Мари Митчелл.

      Следующая неделя для Мари Митчелл проходит, как один длинный день. Работа – дом – работа – дом – работа. Хотя,  Мари сказала бы: Бамблби – дом – Бамблби – дом... Словом, для Мари появилось новое вдохновение, которое удерживало ее на работе до последнего часа, до последней минуты.       Конечно, девушка не забывала про свои задачи. Постепенно у нее накопились в папочке схемы и наброски оружия. Митчелл не совсем понимала, в чем смысл ее работы на самом деле. Да, она слабовато, но разбиралась во внутренностях пушек, могла подобрать удобную форму и подобное, но… Почему инопланетные роботы переживают о внешнем виде настолько же сильно, как она сама? Впрочем, не ее дело. Не она же платит за это, а это главное.       С такими мыслями Мари слушала беспрерывно орущий будильник на телефоне. Всю неделю она вставала раньше положенного времени, а засыпала позже. Бежала на работу так, словно ей обещали золотые горы. А не так, что ожидало ее там только недовольное цыканье на каждое ее появление. Сегодня же хотелось спать.       Неожиданно край кровати продавливается, а в следующую секунду Митчелл чувствует, как нечто твердое и тяжелое прижимает ее всем весом к постели. Шэдоу располагается поверх нее, цепляя когтем телефон и перенося его к лицу девушки. Телефон благополучно шлепается прямо на нос, от чего Мари ругается, но всё же выключает раздражающий звук.       – Шэдоу, любимая… Слезай. Ты меня раздавишь.       Кошка, обычно вполне понимающая хозяйку, теперь даже не двигается. Она укладывает морду на грудь девушке и закрывает глаза, скрывая алую оптику под металлическими веками.       – Шэдоу! Шэдоу, я не хочу опоздать на отчет!       Шэдоу не шевелится. В ее памяти четко сохранены каждый из рисунков желтого автобота. Робот и не думает слезать с девушки. Она постепенно нагревается, грея одеяло и человека под собой. Искра снова мерцает.       – Шэдоу, не дури!       Мари, наконец, злиться и всеми силами старается столкнуть зверя с себя. У нее удается это далеко не с первого раза и она теряет драгоценные 10 минут времени.       Проклиная всё и вся по пути, Митчелл бегает по дому, собираясь. Только на мгновение, перед самым выходом, она останавливается, чтобы посмотреть в зеркало.       Мари была невысокой девушкой, с округлым лицом, фигурой прямоугольник и короткой рваной стрижкой. Сейчас она стоит в балетках, темно-зеленых брюках и такой же жилетке. Под ней рубашка с объемными рукавами и лентой на шее. Ее ждут закатывание глаз и первый штраф за неподобающий внешний вид.       Мари всю свою жизнь гонится за тем, чтобы выделяться. Выделяться умом, внешностью, манерой речи, интересами, работой, знакомыми. Словом, ее смысл существования – это вечный поиск себя, вечный поиск того, как быть другой, не похожей на остальных. Митчелл сама не знает в какой момент ей стало это так важно. Она помнит, как еще в начальной школе горячо спорила с преподавателями насчет внешнего вида. Как ругалась с задиристыми девчонками. Им то родители не позволяли приходить на учебу в цветных колготах, кофточках с пайетками и больших розовых бантах. Родителям Мари было плевать. Они покупали всё, на что она тыкала пальцем в магазинах. Записывали на все занятия, которые она приносила, даже не проверяя что это и где. Отпускали на улицу одну, не следили как и с кем она гуляет и проводит время.       Привело это к тому, что в свои годы Мари отчаянно пыталась завести знакомства с серьезными людьми, но эти люди не воспринимали ее никем ответственнее подростка – переростка.       Может быть, так это и было. Может быть она была безответственной девчонкой, которая безумно хотела бы, чтобы о ней заботился кто-нибудь. Митчелл проводила часы за тем, чтобы понять, что же с ней не так.       Подпитать ее ощущение не такой, как все, удалось ее неожиданному питомцу. Зверь, который расположился на своей лежанке и упорно восстанавливал силы, четыре месяца назад продырявил девушке входную дверь своими мощными когтями, разорвав металл, ввалился в прихожую и, обессилив окончательно, подпалил ковер для обуви. Мари в тот раз спокойно принимала душ, пока не почувствовала странный запах. В одном полотенце она выбралась в коридор, озираясь в собственной квартире. На десептикона и ковер было вылито целое ведро воды. Так они и познакомились.       Перед самой входной дверью Митчелл снова останавливается, пытаясь найти ключи от квартиры в глубине сумки. Девушка рассеянно осматривается в прихожей, оглядывая ближайшие полки. Она уверена, что вчера оставила ключи именно в сумке. Но, черт знает, что голова помнит. Художница старается мыслить логически.       Проверяет ящики широко шкафа, который тянулся по всю стену. Смотрит полки. Даже наощупь проверяет замок в двери, мало ли, сошла с ума, да и мерещится всякое. Ключей не было нигде. Начиная злиться из-за испорченного утра, Мари разочарованно оставляет сумку на новом ковре и на носочках пробегает в спальню.       На прикроватной тумбочке было пусто. Рядом с кроватью лежали только некоторая одежда.       В ванной стояли баночки уходовых средств, масел для укладки, шампуней и прочей ерунды. Над раковиной на полочке лежала голубая зубная щетка, которую давно пора было менять, рядом остался тюбик зубной пасты. В ящике под раковиной лежали фен и плойка, перепутавшиеся проводами.       На кухне на столе остались только следы от кружки с кофе, в раковине по посуде медленно стекали капли мыльной от моющего средства воды. В лежанке, прикрыв веки, свернувшись и уткнув морду в ткань, лежала Шэдоу.       Мари останавливается около нее, когда замечает блеск своего брелка. Приходится присесть и присмотреться. Хитрая кошка держала под лапой связку ключей.       – Негодница, это что!?       Девушке приходится с усилием поднимать тяжелую металлическую лапу зверя и вытаскивать из складок лежанки ключи.       Перед выходом с кухни, Митчелл оборачивается на кошку, почуяв спиной взгляд. Десептикон смотрела на нее, не мигая и не шевелясь.       – Чего тебе? – Спрашивает художница, приподнимая бровь.       Мари на мгновение задумалась. Шэдоу никогда не мешала ей собираться, а тем более на работу. Наоборот, кошка не позволяла просыпать будильники, не давала долго задерживаться в ванной, мешала смотреть телевизор или в телефон. Словом, с появлением Шэдоу все опоздания девушки стали по причинам вроде пробки или аварии на дороге (почти одно и тоже), а не просто потому что вставать очень не хотелось. Сегодня же кошка вела себя странно.       – Что-то мне не нравится твое поведение. – Алые глаза продолжали глядеть прямо на нее. – Не переживай так, я скоро вернусь домой. Сегодня сокращенный рабочий день, ты забыла?       Кошка моргает и нехотя отворачивается. Девушка в недоумении стоит в проходе еще несколько секунд, перед тем как сорваться с места и броситься на работу. Когда за Митчелл закрывается дверь, десептикон поднимается со своего места и, с несвойственными ее тяжелому телу грацией и ловкостью, запрыгивает на подоконник, который жалобно скрипит под тяжестью, чтобы посмотреть в окно и увидеть, как хозяйка выходит из подъезда.

***

      На пункте КПП Мари Митчелл появляется за 7 минут до начала ее рабочего дня. И до момента, когда она должна оказаться в кабинете перед своим непосредственным руководством.       Охранник привычно шумно выдыхает при виде девушки и пропускает ее, не сверяясь со списками.       – Опаздываете, мисс Митчелл.       – Я знаю! «Спасибо!» – На ходу восклицает Митчелл, пробираясь через турникет, приложив свою карточку прохода в кожаном чехле к маленькому считывающему устройство с экранчиком.       – Вас уже ждут. Кабинет G15. И... Мисс Митчелл, поправьте волосы перед тем, как зайти.       – Спасибо! – Отвечает она несколько удивленно, скрываясь за дверью.       В коридоре в здании на нужном четвертом этаже, Митчелл достает зеркальце из сумки. Волосы и правда немного растрепались. Последние секунды девушка тратит на то, чтобы уложить непослушные пряди.       Ровно в 8:50 дверь кабинета G15 открывается и Мари Митчелл приглашают внутрь.

***

      Перед девушкой по правую руку запечатанная бутылка обычной негазированной воды. По левую руку расположился коллега, тот молодой офицер, который провожал ее в первый раз. А прямо перед ней лежит синяя папка с распечатанными схемами и флешкой внутри. В главе стола расположился и что-то говорил мужчина, лет пятидесяти, с сединой и широкими плечами.       – Мисс Митчелл. – К ней обращается начальник. – У вас уже есть наработки?       – Конечно, сейчас.       Девушка передает ему флешку и папку. Мужчина пролистывает изображения. Там в отдельном файле наработки, которые ей были выданы.       Первыми следуют сырые и техничные ее первые наработки, только карандашом, скорее чтобы просто разрисоваться, чем чтобы представлять их по- настоящему.       А потом ее собственные варианты.       Модернизированная под стандартного бойца пушка с гладкой поверхностью и без лишних деталей. Следом вариант простой трансформации, добавленный как для галочки, мол, смотрите, такое понимаю.       Другое оружие привлекает внимание мужчины больше. Оружие, которое, очевидно, создано конкретно под Бамблби. Плавные органичные округлые линии, желтый окрас. И схема, как можно было бы встроить это в манипулятор робота. Оружие сливается с телом, становится его продолжением.       А затем брови мужчины неосознанно ползут вверх. На последнем листе снова пушка. Но она подозрительно напоминает дизайн десептиконов. Элегантные, но острые линии, в точности повторяющие силуэт простого пулемета. Лишние, но красивые детали, визуально увеличивающие дуло и корпус. Красный с черным. Пушка словно создана не для боя, а для устрашения или, быть может, даже коллекции.       Мари потирает костяшки рук. На последний дизайн ее вдохновила Шэдоу. Кошка, по ее мнению художницы, была безумна красива. Металлическое тело повторяло каждую мышцу настоящего животного. И Митчелл показалось почти грехом, если она не попробует изобразить что-нибудь в честь своей кошки. Словом, почему бы и нет? Они ведь все одинаковые роботы.       И ее совершенно не смущала совершенно разная оптика тех инопланетян, что она видела на работе и той, что она видела дома. Просто считала, что это как цвет глаз у людей. У нее глаза карие. У парня слева зеленые. У их начальника серые, судя по тому, как они отражали цвет любой поверхности, на которую он смотрел.       – Мисс Митчелл. Позвольте поинтересоваться. – Произносит подполковник, возвращая папку и пряча флешку в столе. – Вы когда-нибудь встречались с десептиконами?       Девушка поднимает на него глаза полные такой рассеянности, словно они сейчас обсуждают ядерное оружие, а он шутит шутки. От такого взгляда мужчина даже немного удивляется и видно, будто он прокручивает фразу в голове еще раз мол, не спросил ли глупости.       – Нет конечно. Я ведь вряд ли была жива, если встретилась бы с кем-то из них? Мне хорошо известно, что десептиконы охотятся на людей в том числе.       – Хорошо. Все свободны. Возвращайтесь к работе. – Он отворачивается, давая понять, что разговор окончен и вопросов не располагает.       Каждый в кабинете кивает, поднимается из-за стола и спешит выйти. Мари не исключение. Одна из первых она юркает в коридор, а затем перебирается в ангар с автоботами. Пора работать, как и было приказано. Пора снова увидеть Бамблби, чтобы расстаться с ним на выходные.