Кто боится меня? (тебе стоит бояться меня)

Воскресенье, 1 сентября К концу августа Дамблдор так и не приблизился к обнаружению мальчика, и это его очень беспокоило. К первому сентября, когда Хогвартс-экспресс уже был в пути, и нужно было распределить десятки новых учеников, у него не осталось другого выбора. Он сидел один в своем кабинете, глядя на письмо, которое только что закончил писать для «Ежедневного пророка». Перо неподвижно лежало в его руке, пока он обдумывал выбранные слова. Он понимал важность контроля над информационным потоком, особенно когда речь шла о Мальчике, Который Выжил. Меньше всего ему нужен был общественный резонанс — слухи, выходящие из-под контроля и вызывающие ненужную панику. Сделав глубокий вдох, он запечатал письмо и вежливо спросил Фокса, не соизволит ли тот его доставить. То, что он написал, представляло собой… тонкий баланс между правдой и ложью, но, по его мнению, это было необходимо. По крайней мере, придуманная им история должна была дать ему больше времени, чтобы найти Гарри раньше, чем это сделают другие, более неприятные личности. Феникс с восторгом приземлился на его стол рядом, и Дамблдор осторожно прикрепил письмо к лапке величественной птицы. Фоукс тут же вылетел в окно, оставив директора размышлять над своим решением. Разумеется, перед принятием этого решения он посоветовался с главами домов, и они отреагировали… Вполне сносной. Реакция оказалась именно такой, как он и предсказывал: Минерва наиболее открыто выразила свое несогласие, а хмурый взгляд Северуса беззвучно кричал о его собственном недовольстве, пусть и лишь временным, решением. Если он не будет осторожен, вся эта катастрофическая ситуация с юным мистером Поттером может полностью оттолкнуть от него Мастера зелий. Он всегда с некоторым скептицизмом относился к решениям Дамблдора, но его негодование и недоверие, похоже, достигли своего пика. Тем не менее, это нужно было сделать. Будем надеяться, что никто не будет придавать слишком большого значения неизбежной статье в Пророке, и после первоначального возмущения общественности все продолжится как обычно — или, по крайней мере, как можно более нормально, с заметным отсутствием одного известного одиннадцатилетнего мальчика.

***

Сидя на помосте и наблюдая, как Минерва ведет новоиспеченных первокурсников с широко раскрытыми глазами в Большой зал, Дамблдор понимал, что грядущие дни будут непростыми. —Эббот, Анна! Из ряда детей, спотыкаясь, вышла девочка с розовым лицом и светлыми косичками, она надела шляпу, которая сползла ей прямо на глаза — Боже мой, какие они маленькие — и села. —ХАФФЛПАФФ! Он и другие профессора могли бы продолжать поиски Гарри незаметно, пока широкая публика ничего не подозревала. Со временем их внимание в идеале переключилось бы на другие дела, и отсутствие мальчика вскоре стало бы предметом случайных предположений, а не постоянного пристального внимания. —Финниган, Шеймус! Светловолосый мальчик просидел на стуле почти целую минуту, прежде чем шляпа объявила: —ГРИФФИНДОР! Но Дамблдор не был дураком. Волшебный мир, возможно, временно и принял представленную им версию событий, но он знал, что время на исходе, и правда рано или поздно выйдет наружу. —Перкс, Салли-Энн! —СЛИЗЕРИН! Девушка в очках побежала к своему новому месту. —Пот- Минерва остановилась, и в комнате воцарилась ощутимая пауза. Младшие ученики, конечно, понятия не имели, в чем задержка, но Дамблдор видел, как некоторые из старших учеников обменивались растерянными взглядами и шепотом задавали вопросы. Губы профессора Макгонагалл сжались в тонкую линию, и она на мгновение повернулась к нему лицом, бросив на него самый неодобрительный взгляд, который он когда-либо видел, прищурив глаза и нахмурившись. Рядом с ним Снейп фыркнул в свой тыквенный сок, пораженный наглостью этой женщины, несомненно, вспомнив, почему она была единственным сотрудником, которого он мог терпеть, после чего быстро скрыл свою реакцию достойным кашлем. Дамблдор тяжело вздохнул, когда следующим раздался крик: —Томас, Дин! И порядок был восстановлен. На данный момент директору оставалось лишь ждать и надеяться, что Фоукс благополучно передаст сообщение в «Ежедневный пророк», и что судьба Мальчика, Который Выжил, останется за ним, и он сможет решить её ради общего блага. Понедельник, 9 сентября Впервые в жизни Гарри Джеймс Поттер смог по-настоящему сказать, что он счастлив. Он был не так счастлив, как если бы, скажем, его воспитали в мире волшебников, как и следовало, или если бы он получил письмо из Хогвартса вовремя, чтобы принять место в настоящей магической школе, но… Что ж, это был лучший вариант из возможных. Был вечер понедельника, начиналась его вторая неделя в средней школе в Святого-Брута, и до сих пор ему все очень нравилось, но внеклассные занятия доставляли ему еще больше удовольствия. Как и обещал, на прошлой неделе Роул принес ему несколько новых книг; наиболее важными из них были «Современная история магии» и «Взлет и падение темных искусств», а также «Великие события волшебного мира двадцатого века», и с тех пор он их поглощал. Он также постоянно испытывал смущение — видя свое имя на страницах официальной, настоящей, действительно опубликованной и уважаемой исторической книги, — и удивление, как по этой же причине, так и потому, что Роул оказался прав. Он победил величайшего Тёмного Лорда всех времён… будучи младенцем! Гарри на мгновение задумался, существуют ли в волшебном мире другие стандарты того, что они считают великим. В любом случае, вот он, неделю спустя, делает домашнее задание по истории в библиотеке, ожидая, когда Роул принесет ему новую стопку книг. Раньше Гарри никогда не считал себя особенно прилежным учеником. Не потому, что не старался; просто в начальной школе Дурсли почти никогда не давали ему достаточно времени, чтобы закончить домашнее задание, прежде чем задавать список обязанностей, не говоря уже о дополнительном времени, которое он мог бы использовать для учёбы сверх необходимого минимума. Раньше у него никогда не было возможности по-настоящему увлечься учёбой, но теперь, когда такая возможность появилась, и поскольку здесь всё равно больше нечем было заняться, он обнаружил, что ему довольно нравится читать вперёд подержанные, исписанные граффити учебники, которые директор Хейворд дал ему в предыдущее воскресенье. Это лишь еще больше выделяло его из числа других мальчиков в школе — видимо, те, кого отправляли в своего рода центр содержания несовершеннолетних, не отличались особыми академическими способностями или амбициями, — но его это не беспокоило, поскольку это означало лишь то, что его более или менее оставляли в покое, ведь Гарри был одним из немногих учеников, которые вообще удосужились пользоваться библиотекой. И кроме того, его новые предметы были гораздо интереснее, чем те, что он изучал в начальной школе. Во вторник он даже начал ходить на уроки французского, что было невероятно увлекательно, и каждую ночь он часто засыпал с мечтами о том, как сбежит в Париж и начнет жизнь заново, если вся эта затея с «присоединением к волшебному миру» с самого начала не сработает. —Эй! Выглядишь бодро, Эванс! Гарри вздрогнул от неожиданности, а затем автоматически вздрогнул, когда что-то внезапно бросили на стол перед ним, закрыв его учебник по истории маглов, который, в свою очередь, закрывал его учебник по современной магической истории — прикрытие на случай, если кто-нибудь сумеет подкрасться к нему незаметно. Как это только что сделал Роул. —Не пугай меня так! — он свирепо посмотрел на старшего мальчика, хотя его сердцебиение замедлилось от отсутствия угрозы. —Я лишь сказал, что ты бодро выглядишь, — возразил он. — И кроме того, как ты рассчитываешь выжить в таком месте, если кто угодно может тебя застать врасплох? —Я вообще учился! —И что, ты думаешь, это их остановит? — Роул выдвинул стул рядом с собой и рухнул на него. — Запомни мои слова, Эванс. Как только пройдет шок, Грег и его банда начнут мстить. Твоей кровью. Гарри продолжал сверлить его взглядом, хотя и понимал, что блондин прав. Как бы он ни был увлечен последнюю неделю изучением истории волшебного мира и того, как связаны его родители, Темный Лорд — Волан-де-Морт, так его звали — и война, он не забыл и другую книгу, которую ему дал Роул, о том, как обмануть маглов, чтобы быстро сбежать. Однако он всё ещё не пробовал никаких заклинаний. Частично его беспокоило, что он будет делать, если они сработают. Но гораздо больше его беспокоило о том, что он будет делать, если они не сработают. —Ты не собираешься посмотреть свой подарок? Гарри растерянно моргнул, а затем вспомнил глухой стук страниц, упавших на учебники. Он взглянул вниз, чтобы посмотреть, что там, втайне надеясь найти книгу именно о Поттерах или хотя бы об известных волшебных семьях в целом, но обнаружил… —Фотографии движутся! Роул фыркнул. — Да. Они движутся. —Но... Но как? —Все волшебные фотографии так делают. Гарри уставился на него, а затем снова на… газету, как он предположил, судя по крупным витиеватым буквам вверху, гласившим «Ежедневный пророк». Значит, у ведьм и волшебников тоже есть свои газеты?! —Ей всего неделя, — продолжил Роул, и его голос звучал слишком небрежно, учитывая, что картинка была движущейся. — Но поскольку она вышла в прошлый понедельник, а я вернулся домой только в прошлую субботу, я удивлен, что она вообще сохранилась у моей матери. Сам я ее не читал — вообще не очень люблю читать, — но там есть статья, которая, думаю, тебе понравится. Гарри еще мгновение смотрел на движущиеся картинки, а затем медленно, с неохотой, повернулся к нему лицом. —Дело в том Поттере, — сказал блондин, откинувшись на спинку стула. — Видимо, он не явился в Хогвартс, как должен был, и директор отправил Пророку письмо, в котором всё объяснил… или, по крайней мере, пытался что-то объяснить. Он едва успел закончить говорить, как Гарри схватил газету, открыл её и… МАЛЬЧИК, КОТОРЫЙ ВЫЖИЛ... ИСЧЕЗ? Он замер, прежде чем заставить себя снова дышать, хотя его взгляд метнулся вниз, чтобы увидеть дату — понедельник, 2 сентября 1991 года — и автора — Риту Скитер — отчаянно пытаясь сдержать эмоции. Они знали, что он пропал. Они это знали. И они, очевидно, поверили этой чепухе про Мальчика, Который Выжил, потому что он попал на первые полосы газет! Так почему же, черт возьми, они его не искали?! Сердце Гарри бешено колотилось в груди, когда он пытался сосредоточить внимание на другой, гораздо меньшей по размеру статье, втиснутой внизу страницы. Последние новости о взломе Гринготтса Автор: Энди Смадли Он бы даже не обратил на это внимания, если бы не дата — ограбление этого «Гринготтса» произошло в его день рождения. Любопытство, пересилившее гнев, заставило его прочитать первый абзац. Продолжается расследование взлома банка Гринготтс 31 июля, который, как широко считается, был делом рук неизвестных темных колдунов или ведьм. Сегодня сотрудники Гринготтса настаивали на том, что ничего не было украдено. На самом деле, хранилище, которое было обыскано, было опустошено в тот же день. «Но мы не скажем вам, что там было, так что держитесь подальше, если хотите крепче спать», — заявил сегодня днем представитель Гринготтса. Значит, Гринготтс был волшебным банком, и довольно важным, раз это ограбление было таким серьезным делом. И снова этот термин — Темный волшебник. Не Темный Лорд, как описывал Роул Волан-де-Морта, а именно Темный волшебник. Но почему к Темным волшебникам относились так, будто они — большая редкость? Чем они отличались от других, не Темных волшебников? И что вообще делало их Темными? Он знал, что они практикуют Темные искусства, но разве это единственное отличие? Почувствовав себя немного спокойнее после непродолжительного отвлечения, он снова обратил внимание на газетную статью, в которой говорилось о… Ладно. О нем. МАЛЬЧИК, КОТОРЫЙ ВЫЖИЛ... ИСЧЕЗ? Автор: Рита Скитер В результате шокирующего поворота событий, потрясшего весь волшебный мир, Мальчик, Который Выжил, Гарри Джеймс Поттер, словно растворился в воздухе. В преддверии начала нового семестра в Хогвартсе, школе чародейства и волшебства, невольно задаешься вопросом: где же спаситель волшебного мира? Все мы знаем историю той роковой ночи на Хэллоуин почти десять лет назад — как Тот-Кого-Нельзя-Называть погиб от рук малыша, жертвами которого стали Джеймс и Лили Поттер. С тех пор поступление юного мистера Поттера в Хогвартс ожидалось с замиранием сердца, и многие верили, что он добьется больших успехов в священных стенах этой престижной школы. Однако, когда вчера утром Хогвартс-экспресс отчалил от платформы 9¾, Гарри Поттера нигде не было. Директор Хогвартса, Альбус Дамблдор, виконт Уорик, обратился в «Ежедневный пророк», чтобы прояснить ситуацию [см. прилагаемое письмо ниже], однако его реакция на эту непредвиденную трагедию, мягко говоря, загадочна. Уважаемый редактор! Надеюсь, это сообщение застанет вас в добром здравии. Сегодня я хочу поделиться с вами печальной историей об одном из наших, юном Гарри Поттере. К сожалению, в этом учебном году Гарри не сможет присоединиться к своим однокурсникам в Хогвартской школе чародейства и волшебства. С тяжелым сердцем я должен сообщить волшебному сообществу, что Гарри недавно оказался в ситуации, которая вынудила его временно отдалиться от мира магии. В последнее время у Гарри случаются непреднамеренные вспышки магии, которые, к сожалению, затрагивают его близких. Опасаясь, что он может непреднамеренно причинить вред своим родственникам-маглам или будущим одноклассникам, Гарри решил уйти из магической среды, пока не научится лучше контролировать свои способности. Это решение, несомненно, трудное для него, отражает его глубокую заботу о благополучии окружающих. Поскольку мы уважаем частную жизнь и безопасность наших студентов, крайне важно проявить уважение к Гарри и его семье в это непростое время. Я прошу вашего понимания и поддержки в том, чтобы не строить домыслы и не распространять необоснованные слухи по этому поводу. Будьте уверены, мы прилагаем все усилия, чтобы Гарри получил необходимую помощь и поддержку для преодоления этого сложного периода. Волшебный мир — это мир стойкости, и я верю, что со временем Гарри вернется к нам с вновь обретенной силой и контролем над своими магическими способностями. А пока давайте будем помнить о Гарри Поттере и его семье. Хогвартс с нетерпением будет ждать его распределения, когда придёт время. Искренне, Альбус Дамблдор Виконт Уорвик. Директор Хогвартской школы чародейства и волшебства. Орден Мерлина, первый класс. Великий чародей. Главный колдун. Верховный маг; Международная конфедерация волшебников. Может быть, Дамблдор что-то скрывает? За исчезновением Гарри Поттера скрывается нечто большее, чем кажется на первый взгляд? Могут ли здесь действовать более темные силы? Куда директор перевел мальчика? Вернется ли он когда-нибудь в мир волшебников? Или он считает себя слишком важным, чтобы быть среди нас, простых смертных? Пока мы ждем дальнейших событий, одно остается ясным: отсутствие Гарри Поттера оставляет пустоту, которую будет нелегко заполнить. Просто ли он скрылся или стал жертвой более зловещей участи, покажет только время. Но пока Мальчик, Который Выжил, не появится снова, нам всем останется лишь гадать: погас ли свет надежды, или он просто ждет своего часа, чтобы засиять вновь? Кипящая, жгучая ярость обжигала его изнутри, руки дрожали, когда он сжимал газету, а глаза горели негодованием, предательством и болью. Как они смеют намекать, что он решил отдалиться от Хогвартса? Как смеет эта Скитер подразумевать, что он держался подальше, потому что считал себя лучше них? Как смеет Альбус Дамблдор, виконт Уорвик, директор Хогвартской школы чародейства и всего прочего, лгать и говорить, что это было его решение не ходить в школу, его решение не принимать своё место, его решение покинуть Дурслей и отказаться от своего права по рождению? Знакомое покалывающее тепло разлилось по его крови, и он знал, что если оно сейчас не утихнет, то он сорвется — и в результате пострадают Пророк, его учебники и, вполне возможно, сам Роул. Ему нужно было еще одно отвлечение, но еще важнее было получить ответы. —Альбус Дамблдор, — выдавил он, голос его дрожал и был напряженным. — Кто он такой? К счастью, Роул, похоже, ничего не заметил и откинувшись на спинку стула, он закрыл глаза, так что, к счастью, он не мог видеть и затянувшийся нервный срыв Гарри. —Он тот, кто управляет Хогвартсом, как Хейворд управляет этим местом, — ответил он. — Он также был лидером оппозиции, когда Темный Лорд приходил к власти, и, кажется, сейчас он какая-то важная персона в Визенгамоте. Главный колдун или что-то в этом роде? Не знаю, и мне, блядь, все равно. Чего бы Гарри только не отдал, чтобы просто не обращать на это внимания. —Поэтому он и написал в газету, что я… то есть, что Мальчик, Который Выжил, не поступил в Хогвартсе? Потому что он директор или кто-то в этом роде? —Да, вероятно. —Но… Но тогда что это всё значит про семью Поттера? Откуда… Откуда Дамблдор может что-либо об этом знать? Чего он явно не понимал, учитывая, что директор считал Гарри и Дурслей лучшими друзьями и что им, в общем-то, было не всё равно, жив кто из них или мертв. —Ну, я не знаю всей истории, но я точно знаю, что в ночь, когда мальчик убил Тёмного Лорда, именно Дамблдор передал его новым опекунам. Поттеры занимали довольно высокое положение в его иерархии, поэтому он, вероятно, чувствовал свой долг или что-то в этом роде позаботиться о ребёнке. Гарри едва сдержал фырканье. Ни при каких обстоятельствах, ни с каким бы то ни было смыслом, ни с каким-либо толкованием, этот проклятый Альбус Дамблдор не мог утверждать, что «заботился» о нём. —Но разве он никому не сказал, куда его отправил? —Насколько мне известно, нет. — Роул открыл свои темные глаза и бросил на мальчика несколько раздраженный взгляд. — И что это за вопросы вообще? У тебя какая-то странная, чертовски странная одержимость этим парнем, Эванс. Я думал, что принеся тебе газету, ты наконец-то замолчишь! —Извини, — автоматически ответил он, быстро отворачиваясь. Меньше всего ему хотелось, чтобы блондин решил, что он не стоит тех хлопот, которые связаны с ношением лишних книг каждые выходные. Взглянув еще раз на экземпляр письма директора, он беззвучно прошептал про себя титулы, которыми был назначен этот человек. Альбус Дамблдор. Виконт Уорвик. Директор Хогвартса, школы чародейства и волшебства. Орден Мерлина, первый класс. Великий чародей. Главный колдун. Верховный маг, член Международной конфедерации волшебников. Гарри не понимал смысла всех этих слов — он даже половины из них не понимал, — но он понимал, что Дамблдор, вероятно, очень важная персона в волшебном мире. Достаточно важная, чтобы люди его слушали. Так почему же он всем рассказывал, что Гарри сбежал от Дурслей? Что сам Дамблдор нашел его, или, по крайней мере, оказывал «помощь» и «наставничество», в которых, как он считал, Гарри якобы нуждался? Почему бы не сказать людям, что он пропал, чтобы они могли его поискать? Найти? Зачем лгать? Он попытался перечитать статью ещё раз, но слова сливались в одно целое, его разум с трудом понимал смысл увиденного. Если сказать всем, что Гарри не пропал, что Дамблдор точно знает, где он, то никто его не будет искать. Но как можно было подумать, что он добровольно покинет Хогвартс? Его единственный шанс… найти место, где он должен быть?! Гарри понимал, что не может позволить эмоциям взять над ним верх, особенно сейчас. Отбросив все мысли и опасения по поводу случайной магии, Роул уже отчитал его за слишком большое количество вопросов, и если бы блондин понял, как сильно он расстроен, то, возможно, начал бы складывать пазл — а Гарри не мог допустить этого. Хорошо. Итак. Он должен был подойти к этому с умом. Логически — как тот дом с орлом, вороном или какой-то другой птицей, который он встречал в «Истории магии». Что он мог сделать? Ну, если волшебный мир думал, что он исчез, то ему нужно было доказать им обратное. Но как? —Ах, чёрт, малыш, хватит уже строить щенячьи мордашки! — внезапно воскликнул Роул, заставив его вздрогнуть. — Ты выглядишь так, будто я только что пнул твоего любимого плюшевого мишку! —Эй, я ничего не делаю! —Нет, черт возьми, ты это делаешь. — Передние ножки его стула с глухим стуком ударились о пол. — Слушай… я понимаю, ладно? Ну, я имею в виду, я не совсем понимаю, но понимаю, понимаешь? Гарри совершенно ничего не понимал. —Я просто… — Роул вздохнул и провел рукой по волнистым платиновым светлым волосам. — Прости. Мне не следовало так резко реагировать. Ты ничего этого не знаешь, и… меня это чертовски раздражает, потому что я отчасти понимаю, каково это, но по крайней мере, у меня еще есть мама, а ты вырос без знаний о магии, но… ну, это тоже не твоя вина. Его взгляд скользнул вниз, к газете, которую всё ещё сжимал в руках младший мальчик. —Я действительно мало что знаю о том, что Дамблдор сделал с ребёнком Поттеров; как я уже сказал, эта тема не из любимых у моей матери, и у меня нет контактов ни с какими другими ведьмами или волшебниками, чтобы спросить их об этом… но могу сказать тебе, что даже со всеми этими чертовыми нелепыми слухами никто на самом деле не думал, что Дамблдор просто… отправит ребёнка к кучке чертовых маглов. — Он с отвращением покачал головой, но Гарри не был уверен, что именно его отвращает: действия Дамблдора или сами маглы. — В любом случае, суть в том, что Дамблдор сейчас сталкивается с огромной волной критики, когда всё это всплыло наружу. Ладно. Гарри не мог подавить эту удивительно мерзкую мысль, но, с другой стороны, он не был до конца уверен, хочет ли он этого, учитывая, что это был тот самый человек, который оставил его на пороге дома Дурслей и ни разу не навестил после этого. В то же время, однако… Он отчасти понимал доводы директора — он не хотел, чтобы тот вырос избалованным, считая себя гениальным и лучше всех остальных из-за того, что якобы сделал в младенчестве. Тогда он бы закончил как Дадли, только хуже, и Гарри поморщился при этой мысли. Честно говоря, он не был уверен, стоило ли расти в волшебной семье того, чтобы все знали его имя и его круглосуточно преследовали репортеры. По крайней мере, теперь он мог бы самостоятельно изучать магию без всего этого лишнего стресса. Конечно, в конце концов он хотел попасть в мир магии — в этом не было никаких сомнений, — но не из-за славы, богатства или чего-то подобного, а потому что магия была чертовски крута, и он никогда больше не хотел жить без неё. Но теперь, когда он знал, насколько знаменит, ему придётся скорректировать свой план. Не сильно, по крайней мере, сейчас, но ему нужно будет освоить достаточно магии, прежде чем войти в мир волшебников, чтобы хотя бы защитить себя. В конце концов, Гарри не мог представить, что его возвращение останется незамеченным надолго, особенно если все были так одержимы образом Мальчика, Который Выжил, ещё до того, как он с ними познакомился. Он? На первых полосах газет? Серьёзно?! —На мой взгляд, ему давно пора получить плохую огласку, — продолжал говорить Роул. — Он слишком долго сидит на своем высоком коне. —Дамблдор? —Да, Дамблдор! А кто же ещё, чёрт возьми? — фыркнул он, снова откинувшись на спинку стула. — Честно говоря, у этого надоедливого старика и так слишком много власти, и можешь быть уверен, что эта история с исчезнувшим Мальчиком, Который Выжил, тоже что-то скрывает! Держу пари, старик так же паникует, как и весь волшебный мир, и понятия не имеет, куда делся Поттер. Гарри задумчиво перевел взгляд на газету. Он подумывал о том, чтобы как-нибудь связаться с Дамблдором, но если слова Роула правдивы, то… Именно Альбус Дамблдор оставил его с Дурслями в первый же день, так что, если бы Гарри связался с ним, кто знает, не отправил бы он его обратно к ним? Он не мог вернуться в Суррей — ни сейчас, ни когда-либо! Помимо общей неприятности, связанной с Дурслями, если бы его заставили вернуться к ним, он потерял бы всякий контакт с Роулом, а вместе с ним и с волшебным миром и магией. Гарри еще многого не знал, но одно он знал наверняка. Он ни за что не откажется от магии. Суббота, 21 сентября Приняв решение, Гарри приступил к планированию. Он понимал, что должен взять дело в свои руки — письмо Дамблдора в «Ежедневный пророк» рисовало картину его добровольного отчуждения от волшебного мира, а также ясно давало понять, что сам директор школы с этим согласен. Поэтому никто не приходил его искать, и пока Гарри не узнавал больше о Дамблдоре, войне, Темной магии и обо всем остальном, он не мог рисковать и связываться с ним. Он еще не мог доверять Дамблдору. Не после того, что тот с ним сделал. Оставить его с Дурслями, с незнанием о его истинном происхождении, было предательством, которое Гарри нелегко простит. Но ему больше не с кем было связаться, даже если бы у него был способ это сделать, которого, к сожалению, не было, ведь он никого больше не знал в волшебном мире, не так ли? Мать Роула даже не рассматривалась. Помимо нежелания рассказать ей, кто он на самом деле, и того факта, что она отдалилась от остального общества, Роул сказал, что она поддерживала Темного Лорда во время войны, а поскольку Гарри, по-видимому, убил его… Он просто не был до конца уверен, что она вообще захочет помочь. Нет. Сейчас связаться с кем-либо было невозможно, пока он сам не узнает всё, что сможет. Его жажда знаний горела ярче, чем когда-либо, подпитываемая не только любопытством, но и теперь ещё и несправедливостью всего происходящего. Гарри принял решение. Он продолжит учёбу, углубится в книги, предоставленные Роулом, и узнает всё, что сможет, о магии. Он проложит свой собственный путь, будет искать свои собственные ответы и вернёт себе своё место в мире волшебников на своих собственных условиях. Он уже делал успехи — за неделю он закончил «Историю магии» и «Простые заклинания, чтобы обмануть маглов», и уже прошёл половину «Современной истории магии». Он решил пока игнорировать Законодательный справочник Министерства — единственный раз, когда он его пролистал, это, мягко говоря, травмировало его, когда он увидел все эти длинные, вычурные слова, мелкий шрифт и официальные юридические термины. Вместо этого он закончит «Теорию магии», которая читалась медленно, но, к счастью, была понятной, а также книгу по заклинаниям для первокурсников, прежде чем снова возьмется за законодательство. К тому времени он надеялся узнать достаточно, чтобы начать применять заклинания, поэтому ему нужно было прочитать «Справочник по законодательству», чтобы убедиться, что Роул прав насчет того, что его магия не будет обнаружена. Блондин, казалось, был… доволен его интересом к Темным искусствам, хотя Гарри не совсем понимал, почему, но, по крайней мере, это означало, что в прошлый понедельник он был готов принести ему еще больше книг по этой теме, несмотря на немалую стопку, уже лежавшую на столе мальчика. Теперь, помимо «Взлета и падения темных искусств», у него были еще «Темные силы: руководство по самозащите» Квентина Тримбла и «Темные искусства: юридическое руководство» — обе книги сейчас были полностью погружены в чтение мальчика. Первый учебник был особенно увлекательным, он рассказывал ему о ведьмах, вампирах, оборотнях и даже зомби, не говоря уже о множестве заклинаний и проклятий, которые ему нетерпелось попробовать. Второй же, напротив, представлял собой еще один архаично звучащий текст Министерства магии, от которого Гарри скривил нос от недоумения, но, по крайней мере, он ответил на некоторые его вопросы о Темной магии. Хотя многие так называемые Тёмные заклинания вызывали неодобрение у значительной части общества, на самом деле они не были незаконными, за исключением трёх Непростительных. Гарри фыркнул, прочитав это — волшебный мир, похоже, не слишком старался придавать словам определённую форму. Смертельное заклинание, о котором однажды упомянул Роул, было одним из трёх: Авада Кедавра. Он отчаянно пытался заглушить эхо криков и вспышку зеленого света. Два других заклинания, Империус (Imperio) и Круциатус (Crucio), использовались для контроля и пыток людей, поэтому Гарри понимал, почему они были запрещены. Однако остальные темные заклинания были разрешены, и хотя Британия, казалось, относилась к ним с неприязнью, другие страны были гораздо более терпимы: в другой волшебной школе, Дурмстранге, даже обучали учеников безопасному применению Темной Магии, а также защите от нее. Разве это не ужасно?! Неужели есть ещё одна школа волшебства?! На самом деле, их много, ведь Гарри, помимо Хогвартса, наткнулся как минимум на пять мест, где преподавали магию, и он на мгновение задумался, почему не получил писем ни из одного из них. Роул вскоре объяснил, что это зависит от страны происхождения, поэтому, поскольку он британец, с ним могли связаться только из Хогвартса. Если он хотел поступить в другие школы, ему нужно было подать заявку, но в любом случае, это было неважно, поскольку учебный год уже начался, и его предполагаемые опекуны всё равно не стали бы подписывать необходимые документы. В любом случае, использование Непростительных заклинаний означало бы пожизненное заключение в Азкабане, который, по-видимому, был магической тюрьмой, охраняемой огромными, громоздкими, жуткими, призрачными существами, называемыми дементорами. В его книге о Тёмных Силах их называли «самыми мерзкими созданиями на земле», поскольку они питались человеческим счастьем и могли даже высасывать душу человека. Гарри был безмерно благодарен, что не узнал об этих существах раньше; ему предстояло мучиться кошмарами целый месяц! К счастью, Роул также согласился продолжать приносить ему «Ежедневный пророк» каждый понедельник. Его мать обычно сдавала газету на переработку или сжигала ее после каждого чтения, но не всегда. Роул не хотел, чтобы мать что-то подозревала или задавала вопросы, поскольку формально ему не разрешалось ничего давать Гарри, поэтому он обычно был рад получить даже один экземпляр в неделю. Надо признать, кое-что прошло мимо его внимания — то ли потому, что он был слишком молод, чтобы понять статью, то ли потому, что он ещё недостаточно знал о магии или мире волшебников, то ли просто потому, что некоторые вещи показались ему слишком скучными для чтения, — но многое он понял и был благодарен за возможность получить представление о текущих делах волшебников. Некоторые статьи даже заставили его рассмеяться вслух: Корги королевы превратилась в хомяка. Самому старому волшебнику 255 лет; ожидается 10 миллионов гостей на вечеринке. Несчастный случай: летающий аппарат с метлой был сбит вертолетом маглов. Помимо редких статей с выражением собственного мнения, больше не было никаких сообщений о его исчезновении, что одновременно раздражало и успокаивало. Это позволяло ему больше сосредоточиться на учебниках, за что он был невероятно благодарен, учитывая, что ему нужно было делать не только школьные задания для школы Святого Брута, но и домашнее задание по математике для девятого класса Роула. К счастью, учителя были довольны его оценками, и строгий библиотекарь даже начал улыбаться ему, поскольку он проводил там почти все свободное время, занимаясь чем-нибудь и не создавая никаких проблем. Но, помимо еженедельной смены обязанностей по школе, в которых должны были участвовать все мальчики, у Гарри больше не было никаких дел. Он никогда раньше не осознавал, сколько времени отнимают готовка, уборка и работа в саду у Дурслей — если бы ему не нужно было изучать магию, он был уверен, что сошел бы с ума от скуки еще несколько недель назад! Однако ему нужно было изучать магию, а также прочитать стопку из восьми учебников, помимо всех обычных заданий и некоторых работ Роула, так что можно с уверенностью сказать, что сейчас Гарри был невероятно занят и немного напряжен — и ему нравилась каждая секунда этого. Впервые с момента прибытия в Сент-Брут его будущее выглядело многообещающим.