Dungeons and Poets

"Ход чернокнижника"  – Сука!!!  У Феликса, пожалуй, был самый грязный рот среди всех обучающихся магов в великой Белладо. Он обложил последними матами несправедливую игру. Минхо одобрительно хмыкнул, услышав интересное выражение про голодные половые органы, а потом настороженно подобрался. Ход противнику выпал действительно неудачный для его команды. Непредсказуемое изменение реальности поэтическими чарами. Спокойный голос раздался из укрытия, куда Минхо со своими ребятами загнал оппонентов. У Минхо от этого голоса всегда бежали мурашки. Выключен свет и тлеют свечи по всем углам. Вечер уже и ужин я накрываю нам. Я наливаю чаю, ты достаёшь вино. Значит, сегодня время. Значит, всё решено. Реальность тут же растеклась как тёплый воск. Вместо лесной опушки вокруг образовалась пещера. Ни укрытий, ни деревьев. Мрачные красные и чёрные свечи, возникшие по периметру изменившегося игрового поля высветили всех участников раунда. Хохот. Высокий, жуткий. – Он накастовал логово ведьмы! Ёбаный стихоплёт!!! Тяжёлые клетки упали на стоящие друг против друга команды. – Эй! – раздалось возмущённое из клетки соперников, – помойте рот своему цыплёнку-переростку! Нельзя так оскорблять поэтов! Феликс собрался было что-то ответить, но Минхо поднял палец: – Тихо! Минхо прислушался. Зловещий хохот сменился заунывными угрозами сожрать всех присутствующих. Это будет плохой исход. У Минхо и так неполная команда. Если их тут сожрёт ведьма, дальше в общий зачёт им не пройти. Между клетками появилось два одинаковых кубка. – В одном вино, – зловеще пробормотала невидимая пока ведьма, – в другом чай. Выбирай. Минхо дотянулся и осторожно подтащил к себе один из кубков. – В каком отрава? – спросил он. – Выпьешь - узнаешь! – скрипнул ведьмин голос. Минхо не хотелось отпивать, но условия игры в Подземелья были таковы, что непринятие правил поэтической реальности заканчивалось дисквалификацией отказавшихся. Он громко спросил: – Бан Чан? У тебя что? Лидер противников ответил: – По запаху чай! – Три! – начала обратный отсчёт ведьма. Чёрт. Придётся пить. – У меня вино! – Два! – За тебя! – проорал Чан. – За тебя! – ответил Минхо и приложился к кубку с вином. – Остальные! – истерично взвизгнула ведьма. Феликс и Чанбин поспешно отпили по глотку тоже. Мир вокруг потемнел и закружился. Они проиграли. ✧✧✧ – Ненавижу чернокнижников! Феликс ударил по столу кулаком и маленькие фигурки, которыми они обозначали стратегии перед игрой, рассыпались, падая. Искусно выполненный из обсидиана чёрный кот укатился под стол. Минхо недовольно взглянул на него: – Подбирай. Феликс наклонился под низкий игровой столик и вытащил упавшую фигурку. – Хён, вот ты боевой маг, тебе вообще до пизды, что какой-то памфлетист нас уделал? Чанбин обиженно цокнул языком со своей сидушки. Оборотень тут же извинился: – Ну, прости. Но ты тоже прежде всего боевой маг, а уже потом... – Феликс не любил это слово, – поэт. – Феликс, солнце моё, – ласково пропел Минхо, которого начинала раздражать несдержанность пташки, – я знаю, что ты совсем недавно в этих играх, но если ты не любишь поэтов, зачем играешь в игру, в названии которой есть слово "поэты"? Феникс хохотнул: – Да я просто пар выпустить, хён. Над столиком брызгула искра. Маленький огонёк развернулся в пространстве, увеличиваясь, и превратился в пергаментное послание: "Ваша команда выбывает из зачёта Академии Астрадо" Феликс злобно выпустил несколько острых стрел-перьев в огненную бумажку. Та померкла и исчезла, посыпав коричневым пеплом игральную доску. – Дело не в чернокнижнике, – задумчиво сказал Минхо. – Я опять не попал в Бан Чана проклятием. Сучёныш прикрывается своей вонючей шкурой. Если бы я не знал, что он волк, я бы решил, что он волшебный носорог. – Сам ты носорог, – обиделся за друга Чанбин. – Когда мы выйдем в высшую лигу и столкнёмся с ним, я не хочу слышать от тебя такого, – сощурился Минхо. Феликс хмыкнул. – Сомневаешься, Ликс? – Сомнения рождают здравый смысл, – философски заметил Феликс. – Ну, вот, а говоришь, не любишь поэтов. Ребята погоревали о проигрыше ещё немного, а потом собрались и ушли. На самом деле Минхо понимал, что они вылетели из зачёта потому что у них не хватало людей до полноценной команды и потому что в команде Чана был отличный сильный поэт. Ким Сынмин. Минхо вздохнул. Он не какая-нибудь талантливая звёздочка с отточенными навыками. Он настоящий поэт. Чистый источник хаоса. Поэты были звёздами боевых игр, в которых маги учебных академий разных стран тренировали свои умения. "Подземелья и поэты" – самая популярная в их учебном заведении. И выскочка Чан заполучил в свою команду самого настоящего поэта. Из тех, под кого создавалась эта игра поколения и поколения назад. Игра так называлась, потому что в неё играли в специальных волшебных подземельях, которые выдерживали тренировочные бои магов. Сеттинг выдумывали организаторы, в основном маги-архитекторы. И хотя бы пару раз за игру, а то и больше, карта и условия менялись, если команде выпадал ход поэта. Сочинить стихи и вложить в них силы стандартному боевому магу с каплей таланта было легко. Прочитаешь стихи про кастрюлю - и вот уже на головах соперников посуда, которая помешает им видеть. Но силу поэзии нельзя контролировать. Поэтому кастрюли могут оказаться на ком угодно, в том числе на своих. А если в игру вступал настоящий поэт - с истинным даром, игра становилась в сто раз интереснее. Сильный поэт менял саму реальность. Их называли чернокнижниками. В обычной жизни истинные поэты не имели права вслух читать стихи и записывали рождённые заклятия в специальные личные книжки из чёрной кожи василисков. Только такие могли сдержать силу магического хаоса. Они подолгу тренировались управлять словами. Некоторых забирали в храмы древних богов с самого детства. Некоторые оставались среди людей дольше. Но в итоге всё равно попадали в такой храм. Их миссией было подпитывать богов и магию своей силой. Минхо представлял, что чувствует Сынмин, обречённый на отшельничество в конце жизни. И поэтому почти не злился на проигрыш. Игра для Ким Сынмина была не просто игрой, а самой интересной частью жизни, которая неумолимо закончится, когда придёт время стать служителем. ✧✧✧ – Ты ужасно милый, когда делаешь вид, что не разговариваешь со мной. Минхо снисходительно посмотрел сверху вниз. Бан Чан откинулся на руки и с задорной улыбкой пялился на него в ответ. Этот оборотень всегда строил из себя мачо. Сынмин, сидевший рядом с ним на полу в коридоре, поморщился. Если бы не поэт, которым Минхо тайно восхищался, он бы и не заметил своих вчерашних противников. – Ты такими глупыми разговорами затащил к себе в команду истинного поэта? Сынмин осторожно посмотрел на Минхо. Он явно не собирался участвовать в перепалке лидеров команд. – Нет, – Чан так быстро ответил, что Минхо показалось, что он переключает внимание на себя. Защищает чернокнижника? – Сынмин не реагирует на флирт так как ты. Он и во время игры чуть не на спине таскал поэта. Оно и понятно, такое сокровище надо беречь. – А, то есть ты хочешь меня к себе в команду? Чан промолчал и улыбнулся шире. Очаровательное чмо. – Ты серьёзно? – насмешливо фыркнул Минхо и пошёл дальше. – Хотя бы скажи, что подумаешь! – крикнул в спину Чан. В столовой Чанбин с загадочной улыбкой протянул Минхо письмо. Минхо угрожающе посмотрел на Чанбина, увидев на бумаге значок с весёлым волком. – Чанбин, я тебе голову... – Да ты хоть прочти сначала! – завопил Чанбин. Феликс, сидевший рядом с ним зажал уши. Минхо недовольно развернул конверт. "Господину Ли Минхо лично в руки. Официальный запрос от команды Белых Волков. В предыдущей игре вы показали себя самыми достойными соперниками, загнав в угол опытную команду, превосходящую силами и количеством. Мы признаём, что победили вас только благодаря случайности и нам очень жаль, что такая команда выбыла. Предлагаем команде Острых Копий: Ли Минхо, Со Чанбину и Ли Феликсу объединить силы для следующего раунда против Серебряных Змей. Отец волков, Бан Чан. P.S. Минхо, пожалуйста, соглашайся, я молю, любимка моя!~~~" Любопытный феникс заглянул через плечо Минхо, пробежался глазами по тексту и рассмеялся. – А у Бан Чана виды на тебя! – У него на всех виды, – закатил глаза Минхо. Чанбин с вызовом посмотрел на своего лидера: – Они в следующий раз выступают против Змей. Чёрт. Раунд мечты. Растоптать команду Хван Хёнджина Минхо хотелось больше, чем нарисовать жопу и отправить в ответ на официальный запрос Чана. – Передай ему... – весёлая мысль влезла в голову Минхо, и рот выдал её сам собой, – передай, что я согласен на слияние взамен на божественный поцелуй Ким Сынмина.