Временные петли

34.1 Клонированный хаос       «Твайлайт, что ты наделала?!» Было шесть утра, когда Селестия телепортировалась ко входу в библиотеку Понивилля, получив от Спайка срочную просьбу о помощи. Она только что подняла солнце, как вдруг в зеленом пламени появился свиток с мольбой о ее немедленном вмешательстве. Как только она появилась на месте, проблема сразу же стала очевидной. В дверном проеме стояли две пони, и у обеих уши были виновато прижаты к голове. Да, и обе они были Твайлайт Спаркл. У той, что стояла слева, уши приподнялись, когда она заговорила: «Ну... пару месяцев назад я делала уборку...» Твайлайт справа посмотрела на нее возмущенным взглядом: «Подожди, это я делала уборку, и я — оригинал...» Селестия топнула копытом: «Сейчас это не имеет значения. Пожалуйста, продолжай», — она указала копытом на левую Твайлайт. Пони кивнула: «Как я уже сказала, я, то есть мы, вытирали пыль с книжных полок. Проходя мимо крыла со свитками, мы наткнулись на несколько экземпляров, написанных на языке, которого мы никогда раньше не видели. Мы достали их и попытались применить заклинание перевода. К нашему удивлению, оно не сработало, или, по крайней мере, не перевело текст на базовый эквийский!» Рог Твайлайт справа засветился, и из библиотеки вылетел свиток. Селестия перехватила его своей магией и развернула. Насколько она могла судить, это был какой-то список. И действительно, он был написан на языке, который она не могла прочесть, и содержал такие слова, как «катон» или «ниндзюцу». Кроме того, в нем были картинки пони, творящих какую-то магию. Твайлайт справа продолжила рассказ за ту, что слева: «Итак, частью нашего проекта был перевод этих слов на эквийский. На этом фронте мы не добились особых успехов». Левая Твайлайт оттолкнула правую: «Другой частью было воспроизведение магии, изображенной на картинках перед нами. Мы попробовали первую», — сказала она, указывая на изображение, где одна пони превращалась в двух. Надпись на иностранном языке над картинкой гласила: Tajuu Kage Bunshin no Jutsu Она продолжила: «И это сработало очень хорошо! К сожалению, мы не совсем знаем, как отменить заклинание. Мы попробовали страховочное заклинание, но оно не сработало должным образом». Селестия вздохнула: «Твайлайт, ты могла бы сразу прийти ко мне, и я бы помогла тебе в этом исследовании. В конце концов, мне больше тысячи лет, и я видела взлет и падение многих народов. Возможно, если бы мы изучили это вместе, я смогла бы найти исторические записи о подобной цивилизации». Она указала на них обеих: «Но вместо этого вы применили заклинание, о котором никогда раньше не слышали, не зная последствий. Насколько вам было известно, оно могло заставить вас взорваться при создании копии пони с картинки». Селестия посмотрела на них строгим взглядом, отчего обе Твайлайт от стыда опустили головы и хором произнесли: «Простите, принцесса... мы не продумали все до конца». Через мгновение строгое выражение лица Селестии сменилось грустной улыбкой. Она подошла и обняла сначала одну ученицу, затем другую: «Но вы в порядке, и мы пройдем через это вместе». Внезапно крик Спайка, донесшийся из библиотеки, заставил их всех посмотреть на вход: «Не думаю, что это хорошая идея, Твайлайт». Другой голос, подозрительно похожий на голос самой Твайлайт, эхом раздался изнутри: «Но ты только что слышал принцессу. Она сможет нам помочь!» Твайлайт справа, которая и была оригинальной Твайлайт, начала потеть, когда растерянный взгляд Селестии обратился к стоящим снаружи пони: «Ну... э-э... дело в том... что заклинание пошло не... совсем по плану... понимаете...» Голос Спайка снова раздался эхом: «Нет, отойдите! Вы все! НЕТ! Отпустите меня, Твайлайты!» Из дверей выскочило не менее 60 Твайлайт, а Спайк удерживался в одной из их магических аур. Лицо Селестии выражало шок. Оригинал продолжила: «...Возможно, произошла... случайность при выбросе магии... и я могла создать... несколько сотен...» Глаза Селестии скользили по толпе Твайлайт, которые продолжали высыпать из библиотеки. Через мгновение у нее начал дергаться глаз, когда ученицы окружили ее и заговорили все одновременно. В результате она предприняла единственное логичное действие, чтобы сохранить рассудок — упала в обморок. Наступила тишина, пока Твайлайты в ужасе смотрели на нее. Затем одна из клонов дала оригиналу подзатыльник: «Отличная работа, Босс! И как мы теперь объясним это всему Понивиллю, когда они проснутся?» Спайк еще мгновение сохранял свое испуганное выражение лица, затем начал хихикать, потом смеяться, а затем в открытую кататься по полу, ревя от смеха, пока по его щекам текли слезы. Мгновение спустя дракон превратился из Спайка в Дискорда: «О, я так не веселился уже много лет. Передай мою благодарность Наруто за то, что он научил тебя делать технику Теневого Клонирования только с помощью рога!» Оригинал вздохнула: «Это не совсем то, что я имела в виду. Я хотела лишить ее дара речи, а не сознания».

***

34.2       «...итак, — сказала Луна, держа в копытах прикроватную лампу. — Что это делает?» «Это лампа, Луна, — мягко ответила Селестия. — Она излучает свет с помощью электричества». «Ах, громовой камень! — кивнула Луна. — Понимаю! Ну, я знаю, как с ними обращаться!» Селестия напряженно думала. Громовой камень... громовой камень... о, нет! «Луна, подожди...» Луна совершенно намеренно уронила лампу, которая со стуком ударилась о пол. Стекло разбилось вдребезги. «...потому что это не громовой камень, — продолжила Селестия. — Она использует электричество, которое вырабатывается на плотине, а затем передается по кабелю во дворец и к лампе. Чтобы она заработала, нужно нажать на выключатель». «...о». Луна опустила голову. «Мои извинения, сестра». «Что-заа!» Обе аликорны подняли головы. «Что это было?» Из камина вырвалось облако черного дыма, заставив их обеих закашляться. «Я — ниндзя!» — крикнул кто-то, а затем раздалась серия свистящих звуков. Когда они стихли, дым рассеялся, на полу и мебели не осталось и следа сажи, а лампа была аккуратно собрана и стояла на комоде. Селестия потянулась к своему уху, которое вдруг зачесалось, и обнаружила там черную визитку. Белые буквы гласили: Случайные акты доброты — наша специальность! «...что ж, — сказала она, показывая карточку Луне. — Не знаю, как ты, Лулу, а я не жалуюсь».

***

      «Хайяяя-я!» Осел Крэнки Дудл моргнул и оказался в другом месте. А точнее, в столовой, где стол был накрыт на двоих. «Что это было?» — спросил чей-то голос, и... Матильда вошла в дверь, остановилась и прижала копыто ко рту. «О!» Крэнки пожал плечами. «Не знаю, как это произошло, но...» На пол упала черная визитка.

***

      «Значит, это для тебя что-то новенькое?» — спросила Твайлайт. «Ага!» — кивнула Пинки Пай, чей черный наряд несколько скрывал ее личность (хотя голос все равно выдавал ее с головой). «Случайные акты доброты, да? Похоже, это работает. Ты даешь рекламу?» Пинки посмотрела на нее как на идиотку. «Нет, глупенькая. Ниндзя работают в тени!» «Что объясняет черную бумагу на всех твоих окнах, как я погляжу... — рассеянно кивнула Твайлайт. — Нанимаешь помощников?» «Не-а!» — покачала головой Пинки. «Чем меньше ниндзя, тем лучше! Я могу сделать в три раза больше работы одна, чем если бы у меня был помощник!» Она порылась в своем подпространственном кармане. «О, смотри, я сделала вот это!» Твайлайт осмотрела предмет. «Что это?» «Шуточная бомба! Как дымовая, но с веселящим газом. Правда, я тестировала ее только один раз, и все вышло не так, как я надеялась...» «Не удивлена...» — пробормотала Твайлайт. «Зато она сделала шоу Трикси успешным, так что она наняла меня на разогрев». Пинки пожала плечами. «Разве это не немного неэтично?» «Да не, она просто хочет, чтобы я пускала на нее газ. В основном, куча нелепых падений». Пинки ухмыльнулась. «Она сказала, что это воняло бы поражением, если бы эта вонь не скрывалась за запахом таких огромных денег». «Это точная цитата?» Пинки кивнула. «Хм. Ну, полагаю, если она счастлива, то это только к лучшему. Счастливые единороги не пытаются захватить Понивилль».

***

34.3       Твайлайт посмотрела вверх. По какой-то причине в этой петле она была абсолютно крошечным единорогом — едва ли полсантиметра ростом, — но сам мир был довольно интересным. Если бы он был построен для людей нормального размера. Небо выглядело потрясающе, молодая луна поднималась в небеса, а Твайлайт усердно работала в своем альбоме для набросков. (В этой петле он у нее был, и она решила сохранить это занятие как хобби. Возможно, однажды это позволит ей получить кьютимарку, которая не будет снова звездой магии). Затем раздался звон могучего колокола, и спокойный воздух мгновенно превратился в ревущий, воющий шторм. Твайлайт была слишком мала, чтобы удержаться на земле при таком ветре. Испугавшись, она полетела и отскочила от святилища под персиковым деревом. (К счастью, она оказалась вне зоны действия ветра, и секундная работа с магией позволила ей надежно закрепиться). Оказавшись в безопасности, она посмотрела на святилище... Которое пошевелилось. Белая аликорн потрясла головой, вокруг нее посыпались кусочки камня, и повернулась к ней. «Подожди, — сказала Твайлайт, щурясь. — Селестия?» «О, привет, Твайлайт, я тебя там не заметила, — сказала Селестия, помахав копытом. — Похоже... ну, у меня более или менее та же работа, что и обычно». Твайлайт кивнула, левитируя себя на уровень глаз с беспечным пренебрежением мага к какой-то там буре. «Понимаю. Значит ли это, что я твой напарник?» «Возможно». Селестия пожала плечами, осматривая себя. «Ну, это мило. Мне нравятся эти пучки шерсти... хотя насчет черного кончика хвоста не уверена». Она изогнулась, чтобы рассмотреть его получше. «Упс!» Взошло солнце. «...сделай так еще раз», — сказала Твайлайт, моргая. Солнце взошло снова, ненадолго опустившись за горизонт, чтобы затем снова подняться. «Вообще-то, это намного проще, чем то, как я обычно это делаю, — прокомментировала Селестия. — Я одобряю». «Ясно». Твайлайт подлетела и уселась прямо за рогом Селестии. «Ты собираешься сидеть там все время?» — спросила Селестия. «Ну, я же не пойду пешком», — парировала Твайлайт. «Хорошо. Давай посмотрим, о чем эта петля».

***

      «Так, — сказал Спайк, передавая большой свиток. — Я сам не понимаю, как это работает, но, по сути, теперь ты можешь чинить вещи чернилами из своего хвоста». Селестия кивнула. «Это будет полезно. Кстати, мне нравится этот образ». «Не знаю... — критически заметила Твайлайт. — Как по мне, он может быть немного длинноват и тонковат...»

***

      «Ты собираешься помогать хоть в какой-то момент?» — спросила Селестия, возможно, с легким раздражением, размахивая волшебным зеркалом, как дубиной, отбиваясь от двух бесов с гитарами. Твайлайт откинулась назад, обхватив копытами гриву Селестии. «Я могла бы обеспечить вокал». «Я имела в виду, помочь мне». «О». Твайлайт задумалась. «Не особо, нет». «...это месть за всю ту историю с Сомброй, да?»

***

      «Итак, — пробормотала аликорн солнца. — Гигантский робот, управляемый рыбой. И что теперь делать...» Твайлайт подпрыгнула на ее голове. «Призови богиню кисти Цветения». «Ты уверена?» — спросила Селестия. «Ага», — ответила Твайлайт. Сделав один точный круговой взмах своим чернильным хвостом, Селестия призвала магию, присущую этой петле... И Флаттершай материализовалась на поле боя. Ее глаза сузились. «Мистер Рыбка! Вы — плохая рыба!» Весь гигантский робот Ями содрогнулся. «Хорошо, теперь ту, что для Мощного Разреза». Очередная вспышка магии, и появилась Гильда. «Эй, Гильда! — крикнула Твайлайт. — Не хочешь рыбного ужина?» Орлиноподобный хищник оживился. «Чертовски хочу!» Ями перевел взгляд с пегаса на грифона (последняя держала в руках очень большой нож и салфетку)... и спрыгнул с платформы. «Ты так легко не уйдешь!» — крикнула Гильда, спрыгивая за ним. Селестия и Флаттершай подошли к краю и посмотрели вниз. «Так... — сказала Флаттершай через мгновение. — Это все?» «Полагаю, что да, — ответила Твайлайт. — За исключением попытки нарисовать рекламу на луне. Вот это вернуло бы веру в, эм, тебя». «Мне может понадобиться разрешение Луны...» — задумчиво произнесла Селестия.

***

34.4 (Мастер-ткач / Masterweaver)       «Твайлайт, мы дружим уже много петель». Пурпурный единорог отпила чай, одарив свою бывшую наставницу вежливым, но растерянным взглядом. «Я чувствую, к чему-то идет...» «Ну... — вздохнула Селестия. — Да. Ничего личного, просто... привычка, которая меня немного раздражает. Я мирилась с этим какое-то время, но...» «Что такое?» Твайлайт поставила чашку. «Если я делаю что-то, что доставляет тебе дискомфорт, ты можешь сказать мне». «...на самом деле это довольно глупо, и это не твоя вина —» «Селестия, не заставляй меня произносить слово на букву "О"». Это вызвало у аликорна легкий смешок. «Ты бы правда это сделала?» Твайлайт пожала плечами. «Ты ходишь вокруг да около, все средства хороши». «...хорошо». Отставив чай и сделав глубокий вдох, бывшая наставница посмотрела бывшей ученице в глаза. «Я хочу, чтобы ты перестала клясться мной». Повисла тишина. «...и это все?» «Это все». Твайлайт кивнула самой себе. «Хм. Ладно. Хорошо, конечно, я... я постараюсь —» «А еще, не могла бы ты передать это послание другим петельщикам? Это правда ничего личного, но когда ты не можешь понять, является ли "Святая ТвоеСобственноеИмя" выражением привязанности, через какое-то время это начинает действовать на нервы». «О, вау. Да, я понимаю, о чем ты, во всех этих петлях Сестер, которые я прошла...» Единорог покачала головой. «Ничего себе, я даже не задумывалась об этом. Это была просто бессознательная привычка. Прости». «Нет, все в порядке. Ты же не знала». Они посидели в дружелюбной тишине еще немного. «...знаешь, нам все равно придется время от времени ругаться, — отметила Твайлайт. — Это может стать небольшой проблемой». «Клянитесь деревьями, — предложила Селестия. — Они довольно надежны».

***

34.5       «Твайлайт!» Твайлайт обернулась, уже чувствуя усталость. «Что ты собралась взорвать на этот раз?» Трикси сделала паузу, затем достала какие-то записи и нацарапала на них что-то. «Ничего. А теперь, если ты меня извинишь, мне нужно пойти заменить немного водорода на гелий. Если что-нибудь загорится, пожалуйста, крикни "о, экванити", прежде чем прийти на помощь». С этими словами синяя единорожка удалилась — не то чтобы бегом. «Дирижабль?» — спросил Спайк. «Думаю, да», — ответила Твайлайт. «Ясно». «Знаешь что?» — сказала Твайлайт, обращаясь не совсем к Спайку. «Думаю, я пойду и займу ее чем-нибудь продуктивным. Желательно подальше отсюда...»

***

      «Полет на Луну?» — переспросила Трикси, глядя на проектное предложение. «Очень интересно, Твайлайт. Да, думаю, это должен быть хороший долгосрочный проект. Мне работать из Эпплузы или с Замерзшего Севера?» «Эпплуза имеет больше смысла», — указала Твайлайт. «У тебя будет железнодорожная ветка. Хотя, возможно, стоит расположиться примерно в дне пути галопом от любых реальных населенных пунктов, поскольку лишать сна племя буйволов и город, полный первопроходцев, может быть чревато. Просто проложи туда ответвление или вроде того». «Это правда», — кивнула Трикси. «Очень хорошо, я начну немедленно!» Вспышка света, и она исчезла. «Отлично, это займет ее на пару десятков петель...» — сказала Твайлайт, а затем хмуро посмотрела вверх. «А теперь, что мне делать с этим дирижаблем?»

***

      Трикси радостно рысила вокруг своего нового рабочего места. «Все на месте! Топливо, пусковой бункер, комната управления... все, что нужно, — это ракета». Подхватив своей магической хваткой немного листовой стали, она запустила заклинание дуговой сварки.

***

      «Сойдет», — произнесла синяя единорожка. «А теперь, где этот тритий...»

***

      Трикси осторожно подключила последний контакт на своей панели управления. «Готово! А теперь, всем освободить стартовую площадку». Она хихикнула над собственной шуткой. Она была единственной пони в радиусе ста миль. «Запуск через пять, четыре, три, два, один...» Трикси нажала на пусковой контакт и чуть не споткнулась о бревно на дороге. Ее фургон позади нее остановился не так быстро, как она, потребовав двух неловких полушагов и скольжения, чтобы он не наехал на нее. Погодите-ка... подумала она. Куда делась стартовая площадка? Пурпурная вспышка осветила лесную дорогу перед ней. «Трикси! Ты в порядке?» «В порядке, спасибо, Твайлайт», — ответила Трикси, все еще хмурясь. «Но кто-то украл весь мой стартовый комплекс». Другая единорожка покачала головой. «Ладно, очевидно, все произошло слишком быстро. Что вообще заставило тебя использовать тритий с гравитационным пинчем?» «Ну, Трикси прочитала очень интересное предложение по проекту "Орион", но там использовалось слишком грязное оружие. Поэтому она переделала его под чистое термоядерное оружие...» Твайлайт сделала фейсхуф. «Се-Древо подери, иногда ты такая недальновидная. Проект "Орион" был разработан для движения вне атмосферы, а не для старта!» «...о». Трикси сделала паузу. «Значит, ты присматривала за мной с тех пор, как я стерла себя с лица Эквестрии?» «Да», — ответила Твайлайт. «И в следующий раз придерживайся химии. На самом деле, если ты когда-нибудь снова свяжешься с ядерной физикой, я могу вытянуть из тебя Пинки-Клятву». Трикси вздрогнула. «Поняла».

***

34.6       Кролик Энджел пнул рулетку, умудрившись каким-то образом выразить полное и абсолютное презрение ко всей экванити. Поистине эрудированный кролик. «Зеленый», — прочитала Флаттершай и осторожно передвинула левое переднее копыто, чтобы коснуться зеленого круга. Энджел снова пнул рулетку. «О-о», — прищурился Дискорд. «Кошачьи». Кризалис нахмурилась, и ее уши превратились в кошачьи. Еще один пинок. К этому моменту Энджел уже читал книгу. «Синий!» Твайлайт вошла на лесную поляну. «Привет, ребята — ладно, какого сена вы тут делаете?» Дискорд усмехнулся, что было весьма впечатляюще, учитывая, что в данный момент у него была голова крокодила. Кризалис неловко пожала плечами. «Дискорд называет это Твистером Обликов. Говорит, это хорошая практика». «О, вполне справедливо. Кстати, как успехи?» «Уши и хвост, в основном», — призналась Кризалис. «Биология — это сложно. Хотя Дискорду это дается легко...» «Это потому, что я в основном игнорирую ее», — прошептал Дискорд сценическим шепотом, превращая свою крокодилью голову обратно в нормальную, прежде чем положить правую руку на красное. Только руку. А не остального себя. «Ладно, это точно жульничество», — сказала Кризалис, хмурясь. «Я — воу!» Твайлайт поморщилась, когда пони, чейнджлинг и драконикус рухнули в кучу.

***

34.7       Дэш просмотрела бумагу. «Твайлайт... ты уверена в этом?» Твайлайт пожала плечами. «Ну, организация дел сработала так хорошо, когда я занималась этим на Уборке Зимы, и, честно говоря, все это расписание погоды кажется очень сложным — совершенно без необходимости, на самом деле — так что вот мой план, и я хотела бы попробовать его реализовать». «Ну...» Дэш искоса посмотрела на подругу. «Если ты так говоришь, Твай. Но добром это не кончится». «Спасибо, Дэш!» — улыбнулась Твайлайт.

***

      «Что происходит с погодой, я вас спрашиваю...» — пробормотала Эпплджек, обращаясь к Твайлайт, пока тащила тележку на рынок. «Четыре месяца постоянного солнца! Яблоки больше этого не выдержат. Скажу я вам, я уже подумываю разыскать Дэш и...» Твайлайт кашлянула. «Ага, пересохло в горле и все такое», — сочувственно сказала Эпплджек.

***

      «Ладно, пони», — сказала Дэш, сверяясь со своей таблицей. «Прошло сто двадцать восемь дней, минута в минуту, так что с солнечным периодом покончено». Несколько пегасов вздохнули с облегчением. Дерпи зацепилась копытами за небольшое облачко и свисала с него вниз головой, чтобы оставаться в тени. «Что теперь?» — спросила Рейндропс. «Ну, согласно этому плану, мы прошли то, что называется Гарам, и перешли к тому, что называется Халиф». Это объявление было встречено молчанием. «Да, я тоже не в курсе. Но похоже, что завтра будет шторм». Дэш перелистнула на следующую страницу. «Как и послезавтра. И... подождите секунду, ребята». Перелистывание. Перелистывание. Перелистывание-перелистывание-перелистывание-перелистывание-перелистывание-перелистывание-перелистывание... «Хм». Тандерлейн втиснулся в толпу, чтобы посмотреть на план погоды. «...подождите секунду. Это три с половиной месяца». «Ага», — подтвердила Дэш, размышляя о предстоящей работе. Затем хлопнула копытами. «Ладно, похоже, нам нужно просто поместить штормовую ячейку над Понивиллем и продолжать ее пополнять в течение... по сути, целой вечности».

***

      «Это не работает», — сказала Дэш Твайлайт. «Да, спасибо, я уже поняла», — ответила Твайлайт, удерживая щитовое заклинание над своей коллекцией книг. Их нужно было защищать. В конце концов, они находились на балконе под проливным дождем — потому что Понивилль затапливало. Заметка для самой себя. Понивилль не подходит для муссонного климата. Может быть, вместо того чтобы просто иногда становиться аликорном, имело бы смысл провести реверс-инжиниринг заклинания Стар Свирла и научиться отменять трансформацию. В крайнем случае, она могла бы заставить его превращать ее в пегаса, а для изучения того, как работает погода, явно требовался практический опыт...

***

34.8       Твайлайт и Кризалис сидели вместе в баре; перед Кризалис лежала папка, и она опрокидывала очередную стопку виски. Твайлайт похлопала ее по спине с улыбкой: «Не волнуйся. Итак, кто следующий в твоем списке?» Кризалис достала стопку бумаг, посвященных ее следующей попытке. Изображение пони заставило жизнерадостный настрой Твайлайт исчезнуть быстрее, чем исчезает Пинки, когда уходит устраивать свою вечеринку "Добро пожаловать в Эквестрию". Кризалис открыла рот, чтобы что-то сказать, но Твайлайт подняла папку магией и заставила ее вспыхнуть пламенем: «Только не он. Ничего не выйдет, обещаю». Кризалис в ужасе смотрела, как падает пепел: «Но... он принц, как Шайнинг! И к тому же, газеты признали его самым завидным холостяком в Кантерлоте». Твайлайт сделала фейсхуф от сравнения Шайнинг Армора и Блублада. Где была петлевица Рэрити, когда она была так нужна? Она твердо решила познакомить их в следующий раз, когда они будут в петле вместе. «Думаю, — медленно произнесла она, — мы делаем это неправильно». Из ее подпространственного кармана выплыла папка поменьше и потоньше. «Пора тебе перейти к другому классу пони». Королева чейнджлингов осторожно открыла папку. «...Петельщики?» «Это единственное, что мы еще не пробовали...»

***

      Трикси моргнула. Она моргнула снова. Ей потребовалось мгновение, тобы взять себя в руки. «Ты... приглашаешь меня на свидание». «Да». «...мы обе кобылы». Кризалис кашлянула. «Ну, технически, ты кобыла, а у меня... на самом деле нет яичников, я просто откладываю яйца...» «Нет, ты права, какая же я глупая. Ты же оборотень! Никаких проблем». Единорожка хихикнула. «Нет, никаких проблем, я просто — почему я?» Королева чейнджлингов закусила губу. «Ну... ты петельщик... и, ты же знаешь мои, э-э, проблемы с Шайнингом...» «Эм, нет. Нет, не знаю». Кризалис поморщилась. «...послушай, все сложно, но я пытаюсь двигаться дальше. И...» «Подожди. Я — вариант для утешения?!» «Нет! Не в этом смысле...» «Поверить не могу...» «Это был не он! Это была его непроснувшаяся версия и...» «...я думала, я тебе правда нравлюсь или вроде того...» «ГАААХ!» Дырявое черное копыто прижалось к мордочке Трикси. «Послушай, у меня есть проблемы, хорошо? И мне посоветовали попытаться найти другого пони, и... я делаю это неправильно. Подожди, дай мне начать сначала». Она сделала вдох. «Мисс Трикси Луламун, вы привлекли мое внимание, не дадите ли вы мне шанс привлечь ваше?» Единорожка уставилась на нее. Спустя мгновение она покачала головой. «Знаешь, для вида, который буквально питается любовью, ты ужасна в этом». «Мои последние стабильные романтические отношения были со сбежавшим рабом враждебной нации, в то время как на нас обоих постоянно охотились. Я... это просто как-то само собой произошло, ситуация... такая вот штука». Трикси пожала плечами. «Ладно... знаешь что, ладно. Конечно. Почему бы и нет, давай посмотрим, к чему это приведет».

***

34.9       В очередной раз глаза Хомуры распахнулись. В очередной раз она приняла сидячее положение и вздохнула. В очередной раз она подвела Мадоку. Затем она заметила, что голая. И что у нее копыта. Она не закричала и не вытаращила глаза от такого зрелища. Она видела вещи и пострашнее в барьерах ведьм. Вместо этого инстинкты, отточенные бесконечно повторяющимся месяцем борьбы, заставили ее потянуться за Самоцветом Души. Который она уронила. Потому что у нее были копыта. Хомура глубоко вздохнула. Она не была уверена, что происходит и почему. Существовала очень реальная вероятность того, что она сошла с ума, или сама стала ведьмой, или и то, и другое. И все же она могла пройти через это. Она выносила вещи гораздо, гораздо худшие, чем мимолетное раздражение, и без сомнения, впереди было еще худшее, прежде чем она наконец сможет отдохнуть. И все же, было бы неплохо, если бы она не рухнула на пол сразу же после того, как встала с больничной койки. Дурацкие лошадиные ноги. Дурацкие копыта. После нескольких унизительных минут обучения тому, как управлять своим новым телом, Хомура поняла кое-что, что она упустила, находясь между своей обычной депрессией после сброса и всей этой историей с лошадью: она не узнавала свою палату. Это было другое. Она была другой. Если когда-либо и был шанс спасти Мадоку, то вот он.

***

      Медсестра Тендерхарт вошла в палату и увидела одного из хронических пациентов, кобылку, которая годами едва могла двигаться, радостно прыгающую вверх-вниз. Медсестра улыбнулась. Таковы были чудеса современной медицины. «Поздравляю, Дэйбрейк!» Маленькая пурпурно-серая единорожка, казалось, замерла в воздухе. Приземлившись, она напустила на себя ужасно серьезное, невозмутимое выражение лица, которое ничуть не скрывало ее яростный румянец. Тендерхарт сохранила невозмутимое лицо благодаря годам педиатрического опыта. Планшет, который она держала в копыте, тоже помог. «Ну что ж, все кажется в порядке. Собирай свои вещи, и мы сможем тебя выписать». Ответ был таким же напряженным, как и сама кобылка. «Д-да. Спасибо. Я не задержусь». На этот раз Тендерхарт было немного труднее сдержать смех. Она взъерошила эбонитовую гриву Дэйбрейк. «Да ладно тебе. Не нужно смущаться. Это большой день для тебя. Совершенно естественно радоваться». Губы Дэйбрейк медленно изогнулись в улыбке, как будто она боялась, что ее счастье отнимут в тот самый момент, когда она попытается насладиться им. Она моргнула — это были слезы? — и кивнула. «Хорошо». Тендерхарт ответила ей улыбкой на улыбку. «Умница. Спускайся в вестибюль, как только будешь готова».

***

      Хомура действовала быстро. Ей нужно было. Она не могла рисковать тем, что Кьюбей все еще не донимал эту планету, а это означало, что у нее был всего около дня, чтобы спасти кота от смерти. Иначе, как и в тот первый раз так давно, Мадока воскресила бы его своим желанием при заключении контракта. К счастью, казалось, какая-то часть ее помнила эту новую палату так же хорошо, как и обычную, та самая часть, которая говорила по-английски с беглостью, которую она почувствовала в классе только после нескольких дюжин петель. Она знала, где находится все важное, а в некоторых случаях — что это было. Парные сумки оказались седельными сумками, и именно туда она запихнула те немногие личные вещи, которые делали палату чем-то большим, чем просто местом для ожидания выздоровления или смерти. Только когда она добралась до футляра для очков, она поняла, что ее зрение все еще было размытым. Хомура выхватила свой Самоцвет Души с нетерпеливым фырканьем и в очередной раз усилием воли довела свои глаза до совершенства. Когда мир снова обрел фокус, она моргнула. То, что она увидела, не изменилось. Свет ее Самоцвета Души, казалось, вырвался из маленького драгоценного камня и теперь окружал его, заставляя парить в воздухе. Затем она заметила такой же свет над своими глазами. «Эм…» Самоцвет Души скользнул обратно в одну из седельных сумок, словно отвечая на невысказанные мысли своей владелицы. Свет померк. Хомура решила сделать небольшой крюк. Старые и новые воспоминания сходились в том, что в палате должна быть примыкающая ванная комната, в которой должно быть зеркало.

***

      Хомура шла по коридору в легком оцепенении, доверяя странной интуиции, ведущей ее в вестибюль. Она не знала, как относиться к тому, что стала единорогом. Глубоко под слоями эмоциональных шрамов то, что осталось от неловкой девочки, которой она когда-то была, считало, что она выглядит совершенно очаровательно. Другая ее часть размышляла о метках на крупе. Ромб она узнала по своему ногтю и Самоцвету Души, а перекрученная петля поверх него, казалось, была символом бесконечности. Ее новые воспоминания знали, что это важно, но не могли сказать, что это значит. Третья часть задавалась вопросом, как то, что она стала маленькой лошадкой, повлияет на ее магию. Четвертая возвращалась к тому, здесь ли вообще Кьюбей. Будут ли ведьмы, с которыми придется сражаться? Если нет, как долго она сможет продержаться, если сведет использование магии к минимуму? Пятая… Что ж, в любом случае было вполне понятно, когда она врезалась в ноги взрослой лошади. Хомура отшатнулась. «Простите! Я не...» «Все в порядке». Лошадь — пони, настаивало ее новое знание — казалась самкой, судя по ее голосу. «Я и сама порой бывала погружена в свои мысли». Она тоже была единорогом, отметила Хомура, с шерстью более яркого пурпурного оттенка. «Что ж, я вижу, вы двое уже познакомились», — сказала медсестра Тендерхарт. «Дэйбрейк, это Твайлайт Спаркл. Она будет присматривать за тобой». «Что?» Секундой позже Хомура поняла, что физически она была моложе, чем обычно. Слишком молода, судя по всему, чтобы иметь собственную квартиру. У нее могло даже не оказаться средств для оплаты аренды. Медсестра, казалось, ожидала ее реакции. «Я знаю, мистер Кьюболл уже вызвался приютить тебя, но, ну, он как раз ложится, когда ты выписываешься». «Он болен?» Хомура мысленно возликовала. Конечно, имя могло быть совпадением, но она была готова поставить все деньги, которых у нее могло и не быть, на то, что у Кьюболла красные глаза, белая шерсть и одержимость термодинамикой. «Ранен. Не могу сказать, почему. Или не хочет». Тендерхарт покачала головой. «Жеребцы. В любом случае, мисс Спаркл вызвалась занять его место». Твайлайт с улыбкой кивнула. «Думаю, мы отлично повеселимся, Дэйбрейк». В ее голосе звучала радостная снисходительность, свойственная голосу большинства людей, когда они "разговаривают с детьми". Дэйбрейк Харт. Так ее звали. Или, по крайней мере, так ее все… все пони? Серьезно? Так все пони будут ее называть. Хомура ответила слабой улыбкой. «Надеюсь». Она уже разрабатывала план, как выбраться из-под копыт Твайлайт. Когда два единорога вышли из Главной Больницы Понивилля, Хомура спросила: «Насколько хорошо вы знаете здешних пони, мисс Спаркл?» «Ну, я не Пинки Пай, но по крайней мере знакома с немалым количеством понивилльцев. А почему ты спрашиваешь?» Что ж, стоило попытаться. Хомура прикинула, как Мадока могла бы выглядеть в этой временной линии. «Вы случайно не знаете девочку моего возраста? С розовой шерсткой, добрую до безобразия, носит ленточки в волосах?» Твайлайт обдумывала это несколько шагов, прежде чем покачать головой. «Не могу сказать, что знаю, но мисс Черили может знать. Она будет твоей учительницей. Я могу познакомить тебя с ней после того, как ты обустроишься». Хомура сдержала стон. Конечно, все не будет так просто. «Ясно». «Она твоя подруга?» «Старая, но мы потеряли связь». Хомура немного поникла. «Я даже не помню ее имени». Во всяком случае, того, как ее называли будучи пони. Строберри Риббонс, может быть? «Уверена, ты скоро ее найдешь», — заверила ее Твайлайт. Хомура просто хмыкнула. Пустые слова были максимумом того, что она могла ожидать от взрослых. Раздалась вспышка света, и кобылка остановилась, резко вскинув голову. Вокруг нее возникла полупрозрачная сфера, из-за которой внешний мир стал немного приглушенным и размытым, как в легком тумане. «Пройдемся, Дэйбрейк». В голосе Твайлайт теперь звучала сталь. Хомура пошла. Казалось, не подчиниться этому голосу было бы очень плохой идеей. Она повернулась к Твайлайт, чей рог слабо светился. «Что происходит?» «Заклинание?» Твайлайт взмахнула рогом в неопределенном направлении. «Это поле приватности. Любой пони, который может подслушивать нас, услышит только ту пустую болтовню, которой я подвергала тебя до сих пор. Ситуация? Это ты мне скажи. Около часа назад транс-эквийская сущность материализовалась в моем доме и сказала мне, что в крыле для жеребят местной больницы произойдет выброс темпоральной энергии, и что я должна быть там, чтобы забрать очень запутавшуюся кобылку, прежде чем она навредит себе или другим». По крайней мере, теперь кобыла говорила с ней как с равной. Тем не менее, оставалась проблема. «Я не понимаю», — призналась Хомура. «Я тоже. Я надеялась, что ты сможешь сказать мне, кто она такая. Она назвалась "Этернал Хоуп". Это чем-то помогает?» Хомура покачала головой. «Даже если бы я ее знала, это было бы не под таким именем. Вы знаете о людях?» Твайлайт усмехнулась. «Понятно. Я так и думала. Как твое настоящее имя?» «Акеми Хомура». «А». Твайлайт кивнула, как будто это сказало ей все, что нужно было знать. «У меня есть теория. Знакома ли ты с термином "утечка памяти"?» «Не совсем». «Ну, если компьютерная программа...» «Вы знаете, что такое компьютеры?» Хомура не видела ни одного пикселя с тех пор, как проснулась. Честно говоря, это немного сбивало с толку. «Я много чего знаю». Твайлайт возобновила лекцию. «В любом случае, если компьютерная программа запрашивает память, но не освобождает ее, эта память может оставаться занятой. Если программа выполняется снова и снова, она оставляет все больше и больше заблокированной памяти». Снова и снова… «Поэтому я пони?» — спросила Хомура. «Потому что я совершила слишком много петель?» Твайлайт покачала головой. «Нет, нет. Представь, что программа с утечкой удалена, но выделенная ею память попадает в другую программу, которая может ее использовать, но должна изменить формат файла… ну, на этом аналогия как бы ломается». Хомура не слушала. Ее внимание зацепилось за одно слово. «Удалена?» Она резко остановилась. «Что значит "удалена"?» Твайлайт открыла рот, но передумала говорить то, что собиралась, прежде чем смогла это произнести. «Ну, наверное, лучше, если ты получишь объяснение из лучшего источника. Мы пришли». Она сняла пузырь приватности и открыла дверь библиотеки.

***

      Хомура поплелась внутрь, слишком погруженная в свои мысли, чтобы заметить, что она входит в живое дерево. Ее взгляд оставался прикованным к полу перед ней, пока в поле зрения не попала пара копыт. Она подняла голову, ее глаза расширились, и она плюхнулась на круп, открыв рот. Этернал Хоуп была лошадью в натуральную величину, розовой, как клубничное мороженое. Ее грива и хвост ниспадали потоками энергии, переходящими от пурпурного у корней через фиолетовый к королевскому синему на кончиках. У нее были и рог, и крылья, а ее кьютимарка представляла собой слезу, перечеркнутую жирным красным крестом. Несмотря на все это, Хомура в одно мгновение узнала ее улыбку. «Мадока?» Мадока кивнула. «Снова привет, Хомура-тян». «Я…» На глазах Хомуры навернулись слезы, и она не знала почему. «Я так запуталась. Ты девочка-волшебница? Ты в безопасности? Вальпургиева...» Она замолчала, когда широкие розовые крылья обняли ее. «Ш-ш-ш». Мадока держала подругу передними ногами. «Теперь все хорошо, Хомура-тян. Тебе больше не нужно беспокоиться обо мне». С целомудренным поцелуем в лоб и быстрым заклинанием она усыпила единорожку. Как только Хомура заснула, Мадока подняла глаза на свою хозяйку и благодарно кивнула. «Спасибо, Твайлайт». «С удовольствием», — искренне сказала Твайлайт. «В конце концов, проблемы дружбы — это в какой-то мере моя специализация». «Похоже на то». Уши Мадоки прижались, а ее улыбка приобрела меланхоличный оттенок. «Жаль, что ты этого не вспомнишь». Твайлайт склонила голову. «Что ты имеешь в виду? Я — Якорь этой Петли». Она начала произносить первое пришедшее на ум заклинание памяти, уже думая о других. «Боюсь, я не произвожу на людей особого впечатления. Ты увидишь, когда я уйду. Или, скорее, не увидишь». Без дальнейших предисловий аликорн превратилась в розовую энергию и схлопнулась, забрав Хомуру с собой. Твайлайт замерла на полпути заклинания Анамнезиса Помощника Сурьмы. «Хм. Что это я делала?» Она задумалась на мгновение. «Читала заклинание памяти. И я забыла, что именно хотела вспомнить. Это слишком иронично, чтобы быть совпадением». Она нахмурилась и извлекла из своего подпространственного кармана файл с пометкой "На Случай Сущностей, Неподвластных Памяти". «Черт возьми, а ведь казалось, что это будет такая мирная Петля».

***

      Мадока материализовалась за пределами Иггдрасиля в таком же всплеске розового цвета, на этот раз в человеческой форме. Ну, гуманоидной. Для тех, кто был в курсе, синие отметины на ее лбу и висках говорили о ее божественной природе. В руках она держала ярко сияющий пурпурный Самоцвет Души. Хомуре не нужно было видеть, как делается космическая колбаса. «О, это ты». Одна из создательниц колбасы оказалась поблизости, хмуро глядя на воплощение надежды со своего места перед суперкомпьютером. Мадока отвесила неглубокий, но почтительный поклон. «Здравствуйте, Скульд-сэмпай». Скульд нахмурилась еще сильнее. «Не надо мне "сэмпайкать", смутьянка. Твое вышедшее из-под контроля вознесение — самая большая головная боль для меня с тех пор, как нам пришлось запустить Петли». «Прекращение существования моей вселенной заставило бы девочку-волшебницу впасть в отчаяние», — ответила Мадока. В ее тоне из-за чистого повторения была небольшая напевность. «Да, тебя». «Тем не менее, мне не просто разрешили сохранить ее, я должна была это сделать». «Как скажешь, Маленькая Мисс Сила Природы». Темноволосая Норна вызвала окно поменьше и сверила перемещения младшей богини. «Итак, что мне сказать Слейпниру, когда он обнаружит твои отпечатки пальцев по всему одному из своих миров? Ну, кроме "Вот мой молот. Отрывайся по полной".» «О, я просто убирала за собой», — с улыбкой сказала Мадока. Скульд фыркнула. «Это было бы впервые». Мадока пожала плечами и материализовала свой лук. Живое устройство вытянулось, рунические интерфейсы расцвели по его поверхности. Она поднесла Самоцвет Души к одному из них, который загрузил данные драгоценного камня. Хомуре некоторое время будут сниться странные сны. «Знаете, — задумчиво произнесла она, — я не эксперт, но мне кажется, вам следовало бы сделать резервную копию всего». «На чем, на этой твоей веточке? Нельзя сделать резервную копию суперкомпьютера на ноутбуке, и не то чтобы у нас наготове стояла роща серверовых мировых деревьев на случай немыслимого». «Что ж, возможно, вам стоит подумать об этом в будущем». Скульд вскочила со стула, зависнув с глазу на глаз с Мадокой, с отладочным молотком в руке. «Ты не смеешь говорить со мной о будущем!» Другая богиня даже глазом не моргнула. «Надежда — это желание лучшего будущего. Разве богини не должны исполнять желания?» Скульд немного побрызгала слюной, ее хватка на молотке стала такой крепкой, что костяшки побелели. Темный, особенно нордический уголок ее разума отметил, что старый добрый "кровавый орел" не убьет богиню. По крайней мере, если все сделать правильно. В конце концов она со вздохом выдохнула и пробормотала: «У меня нет на это времени». Она вернулась в свое кресло и сгорбилась над консолью, яростно печатая. «Некоторые из нас на самом деле пытаются решить эту проблему». «Тогда я не буду вам мешать». В очередной раз Мадока превратилась в шлейф розовой энергии, войдя в свой лук. Мировой саженец на мгновение завис в воздухе, прежде чем исчезнуть в самом себе — онтологический парадокс, возможный только с меньшими моделями. Тем временем Скульд продолжала атаковать клавиатуру, бормоча божественные ругательства на закомментированном Командном Языке Иггдрасиля.

***

34.10 (Masterweaver)       «Мммммм». «Мммммммм». «Ммммм». «....мммммм». Со вспышкой в комнате появилась Твайлайт. «У нас есть — О! Простите, я просто, я пойду....» Она смущенно попятилась, отводя глаза. Спайк и Рэрити переглянулись. В конце концов дракон вздохнул и отложил лопаточку. «Она же не поверит, что мы просто пекли печенье, да?» «Нет, не думаю». Рэрити вздохнула, снимая фартук. «Честно говоря, мы слизывали тесто друг с друга». «Ты первая начала». «Да, ну. Может, нам стоит пойти узнать, зачем она здесь?» «Полагаю», — вздохнул Спайк, снимая свой собственный фартук. «Надеюсь только, это что-то важное...»

***

      «...вот и всё». Неловко закончила Твайлайт. «Так что... эм... да». Спайк и Рэрити уставились на нее широко раскрытыми глазами. В конце концов дракон кашлянул и набрал в грудь воздуха. «Итак. А если я прямо скажу "нет"...?» «Политические взрывы, возможная война с драконами и грифонами, шанс, что Селестия может быть свергнута...» «А если я скажу "да", я потеряю Рэрити, женюсь на какой-то незнакомке и отправлюсь править нацией придурков». Спайк провел руками по лицу. «Уррррх. Что с Селестией в этой петле?» Твайлайт вздохнула. «Думаю, она рассчитывала, что сможет превратить драконов в более сговорчивую расу до того, как ты вылупишься и повзрослеешь. Она не пробудилась, так что... ну, ты понимаешь, она не знала о...» Единорожка указала копытом на них двоих. Рэрити наконец удалось взять себя в руки. «Ну... ты же принц! Это... ладно, это вообще не оправдание». Она застонала. «Кто устраивает браки на столетия вперед?» «И почему мне вообще понадобились столетия, чтобы вылупиться?» Твайлайт пожала плечами. «Драконы в этой петле вылупляются тогда, когда вылупляются. Ты просто рано созрел». Она левитировала копию договора. «В любом случае, когда Селестия услышала о вас двоих, она прислала мне это. Если мы найдем лазейку, вы, ребята, сможете остаться вместе. У нас есть три месяца. Вперед».

***

      Спайк радостно вскрикнул, с размаху захлопнув свод законов. «Ага! Если я решу отречься от престола в пользу моего кузена, договор с грифонами будет технически выполнен!» «За исключением того, что твой единственный кузен, который все еще подходит под условия, все еще в яйце», — отметила Рэрити, «и часть договора предусматривает пересмотр торгового соглашения в течение года после коронации». Она вздохнула, отрывая взгляд от разложенных перед ней генеалогических древ. «Я не думаю, что мы сможем найти мирное решение этому, Спайк. Прошло уже два с половиной месяца!» «У нас есть еще полмесяца, и я не собираюсь сдаваться. Я не брошу тебя, даже если мне придется развестись с невестой сразу после свадьбы». «Оуу... это так мило с твоей стороны». Единорожка встала и подошла к нему, с нежностью потеревшись о дракона. «Не сработает», — рассеянно бросила Твайлайт. «Королевские браки требуют консуммации, по крайней мере по этим законам». Она оставалась невосприимчива к свирепым взглядам остальных двоих, перебирая очередную стопку книг. «Устарело. Неприменимо. Неприменимо. Устарело. Аморально. Революционно. Неприменимо. Революционно. Неприменимо...» Внезапно она остановилась. Книга, светящаяся в ее магической хватке, перестала перелистываться. Спайк положил коготь ей на плечо. «...Твайлайт? Ты... ты...?» «Это рискованно», — выдавила она. «Опасно рискованно. Смертельно для обычного пони, но...» Она позволила книге перелететь к Рэрити. «Ты, возможно, сможешь это провернуть». Единорожка цвета слоновой кости взяла книгу и прочитала страницу. «...довольно грубо, не находишь?» «Да, ну... пока что это единственный жизнеспособный вариант». Твайлайт пожала плечами. «Я продолжу поиски, но тебе стоит начать тренировки уже сейчас».

***

      Селиндаври обернула свой хвост вокруг хвоста Спайка, накинув синюю руку ему на плечи. «Не нервничай так, дорогой». «Пожалуйста... пожалуйста, не называй меня дорогим». Она с пониманием похлопала его по груди. «Конечно, конечно. Моему большому сильному дракону не нужны такие легкомысленные прозвища, не так ли? Расслабься. Через несколько минут церемония закончится, и мы сможем перейти к... важным вещам». На ее морде появилась нежная улыбка. «Я знаю, как тебе тяжело покидать пони, но это действительно правильный поступок. И не волнуйся, ты сможешь видеться с ними довольно регулярно... о, и конечно, я помогу тебе приспособиться к жизни в анклаве». Спайк приподнял надбровный гребень, одарив ее взглядом. «В самом деле». «Ради этого я здесь, до – железные грудные мышцы». Селиндаври постучала по нему кулаком. «Правда, они впечатляют. А, вот и наш выход». Она нежно похлопала его по плечу и пошла по вулканическому пеплу — змеиный силуэт на фоне красно-золотого свечения потоков лавы. Собравшись с духом, Спайк пошел за ней. Конечно, для друзей Спайка были сделаны некоторые послабления. Драконы обустроили место, защищенное охлаждающими чарами и магическими щитами, отталкивающими расплавленную породу, откуда пони могли наблюдать за славной свадьбой принца драконов. В этой области было удивительно тихо, в отличие от гула драконов, окружавших кратер. Рэйнбоу Дэш и Эпплджек ерзали на своих местах. Пинки и Флаттершай не могли удержаться от того, чтобы не цокать копытами, наблюдая за происходящим. Твайлайт и Рэрити казались удивительно спокойными. Наконец, пара остановилась перед массивным драконом, черным, как небо, с крыльями, достаточно большими, чтобы закрыть весь Понивилль. Он перевел свои красные глаза на Спайка, а с него — на Селиндаври. «Ммм. Союз между линией Хорвема и линией Крина. Возможно, знамение грядущего». Он сделал вдох, не заметив многозначительного взгляда между двумя единорогами. «Кто из присутствующих осмелится возразить против этого союза?» «Я». Среди наблюдавших за ними драконов послышался шорох, когда Рэрити встала. Она вышла из защитного круга, ее рог сиял, а свет плотно окутывал ее. Селиндаври повернулась к ней, удивленная и раздраженная. «Я, Рэрити Белль, Дитя линии Платины, объявляю этот союз неподходящим». «Я ожидала противодействия, — сказала синяя дракониха, — но не от тебя». Черный коготь взмахом заставил ее замолчать. «Она имеет право возражать... если старейшина этого не сделает». Красные глаза осмотрели собравшихся драконов. «Кто-нибудь еще бросает вызов этому союзу?» «Нет нужды в других вызовах. Я призываю право Претензии». Это вызвало ропот среди драконов, наблюдавших за сценой. «Это уловка!» — крикнул один. «Она замаскированный аликорн!» «Уверяю вас, мой добрый сэр, у меня нет доступа к подобной силе. Я всего лишь портниха». Селиндаври вздохнула. «Вы пони, мисс Рэрити. Сражаться со мной — значит умереть, а я не хочу пачкать свою свадьбу международным инцидентом». «Значит, ты уступаешь?» «Я бы... отказалась». Рэрити печально покачала головой. «Линия Хорвема воистину пала, раз породила такого... хрупкого дракона». Синяя дракониха прищурилась. «Осторожнее, пони. Я проявляю милосердие, и я знаю, как твой вид это ценит». «Да. Мы действительно ценим милосердие. Именно поэтому я призываю Претензию, а не Предательство». Бормотание драконов позади них мгновенно прекратилось. «Интересное... заявление», — прорычал черный бегемот. «Угроза, возможно». Рэрити ничего не ответила. Селиндаври дернула хвостом. «...очистите поле. Она получит свою Претензию».

***

О милая Селестия, я дерусь с драконом. Лицо Рэрити было воплощением спокойствия, когда она смотрела через лавовую яму туда, где Селиндаври медитировала. Она была не такой грубой, как тот дракон, который селился в горе каждую петлю; на самом деле, при других обстоятельствах Рэрити вполне могла бы видеть в ней потенциальную подругу. В сочетании с ее длинными когтями и, на наметанный взгляд Рэрити, хорошо тренированным телом, единорожка могла прийти только к одному выводу. О милая Селестия, я дерусь с умным драконом. Затем ее разум подкинул факт, на который она наткнулась во время своих исследований. О милая Селестия, я дерусь с умным драконом владеющим магией. Единорожка сделала глубокий вдох, благодарная за заклинание фильтрации окружающей среды, которое она наложила, и выдохнула. Она и раньше сражалась с умными драконами, владеющими магией, в редких случаях. Правда, обычно это были объединенные петли, и она, как правило, была аликорном в этих боях, тогда как здесь она должна была избегать превращения в аликорна, чтобы сохранить легитимность своей претензии. И все же это будет не так сложно, как казалось. Вот если бы только она могла убедить в этом ту часть себя, которая была дрожащим комком лошади, и сосредоточиться на стратегиях. Я умру. Меня сожгут заживо. Я перестану существовать. Рэрити велела своим инстинктам заткнуться к тартару, смерть — это временно, и вообще она легко может ее избежать. Меня разорвут на куски. Она велела им заткнуться пожалуйста, она пытается сосредоточиться. Меня проглотят. Со вздохом она мысленно схватила свои инстинкты за уши и отшлепала их несколько раз. Это, оглядываясь назад, вероятно, и объясняло головную боль. Черный дракон сделал вдох. «Время подготовки закончено». Селиндаври метнулась вперед и ударила магически светящимися когтями туда, где полсекунды назад стояла Рэрити.

***

      Прыжок. Бег. Уклонение. Заклинание. Взгляд. Перекат. Заклинание. И тут вдруг Селиндаври отступила, склонив голову. «Нет... ты ведь умная, не так ли? Ты играешь на своих сильных сторонах». Она улыбнулась. «Что ж, очень хорошо». У Рэрити было меньше секунды на реакцию, прежде чем в нее ударил огонь. Синяя дракониха издала вздох. «Тактика важна, но сила тоже». Огонь внезапно пошел рябью неестественным образом, сжимаясь и уплотняясь, пока не обернулся вокруг единорожки причудливым светящимся платьем. «Хотя я согласна, но все же считаю, что театральность тоже играет свою роль». «....хммм». Обе женщины осторожно кружили друг вокруг друга, теперь уже по-настоящему оценивая друг друга. Время от времени хвост Селиндаври швырял в Рэрити валун; она, естественно, разрушала его, но всегда делала это по-разному. Ее ответные залпы так же отражались, один раз когтем, один раз крылом, один раз магией... а потом снова когтем, но не так, как раньше. Битва превратилась в серию небольших, напряженных проверок, пока они пытались почувствовать друг друга. Селиндаври внезапно сделала ложный выпад когтем, настолько очевидный, что Рэрити уже уклонялась от ее щелкающих челюстей — что само по себе было еще одним ложным выпадом, поскольку массивный хвост обернулся вокруг и подбросил ее в воздух. Со свечением рога гравитация была нейтрализована. Она улыбнулась, отдыхая в небе, пока ее пылающее платье развевалось в восходящих потоках кратера. «Должна сказать, вид отсюда просто поразительный! Очень мощно. Понимаю, почему драконы выбрали это место для встреч». «Вообще-то, для меня это было чем-то вроде вдохновения». Селиндаври кивнула в ответ, и на ее лице тоже появилась легкая улыбка, когда ее крылья распахнулись. «Я рада, что смогла разделить это с тобой». Одиночный взмах отбросил ее к парящей пони. Конечно, она не ожидала, что Рэрити вдруг полетит прямо на нее, веся при этом как сам Цербер. Когда они ударились о землю, единорожка откатилась в сторону, взглянув на дракона позади себя. Все еще дышит... и что куда удивительнее, пытается встать. «С тобой все в порядке, дорогуша? Я на самом деле не хочу тебя навсегда покалечить, просто убедить сдаться». «Ты... довольно хороша». Селиндаври покачала головой, вставая. «Спасибо, дорогуша». «...но не настолько». Шея дракона резко обернулась вокруг, окружив их обеих кольцом огня, пока она поднимала когти и обрушивала их вниз. Рэрити не смогла сдержать болезненный крик, почувствовав, как магия вокруг нее разрывается так же легко, как лист бумаги. Даже с ее собственными, по общему признанию огромными запасами силы, будет невероятно сложно сплести заклинание без магического поля вокруг. Затем Селиндаври замахнулась на нее когтем– Технически, ее рог светился. Технически, она действительно выковала щит, который защищал ее. Правда, она выковала его некоторое время назад, в петле, где мифрил можно было заказать по почте — за высокую цену — и она просто вытащила его из своего подпространственного кармана... но если Селиндаври сделала вывод, что она просто создала его из воздуха, а судя по ее выражению лица, так оно и было, то Рэрити не собиралась ее поправлять. «...Почему ты хочешь его?» — наконец спросила дракониха. «Потому что я его люблю», — просто ответила единорожка. Наступила минута молчания. Затем Селиндаври покачала головой и, взмахнув крыльями, потушила кольцо огня. «Я сдаюсь».

***

      Рэрити моргнула, опуская щит и навострив уши. Она... честно говоря, ожидала, что это будет гораздо сложнее. Массивный черный дракон склонил голову, тоже сбитый с толку. «Это неожиданный исход. Объяснись». «Гордость». Селиндаври посмотрела на тех, кто наблюдал за ней. «Драконом движет не сила. В своей основе мы — гордые существа. Самые чистые из нас, те, кого помнят в славе и мифах, являются аватарами чести, достоинства и уверенности. И у пони, при всех их отличиях, среди них тоже есть существа с чистым сердцем, но их суть заключается не в гордости, а в любви. Я бы никогда не стала противостоять дракону, чья гордость была чиста; я была бы глупцом, не распространив это право на любое чистое сердце, даже если его чистота такова, на которую я никогда не смогу надеяться. И ясно, что в этом вопросе, по крайней мере, у Рэрити Белль из линии Платины чистое сердце». Она криво улыбнулась. «Кроме того... я все равно буду советником Спайка, каким бы ни был исход. Для меня этого достаточно». «Хммм». Дракон-старейшина обдумал эти слова. «Очень хорошо. Претензия была высказана, Претензия была принята. Если кто-то еще желает выдвинуть Претензию...» Его глаза всмотрелись в наблюдавших драконов. «Говорите». Никто не осмелился издать ни звука. «....тогда мы соберемся через две недели для надлежащего союза». И с этими словами черный дракон закрыл глаза и положил голову на землю — явный знак окончания.

***

      «Ну что ж». Спайк некоторое время потягивал свой напиток. «Вот, значит, и всё». «Да, это было нечто, не так ли?» Рэрити покачала головой, расслабляясь на диване. «Всё это фиаско утомило меня, дорогой, я только надеюсь, что остальная часть политики этой петли не будет такой же безумной, как петля Платиновой Короны...» Дракон поднял бровь. «В петле....?» «Это было до твоего времени. Я занималась исследованием Блублада для той петли, и оказалось, что его действия были основаны на детском убеждении, что поскольку Селестия была, ну, Селестией, то он по сути ничего не стоил». Она махнула копытом. «Я помогла ему, мы влюбились друг в друга, знатные семьи пытались саботировать наши отношения, чтобы наложить копыта на древние заклинания... Там была еще целая история с Кризалис, я до сих пор не уверена, насколько именно она была в этом замешана». «Ты влюбилась в Блублада?» — недоверчиво фыркнул Спайк. «Как я уже сказала, это было до того, как ты начал петлевить. Я была тогда невероятно молода... Я думала, что изменила его навсегда. Я не понимала, что он перезагрузится». Единорожка со вздохом покраснела. «Половину следующей петли я была полной развалиной. Я...» Рэрити посмотрела на Спайка с нежной улыбкой. «Я рада, что усвоила этот урок до того, как ты начал петлевить, дорогой. Не цепляйся за мимолетное, но держись за то, что действительно имеет значение». Спайк моргнул. Затем медленно усмехнулся и покачал головой. «Ну... спасибо. Но серьезно, Блублад? Не могу понять, как такое вообще произошло». «Оглядываясь назад, я думаю, это была просто странная петля. Ты даже не представляешь, как долго Твайлайт дразнила меня по этому поводу». С театральным обмороком единорожка откинулась на диван. «И теперь ты знаешь мою самую темную тайну! О, пожалуйста, мой дорогой сэр, не думайте обо мне хуже из-за этого!» «Стыдитесь, леди Белль! Стыдитесь!» Дракон погрозил когтем. «Ай-ай-ай!» Им понадобилось всего три секунды, чтобы оба разразились беспомощным хихиканьем, и Рэрити подвинулась, чтобы освободить место для Спайка. Они прислонились друг к другу, смеясь довольно долго. В конце концов им удалось взять себя в руки, они посмотрели друг на друга и обменялись улыбками. Затем Спайк вздохнул. «Знаешь, нам повезло, что Кейденс проснулась в эту петлю». «О?» Рэрити склонила голову. «Почему?» «Потому что она убила бы нас обоих, если бы я сделал то, что собираюсь сделать, пока она спала». Он встал, заламывая руки. Глаза единорожки расширились. «Спайк... ты собираешься...?» «Когда я увидел тебя там», — начал дракон, — «я... я увидел, как ты была прекрасна даже тогда. Даже выходя против взрослого дракона, совершая одно из самых опасных и... и, давайте смотреть правде в глаза, грязных дел, на которые кто-либо мог пойти, ты была абсолютно сияющей. И дело было не только в том, как ты выглядела. Дело было в том, как ты двигалась... как ты действовала. Ты была... потрясающей. И... я подумал о том, какая ты все время, и как много ты отдала от себя... Рэрити, ты замечательная пони. Невероятная пони. И увидев тебя там... я понял, что не хочу терять тебя, даже так ненадолго, как на одну петлю». Он сунул руку в свой подпространственный карман. «Честно говоря, я ждал петли, где мы все проснулись. Девочки, принцессы, Шайнинг Армор, Искатели и их друзья, Трикси, Гильда, Кризалис...» Он немного фыркнул. «Я сомневаюсь, что Берри была бы здесь, даже если бы это было здорово. Но... после этого, после того как я был так близок к тому, чтобы отказаться от пони, которую люблю.... это не то, что я могу сделать». Спайк опустился на колено, взяв в руку предмет и открыв его. «Рэрити... не окажешь ли ты мне честь позволить мне объявить тебя своей навсегда? Не подаришь ли ты мне радость... стать моей... моей женой?»

***

      И вот, в тот день появилась улыбка, столь сияющая, что исходила она не только из сердца, но и от каждой фибры существа этой леди. Слезы, столь плотно наполненные радостью, что одна-единственная могла бы утопить саму Кризалис, свободно текли по ее лицу — лицу, залитому румянцем не от смущения, а от переполняющих эмоций, струящихся сквозь нее. Ее смех был громким и грациозным, танцуя по комнате в великолепном бальном вальсе, к которому она не могла присоединиться, ибо она уже прыгнула на своего партнера и выкрикнула единственное, чистое подтверждение. Рыцарь, переполненный собственными эмоциями, едва смог надеть кольцо, которое он выковывал и совершенствовал в течение нескольких жизней, на ее ожидающее копыто, прежде чем присоединиться к ее смеющимся слезам. И они сблизились, разделив один глубокий поцелуй, который говорил о самом полном союзе душ, на который может надеяться любой смертный.

***

      «Мммммм». «Мммммммм». «Ммммм». «....мммммм». Твайлайт вошла в комнату со стопкой бумаг. «Итак, думаю, я закончила с — О! Простите, я просто, я пойду....» Она смущенно попятилась, отводя глаза, но на ее лице играла улыбка.