Фиаско

      Коля сидел на бетонном крыльце чёрного хода, покуривая стрельнутую у кого-то сигарету. Курением он баловался только в школе, но сейчас атмосфера как будто располагала. На душе после баттла стало несравнимо легче, а тишина ночных улиц, прерываемая только гулом машин и приглушенной музыкой из-за двери, успокаивала еще больше.       — Не помешаю? — послышался голос откуда-то сбоку. Коле даже не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, кому он принадлежал.     — Ничуть. — Пожал плечами Коля, делая очередную затяжку.     Сарновский подошёл к нему ленивой походкой, вставая напротив и облокачиваясь на фонарный столб. Немного помолчали, пока Никита рылся по карманам в поисках своих сигарет. Коля рассматривал дым, красиво клубящийся в воздухе.     — Ты был реально хорош. — Наконец сказал Никита, отводя глаза.     — Ты тоже. — Отозвался Коля. — Честно, не ожидал.     — И я. — Никита стряхнул пепел с сигареты. Снова помолчали.     — Ты же тоже не знал, что я… ну… не сам пишу? — Опять подал голос Никита. На этот раз он смотрел Коле в глаза, отчего у того пересохло во рту. Пришлось мысленно стукнуть себя по голове.     — Узнал перед баттлом. — Не отводя взгляда ответил Коля. — Сразу после того, как ты меня чуть не сбил на входе.     — Да бля, реально прости. — Сарновский сложил руки перед лицом в молитвенном жесте и потряс ими, склонив голову. Коля поймал себя на том, что улыбается.             — Они нам и не планировали говорить. Создавали равные условия типа. — Коля кинул окурок под ноги и потоптал носком кеда.     — Чтоб не обосрались, ага. — Никита снова затянулся и в его глазах блеснуло веселье. — Но если серьёзно, то на Владоса я обидку кинул. Поэтому, дабы проучить его и Онегина за то, что поступили не по-мужски, утаив столь важную информацию, предлагаю вам, Николай, увлекательный тур по барам Петербурга. Заодно возмещу вам разлитое пиво и докину компенсацию за моральный ущерб.     — Им мы, конечно, ничего об этом «увлекательном туре» не скажем? — Спросил Коля, глядя на Сарновского из-под кудрявой челки. Улыбка становилась все шире и как будто игривее. От него не укрылось, как взгляд Никиты скользнул по его лицу, недолго задержавшись на оголенной шее.     — Конечно. — Кивнул Никита, начиная улыбаться в ответ. — Так что скажете?     — Не могу не согласиться. — Коля поднялся с холодного крыльца, небрежно отряхивая брюки. — Получается, мир?     — Мир. — Никита вздохнул с явным облегчением и протянул Коле руку для рукопожатия. — Я вообще не хотел этого всего, но Глейх уже согласился и сдавать назад было как-то...     — Как-то по-идиотски? — Коля пожал руку Сарновского. — Так тупо, что нас даже...     — Никто не спросил! — закончил с ним в один голос Сарновский. — Я был пьяный в жопу, когда этот видос выкладывал, а Влад меня не остановил!     — А мне Петя сказал, что мой отказ станет «репутационным риском» и что я «могу от этого вообще не отмыться»! — Нажаловался Коля.     — Вот суки! — Снова в один голос сказали они и засмеялись от нелепости ситуации.     — Ну всё, пошли они оба нахуй. — Никита достал телефон из кармана. — Я вызываю убер и мы едем кутить.     — Кстати, твои очки... — Вспомнил Коля, и его рука потянулась к ним, чтобы передать законному владельцу.     — Оставь у себя. — Никита выставил руку вперед. — Они тебе больше подходят.     — Ну нихуя себе. — Глаза Коли округлились, но очки он оставил в покое. Неловко признавать, но они ему все-таки понравились. — Ты так всегда вещами разбрасываешься?    — Не всегда. — Спокойно ответил Никита. — Но я же твой фанат, в конце концов. Считай это подарком со сходки.     Коля не знал, что на это ответить, поэтому промолчал, но ему, почему-то, стало очень приятно. Кончики ушей покраснели, поэтому он тряхнул волосами, чтобы убедиться, что этого точно не видно.     Через несколько минут они уже сидели в такси. Никита попросил у водителя включить музыку погромче, поэтому на весь салон играла «Тает лёд», пока их машина неслась по полупустым улицам.     Коля почувствовал жужжание телефона.     «Ты где?» — гласило сообщение от Пети. Вскоре прилетело и второе: «У тебя еще заключительное интервью, Глейх уже злой, как собака»       «Мы уехали бухать» — написал Коля в ответ.     «Мы?» — ответил Петя.     В тот же момент у Сарновского зазвонил телефон, но он, посмотрев на номер звонящего, просто выключил звук.     — Владос. — Сказал он перед тем как продолжить подпевать песням на радио.     «С Сарновским» — пояснил Коля.     «Ебать вы приколисты» — написал Петя и начал печатать что-то ещё, но Коля, последовав примеру Никиты, включил авиа-режим.     — Петя. — Ответил он на вопросительный взгляд Сарновского. Тот понимающе кивнул и запел еще громче.     Вскоре они уже парковались у клуба.     — Был когда-нибудь в «Депо»? — Спросил Никита, выскакивая из машины.       — Не приходилось. — Коля быстро подхватил Никитин настрой, снова натягивая очки на нос и осматриваясь вокруг.       — Ну вот щас побываешь. — Никита обнял его одной рукой за шею и потащил в сторону входа. — Лучшее место чтоб нажраться в слюни.             Фейсконтроль пропустил без малейший вопросов, приветственно кивая Сарновскому, что для Коли было в новинку: неужели репутация блогера была настолько сильна? Но у бара всё стало ясно, когда хмурый на первый взгляд бармен кинулся жать руку Никите: очевидно, тот был частым гостем. И очень щедрым.             — Текилы, брат! — Перекрикивая музыку сделал заказ Никита, подсовывая оранжевую купюру под ладонь бармена. — И себе что-нибудь возьми.             Когда рюмки, обсыпанные солью и украшенные толстыми ломтиками лайма оказались у них в руках, Никита кинул заговорщический взгляд в сторону Коли.             — Готов? — Крикнул он, наклоняясь ближе к Колиному уху.             — Готов! — Отозвался тот.             — Ну, за нас, хули! — Никита стукнул своей рюмкой о Колину перед тем, как слизать соль с горлышка и опрокинуть содержимое рюмки в себя.             Примерно после этого окружение для Коли слилось в разноцветный мерцающий вихрь. Треки сменяли друг друга, рюмки пустели и наполнялись, но они Никитой просто танцевали и во все горло подпевали любимым песням, как будто и не было этого глупого твитта, не было недель подготовки и ужаса перед оппонентом, не было самого баттла и как будто не будет последствий. Мысль о том, что их может кто-то узнать и заснять промелькнула в Колиной голове лишь раз, разбиваясь о пьяный аргумент «и чё?». Возвращаться к уже порядком поднадоевшим тревогам не хотелось совершенно, поэтому лучшим решением было просто отпустить себя и позволить телу двигаться. Никита, очевидно, думал точно также, потому что постоянно завлекал Колю в очередной танец, то приобнимая за шею, то провожая к барной стойке за талию, то просто не отводя взгляда от Колиного лица. На танцполе ничего не имело смысла кроме движения, и Коле это до безумия нравилось. Как и Никите.             — А туалет тут где? — Спросил Коля по окончании очередного трека. Было нестерпимо жарко, хотелось умыться и немного прийти в себя.             Никита просто понимающе кивнул, хватая Колю под локоть и утаскивая куда-то вглубь неоново-фиолетового коридора. Открыв хлипкую дверь, он указал на залитую красным неоном, на удивление пустую комнату.             — Прошу. — Галантно пропуская Колю вперед сказал он.             Внезапно зал за дверью взорвался одобрительными воплями, обещая отсосать диджею.             Коля двинулся к раковине, слушая приглушенные басы какого-то смутно знакомого трека, играющего в зале, и открыл кран, подставляя руки. Холодная вода растекалась по разгоряченной коже. Коля несколько раз плеснул себе в лицо, позволяя каплям стекать вниз по шее, охлаждая каждую клетку тела. Случайно кинув взгляд в зеркало, он наткнулся на Никитино лицо, прикованное к его собственному. Глаза Никиты не отрываясь следили за каждым Колиным движением, поэтому, когда взгляд Коли пересекся с его, тот только ухмыльнулся. Будто чего-то ждал.

            Раздеваю догола малую.

Я раньше не видал её аппаратуру.

Она хочет пить, хочет маракуйю.

А я хочу её, если хочу, то буду.

            Коля с трудом заставил себя оторвать взгляд. Закрыл кран и, вытирая руки прямо о джинсы, повернулся к Никите, опираясь на раковину. Никита не разрывал зрительного контакта, подходя ближе. Сердце в Колиной груди колотилось с бешеной скоростью, но он не хотел ничего менять. Хотелось посмотреть, что из этого выйдет. Чего хотел Никита? Глядя в эти затуманенные глаза все сразу становилось понятно, но подтверждение хотелось получить немедленно.

I got ninety nine problems,

Но под всем этим огнём, нет, я не плавлюсь.

Ты такая нежная, но я для тебя кактус.

Суки, ожидают, что когда-то я расслаблюсь, но нет,

нет, нет, нет, нет, нет, нет,

Оу, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет...

            — Идём? — Никитина рука оказалась на раковине, запечатывая Колю между ним и его опорой.             — Идём. — Выдохнул Коля в сантиметрах от Никитиных губ. Он почувствовал, как вторая рука Никиты сжала его талию, отправляя по Колиному позвоночнику волну мурашек. Гул крови, текущей по венам, заполнил Колин слух, а дыхание участилось. Казалось, что он физически чувствовал, как расширяются его зрачки.             Рука Никиты скользнула вниз, задерживаясь на Колином бедре. Сам Никита выглядел так, как будто наконец дорвался до чего-то запретного, пока его рука двигалась по облегающим брюкам. Колин пьяный мозг плыл, пытаясь зацепиться за последние крупицы разума, но это было бесполезно. Вопреки здравому смыслу Коля схватил Никиту за подбородок, придвигая его лицо ближе к своему.             — А куда мы идём? — Спросил он, бросая невинный взгляд из-под опущенный ресниц.             — Да куда захочешь. — На выдохе, не своим голосом бросил Никита, впиваясь в губы Коли грубым поцелуем, выбивая из того то ли всхлип, то удивленный полустон. Коля не отпускал Никитино лицо, контролируя, а точнее, пытаясь контролировать темп поцелуя, но вскоре это стало невозможно: слишком сильный напор, слишком большое желание наконец-то расслабиться. Никита только сильнее сжимал Колю, сокращая и так отсутствующее расстояние, сталкивая их бедра вместе. Эта близость кружила Коле голову, разжигая в нём желание продолжить, узнать, как далеко это всё может зайти, стонать в чужой рот и не отпускать ни при каких обстоятельствах, пусть его хоть прям здесь убьют.             Никита отстранился, тяжело дыша и собираясь что-то сказать, но в этот момент дверная ручка истерично задергалась. С бешеной скоростью они отскочили друг от друга, за секунду до того, как в туалет ввалилось пьяное тело, которое, загребая всеми конечностями, забежало в ближайшую кабинку.             — Поехали отсюда. — Шепнул Коля, наклоняясь к Никитиному уху.             — Ни слова больше. — Только и ответил Никита.             Как садились в машину Коля не помнил, но вот пачку купюр, брошенную таксисту для отвода глаз, и сильные руки, вжимающие его в пассажирскую дверь, помнил хорошо. Как и горячие, мокрые поцелуи по шее, острые зубы на ключице и собственные тяжелые вздохи, непроизвольно вырывающиеся из груди. Никитины руки не стеснялись лезть под черную рубашку, небрежно вырванную из-под ремня, как и дразняще чертить ногтями по натянутым брюкам, заставляя Колю вскидывать бедра навстречу. Коля хорошо запомнил холодное стекло, давившее на его затылок и упорный Никитин язык, не желающий оставлять его собственный в покое. Не отвлекла даже проскользнувшая в мыслях шутка про пять звезд в приложении, потому что вес опирающегося на него тела и дыхание на ухо делали все остальное не важным. Размытые фонари и яркие вывески в окне напротив, обрамляющие Никитино раскрасневшееся лицо, окончательно затмили всё Колино надуманное желание к сопротивлению.             Коля даже не заметил, как машина затормозила. Ему было всё равно, куда именно тащит его за собой Никита, лишь бы он не переставал прикасаться к нему даже на секунду, поэтому возня с ключами на входе, когда Никита дрожащими руками не мог попасть в замочную скважину, стала натуральной пыткой, вознагражденной заветным щелчком замка и открытием двери. Никита буквально втолкнул Колю в квартиру, ведя его в сторону кровати по заученному маршруту в полной темноте и в итоге роняя спиной на упругий матрас.             — Я больше не могу… — Проскулил Коля, чувствуя касания Никитиных рук на каждом сантиметре своего тела.             — А ты… ну... — Замялся Никита, очерчивая рукой Колины ягодицы сквозь слои одежды.             — Нет конечно! — Коля, не контролируя свои движения, льнул к касаниям Никиты. — Я же не думал, что после баттла реально в жопу трахают!             Никита понятливо хмыкнул и потянулся к Колиному ремню, наконец-то стягивая с него многострадальные брюки вместе с нижним бельем. Протяжный стон вырвался из Колиного горла, как только Никитина рука обхватила его член, а большой палец прошелся прямо под чувствительной головкой. Колины ногти с силой царапали Никитины плечи, сминая ткань брендовой тряпки, которую тот так и не удосужился снять, но это стало не важно, как только Коля почувствовал толчки Никитиной руки. Коля видел искры за закрытыми веками, а голова запрокинулась назад, давая Никите больше доступа к его уже и так искусанной шее.             Никита ненадолго остановился, сам избавляясь от мешающей одежды, заставляя Колю недовольно извиваться и чуть ли не хныкать в ожидании.             — Сведи колени. — Попросил Никита и, когда Коля сделал так как он просил, закинул его ноги себе на плечо, придерживая рукой.             — Что ты… — Собирался спросить Коля, прежде чем горячий Никитин член прошел между его бедер, протираясь о его собственный. Голова снова упала на матрас, а лицо загорелось от настигшего его стыда. Появилось желание закрыть лицо руками, но Коля сдержался, вместо этого сильнее сжимая колени. Шипящие стоны, испускаемые Никитой сквозь зубы, все сильнее сводили Колю с ума. Темп нарастал, Никитины пальцы всё сильнее впивались в Колину кожу, а стоны становились все отчаяннее. Никто из них не мог продержаться долго, но когда их глаза встретились в очередной раз и Коля впервые увидел Никитин настолько жалобный, настолько возбужденный и настолько же нежный взгляд, дороги назад уже не было. Его спина изогнулась дугой, пока волны оргазма накрывали его одна за другой, пока Никита продолжал вбиваться между его бёдер. Было хорошо, слишком хорошо, чтобы быть правдой и слишком абсурдно, чтобы это признать.             Никита кончил следом, опираясь головой на Колино колено, так удобно находящееся около его лица. Оставив несколько ленивых поцелуев на Колиной ноге, он осторожно придвинулся к Колиному лицу чтобы оставить такой же поцелуй на виске.             — Я в ахуе. — Хриплым голосом сказал Коля, запуская руку в Никитины волосы.             — Я тоже. — Согласился Никита, снова целуя Колины губы.