Вино и лавочка

Кейти и Рэна сидят в столовой в особняке Маэбара. Весь обеденный стол завален кучей учебников, ребята готовятся к поступлению в университеты. Над головами обоих висит тёмное облачко из дум, если они напрягут свои мозги ещё чуть-чуть, то оттуда начнут вылетать молнии. Напротив Рэны лежит куча книг по математике. Кто бы мог подумать, что ей будет весело управляться с счетами дома Рюгу, и она решит выбрать для себя профессию бухгалтера. Это напоминает ей, что Мион часто жаловалась, как трудно найти хорошего человека с мозгами, который уладил бы дела Сонодзаки с налогами, выплатами, договорами и бизнесами, как легальными, так и нелегальными. Последний хороший и верный бухгалтер семьи Сонодзаки доживает своё, ему уже под 60 лет, а приемника у него до сих пор нет. Раньше Рэна предавалась мечтам: ах если бы, да кабы, её взяли в семью Мион. Однако сейчас наивные мысли чуть подзабылись, после того, как она рассказала про них Мион, а та стала серьёзной, нацепила маску главы рода и сказала: «Рюгу Рэна, тебе всегда будут рады в моей семье, но доверить зелёному новичку, который только выпустится из университета мы не можем. Сначала тебе придётся поработать у каждого нашего бизнеса отдельно, где-то дольше, где-то меньше. Где-то легально, а где-то зарплата будет выдаваться в конверте, и то, что тебе положат в конверт – это результат твоих расчётов. Возможно тебе придётся самой брать из казны себе зарплату и другим, а ты знаешь, как сильно это поставит тебя под удар, если люди будут думать, что их обсчитали? Если ты готова к этому, то я попрошу за тебя у отца, но поверь, первые лет пять, а то и все десять будет не до шуток, я не смогу защитить тебя, если ошибёшься слишком сильно. Я верю, что ты справишься, не зря же прошла подготовку клубом, однако, мне нужно, чтобы ты поняла – это не игрушки.» После этих слов, Рэна и Мион смотрели друг на друга в тишине, первая активно раздумывала: отступить или уже поздно? Спустя несколько минут она ответила подруге в тон, перед этим поклонившись: «Благодарю за оказанную честь, Сонодзаки Мион, я не подведу.» После этого девушки ещё с минуту напряжённо смотрели друг другу в глаза, а после рассмеялись и Мион подытожила: «Хехе, хорошо, Рюгу Рэээна~, я надеюсь на тебя.» Воспоминания об этом дне, который был в зимние каникулы, дали Рэне сил продолжать решать задачки для поступления. Уже конец июля, а значит скоро она и Кейти поедут подавать заявки, всё в её руках. Понятное дело поступить в Токио нелегко, однако и не с таким справлялись, если вспомнить 58-ой год Сёва… Рэна трясёт головой, слишком сильно предалась воспоминаниям, а задачка так и не решилась. Кейти тем временем корпел над учебниками по японскому языку, литературе и философии. Несмотря на то, что девочки часто говорили ему, что он за словом в карман не полезет, и будь он политиком, то видным, а не маленьким чиновником, однако, сам парень больше тяготел к литературе. Как он однажды сказал матери про одну из книг, которую взял у неё почитать: «Мамань, этот детектив плох! Его автор не умеет писать?» Мама спросила с чего он так решил, на что прослушала лекцию на десять минут о том, как правильно расставлять чеховские ружья, чтобы разгадка была не прописана в лоб. Потом ещё пятнадцать минут говорил, что раскрывать персонажей нельзя: «МАМА! Он в начале написал мистер Н был тихим и немногословным, но всё, что делал мистер Н – это ГОВОРИЛ И ГОВОРИЛ! А потом он постоянно спотыкался и создавал кучу шума! А что насчёт случая с госпожой А? Автор вообще про неё ЗА-БЫЛ!» В конец разозлившись сел за обеденный стол и начал рассказывать матери исправленную версию этого детектива, а она только могла, что поддакивать и удивляться таланту сына. Нет, она знала, что он словоохотлив, но… сейчас он прям разошёлся. Отец всё это время невольно подслушивал бурления Кейти и посоветовал тому написать свой рассказ. На следующий день в то же время, Кейти спустился с исписанной тетрадкой, и хоть, по мнению мамы, можно было разнообразить текст речевыми оборотами и подтянуть словарный запас, родители всё равно оценили талант Кейти. С тех пор он и задумался о том, чтобы поступить на филологический и писать рассказы. За время подготовки он успел поднатореть и теперь собственный рассказ, который дал ему толчок, воспринимался, как неумелое барахтанье щенка в воде. Правда смотря на гору учебников сейчас, он думает о том, что рукописи хорошо горят, а учебники… тем паче. Вспомнилась недавно прочитанная книжка «451 градус по Фаренгейту», она напомнила ему про Такано Миё, её Ямаину и Оникакуши. Сейчас он думал, что где только не пишется про устранение чего-либо неугодного или кого-либо неугодного. Что-то всегда мозолит глаза. – Мне мозолят глаза нескончаемые кучи учебников! – Кейти до сих пор не избавился от привычки начинать рассуждать в слух. – Согласна, хау… – устало поддакивает Рэна. – Не хочешь поесть? – Давай, маманя перед отъездом оставила кое-что в холодильнике. Радостный от того, что можно немного отвлечься и перекусить, Кейти открывает холодильник и достаёт кастрюльку с карри и миску с рисом. – Карри от мамы Кейти-куна, с курицей? – Верно, Рэна, как ты угадала? Виделись с маманей вчера в магазине? – Ха-ха-ха, – по-девичьи миленько рассмеялась Рэна, – а вот и не угадал! Твоя мама вчера мне звонила и спрашивала, чего бы хотела поесть Рэна, когда придёт готовиться к экзаменам. – В-вот вы! – Кейти был удивлён, но это показалось ему очень смешным. – Эх, в следующий раз позвоню твоему папе, попрошу приготовить мне рамена со свининкой, чтоб ещё дайкончик маринованный был, мм! – Х-х-хау! Кейти-кун нельзя! Нельзя! – завозмущалась Рэна, но добавила. – Папа не очень готовит… – Аха-хах-ха! Хорошо Рэна, тогда сама мне его приготовишь! Лады? Но передам я свою просьбу всё равно через твоего папаню, хы-хы-хы! – Зловредный Кейти!!! За время их небольшой перебранки, карри в кастрюльке начало пузыриться, а рис вот-вот был подогрет. Рэна потянула носом: – Аах… Скорее бы откушать! Тебе помочь? Помочь? – Не, ты ж моя гостья, сам управлюсь! Тут в дверь зазвонили, Кейти посмотрел на часы 19:57, кто это так припозднился? – Кейти, я открою! – А, спасибо Рэна! Кейти продолжил раскладывать карри по тарелкам. Идеальная пропорция, по мнению Кейти, состоит из 40% риса и 60% карри с кусочками курицы, картошечки и моркови. Никаких 67/33! Кейти больше всего нравилось, когда карри превращалось в суп, так можно было сильнее прочувствовать вкус подливы, а это самая важная часть! По крайней мере, так считает конкретно он, а вот что думает Рэна, лучше спросить её саму: – Эй, ну что там? Но в ответ только мрачная тишина. Кейти на мгновение перепугался, мало ли какие гады ходят под ночь по домам, а особняк Маэбара мог привлекать внимание. Ещё с десяток секунд Кейти стоял и вслушивался, но так и не услышал ни единого шороха. – Рэна? – голос дрогнул. – Ты тут? Вооружившись половником, Кейти поплёлся к входной двери. Она стояла нараспашку, однако никаких следов борьбы он не нашёл. Аккуратно, еле ступая, Кейти выглянул на улицу: темнота поглощала любой свет, вдалеке плясали тени, страшно и жутко! Вдруг сзади послышалось движение, тут его толкнули в спину, отчего половник полетел на траву, и захлопнули дверь. Но он успел увидеть промелькнувший зелёный цвет и заорал: – МИИИООООН! За дверью сперва тихо прыснули, но тут же не сдержавшись, рассмеялись две злостные девушки Рэна да… Шион? – Кееей-тян! – послышался голос Мион позади. – Она меня обогнала! Подбежавшая Мион еле дышала. Отдышка была такая, словно она от Окиномии до Хинамидзавы бежала на своих двоих. – Мион! Откуда ты? У вас же ещё неделя учёбы? – Щаа-а-а-х, – Мион пыталась отдышаться, её грудь вздымалась с такими усилиями, будто весила под тонну, – я-а-ах. – Понял, дыши-дыши. – Кейти подошёл к девушке, крепко обнял и прошептал. – Как же я по тебе скучал! После его слов Мион залилась краской, благо в темноте Кейти не должен был этого увидеть. Но тут же инстинктивно она приблизила своё лицо к его. Её горячее дыхание отдышки обдавало губы Кейти, от чего он облизнулся. И тоже покраснел. Они смотрели на губы друг друга, но никто не решался сделать первый шаг и, через мгновение, отступили друг от друга, неловко рассмеявшись. Дверь в особняк с грохотом открылась, оттуда появилось грозное лицо Шион: – И всё? Даже поцелуя не будет? – После этих слов Мион и Кейти густо, ужасно сильно, невероятно покраснели. – Шии-тян, – тянула не-наследницу Рэна, – закрой, пока они не ворвались. Кейти не успел сообразить, что именно сказала Рэна, так как… ЧТО СКАЗАЛА РЭНА? Спустя долгие секунды он понял, рванул к двери, и прямо перед его носом она захлопнулась. Кейти ещё несколько секунд стоял и смотрел на дверь, пока к нему не подошла Мион. Она указывала на пакет, которого раньше здесь не было. – Они оставили нам вино… – Извини, вино? – Да, знаю-знаю, нам ещё нет 20, но… – Мион пожала плечами, – мы не виделись с зимних каникул, так почему бы не развеяться, к тому же вы с Рэной, наверное, только и заняты подготовкой. Мы захватили две бутылки сладкого сливового вина, одну они оставили себе, а эта… – Мион достала бутылку из пакета, – нам. – Она порылась ещё в пакете. – Смотри, даже открывашку положили, какие заботливые у нас подруги. Кейти всё ещё стоял в оцепенении, что происходит? Это точно не было планом Мион изначально? Ведь да? – Знаешь, я не ожидала, что она так поступит, – начала говорить Мион, – Шион предложила мне на перегонки от нас до тебя, а ещё услужливо забрала пакет с бутылками. Я даже не знала, что она сильно быстрее меня, видно не зря в спортивную секцию записалась. – Девушка усмехнулась. Кейти оценивающе смотрел на подругу. Мион была в своей привычной жёлтой футболке и джинсах. Волосы в хвосте. На щеках до сих пор играл румянец. «Какая же она красивая» – пронеслось в его голове. – Давай присядем, – Кейти указал на скамеечку при входе и кивнул на дом, – они явно не собираются нас пускать. – Он криво улыбнулся, так и не поел. – Скажи, у тебя в пакете есть чего съестного? – Прости, – Мион потупила взгляд, – только вино. Рэна сказала, что у тебя карри, но… – она копирует выражение лица Кейти, – видимо мы сегодня без ужина. – Ладно, давай сюда свою бутылку. Так чего вы приехали раньше? Мион передаёт Кейти вино и открывашку, их пальцы соприкасаются, и она чуть вздрагивает. Он же ловит её взгляд и тепло улыбается. – Мы с Шион хорошо учимся, факультет управления бизнесом не то чтобы много нового нам даёт. Орё вбила это мне ещё в детстве, а Шион по моим рассказам и, – тут Мион тяжело вздыхает, никто не знает правды, – и у Шион это в крови как будто. – Хочешь сказать, что Шион больше походит на главу рода? – Если честно, то да, – взгляд Мион наполняется непонятной и далёкой печалью, – но мне кажется, что за нелегальные вещи ей будет легче встать. Шион достойная замена отца. А с учёбой всё просто, мы досрочно всё сдали и сразу сюда. Мы даже не прогуливаем, хы-хы, хоть и очень хочется, но что пару прогулов перед закончить раньше всех и уехать домой? Кейти кивает в знак согласия и трясёт бутылкой: – Открыто. Но… – смущается, – у нас нет стаканов. Придётся пить из одного горла… Оба заливаются краской – непрямой поцелуй. Может они не придавали бы этому так много значения, если бы не Шион с криками про поцелуи. Тяжело поверить, что обычно бойкая да дерзкая Мион и словоплёт Кейти сидят зажато и молчат. Девушка проводил ладонью по волосам, кажется уже который раз за этот вечер, а парень смотрит на чарующий напиток через горлышко, думая, что жидкость даст ответ. Из них двоих первым не выдерживает молчания Кейти. – Сидишь со мной, моя красавица, у дома. Сидишь со мной и смотришь одухотворённо, Так, словно, вызволил тебя из лап дракона. Так, словно, мною ты, прекрасная, влекома. А я же просто-напросто, боюсь сказать и слова. А я же… влюбляюсь в тебя снова! Продекларировал тихо Кейти наскоро придуманные стихи и отпил из бутылки. Алкоголь обжёг горло, поэтому стоило ему проглотить нектар, так парень закашлялся, но держал вино около Мион, передавая. Девушка забрала бутылку, а Кейти стало очень стыдно, что за чушь он ей сейчас прочитал? Его после такого ни в один приличный университет не возьмут. Нормальные литераторы пишут полно, пишут красиво, с метафорами, эпитетами, да просто НОРМАЛЬНО. А он? Дурак? Дурак! – Прости за эту чушь, – извиняется Кейти, – я мог бы и получше придумать. – С этими словами он отворачивается от неё, стараясь скрыть горящие щёки и уши. Он слышит, как она отпивает из бутылки, и поворачивается посмотреть на неё, она тоже вся красная. Оба смотрят на горлышко бутылки – Мион отпила оттуда откуда только что пил Кейти. Он жалеет, что не видел, как её, словно, точёные уста коснулись того же места. Зато видит капельку вина, застывшую на её губах. Порыв и он убирает эту каплю, похожую на маленький рубин, своим пальцем, после чего облизывает его. Изумрудные глаза Мион расширяются от удивления, она рефлекторно облизывает губы, пытаясь узнать вкус его пальцев. – Мне понравилось, – Мион отворачивает голову, тоже скрывая румянец, и протягивает бутылку, – то, что ты сейчас сказал. Это же про меня? Кейти принял бутылку, вздохнул и начал рассматривать эту самую ёмкость так, словно в ней есть скрытая истина. Но тут же отводит взгляд, ведь те, кто ищет истину в вине – алкоголики. «Вино даёт в голову сильно, но постепенно, а я ещё и не ел. Ела ли сегодня Мион? Надо узнать.» – подумалось парню. – Да, про тебя. Ты кушала перед тем, как прийти сюда? – Не, только утром перекусили в кафе, планировали у вас поужинать. Ты же, наверное, не заметил, что мама приготовила больше обычного? – Не заметил. – Вот ты балбес, Маэбара Кейти, – Мион редко называла его по полному имени. – Получается, только я не знал, что вы приедете? – Верно. Забавно, что твоя мама решила поддержать наш сюрприз. – Кстати о сюрпризах, у меня есть для вас с Шион подарки на день рождение. Ох, и честно говоря, я бы хотел всё-таки поесть, поэтому пойдём. Кейти встал со скамейки, одной рукой держа вино, другую же протягивал Мион. Она с радостью приняла её и поднялась, смотря на Кейти заинтересованно. – И как мы планируем попасть в дом? Ты же не думаешь, что они оставили бы, хоть какую-то лазейку? – Всё куда проще, – Кейти наклонился к уху Мион, чтобы прошептать свой план. Его губы почти касались её уха, от чего девушка почувствовала необычную лёгкость в животе. Она подумала, что если бы он аккуратно подышал в её ухо, то ей было бы приятно, – Ты всё поняла? – А? – увлёкшись, Мион прослушала часть плана и не заметила, что Кейти уже отстранился. Однако, её ухо ещё сохраняло тепло дыхания парня, и она прижала другую руку, чтобы уловить его остатки. Кейти же легко вздохнул, понимая, что Мион сейчас сильно растеряна из-за этого… всего? Он тоже был растерян, не собран, но пока алкоголь не дал ему в голову, видимо в отличии от Мион, если это конечно был алкоголь виноват. Терять уже нечего, поэтому он глотнул ещё из бутылки, представляя, как недавно из неё пила Мион. Наконец он расчувствовал сам вкус вина, знаний из учебников хватило на такое описание, как: маслянистое, сбалансированное, сладкое и терпкое. Если он правильно использовал слова. В любом случае, это первый раз, когда он пил алкоголь, не считая еле алкогольного амазаке на новый год. Мион продолжала держать Кейти за руку, также она понимала, что начинает пьянеть. “Все посиделки с роднёй ничему не научили меня, даже стыдно перед ними. А ведь Шион ещё предлагала посмотреть, как будут выглядеть пьяные Кейти с Рэной. Вот же сестрица!” – Ладно, пойдём, – сказал Кейти и потянул Мион в сторону калитки. Девушка покорно пошла за ним, она не слушала в чём состоит его план, поэтому решила довериться, что он знает, что делает. Пока они шли, Кейти протянул ей бутылку, она приняла. В этот раз он пристально наблюдал за ней, отчего в её голове поселился маленький демон, который подсказал, как надо. Когда парочка вышла за калитку, Мион поднесла бутылку ко рту, но не отпила из неё, а начала облизывать горлышко, где они касались губами. При этом не разрывая зрительный контакт. После того, как она посчитала зрелище достаточным, обхватила губами самый край бутылки и также, смотря ему в глаза и сделала несколько глотков. Кейти почувствовал, как внизу зашевелилось, однако вместо того, чтобы перестать смотреть на Мион, он наоборот приблизился, взял бутылку с вином, отпил из неё, но не проглотил. Отдал бутылку обратно, взял Мион за подбородок и поцеловал. Девушка не отталкивала его, тогда он углубил поцелуй языком и влил немного вина ей в рот. Только после этого они разъединились, и он сказал: – Сладко, – голос Кейти вышел с небольшой хрипотцой. Мион удивилась тому, что сейчас они первый раз поцеловались, и храбрости хватило на это именно у Кейти, ведь она всегда была трусихой. Девушка хотела ещё, пока необычайная храбрость от алкоголя и напряжения ещё не прошла. Правда тут Кейти прижал палец ко рту, кивая в сторону дома и наклонился к уху Мион, чтобы прошептать: – Смотри, вышли нас искать, я догадывался, что они иногда поглядывают на нас. Мион задрожала от того, как близко его рот к её уху, и демон в её голове с силой ударил по стенке черепной коробки, от чего она врезалась в его губы. От неожиданности он выдохнул, и Мион тихо застонала. Кейти пришлось закрыть ей рот рукой. – Ты же не хочешь остаться без ужина? Он продолжал шептать ей на ухо, но также он понял намёк и обдал горячим дыханием её ухо. Мион извивалась в его руках, как змейка. Тем временем девочки Рэна и Шион искали их во дворе. – Рэна, а ты не думаешь, что они могли специально нас выманить на улицу, чтобы… О половник, который мы искали! – Соглашусь, они, наверное, проголодались. Может вынесем им еды? – Давай! – Подумав, Шион специально громко прикрикнула, – Надеюсь они не удумали в кустах заниматься непотребствами! После этих слов хихикающие девушки забежали обратно домой. Парочка же в кустах стояла в компрометирующей позе: Кейти стоял сзади Мион, держа её рот рукой. Мион при этом сама жалась к нему и держала бутылку вина в обеих руках, чтобы не уронить. Пока кровь всё ещё била в голову обоим, Мион елозила пятой точкой по шортам Кейти, пока не упёрлась в кое-что. – Ты хочешь и правда заняться непотребством? Кейти было ужасно стыдно спрашивать у неё такое. Их первый поцелуй отгремел минуту назад, он должен быть большим джентльменом. Но вино давало в голову, поэтому он легонько боднул её бедра своими. Она же продолжала ласкаться об него, как кошечка. Тогда Кейти осмелился на ещё один отважный или же отчаянный шаг. «Меня не так воспитывали…» – подумал он перед тем как вторая рука, которая до сих пор была свободна, обняла Мион и провела ладонью по её талии, поднимаясь выше, и ухватилась за грудь. – Какая большая и мягкая… – прохрипел он в ухо девушки. Тут из дома снова вышли Рэна с Шион в руках несли две тарелки. – Мы принесли ужин! Выйдите на свет! А то я позвоню папе! Это кричала Шион, так что Кейти и Мион быстро пришли в себя и отпрыгнули друг от друга, будто ничего сейчас не происходило. Кажется, они успели обратно протрезветь или же с них спало это странное наваждение, поэтому, как только парочка зашла за калитку, Мион страшно накричала на сестру: – Может вы нас в дом пустите, а то мало не покажется! ШИООН! – Ой боимся-боимся! Беее! – Шион показала язык. – Сестрёнка, лучше следи за походкой и меньше пей. А мы с Рэной продолжим обсуждать наши девчачьи дела, гуууд бааай! Кейти успел заметить, что и другие две подруги были подвыпившие, но не стал ничего говорить и позволил им скрыться за дверью. – Пойдём поедим, – сказал Кейти и поцеловал Мион в висок, будто это обычное дело. Подойдя к скамейке, они обнаружили две тарелки горячего ужина, хоть девочки и издевались, но остывшей едой кормить не стали. Недолго думая… да кого обманывать, совсем не думая, парочка принялась поглощать карри попутно распивая вино. При этом ещё и тихо беседуя про учёбу. Произошедшее в кустах никак не обсуждали, хотя оба чувствовали странное томление по поводу первого поцелуя и тех пошлостей, что они творили. «Стыд какой-то…»  – пронеслась мысль, одна на двоих. – Знаешь, клуб разросся до невиданных масштабов – половина класса! И некоторые ребята, что ездят в окиномийскую школу, они по выходным присоединяются. Многие подают хорошие надежды. Скоро клуб останется на плечах Рики и Сатоко. – А Ханю? – Она, когда как приходит, всё-таки не дело Ояширо-сама в школу ходить. Но игры с ней всегда одни из самых весёлых. Вот однажды… Кейти рассказал несколько любопытных случаев, после чего поинтересовался: – Ты не стала создавать новый клуб в университете? – Эх… хотела сначала, но тут Шион со своим спортивным клубом, а без вас… тоскливо. Подруги у меня хорошие, но к игре со мной не готовые, хах. Пригласили мы их с Шион к нам на чай и поиграть… Мион рассказала, как в итоге игра превратилась в бой сестёр чуть ли не насмерть, а подруги с тех пор в игры с ними не играют – и так ясно, кто победит. – Это вы мощно конечно, но я думаю дело в количестве. Вы должны были по одной заманивать! И обязательно с наказанием! Как мы с Рэной поступим, так сразу попробуем ещё раз! Главное в этом деле отлавливать добычу и тщательно препарировать, пока не откроется всё скрытое под кожей! – Какой же ты Кейти… поэт! – после этого Мион глупо рассмеялась. Кейти же смотрел на неё с любовью и теплотой во взгляде. Кажется, вино кончилось ещё кучу рассказов назад, но ни один не показал, что устал или опьянел. Возможно их небольшая шалость… помогла скрыть смущение. Мион заметила, что Кейти смотрит на неё и отвечает таким же взглядом. Они наклоняются друг к другу и целуются. Медленно, с чувством, словно сидящий напротив сделан из самого хрупкого материала на свете. Лишнее движение и это наваждение исчезнет. Оба одновременно начинают углублять поцелуй, языки схлестнулись в нежности и желании. – Ну наконец-то! Из двери выглядывает Шион и Рэна, по их виду понятно, что они собираются уходить. Мион и Кейти резко отскакивают друг от друга, хотя поздно уже делать вид, будто ничего не было. Поэтому, пока неловкость не заполнила двор, Мион спрашивает: – А вы куда? – За ещё бутылочкой, – тут же отвечает Шион, как по сценарию, – так уж и быть пускаем вас в дом. – Делает приглашающее движение. – Прошу! Мион и Кейти встают со скамейки и входят в дом, всё это время с подозрением приглядываясь к друзьям. Кто их знает? Как только они перешагивают порог, Шион тут же их запирает внутри дома и кричит: – Завтра придём! Хорошей ночки! После чего девочки смеются и убегают. Скорее всего в поместье Сонодзаки они продолжать болтать обо всём сразу и ни о чём. Кейти ошеломлён, что в его доме так командуют, но старается не думать о плохом. Тяжело думать о плохом, когда рядом стоит любимая Мион. Парочка проходит на кухню, здесь вся посуда помыта, они же оставляют свои тарелки в раковине, только замачивая. В столовой учебники убраны по стопкам. Кейти берёт Мион за руку и говорит: – Пошли наверх, у меня есть для тебя подарок. Девушка кивает, и они поднимаются к нему. При входе в комнату он замечает на своём футоне записку и подарочную коробочку, размером с плотный такой конверт. Записка рассказывает, что подарочек от Шион, который очень понравится Кейти. Он показывает Мион записку, и та разводит руками. – Я боюсь, что там может быть, – честно признаётся Мион. – Я тоже. Я тоже. Пусть и сквозь страх, Кейти срывает подарочную упаковку, это и правда конверт, кажется в нём какие-то фотографии. Он открывает конверт и достаёт сразу пачку фото. – Ого… – только и произносит он, смотря на заинтересованное лицо Мион, которой тоже не терпится узнать: что там? Парень потягивает ей фото и счастливо улыбается, как только девушка видит фотографии, её лицо удивлённо вытягивается, а также покрывается румянцем. Но фотографиях запечатлена сама Мион в самые разные моменты их жизни в Токио. Чаще всего мелькает её сонная смешная морда. – Я ужасно сплю… – только и выдавливает Мион из себя. – Ты прекрасна, даже во сне, – перебивает её Кейти и убирает фотографии, – только мои! Мион думает о том, что стоит поколотить сеструху, раз она снимает, (шпионит!), такое! Только счастливое и любящее лицо Кейти, который смотрит на фотографии, как на произведение искусства, позволяет ей расслабиться, может она задаст сестре в следующий раз. «В отличие от меня, она не забыла подарок.» – Теперь подарок для тебя, Мион, закрой глаза. Девушка его слушается. Кейти возится с чем-то, а чуть позже она чувствует, как что-то холодит её шею. – Открывай. – в голосе Кейти улыбка и предвкушение. Мион открывает глаза и видит на шее малахитовый кулон, на зелёном камушке пристроилась серебряная змейка. “Если он настоящий, это же сколько…” – она поднимает восхищённый взгляд. – Целый год копил, надеюсь тебе нравится. Мион улыбается самой счастливой улыбкой из всех. – Конечно, Кейти, спасибо, – тут же её лицо немного темнеет. – Что такое? – Спрашивает парень с беспокойством. – Я забыла твой подарок в Токио, – тихо признаётся Мион. Кейти по-доброму смеётся на её ответ и тянется обнять. Мион падает в его руки. Он вдыхает её аромат, она пахнет, как сад цветов. Кейти может разобрать в ней бергамот, водяной жасмин и иланг-иланг. Он тихонько укачивает её в своих сильных руках, за целый год в Хинамидзаве он немного набрал мускулатуры. Через несколько минут она широко зевает, не закрывая при этом свой рот. – Эй, не съешь меня! – Дурачится Кейти. – Вот ты! – Отвечает Мион. – Я спать хочу вообще-то. – Говорит она псевдо-недовольным голосом. Кейти расстилает девушке свой футон, чтобы она могла отдохнуть. – А ты? – Я лягу рядышком, ты же не против? Оба заливаются красным, вот так от первого поцелуя до деления одного футона за один день. Мион кивает и приземляется на кровать. Кейти вопросительно поднимает бровь. – Что ты так смотришь? – Может хоть штаны снимешь? – Спрашивает он и тут же добавляет. – Футболку оставь. – Хорошо. Только можешь выйти? – Кейти кивает и уже собирается уходить. – Подожди, – Мион подходит, целует его в губы и улыбается, – спокойной ночи. – Спокойной ночи. На кухне Кейти решает домыть посуду, которая осталась после него и Мион, так как он решил, что сперва даст девушке уснуть, чтобы она не переживала из-за того, что он рядом. Поскольку делать ему было больше нечего, он сел за стол и достал сборник народных стихов – танка. Спустя полчаса у него наконец-то получилось что-то достойное для его любимой: «Змея на лугу По весне и по лету Любит в траве плыть. Волосы твои меня Влекут за судьбой бежать.» Кейти оставляет записку со стихами на столе, чтобы утром отдать Мион. «Лишь бы девочки не вернулись раньше, чем мы проснёмся.» Он поднимается к себе, в комнате темно, а Мион тихо сопит во сне. Кейти жалеет, что не может включить свет и посмотреть на её милое лицо, поэтому снимает шорты и ложится рядом с ней. – Я люблю тебя, – говорит он ей. – Я тоже тебя люблю, – в полудрёме отвечает Мион, прижимается сильнее к нему, и они, счастливые, засыпают.