, я не мог использовать его против кого-либо, хотя цвет заклинания был правильным, и, думаю, движения моих рук тоже довольно хороши! Я также выучил заклинания замораживания, уменьшения, переполнения и замедления, хотя я не совсем понимаю, когда мне это понадобится, но в любом случае… — Но в любом случае, ты собираешься в этом году устроить Грегу и его компании настоящий ад, не так ли? — перебил Роул, многозначительно посмотрев на него. —... Может быть. — Эванс- — Только если они первыми нападут на меня! — поспешил он сказать. — Я никогда не причиню вреда невинному человеку, ты же знаешь! Но они ненавидят меня просто за то, что я существую, и мне надоело врать учителям и притворяться, что я упал каждый раз, когда появляюсь с разбитой губой или синяком под глазом! Если они не причинят вреда мне, то и я не причиню вреда им! — Они маглы, Эванс. Они слабаки! — Они — задиры! — Они... ну да, они хулиганы, — признал блондин, проведя бледной рукой по волосам. — Просто... не попадайся, ладно? — А когда я вообще попадался? Роул закатил глаза и добродушно толкнул его в плечо, после чего наконец направил стопку принесенных им книг в сторону Гарри, и мальчик, не теряя времени, бросился к ним. — Книга «Важные современные магические открытия» похожа на «Современную историю магии», — объяснил он, — но она фокусируется на действительно полезных изобретениях, а не на всякой ерунде. В «Книга зелий» Зигмунта Баджа есть несколько более сложных рецептов зелий. Я знаю, что ты сейчас не можешь их приготовить, но тебе, кажется, понравилось узнавать об ингредиентах, использованных в последней книге, которую я тебе одолжил, поэтому я решил, что дам тебе еще одну. И наконец, «Проклятия и контрпроклятия» пока для тебя слишком сложны, но, учитывая, как легко ты меня сглазил перед летом… у меня такое чувство, что Темные искусства не доставят тебе особых проблем. — Это… плохо? — осторожно спросил Гарри. — Что я хорошо владею Темными искусствами? — Не для меня, — тут же ответил он, — и для многих других волшебных семьях тоже, но… ну… я знаю, ты читал об этом — о том, как в Британии относятся к Темным искусствам и как существуют определенные… предрассудки, связанные с определенными заклинаниями, так что… я не знаю. Просто… Изучай все, что захочешь, Эванс, но, как я уже сказал, не попадайся. — И, как я уже говорил, когда я вообще попадался? Он усмехнулся, покачал головой и снова сел на свое место. — Однажды ты покоришь волшебный мир. Я только надеюсь, что буду там, чтобы это увидеть… В следующий понедельник я принесу тебе экземпляр «Сказок Бадля-бирда»; там есть та история про братьев Певерелл, о которой я тебе рассказывал. И еще пару историй про дворянские титулы, раз уж я точно не всё объяснил и не могу объяснить. И, может быть… — Он искоса посмотрел на Гарри. — Насколько ты увлечен изучением всего этого дворянского дела? — Очень. —...Хорошо. Тогда я принесу тебе еще несколько книг по этикету. — Книги по этикету?! — Как правильно обращаться к герцогу, кого приветствовать первым в комнате, полной дворян, какой вилкой пользоваться на обеде у графа… и тому подобное. Моя мать пыталась вбить это мне в голову, когда я был ребенком, хотя Мерлин, черт возьми, знает, зачем, но она быстро сдалась, как только я усвоил основы. Но книги у меня где-то еще есть, а эти? Эти можешь, оставить себе. — Роул смотрел ему прямо в душу, его взгляд был твердым, настойчивым и слегка преследуемым тревогой. — Слышишь меня, Эванс? Я никогда больше не хочу их видеть! —...Хорошо. Спасибо. — Нет, малыш. Тебе спасибо. —...Так, — медленно произнес он, гадая, во что же он, собственно, ввязался, — Итак, у тебя есть еще какие-нибудь книги по трансфигурации? — Книги по трансфигурации? Не говори мне, что тебе это действительно удалось… Быстро оглядевшись, чтобы убедиться, что они одни, Гарри протянул руку и слегка сместил ее влево над одним из карандашей на столе, после чего прошептал: — Флинтифорс! Вспыхнул короткий свет, а затем карандаш внезапно исчез, и на его месте появился маленький желто-красный спичечный коробок. — ...Что за хрень. Роул смотрел на коробку с выражением, похожим на ужас. — Что… за… хрень?! — Ты никогда раньше не видел спичек? — Конечно, я и раньше видел, Эванс, но что, блять, происходит?! — закричал он, и Гарри быстро дернул его за рукав. — Заткнись, идиот, пока тебя кто-нибудь не услышал! — Эванс. Эванс, серьёзно, что это?.. — Что тут такого? Я же тебе несколько заклинаний показал ещё в январе! Я колдую уже несколько месяцев! — Да! Именно! Колдуешь! Не… Не… Не превращать один предмет в другой! Этого нельзя сделать без волшебной палочки, Эванс! — Ну, по-твоему, обычные заклинания тоже неэффективны! — В какой-то степени, да! Только по-настоящему могущественные волшебники могут использовать заклинания и всё такое одними лишь руками, но трансфигурация… трансфигурация — это чертовски сложно! — Знаю», — посетовал он, надув губы, — Мне понадобился целый месяц, чтобы всё сделать правильно! —Целый ме-... Эванс. Эванс. Первокурсникам в Хогвартсе обычно требуется целый месяц, чтобы правильно обращаться со своими волшебными палочками! — ... Ой. — Да. Ой! Они оба уставились на спичечный коробок. — ...Ты можешь это вернуть в прежнее состояние? — Нет, пока нет. — Слава богу! Гарри фыркнул, поднял коробку и потряс её. — Хочешь посмотреть, как я превращу одну из этих спичек в иголку? Выражение лица Роула говорило само за себя. — Как ты вообще это сделал?! — Ну, ты перед отъездом дал мне «Преображение сквозь века», а я уже изучил всё, что мог, из Магической теории, так что мне не потребовалось много времени, чтобы запомнить Закон Гампа. После этого оставалось только… практиковаться. — Гарри вдруг нахмурился. — Я также пытался выучить заклинание «Авифор», но мои птицы на самом деле не похожи на птиц. Это натолкнуло меня на мысль о пяти основных исключениях из Закона Гампа, поскольку в нём говорится, что еду нельзя создать из ничего, но можно создать птиц из ничего, что заставляет меня задуматься: если можно создать птиц из ничего, можно ли их съесть… Хотя ответа у меня пока нет. — ...Ты ужасен. — Это очень лестно, что ты так считаешь. Роул недоверчиво покачал головой, но не смог скрыть улыбку на лице. — Итак, ты чертовски гениален в области Темных искусств и Защиты, ты до ужаса хорош в истории магии и магической теории, у тебя есть странно специфические навыки в трансфигурации и заклинаниях, и ты дохуя знаешь о гербологиии уходе за магическими существами… Есть ли что-нибудь, в чем ты не силен? — Астрономия, — тут же ответил он, и блондин бросил на него насмешливый взгляд. — Дай угадаю, потому что ты не можешь использовать эти знания в своих интересах? — Получилось с первого раза… А ещё потому, что это ужасно скучно. — Знаешь что, парень? Ты прав. Ты совсем не Равенкловец; ты настоящий Слизеринец. — Роул ухмыльнулся ему, затем внезапно наклонился, вытащил из сумки тетрадь и подвинул её через стол к нему. — Кстати, это моя домашняя работа по математике. Сделай её до среды.