Дикий

Тэхен сидел на кухне и пил чай. Бабушка мыла посуду и напевала что-то себе под нос — старую песню, которую Тэхен слышал в детстве. — Что это за песня? — спросил он, чтобы нарушить тишину. — Так, старая, — отмахнулась бабушка. — Я ее еще с твоим дедушкой пела. Она вздохнула и замолчала. Тэхен знал: она редко говорила о дедушке. Он ушел рано, когда бабушка была еще молодой, и с тех пор она жила одна. Тэхен поставил кружку на стол и задумчиво посмотрел в окно. В голове всё еще крутились мысли о том, что случилось утром. Этот парень с ужасными манерами. Его слова. Его тон. Как он послал Тэхена и ушел! — Бабуль, — сказал он негромко. — Ты говорила, что у вас тут есть хулиганы... Я сегодня утром столкнулся с кое-кем. Бабушка замерла на мгновение, потом продолжила мыть посуду, но движения стали медленнее. — С кем столкнулся? — Я не знаю его имени. — Тэхен сделал паузу, вспоминая. — Но, вроде, его друзья называли его Джей. Бабушка резко повернулась к нему. В ее глазах мелькнула тревога. — Джей? Ты уверен? — Ну да. Я слышал, как его так назвали. Он был с компанией у старого клуба. И... он вмешался, когда один парень ко мне привязался. — Тэхен поморщился при этом воспоминании. — Но он был очень груб. Сказал, чтобы я валил, пока цел. Бабушка вытерла руки о полотенце и медленно села напротив него. — Ты с ним говорил? — Немного. Он был... — Тэхен искал слово. — Мягко говоря, недовольным. Бабушка вздохнула, смотря на внука и явно о чем-то размышляла. — Ты знаешь, кто он, бабуль? — спросил Тэхен, чувствуя, что она не хочет говорить. — Знаю. — Она помолчала. — Звать его Чонгук. А Джей — это просто кличка. Тэхен нахмурился. Чонгук. Он не знал этого парня. Даже если они в детстве пересекались, то Тэхен бы обязательно вспомнил. — Расскажи мне о нем, — попросил он. — Ишь чего! Зачем тебе? — Бабушка смотрела на него с подозрением. — Ты же его невзлюбил. — Невзлюбил, — согласился Тэхен. — Но мне же интересно послушать. Бабушка молчала. Она смотрела в стену, и в ее глазах было что-то такое, что Тэхен не мог прочитать. Единственное, что он понимал: она не хочет развивать этот диалог. — Я не знаю всех деталей, — сказала она наконец. — Никто не знает. Но я знаю, что его детство было не очень. — Что значит "не очень"? Бабушка взяла чашку с остывшим чаем, но пить не стала. Крутила в руках, дабы просто занять их чем-нибудь. — Его отец, — начала она, — был настоящим зверем. Чон Минджун, вроде. Он сидел в тюрьме два раза. За кражи, за драки. Но самое страшное — он избивал свою жену. Мать Чонгука. Тэхен ахнул. — Он бил ее? — Бил. И не просто бил. — Бабушка покачала головой. — Говорят, она часто приходила на работу с синяками, с переломанными ребрами. Никто не вмешивался. Боялись. Там такой район — если влезешь, сам пострадаешь. — А Чонгук? — спросил Тэхен тихо. — Чонгук был маленьким. Он видел всё. И когда подрос — начал защищать мать. Тэхен замер. — В смысле? — Не знаю. Никто не знает. Но однажды, когда Чонгуку было тринадцать, отец ушел из дома и больше не возвращался. — Бабушка вздохнула. — Говорят, он просто уехал. Но есть те, кто говорят, что Чонгук заставил его уйти. Напугал. Или чем-то пригрозил. Он всегда был крупным для своего возраста, сильным. — А мать? — спросил Тэхен. — Что с ней? — Она умерла через два года. От болезни. — Бабушка на мгновение замолчала. — Я помню ее. Худую, испуганную, всегда с опущенной головой. Она не заслужила такой жизни. Тэхен сидел, переваривая услышанное. Он не знал, что чувствовал. Только что он ненавидел этого парня. А теперь... — Он остался один, — продолжила бабушка. — В пятнадцать лет ему пришлось заботиться о себе самому. У него не было никого. Ни родственников, ни друзей, на которых можно положиться. Он ушел из школы, начал работать. Говорят, он помогал своей матери до самой ее смерти. Всё, что у него было, он отдавал ей. Именно поэтому после он остался ни с чем. Тэхен молчал. Он смотрел на свои руки, сжатые на столе. Его голова была забита мыслями. Ненависть за такое отвратительное поведение все еще оставалась, ведь нельзя оправдывать всё своим детство. Но... В этот момент он чувствовал не только злость. К его чувствам присоединилась странная, тяжелая жалость. Тэхен не знал, что ему делать с этим чувством. Он хотел что-то сказать, но не успел — в дверь постучали. Бабушка встала и пошла открывать. Тэхен услышал знакомый громкий голос. — Ой, Соен! Я к вам с клубникой! Это была тетя Чонхо. Она зашла на кухню, улыбаясь, с корзинкой ягод в руках. — О, Тэхен, здравствуй! — радостно закричала она, увидев его. — Я видела, как ты гулял сегодня утром! Чего не спишь в такую рань? Тоже бессонница замучила? — Здравствуйте. Да, я гулял, — ответил Тэхен, стараясь улыбнуться. — Просто решил осмотреться. Тетя Чонхо начала говорить, не замолкая, пересказывая все сплетни и события, которые произошли за день. Бабушка слушала, Тэхен слушал, но мысли его были не здесь. Он думал о Чонгуке. О том, каково это — в пятнадцать лет остаться одному. Каково — видеть, как твою мать бьют. Каково — не иметь никого, кто мог бы защитить тебя. И он думал о том, что, возможно, этот парень не был таким уж плохим. Возможно, он был просто потерянным. Но в его голове продолжал звучать тот холодный голос: «Я вмешался не ради тебя. Просто хотел на ком-то сорвать свою злость». И он злился. Снова. — Я пойду, — сказал он, поднимаясь. — Проветрюсь немного. Бабушка посмотрела на него с беспокойством, но ничего не сказала. Тэхен вышел на крыльцо и сел на ступеньки. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в розовый. Он смотрел в темноту, чувствуя, как внутри него борются две силы. Одна хотела ненавидеть Чонгука. Другая — понять. И он не знал, какая из них победит.

***

Тэхен перевернулся на другой бок, сбил подушку кулаком и уставился в темноту. В комнате было душно. Окно распахнуто, но воздух стоял тяжелый. Часы на тумбочке показывали начало второго. Сон никак не шел. Он уже перепробовал всё: считал до ста, представлял баранов, закрывал глаза и пытался дышать ровно. Ничего не помогало. Голова была забита мыслями, которые никак не хотели успокаиваться. Телефон мягко завибрировал под подушкой. Тэхен потянулся к нему, надеясь на какое-то отвлечение. Экран ослепил на мгновение, он зажмурился, потом прищурился и открыл чат с Чимином. чимин, 01:03: спишь? Тэхен усмехнулся. тэхен, 01:04: а ты как думаешь? чимин, 01:04: я знаю что нет и я тоже думаю о том что надеть завтра тэхен, 01:04: ты серьезно? чимин, 01:05: да ну и ещё о жизни о том, что не хочу чтобы лето заканчивалось об экзаменах еще хочу попробовать ежевичный бабл блин вообще я так хочу в японию или в китай Тэхен улыбнулся. Чимин всегда мог его отвлечь. чимин, 01:07: ты какой-то грустный сегодня я даже по переписке это чувствую давай рассказывай что там у тебя Тэхен задумался. Рассказывать или нет? Он не хотел, чтобы Чимин начал его жалеть или говорить, что нужно понять Чонгука. Ему сейчас не нужны были оправдания для этого придурка. тэхен, 01:11: я сегодня утром с одним типом столкнулся он был очень грубым чимин, 01:12: он тебя ударил? тэхен, 01:12: нет но думаю что он мог бы он вмешался когда ко мне лез другой парень отогнал его а потом повернулся ко мне и сказал что сделал это не ради меня просто хотел на ком-то сорваться чимин, 01:13: что за ... тэхен, 01:13: вот и я так подумал чимин, 01:13: и всё? он просто послал тебя? тэхен, 01:14: сказал чтобы я валил пока цел и ушел чимин, 01:13: мудила Тэхен фыркнул. Чимин всегда говорил прямо. чимин, 01:15: но ты же злишься я знаю тебя ты не умеешь просто забывать тэхен, 01:15: да я злюсь он посмотрел на меня как на мусор чимин, 01:16: забей на него в жизни ему видимо недодали тэхен, 01:16: я пытаюсь чимин, 01:17: ты же в городе на пару месяцев зачем тебе эти проблемы? Тэхен задумался. Чимин был прав. Зачем ему эти проблемы? Он приехал отдыхать, а не разбираться с местными психопатами. тэхен, 01:18: ты прав но бабушка сказала что он один из местных хулиганов чимин, 01:18: тебя волновать не должно кто он и откуда познакомишься с другими и жизнь будет прекрасна отсидишь там пару месяцев и обратно ко мне а пока иди спи и не думай об этом тэхен, 01:21: не могу чимин, 01:22: ну тогда просто лежи я тоже буду лежать представь что мы одновременно страдаем бессонницей но в разных городах мило же тэхен, 01:22: это звучит грустно чимин, 01:23: это звучит как хорошая дружба Тэхен улыбнулся. Чимин умел превращать всё в шутку. тэхен, 01:25: ладно попробую уснуть чимин, 01:28: сладких снов, тэхен Тэхен положил телефон и уставился в потолок. Мысли о Чонгуке не уходили. Он всё еще злился. И хотел, чтобы этот мудак понял, что он не какая-то там шваль, которую можно посылать. Но он ничего не мог с этим сделать. Просто лежал и злился. В конце концов он закрыл глаза и решил, что завтра, если увидит его снова, он скажет ему всё, что думает. А если не увидит — тем лучше.