Омежий стыд

Саске уже почти подошел к классу, когда сзади его окликнул знакомый голос. — Саске. Он обернулся. В шумном коридоре, где ученики с коробками учебников сновали туда-сюда, а учителя пытались перекричать общий гул, возле лестницы, прислонившись плечом к стене, стоял Джуго. — Привет, — спокойно сказал он и едва заметно улыбнулся. Почему-то сразу бросилось в глаза, насколько тот изменился за лето. Будто стал больше. Плечи шире. Шея массивнее. Даже голос опустился ниже. А ведь прошло всего чуть меньше трех месяцев. Странно… Люди действительно так сильно меняются за одно лето?  Или он просто раньше не замечал? — Ты видел уже Суйгетсу? — спросил Джуго. — Я книги получил почти час назад. Решил подождать, вдруг кого-нибудь из вас встречу. Он говорил совершенно спокойно, лениво опираясь ногой о стену. Никакой суеты, нервозности. Ни один мускул лица не дрогнул при виде Саске. Учиха сам не понял, почему вместо ответа сделал шаг вперед. Он внимательно смотрел Джуго в лицо. Хотел спровоцировать. После лета внутри него осталось слишком много вопросов. То, что рыжий альфа - это понятно. Но что он чувствует? Почему такой сдержанный? Он чувствует все ровно? Знакомы ли ему те приливы, которые были у него летом? Саске сделал еще шаг вперед, оказавшись слишком близко.  Джуго едва заметно приподнял брови. Грудная клетка будто стала шире, словно он непроизвольно вдохнул.  Плечи напряглись. Всего на мгновение.  Потом снова расслабились. Интересно... Дистанцию ощущает.  Запаха почти не было. Лишь свежесть как от самого себя после душа. Такого же средства… Каким пользовался он сам? А может… Альфы почти не пахнут в спокойном состоянии? В голове одна за другой рождались новые вопросы. И Джуго стал тем, об кого он нещадно их отрабатывал.  Он настолько увлекся собственными наблюдениями, что перестал слышать окружающий шум. — Саске. Голос прозвучал уже ближе. — Саске. Только сейчас он понял, что Джуго зовет его уже не первый раз. Саске будто очнулся. Резко отступил назад. Слишком близко. Он только сейчас осознал, что практически вторгся в чужое личное пространство. — Ты не видел Суйгетсу? — вместо извинений спросил он, отворачиваясь. Джуго удивленно усмехнулся. — Я вообще-то минуту назад тебя об этом спросил. Саске ничего не ответил. В школе традиционно выделяли один день, когда все ученики приходили получать учебники. Никто не придерживался расписания — кто-то приходил с утра, кто-то после обеда, поэтому все этажи были заполнены людьми. Повсюду шум. Смех. Стопки новых книг. Классные руководители, без конца выкрикивающие фамилии. — Я за книгами, — коротко бросил Саске и направился в сторону кабинета. Джуго проводил его взглядом. Все-таки… За лето изменился не только он. В кабинете стоял привычный хаос. По всему классу были расставлены высокие стопки новых учебников. Кто-то уже забрал свои и теперь сидел за партами, листая страницы, кто-то только пришел, а классный руководитель без остановки выкрикивал фамилии, пытаясь одновременно отвечать на десяток вопросов. — Саске-кун! Стоило ему переступить порог, как знакомый голос раздался где-то справа. Сакура уже держала в руках тяжелую стопку книг, прижимая ее к груди обеими руками. Она заметно оживилась, увидев его. — Привет. — Привет. Ответ прозвучал спокойно. Без грубости, но и без тепла. Саске даже не остановился. Он прошел дальше, к учителю, привычно ощущая на себе взгляды одноклассников. Каждый год одно и то же. Кто-то здоровался, кто-то просто смотрел, кто-то шептался за спиной. Пока ему собирали книги, Саске машинально осмотрел класс. Странно. Где же Суйгетсу? Он ведь всегда появлялся первым. Внутри снова появилось знакомое неприятное чувство. Сегодня людей было слишком много. Слишком тесно. Слишком шумно. Казалось, каждый разговор звучал прямо возле самого уха. Он поймал себя на том, что уже несколько минут почти не делает глубоких вдохов. — Держи. Учитель поставил перед ним последнюю книгу. Стопка получилась внушительной. Саске привычно подхватил ее двумя руками. Он уже собирался выйти из класса, когда дверь резко распахнулась. — Саске!! Голос разлетелся по кабинету раньше, чем его обладатель появился в проходе. Через секунду внутрь буквально влетел Суйгетсу. Растрепанный. Запыхавшийся. Белые волосы окончательно выбились из прически. На лице сияла такая счастливая улыбка, будто он выиграл в лотерею. — Я успел! Несколько человек сразу обернулись. Суйгетсу их будто вовсе не заметил. Он почти бегом пересек весь кабинет и, не снижая скорости, остановился прямо перед Саске. — Я тебя застал! И прежде чем тот успел хоть что-то сказать… Обнял. Так легко, будто это было самым обычным делом на свете. Будто они виделись вчера. — Я так скучал! Саске замер. Он дал себя обнять, но не обнял в ответ, так и стоял, держа книги.  Слишком неожиданно. Слишком… По-настоящему. Он не привык столь к близким контакту, он ни с кем так себя не вел, но сейчас ему определенно льстило, что Суйгесту появился именно таким образом.  Он только почувствовал, как вокруг класса мгновенно стало тише. Несколько человек уже откровенно наблюдали за ними. Сакура тоже. Суйгетсу словно существовал в каком-то собственном мире. Отпустив его, он продолжал улыбаться. Смотрел прямо в глаза. Будто пытался убедиться, что перед ним действительно Саске. — Ну как ты? — Давно пришел? — Я думал, опять разминемся! Он говорил быстро. Слова цеплялись друг за друга. Как всегда. Как будто боялся не успеть рассказать всё сразу. Саске смотрел на него молча. Все тот же Суйгетсу. Такой же шумный, нелепый. Такой же… Живой. Он вдруг понял, что совершенно не хочет разговаривать здесь. Под десятками взглядов, под перешептываниями. — Пойдем. — А? — Поговорим. Я подожду тебя за дверью. Он развернулся раньше, чем Суйгетсу успел ответить. Вышел из кабинета. Прошел дальше по коридору, пока не нашел широкий подоконник возле окна. Осторожно поставил книги. Теперь оставалось только ждать. Солнечный свет ложился на пол длинными полосами. Ученики проходили мимо, здоровались, что-то обсуждали. Кто-то из младших классов, проходя мимо, тоже замедлял шаг, чтобы всмотреться в него. Сначала один, потом второй. Потом уже вся компания из пяти человек откровенно рассматривала Саске. Стоило ему перевести на них взгляд, как дети тут же заулыбались и зашептались между собой. Он снова посмотрел в сторону кабинета. Главное… Не пропустить Суйгетсу. Прошло еще около минуты. Дверь наконец открылась и из кабинета показалась знакомая белая макушка. Суйгетсу вышел почти бегом, вертя головой по сторонам. — Саске! Он сразу заметил поднятую руку. И, прижав книги покрепче к груди, быстро направился к нему. — Нашел! Улыбка по-прежнему никуда не делась. Он выглядел… По-настоящему счастливым.  Ну как ты? — Суйгетсу наконец остановился рядом, шумно выдыхая после своего забега. — Ты давно здесь? — Минут десять. Он поставил книги рядом с книгами Саске и, как обычно, почти не умолкая, продолжил: — Представляешь, очередь была вообще кошмарная. Я сначала в библиотеку зашел, потом к завучу отправили, потом обратно… Пока дошел — уже половина школы здесь. Он говорил легко, беззаботно, будто и не было этих двух месяцев. Будто он не исчезал. Будто летом вообще ничего не произошло. Саске молча смотрел на него. Вслушивался уже не в слова, а в самого Суйгетсу. Он похудел. Теперь это было видно даже под огромным свитшотом. Лицо стало острее, скулы выделились сильнее. Под глазами легли едва заметные тени. Даже улыбка… Она была такой же широкой. Но почему-то не закрывала глаза полностью. Словно улыбалось только лицо. Не человек. — А ты чего молчишь? — засмеялся Суйгетсу. — Смотришь так, будто я вырос. — Почти. Он сказал это совершенно спокойно. Суйгетсу даже рассмеялся. — Спасибо… Очень воодушевляет. Они оба ненадолго замолчали. Где-то дальше по коридору кто-то громко смеялся, учителя перекрикивали друг друга. Первое сентября жило своей обычной жизнью. А Саске вдруг спросил: — Где ты был? Улыбка на лице Суйгетсу дрогнула. Совсем немного, но Саске заметил. — В смысле? — Ты исчез почти на два месяца. Ответ пришел не сразу. — Да… Дядя меня за город увозил. — Это я знаю. Саске смотрел прямо ему в глаза, не моргая. — А потом? Суйгетсу отвел взгляд. — Потом… Дома был. — С кем? Пауза. Очень короткая. Но достаточная. — Один. Саске продолжал молчать. Именно это молчание оказалось хуже любого вопроса. Суйгетсу начал теребить край собственного рукава, потом поправил ворот. Потом зачем-то переложил книги из одной руки в другую. Он суетился. Так он делал всегда, когда нервничал. — Один? — спокойно переспросил Саске. — Угу. — Целый месяц? — Ну… Почти. — Телефон тоже один был? Суйгетсу коротко усмехнулся. Нервно. — Сломался. Саске ничего не ответил. Просто продолжал смотреть. И именно тогда Суйгетсу впервые не выдержал этого взгляда. — Ну что ты так смотришь… Почти попросил. Не возмутился, не отшутился. Попросил. Саске почувствовал, как внутри что-то неприятно кольнуло. Он не понимал пока что именно, но понимал другое. Суйгетсу ему откровенно врал. И делал это очень плохо. В этот момент где-то совсем рядом послышался знакомый голос. — Саске-кун! Он даже не обернулся. Сакура, а рядом Ино. Конечно. Сейчас подойдут. Начнут спрашивать про лето, про планы, про учебу. Последнее, чего ему сейчас хотелось. Он быстро посмотрел по сторонам. Потом снова на Суйгетсу. — Пойдем. — Куда? — Здесь неудобно. — Почему? Но Саске уже поднял книги. Потом неожиданно для самого себя перехватил Суйгетсу за запястье. — Идем. Он не тянул его силой, но и выбора особенно не оставил. Суйгетсу только удивленно моргнул и послушно пошел следом. Книги так и остались лежать на подоконнике. — Эй… Книги… — Потом. Они быстро свернули в коридор, один поворот. Почти никого. Только возле туалетов было тихо. Саске открыл дверь. Подождал, пока Суйгетсу зайдет и только потом закрыл ее за собой. Суйгетсу сразу насторожился. — Саске… — Что случилось? — Суйгетсу улыбнулся уже заметно слабее. Саске не ответил сразу. Он несколько секунд просто смотрел на него. Потом спросил: — Где ты был на самом деле? Суйгетсу тихо усмехнулся. — Мы же только что… — Нет. Голос прозвучал спокойно. — Ты мне соврал. Суйгетсу отвел глаза. — Ты никогда не умеешь врать. Повисла тишина. Суйгетсу опустил голову. Саске продолжал смотреть и терпеливо ждать ответа.  И именно это оказалось тяжелее всего. — Я правда был дома… — С кем? — Один. — Опять. Суйгетсу шумно выдохнул. — Саске… — Скажи правду. Опять молчание. Суйгетсу начал теребить рукав свитшота. Все сильнее. Почти до боли сжимая ткань. — Это не важно… — Нет. Он впервые сказал это жестче. — Ты пропал на два месяца. Не отвечал никому. Сейчас врешь мне в лицо. Суйгетсу опустил голову еще ниже. — Я не хочу об этом говорить. — Суйгетсу. - тишина. — Посмотри на меня. Он медленно поднял глаза и Саске замер. Он никогда раньше не видел у него такого взгляда. Не веселого. Не наглого. Не ехидного. А… Испуганного. Будто сам разговор застал его врасплох.  — Что с тобой? Суйгетсу сразу отвел взгляд. — Все нормально. — Опять врешь. — Да не вру я… — Тогда смотри на меня. Суйгетсу не смог. Он отвернулся, сделал шаг к окну. Будто хотел закончить разговор. И именно тогда… Свободный рукав свитшота задрался чуть выше обычного. Совсем немного, но Саске этого хватило. На внутренней стороне предплечья темнел длинный желто-синий след. Не царапина. Не ушиб после спорта. Большой синяк. Саске машинально сделал шаг вперед. — Это что? Суйгетсу резко натянул рукав обратно. Слишком резко. — Ничего. — Покажи. — Не надо. — Покажи. — Саске… Он уже почти просил, но было поздно. Саске сам взял его за локоть. Не грубо, но крепко. И потянул рукав вверх. Суйгетсу дернулся. — Не надо! Но ткань уже поползла вверх. Под ней открылась бледная кожа, испещренная огромными синяками. Один. Второй. Третий. Старые. Почти пожелтевшие по краям. Саске перестал дышать. Мир будто остановился. Он молча смотрел. Потом другой рукой неожиданно приподнял край свитшота выше. Суйгетсу вздрогнул всем телом. — Саске… Не надо… Но Саске уже видел. Бок. Живот. Тонкая талия. Белая кожа… И почти на каждом участке следы. Будто кто-то хватал его. Бил. Сжимал. Некоторые синяки были размером почти с ладонь. Некоторые расплывались целыми полосами. У Саске внутри что-то оборвалось. Он никогда… Никогда не видел человеческое тело в таком состоянии. Очень осторожно отпустил ткань. Несколько секунд вообще не мог ничего сказать. Потом тихо спросил: — Кто это сделал? Суйгетсу молчал. — Падение? Он попытался улыбнуться. Получилось ужасно. — Ага… Упал. — Не ври. Голос стал ниже. — Скажи правду. Суйгетсу отвернулся. — Это неважно. — Это очень важно. — Нет. — Очень. — Нет! Он вдруг почти выкрикнул это. И тут же испуганно прикрыл рот рукой. Будто сам себя испугался. По глазам уже побежали слезы. Он зажмурился. Попытался вдохнуть. Не получилось. Лишь отошел в сторону и крепко вцепился обеими руками в подоконник. Плечи едва заметно дрожали. Он глубоко вдохнул.  Потом еще раз. Будто пытался собрать себя обратно. Саске не двигался. Он просто смотрел ему в спину. Он не ожидал этого. Совсем. Перед ним будто стоял уже не тот Суйгетсу, которого он помнил еще в начале лета. Не тот шумный, неугомонный парень, который смеялся громче всех, лез первым в любую авантюру и разговаривал быстрее, чем успевал думать. Сейчас от него будто осталась одна прозрачная оболочка. Она дрожала, ломалась прямо у него на глазах. И вдруг… Саске, которого никогда особо не волновала чужая жизнь, стало не по себе. Все это лето он жил собственной болью. Жалел себя. Жалел, что мир перевернулся. Что тело стало чужим, что будущее перестало быть понятным. Ему казалось, что хуже этого уже ничего не существует. Но сейчас… Стоило лишь увидеть, как Суйгетсу беззвучно задыхается собственными слезами… У кого-то лето закончилось не страхом, у кого-то оно закончилось синяками. Эта мысль ударила неожиданно сильно. Так сильно, что собственные переживания вдруг показались маленькими. Саске медленно подошел ближе. Очень осторожно положил ладонь ему на плечо. Будто боялся, что если коснется чуть сильнее — тот рассыплется. — Что с тобой случилось? Он говорил тихо. Почти шепотом. — Мы же оба понимаем… Пауза. — Тебя побили. Все. Именно этими словами он будто перечеркнул все пути к отступлению. Теперь невозможно было снова сказать, что он упал, что ударился. Что ничего страшного. Теперь между ними стояла только правда. … Суйгетсу пытался перестать плакать изо всех сил. Так отчаянно, будто плакать было преступлением. Он судорожно втягивал воздух, задерживал дыхание. Снова втягивал. Прикусывал губу. Так сильно, что она почти побелела. И снова… Не получалось. Саске смотрел на него… и впервые замечал вещи, которых раньше никогда не видел. Не синяки, не слезы, жестокость. Только направленную не на других, а на самого себя. Будто Суйгетсу сейчас не успокаивал себя. Будто он… наказывал себя за то, что не может успокоиться быстрее. Каждый вдох давался ему через силу, а слезы будто раздражали его самого. И это был тот самый вечно улыбающийся парень… В следующую секунду Саске резко вздрогнул. Моментально все внутри словно перевернулось. Чужая боль… вдруг перестала быть чужой. Она будто пролезла под кожу, обхватила позвоночник, сдавила живот. Холодом расползлась под ребрами. Ему стало трудно дышать. Он машинально сделал шаг назад, еще один. Будто пытался физически увеличить расстояние между собой и этим ощущением, защитить себя. Но оно не уходило. Оно продолжало жить внутри него. Такое липкое, холодное, невыносимое. Словно Суйгетсу перестал просто стоять рядом… и начал транслировать самого себя. Просто… отдавая наружу все, что сейчас разрывало его изнутри. Саске резко опустил голову, провел ладонью по груди. Будто пытался содрать с себя это чувство. Стянуть, выбросить, избавиться. Не получалось. Низ живота будто окалел.  — Что это… Он зажмурился. — Что это, блять… Он никогда раньше такого не испытывал. Никогда. … Суйгетсу поднял заплаканные глаза и сразу понял. Он резко развернулся к окну, дернул его на себя. Высунулся почти по пояс наружу. Жадно вдохнул воздух. Будто пытался остудить себя изнутри. Потом быстро обошел Саске и вернулся к раковинам. И почти сразу включил холодную воду. Ледяные струи били по ладоням, по лицу, по шее. Он умывался быстро, почти яростно. Пока дыхание наконец не начало выравниваться. … Саске медленно подошел следом. И вдруг… Все закончилось. Так же резко, как началось. Будто кто-то щелкнул выключателем. Чужая боль свернулась, отступила.  Он впервые отчетливо почувствовал… что вокруг него есть какая-то граница. Тонкая, невидимая. За ней снова был внешний мир. А внутри… остался только он сам. Саске медленно вдохнул. И нахмурился. “Почему…” “Почему раньше я этого никогда не ощущал?” “Что вообще сейчас произошло?” … Минуты через полторы Суйгетсу наконец поднял голову. Лицо было мокрым, но улыбка… вернулась. Слабая. Виноватая. — Извини… — тихо сказал он. — Не сдержался. — Что с тобой? — После течки… мне пока трудно держать себя в руках. Я слишком сильно транслирую свое состояние, когда выхожу из себя.  Он произнес это удивительно спокойно. Будто после той эмоциональной бури внутри него что-то окончательно сломалось и вместе с этим исчез страх говорить правду. Он шмыгнул носом, вытирая лицо полотенцем. Даже не смотрел на Саске, просто говорил как есть. Глаза Саске медленно округлились. — После… течки?.. Суйгетсу отвел взгляд. Молчал несколько секунд. Потом почти неслышно сказал: — Да. Пауза. — Я омега. Это прозвучало не как признание, а как приговор. Тишина мгновенно стала тяжелой. Суйгетсу опустил голову, а пальцы нервно сжали край свитшота. — Ты теперь… презираешь меня? Он весь внутренне сжался. Будто уже приготовился услышать именно это.   Саске нахмурился так сильно, что Суйгетсу окончательно побледнел. — Что за бред ты несешь? - он даже не успел толком обдумать слова Суйгетсу - собственные мысли слишком громко бились внутри головы, перекрывая всё остальное.  Но сама идея того, что он должен презирать его... казалась настолько абсурдной, что вызвала только раздражение. Как вообще такое могло прийти ему в голову? — Ну… я же тебе не ровня… — безжалостно  подытожил Суйгетсу, закусывая губу. — Еще и омега… Саске тяжело выдохнул и безжалостно подвел итог: — Ты дурак. Этого оказалось достаточно. Суйгетсу словно ожил. Быстро вытер глаза. И прямо на глазах начал возвращаться к самому себе. Будто с каждым вдохом в него снова возвращалась жизнь, а вместе с ним и желание жить.  Будто, он пару минут назад не плакал о чем-то серьезном. Будто все, что его сейчас волновало - это отношение Саске к нему. И за это он отчаянно цеплялся всеми фибрами души.   — Давно ты омега? — Почти два года… Суйгетсу смущенно отвел взгляд. — Как я вообще этого не замечал? — Думаю… я хороший мастер маскировки. Он даже слабо улыбнулся, поправляя привычный мешковатый свитшот за которым скрывал свое тело.  — Вы вообще редко замечаете то, что происходит прямо у вас под носом. Он говорил почти легко, но теперь Саске начинал замечать детали, которые раньше проходили мимо: слишком свободную одежду, привычку держать дистанцию, постоянную настороженность в движениях. Теперь он видел все. Почему Суйгетсу постоянно ходил в этих огромных свитшотах, почему даже в жару носил длинные рукава. Почему никогда не переодевался вместе со всеми после физкультуры. Слова про маскировку еще звучали где-то между ними, а взгляд Саске уже сам собой опустился ниже. Тонкие запястья. Слишком худое тело. Перед глазами снова вспыхнула темно-фиолетовая кожа под поднятой тканью. Его лицо сразу стало серьезным. —  Кто тебя избил? Все тепло, которое только что успело появиться между ними, исчезло. Тон изменился мгновенно - от растерянного любопытства к жёсткой, почти холодной собранности. Суйгетсу замер. На секунду показалось, что он сейчас снова соврет, он даже вдохнул, будто уже приготовил очередную историю. Но потом неожиданно устало выдохнул. — Дядя… Слово прозвучало почти неслышно, будто ему самому было противно его произносить. Саске не сразу понял услышанное. А когда понял… — Что?.. - Он резко поднял голову. — Дядя? Суйгетсу только кивнул и этого хватило. — Да как он мог вообще?!  Саске осекся. Он действительно не находил слов. Внутри все резко сжалось. Настолько сильно, что захотелось немедленно что-то сделать. Хоть что-нибудь. От неожиданной вспышки злости Суйгетсу заметно сжался. Инстинктивно обнял себя за талию, будто заранее ожидал удара. — Не шуми… Но Саске уже не слышал. — Ты должен был обратиться в полицию. Он говорил быстро, резко, слова сами вылетали наружу. — Подать заявление. Нельзя просто… Он оборвал себя, зло выдохнув. — … а ты весело приходишь в школу?!  На лице Суйгетсу вдруг появилась странная ломаная улыбка и уже через секунду он тихо рассмеялся. Так, словно услышал невероятную глупость. Этот смех почему-то разозлил Саске еще сильнее. — Не понимаю твоего смеха. Что здесь смешного? Теперь он уже почти смотрел на него сверху вниз. Жестко. Суйгетсу поднял глаза. В них было столько усталости, что даже улыбаться стало тяжело. — Саске… Он покачал головой. — Ты вообще понимаешь, что сейчас сказал? — Конечно понимаю. — Какая полиция?.. Он усмехнулся. — Да кому я нужен? Он развел руками совсем беспомощно. — Меня воспитывает человек, который меня ненавидит. - больная улыбка выглядела так спокойно, будто это все нормально.  Саске сделал шаг вперед. — Но ты обязан защищать себя. - Саске начал ходить туда-сюда, резко жестикулируя, будто пытался физически вытолкнуть решение из воздуха. — Как? — Хоть… Он снова запнулся. — Хоть попытаться. — Попытаться?.. Теперь Суйгетсу уже не смеялся. Он начал злиться по-настоящему. — Кому я нужен, Саске? Он ткнул себя пальцем в грудь. — Кто меня защитит? Голос стал громче, живее. Боль наконец перестала прятаться за улыбкой. — У меня никого нет. Он усмехнулся. Но глаза снова начали блестеть. — Государству я тоже не нужен.  Омега. Без денег. Без связей.  Последнее слово прозвучало почти с отвращением. Он снова ткнул себя пальцем в грудь. — Да и никто не возьмется разбираться в деле, особенно если рядом есть альфа. Дядя только и ждет, когда сможет выдать меня замуж и окончательно избавиться. Понимаешь? Он резко опустил руку. Словно ему стало противно даже прикасаться к самому себе. — Очнись. В туалете снова повисла тишина. Саске больше не ходил. Не спорил, он просто стоял и пытался собрать в голове все, что сейчас услышал. Пытался понять, что делать. Как это исправить. Как вообще можно помочь в такой ситуации. Перед глазами снова вспыхнули синяки. Такие, которые не появляются после одного удара. — Я… жалкая омега.  Он сказал это спокойно. Так спокойно, будто произнес собственное имя. Саске поднял на него взгляд. Суйгетсу стоял, прислонившись бедром к умывальнику, и даже не смотрел в его сторону.  Будто стыдился самого существования. — Когда дядя понял, кто я… Он усмехнулся. Пусто. Без единой эмоции. — …он запер меня дома на две недели. Саске нахмурился. В помещении стало настолько тихо, что было слышно, как где-то двигается вода по трубам. — Он бил тебя… Суйгетсу покачал головой. — Тогда нет. - пауза. — Тогда он просто перестал считать меня человеком. Эти слова прозвучали страшнее любых синяков. — Но… - Суйгетсу продолжил уже совсем тихо. Слова застревали. — Течки тогда еще даже не было. Он усмехнулся сам себе, отчаянно разводя руками. Саске смотрел на него так, словно пытался найти хоть какую-то логику. Не находил. Вообще. — Если тогда течки еще не было… как он вообще сразу понял, что ты омега? - он сжал пальцами переносицу, пытаясь собрать мысли в одну линию. Суйгетсу удивленно посмотрел на него. Очень внимательно. — В смысле… как понял? Суйгетсу впервые за весь разговор удивленно посмотрел на него. — Саске… ты что, вообще ничего не знаешь об омегах? — растерянно выдохнул Суйгетсу. — Я понимаю, ты будущий альфа, но… про омег ведь тоже хоть что-то должны рассказывать. Саске отвёл взгляд. На несколько секунд повисла тишина. Суйгетсу медленно моргнул. — Господи… Он провёл ладонью по мокрым волосам, всё ещё не сводя с него взгляда. Будто перед ним внезапно оказался человек не из одного из самых влиятельных кланов, а кто-то, проживший жизнь в полной изоляции. И почему-то именно это открытие потрясло Суйгетсу едва ли не сильнее собственного признания.