Фиаско

      — Чёт мне вообще не по себе. — Коля переминался с ноги на ногу, нервно оглядываясь по сторонам. В руке он сжимал тонкий пластиковый стаканчик, стенки которого гнулись от любого сильного нажатия, рискуя расплескать пиво во все стороны.        — Терпи, казак, атаманом станешь. — Петя невозмутимо осматривал толпу, будто кого-то высматривая. Его собственный стаканчик оставался идеально прямым и совсем не дрожал, в отличие от Колиного. — Текст повторить не надо?        Коля помотал головой из стороны в сторону.        — Мне это сейчас не поможет. — Бросил он в сторону Пети со страдальческим видом. Петя посмотрел на него с жалостью. Все слова поддержки он уже давно высказал и даже повторил по три раза, так что ему оставалось только похлопать Колю по плечу с видом умудренного старца. Около входа в «1703» уже набралась приличная толпа, совершенно не похожая на обычных зрителей версуса. Коля даже успел рассмотреть несколько именитых блогеров, которые сто процентов пришли поддержать Сарновского. Коля точно был в меньшинстве и это не радовало. Еще не радовало, что в списке судей промелькнула фамилия Семененко. Внезапно Петя встрепенулся. Рука на Колином плече сжалась сильнее. — Постой тут пару минут. — Петя быстро двинулся в сторону набирающейся толпы, оборачиваясь на Колю и выкривая через плечо. — Никуда не уходи! Я скоро! Коля остался совсем один, неверяще хлопая глазами. Друг, наставник, оплот покоя просто взял и нагло сбежал, оставив его в гордом одиночестве трястись и рвать волосы на голове. Ещё и пиво невкусное и вообще он такое не пьёт. Внезапно захотелось текилы... — Влад, ебаный твой рот! — Раздался громкий голос из-за спины, прежде чем Коля ощутил резкий толчок в спину. Пиво все-таки расплескалось по земле, попадая на новые кеды и идеально, по стрелочкам, выглаженные брюки. — Блять! Брат, от души извини, я просто к другу бежал. — Незнакомец позади рассыпался в извинениях, но его голос был слишком примечательным чтобы Коля смог сохранить спокойствие. Он пытался сделать серьёзное лицо, правда пытался, но по итогу обернулся с максимально напуганным видом только для того, чтобы встретиться с настолько же испуганными глазами Сарновского. — А... — Никита очевидно не был готов к этой встрече. — Ты это... Я правда не хотел. — Я знаю. — Пересохшими губами пробормотал Коля. Было вообще не ясно, как себя вести. — Ты кого-то искал? — Я? — Никита очевидно хотел уйти как можно скорее. Он как будто не хотел смотреть на Колю, его взгляд скакал из стороны в сторону. — Искал, да. Друга одного. А ты чего один? — А мой друг убежал. — Слова выходили неестественно. Предложения будто не хотели строиться так, чтобы звучать нормально. — То есть ты не один? — Переспросил Никита, наконец-то возвращая зрительный контакт. На секунду даже могло показаться, что он переживал за Колю. Коля от этого почувствовал себя еще более дезориентированно. «Это мы сейчас к чему вообще?» — Проскользнула в голове едкая мысль, но Коля быстро ее отогнал. — Типа того. — Натянуто улыбнулся он в ответ. — Ну я это... Пойду. — Никита неловко протиснулся мимо Коли, стараясь никого больше не толкнуть и ничего не разлить. — Удачи тебе. Или в таких случаях не желают удачи? О, Владос! Совершенно сбитый с толку Коля смотрел на удаляющийся силуэт Сарновского, делая большой глоток из наполовину опустевшего стакана. А реально, желают ли в таких случаях удачи? А что это было-то вообще? — О, Онегин! Наслышан. — Долетающий издалека голос Сарновского, за которым следует хлопок рукопожатия, выводит Колю из оцепенения. Он приглядывается и видит, как Сарновский с максимально широкой улыбкой трясёт Петину руку, параллельно что-то тараторя. Рядом с Петей стоял немного напряженный, но все еще выглядящий весьма довольным Влад Дикиджи, ака VD, который придерживал Петю за талию и кивал на какие-то фразы Сарновского. Коля наблюдал, как после обмена любезностями Влад и Никита вместе направились в сторону входа, разговаривая так, как будто они давно знакомы. Пазл сложился. — Всё в порядке? — Спросил наконец-то вернувшийся Петя. — Вам скоро интервью записывать перед выходом. — VD помогает Сарновскому? — С ужасом спросил Коля, еще сильнее бледняя. — И ты об этом знал?! — Было бы неправильно оставлять вас в неравном положении. — С олимпийским спокойствием ответил Петя, подхватывая Колю за руку и буквально таща его в сторону входа. — Тем более нас у тебя двое, а у Никиты помощник только один. — Зато какой! — Продолжал возмущаться Коля, семеня за Петей. — Не то, чтобы я вас с Сашей не ценю, но он же ваще монстр! Меня прям в круге выебут! — Не выебут, у тебя хороший текст. — Петя без напряжения лавировал между людьми. Коля только издал жалобный звук в ответ и залпом, прямо на ходу, допил пиво. Он уже заранее готовился к своему эпическому позору. — Салют! Представься, пожалуйста. — Глейхенгауз стоял за камерой напротив Сарновского, который уже красовался у баннера VERSUS. — Никита Сарновский, блоггер, миллионер, плейбой. — Сарновский снова нацепил на себя маску уверенности и выглядел хозяином ситуации. Совсем не похоже на то, что представилось Коле десять минут назад. — Когда вы собирались мне сказать? — Громким шёпотом выговаривал Коля Пете на ухо, пытаясь не обращать внимания на происходящее перед камерой. — Или вы хотели, чтоб я прям на месте узнал, когда вы по разные стороны разойдётесь? — А что бы изменилось, если бы ты знал заранее? — Тихо ответил Петя. — Ты бы просто пересрал. — Конечно пересрал бы! — Коля чувствовал себя так, будто сейчас упадёт в обморок. Хоть Коля и не курил, но в этот момент хотелось всосать пять сигарет за раз. Крепких. Желательно прям мерзких, чтоб его на месте убило передозом никотина. — О, вот и вы! — Раздался сзади голос Саши, которая пробиралась к ним, распихивая разведенными локтями окружающих. Добравшись, она приветственно ударила их по спинам между лопаток нежным девичьим шлепком, отчего Коля чуть не улетел носом вперед. — Готов биться? — Против Владика Дикиджи? Не готов! — Всё так же агрессивно защищался Коля. Саша устало посмотрела на Петю. Петя кивнул, всем видом показывая, что ситуация под контролем. Саша вскинула бровь, и по ее лицу стало ясно, что она Петиного оптимизма не разделяет. — Окей, что поможет тебе сегодня победить? — Продолжал Ресторатор на фоне. — Я его выебу. — Пожал плечами Сарновский. — Его уже давно пора было кому-то выебать и получается так, что выебу его я. Коля притворился, что этого он не слышал. — Ладно, Коля, слушай. — Её голос стал ледяным, а взгляд тяжелым. — Выбора у тебя уже нет, так что ты пойдёшь и напихаешь ему в панамку. Сделаешь сучье ебало и покажешь что ты нихуя не нежный цветочек, а это тебе кстати уже давно пора сделать. Забился, блять, в свой милый образ и считаешь, что ты такой и есть? Нихуя, Коль, ты мразота та ещё, и ты об этом прекрасно знаешь, так иди и будь мразью за просмотры, а не халяву. Внезапно Коля почувствовал слабость в коленях. Действительно, а чего это он? В памяти пронеслась вереница воспоминаний о его счастливых днях троллинга на имиджбордах. Человек, переживший двач, версуса не боится, правда ведь? Глядя в глаза Саши он понимал, что это утверждение придётся сделать правдой так или иначе, потому что в противном случае она его убьет. — Ну чё, Угожаев где? — Выкрикнул Глейхенгауз, пока Сарновский уходил из-под прицела камеры, при этом дебильно пританцовывая. — Иду! — Отозвался Коля, напоследок еще раз бросая взгляд на Сашу. Она приподняла брови, молча говоря ему шевелиться активнее, поэтому Коля сделал глубокий вдох, выпрямил спину и на негнущихся ногах пошагал к Глейху. — Как-то ты его жёстко. — Шепнул Петя Саше на ухо. — Жёстко? Это ты с ним слишком мягко. — ответила Саша не расслабляя лица на случай, если Коля обернётся. — Ему сильная рука нужна. Встав перед камерой, Коля почувствовал внезапный прилив сил. Свет неприятно слепил глаза, но Саша все-таки была права: быть сукой он умел и любил. Напустив на себя скучающий вид и всунув руки в карманы брюк, он кивнул оператору, давая понять, что готов. — Эмси номер два, представься. — Завёл свою привычную шарманку Глейх. — Николай Угожаев, литературный критик. — Голос звучал ровно и уверенно, как будто все происходящее было типичным вторником. — Что тебе известно о твоем оппоненте? — Что он лицемерный трус и социоблядь. — Вырвалось изо рта так просто, будто он так и планировал. На задворках сознания промелькнула мысль, что он сам был тем еще лицемером, но Коля решил обдумать это попозже. — Ты весь в чёрном сегодня. Почему? — Потому что это траур. — Коля картинно опустил голову. — Печально, что придётся сойтись с необразованным обиженным чмом, сидящем на куче родительского бабла. — Обычно на этой площадке выступают рэп-исполнители, но я рад, что все приходит к первозданной идее. — Глейхенгауз улыбнулся, и в его глазах сверкнуло предвкушение отборнейшего пиздеца. Было очевидно, что в этот баттл он не верил ни секунды и ждал только зашквара и публичного позора для обоих. — Расскажи, если ты победишь, с кем бы еще хотел забатлить? «Блять, надеюсь, ни с кем» — Подумал Коля. Ответив еще на пару вопросов и получив кивок от Глейха, Коля развернулся и уверенной походкой направился прочь. Никита, ловивший каждое Колино слово, оставаясь незамеченным за ослепляющими прожекторами, тоже пошёл в сторону Влада и своей компании, правда, куда менее уверенно. Время подготовки и сбора народа пролетело как в тумане. Коля судорожно цеплялся за свой образ заносчивого эстета, который при ближайшем рассмотрении мог рассыпаться в прах. После интервью Саша удовлетворенно кивнула ему и вручила новый стакан с пивом, которое Коля теперь медленно пил, пытаясь унять заходящееся сердце, пока вокруг настраивали камеры и выставляли свет. — Всё, начинаем! Господа соперники, вы в центре, остальные — расходимся! — Крик Глейха свёл на нет все Колины усилия. Руки слегка задрожали. С обреченым видом он поплелся на намеченную точку, не желая получить напуственный пинок от Саши. По другую сторону их импровизированного ринга вывалился Сарновский, дважды об кого-то споткнувшись. Его солнцезащитные очки от гуччи были сдвинуты на кончик носа, а в глазах на секунду заблестело такое озорное веселье, что Колю прошибло молнией по позвоночнику когда их глаза встретились. Было в этом взгляде что-то цепляющее, и Коля в который раз пожалел, что их знакомство произошло именно так. Оператор с камерой наперевес встал ровно между ними, загораживая обзор, но Коля мог поклясться, что в последний момент Сарновский ему подмигнул. — Салют, с вами Ресторатор и это версус баттл, пошумим, блять! — Крикнул Глейхенгауз в объектив под восторженный гул толпы. — Вы думали, что это шутка? Мы тоже. А хуй там, поэтому, не вдаваясь в подробности, переходим к тому, кто этот баттл будет судить! Новая волна аплодисментов прокатилась по залу. — Первый судья — Марк Кондратюк! — Марк поднял руку в приветственном жесте. — Блоггер и рэпер, представитель, так сказать, меньшинств на этой площадке! — Рэперы говорят, что блоггеры лезут к ним в рэп? Сука, я не согласен с этим! — Выкрикнул в камеру он. — Да в целом неважно. — Отмахнулся от него Глейхенгауз, переходя к следующему судье. — Миша Техник, судья номер два! Техник, или по паспорту Селевко, с красными глазами и умиротворенным выражением лица стукнул своим стаканчиком ровно в объектив. — Выдающийся автор говнорэпа и человек с загадочной жизненной позицией. — Представил его Глейхенгауз, жестом прося оператора отойти подальше. — И последний, но не по значению третий судья – Евгений С! Семененко ограничился простым кивком с лёгкой улыбкой на губах. Коля почувствовал, что его ладони вспотели. Пару раз он получал на почту подробные рецензии на свои обзоры именно от Евгения, где тот разносил его видео в пух и прах. Надеяться, что он отдаст голос за Колю, было пустой затеей. — Победитель Версус Фреш Блад Два и еще каких-то там площадок, а так же человек, который проебал Соне Мармеладовой. — Глейх блестнул идеальной улыбкой. — Надеюсь, наши сегодняшние участники не покупали его помощь. Зал снова загудел, наполняясь шумом хлопков. Семененко, привыкший к подобным обвинениям, просто промолчал. — Что сегодня будет непонятно, да и похуй. Эмси слева, представься. — Глейхенгауз обратился к Сарноскому. — Никита Сарновский. — Сказал он, оглядывая улюлюкающий зал через линзы своих очков. Ресторатор кивнул. — Эмси справа. — Указал он на Колю. — Николай Угожаев. — Кивнул он в камеру. Зал встретил его куда более прохладно, но морально он и так был к этому готов. Цифры не врут, и эти цифры точно были не на его стороне. — Кстати, забавно, что сегодня Онегина и VD мы видим по разные стороны круга. — Оператор быстро подснял каждого из них. Коля не без удовольствия отметил, как дернулся уголок рта Сарновского, когда тот увидел за Колиной спиной Петю с Сашей. Видимо, Влад тоже решил держать Никиту в неведении, а значит условия действительно были равные. — По итогам жеребьевки начинает эмси слева. Пошумим блять! — Зал взорвался шумом, а Никита сделал пару шагов навстречу Коле. Самодовольная ухмылка приклеилась к его лицу намертво, а за очками, которые теперь сидели правильно, было невозможно разглядеть его взгляд. — Ты злишься, что ты — никто. Что твоя качалка — это ходьба до метро. Что вместо фан-встреч у тебя квиз по истории средних веков. — Расслабленно переминаясь с ноги на ногу начал Сарновский. — Ты копался в падежах, а я копал себе путь на вершину. Твой максимум — пост в паблике. Мой минимум — вынесу твою гнилую личину. Коля ощутил, как к нему понемногу возвращается самообладание. То, чего он так боялся, уже началось, а значит хуже стать уже точно не может. Какой бы исход ни был у этого баттла, как бы по нему ни проехался Сарновский, ему уже ничего не изменить, а значит и беспокоиться не о чем. В конце концов, каждый блогер по своей природе немного клоун, так что, может, получится хоть народ повеселить и устроить представление. Сделав глубокий вдох, Коля выпрямил спину и расправил плечи. Впервые за вечер на его губах заиграла вызывающая улыбка, так и призывая Сарновского выложиться на максимум. Никита продолжал выстреливать хлесткими рифмами, но Коля практически не слушал, периодически отхлебывая из своего стакана. Лёгкое опьянение накрывало мягко, добавляя уверенности в собственном тексте. — Твой «исторический» кругозор — это Википедия ночью, а я здесь вбиваю правду в твой череп — иди нахуй, и точка. Раунд! — Зал разразился шумом и выкриками, а Глейхенгауз выглядел даже слегка удивлённым. — Никто не ожидал, что из этого хоть что-то выйдет, но вот мы здесь. — Глейх развёл руками. Теперь в его глазах плескался живой интерес. — Эмси справа, первый раунд. — Тебе б подтянуть падежи. Я дам тебе пизды — вот это дательный. — Брякнул Коля вне заученного текста. Он четко видел расширившиеся глаза VD, когда тот смотрел куда-то Коле за спину, вероятно, переглядываясь с Петей. — Твой раунд прям как ты сам — громкий, пустой и необязательный. Первый опыт фристайла вышел коряво, но по одобрительному гулу публики он понял, что даже такого от него не ждали. Приятно, что планку уронить было невозможно, так как в глазах остальных она и так была приколочена к полу. — Ты называешь себя «дерзким», но это просто затянувшийся пубертат. Твой метод это ляпнуть глупость и ждать, что прилетит охват. — Заученный текст отлетал от зубов, волнение полностью прошло и Коля даже начал получать удовольствие. Его главным хейтером всегда был он сам, так что никакая глупость Сарновского не могла его задеть, но вот если сделать наоборот... Раунды сменяли друг друга один за другим. Поочерёдно оппоненты выливали ушаты дерьма друг на друга, распаляясь все больше с каждым панчем. Коля впал в своеобразный транс, отвешивая оскорбления и улыбаясь все шире. Атмосфера между соперниками стала особенно странной: ни один из них не выглядел оскорбленным, а будто наоборот польщенным, но, казалось, никто из зрителей и судей этого не замечал. А Коля, в свою очередь, замечал каждый хитрый взгляд из-под Никитиных очков. — Пятый раунд завершен, финальный раунд эмси справа, поехали! — Объявил Глейхенгауз, который на протяжении всего баттла восторженно переговаривался с судейским составом. Коля набрал побольше воздуха в грудь. В эту часть он вложил наибольшее количество усилий и живых эмоций, поэтому проебаться было нельзя. — Слушай, Сарновский... Зашёл я в директ случайно. Просто палец скользнул по экрану и вот: твой запрос. «Давай делать видос, ты хорош, будет хайп, залетай». — Коля сделал шаг навстречу Сарновскому, пока тот стоял с ошарашенным видом. — И всего-то неделю назад. Да, проебал, да, не ответил, и даже не вспомнил, пока не начал готовиться к этому цирку. А вот ты написал мне давно, третий месяц пошел. Зал внезапно расшевелился. Наконец-то баттл стал походить на настоящее противостояние. — Ты лайкал мои посты про Кафку и сны, ты в заметки копировал мои тупые стишки, ты досматривал влоги про Питер, где я просто молчал и смотрел на мосты. — Коля медленно, но верно подходил все ближе к оцепеневшему Сарновскому. — Ты — мой фанат, я — твой экспонат, так зачем ты устроил этот ебаный ад? По Сарновскому было видно, что он и сам не знает, зачем. По его лицу начали расползаться красные пятна стыда. — Мы могли бы сидеть в кафе. Я бы читал тебе Бродского, ты бы ржал над моим картавым «р». Но ты вызвал меня сюда, заставляя уничтожать тебя. Нахуя? — Произнося эту фразу, Коля буквально дышал Сарновскому в лицо. Легким движением руки он стянул с Сарновского очки, надевая их на себя, точно также опуская их на кончик носа, чтобы сохранить зрительный контакт. — Я тут быть не хотел, я хотел просто жить. Но раз уж мы здесь... Слушай. Ты мой фанат, это факт, но и я твой, вообще-то, тоже. Так что все это фарс, ты пидорас, раз решаешь проблемы баттлом, но мы можем дружить, если решишь, что собой быть тоже пиздато. Раунд! Никита стоял, будто громом пораженный. Влад за его спиной выглядел не менее озадаченным, будто он об этом злополучном сообщении не знал вообще. Толпа взревела, аплодируя Коле, выкрикивая слова поддержки, которые он совершенно не ожидал услышать, отчего на его лице снова появилась улыбка, в этот раз счастливая. — Ну что ж, время услышать вердикт наших судей. — Глейхенгауз снова обратился к камере, заканчивая хлопать себя по груди. — Итак, Марк, что скажешь? — Я ожидал, что это будет ебучее позорище. — Со смехом сказал Марк. — Вы показали класс, особенно при том, что оба дебютировали сегодня на крупной площадке. Тем не менее, по моему мнению, писать песни про пенисы и рекламировать баду больше достоин эмси слева. — Один голос в пользу Сарновского! — Объявил Глейхенгауз под одобрительный шум зала. — Признаюсь, я тоже не думал, что из баттла получится что-то, кроме цирка. А что скажет судья номер два? — Я считаю, — Заторможенно отозвался Миша Техник, — что у обоих ребят есть свое видение и эта... стилизация, да. Но Сарновский действительно удивил и открылся с новой стороны. Я за него. — Два голоса за Сарновского! Исход баттла уже понятен, но для приличия послушаем третьего судью. — Совершенно счастливый Глейх, очевидно уже предвкушающий миллионые просмотры, повернулся к Семененко. — Евгений, слово вам. — Действительно, это было не стыдно.— ответил Евгений С все с той же полуулыбкой. — Но хочу отметить третий раунд Угожаева. Колино сердце ухнуло в пятки. Видимо, его судьба это проиграть всухую, потому что Евгений его точно жалеть не будет. — Третий раунд был намного сильнее первых двух, а так же наполнен эмоциями и личными переживаниями. Лично я, как человек, давно следящий за творчеством Николая, был рад, что он к моей критике наконец прислушался. — Челюсть Коли свалилась на пол, пока он слушал речь Евгения. — Поэтому, для мотивации расти дальше, отдаю свой голос эмси справа. — Со счётом два-один побеждает Сарновский! Пошумим, блять! — Взревел Глейх вместе со всей толпой, пока оклемавшийся Сарновский размахивал руками, призывая всех добавить шуму. Коля хлопал вместе со всеми, не особо расстроенный своим поражением. В моменте он был просто рад, что все это кончилось. — Перерыв, а потом у Угожаева и Сарновского повторные интервью, не расходимся! — Крикнул Глейхенгауз, прежде чем толпа начала рассасываться. Коля заспешил к выходу, желая вдохнуть свежий ночной воздух, скрываясь в толпе от Пети и Саши. Потом, всё потом. Он снова не заметил, что Никита скользнул за ним.