Имена для чудовищ

Последние пару месяцев были совершенно не богаты на выручку для Алекс. Приходили одни только заказы на уничтожение садовых гномов, да и один раз пришлось прогнать джарви, который свел с ума двух маггл.  Старушки, живущие по соседству в тихом пригороде искренне считали, что одна ежедневно и с отъявленным упорством оскорбляет другую. Еще немного и случилось бы изощренное убийство, потому что не стоит недооценивать старушек.  Благо Алекс случайно оказалась на окраине Витингема по делам и услышала характерную для зверьков брань. Можно было бы вызвать кого-то из отдела по регулированию магических популяций, но мысль о том, чтобы встретится с бывшими коллегами вызывала нечто среднее между зубной болью и сильной тошнотой. Эти канцеляры были бесполезнее полевой мыши.  Никто конечно не заплатил Алекс за избавление от надоедливого зверька, но когда легкое внушение заставило двух пожилых женщин обняться и мирно отправится пить чай на выстриженной лужайке, на сердце потеплело.  Результат приятный, с налетом альтруизма (наставник был бы безумно горд), но потраченные сутки на наблюдение, отсутствие оплаты, жуткий недосып и матерящийся джарви за пазухой не вызывали бодрости. После джарви ее вызывали несколько раз только на борьбу с гномами. Причем вообще не ясно почему ее, а не тот же отдел, это в теории их работа в конце концов. Да и любой волшебник при должном желании должен справиться. Смысл обращаться к фрилансеру, особенно с ее репутацией, по такой мелочи, было не ясно. Но жаловаться было бы глупо, ведь за три месяца ничего другого не было, а деньги с гномов помогали сводить концы с концами. Тихая жизнь более чем устраивала девушку, но от скуки и прямо скажем, голода (кашей с хлебом сыт не будешь), хотелось выть. И это не эвфемизм. Мысль снова обратиться и отправиться в леса на несколько месяцев с каждым днем этой беспросветной скуки, становилась привлекательнее. Останавливало только то, что после последнего срыва она пропустила год своей человеческой жизни. И если бы она случайно не забрела в Запретный лес и не наткнулась на заварушку между Гарри Поттером и дементорами, то наверно так и скиталась бы. Она мало того, что впервые за год увидела людей, так еще пока и убегала от ликантропа Люпина умудрилась получить копытом от гиппогрифа.  Наставник возвращал ее в человеческий вид несколько недель. Методы были разными. И ее любимая человеческая еда, и угрозы, и мудреные заклинания. Помогло в конце концов только какое-то зелье, которым он ее облил. Шерстью потом кашлять пришлось пару месяцев. В волчьей форме для нее было больше плюсов, чем минусов. Из плюсов — никаких забот, свобода, не нужны деньги, всегда есть где спать. Из минусов — человеческий мозг угнетался (а она ценила свой ум) и магию становилось сложно контролировать. Она вырывалась даже в волчьем обличии. А волк старался ее подавить, ведь для него магия это не естественно. А стать каким-нибудь волком-обскуром в планы Алекс на жизнь не входило. Конечно не бывает никаких волков-обскуров, но у нее есть все шансы открыть собой новый вид. И так она оказалась в городке Андерби Крик на побережье Линконшира. Пять дней назад ей пришло письмо от одной обеспокоенной волшебницы, живущей среди маглов. Она писала, что в заповеднике на севере Андерби стали находить мертвые стаи птиц. Сначала хотелось отказаться, но в письме мисс Контерби писала, что город назначил награду тому, кто найдет зверя. Размер награды не сообщали, но Алекс надеялась хотя бы на пару тысяч фунтов. Будет забавно, если мистическим врагом окажется какая-нибудь лесная куница или вовсе барсук. Добираться пришлось на автобусе, так как в городке не было ни одной магической точки для аппарации, а перемещаться в незнакомое место, с риском расщепиться и бесславно умереть не хотелось. Узкая дорога в крошечный городок лежала через небольшие фермы, поля пшеницы, ячменя и рапса. Последний уже был ярко желтый и выглядел неестественно, наполняя воздух вокруг сладковато-масляный запахом. При приближении к Андерби придорожные канавы стали сменяться заборами из аккуратно подстриженной живой изгороди, которые отделяли дома из красного кирпича от дороги.  Автобусная станция же была огорожена кованым забором, не вызывающим ощущения радушного приема, и располагалась в конце городка недалеко от широкой полосы пляжа. Видимо, чтобы сразу удивить всех приезжих. Алекс успела оценить местность, так как город состоял из одной короткой улицы, которая вела к высадке из автобуса. Покосившийся деревянный указатель для туристов, стоявший на пути разворота, показывал 2 направления: вперед "Пляж", "Anderby Beach Cafe", "Cloud Bar" и назад в город "Popa's Kitchen and Bar" и "The Creek Tavern". Все что нужно каждому уважающему себя туристу. Пабы, небольшой магазин и пара сезонных кафе, пестрели объявлениями об экскурсиях с гидами и лодочными прогулками. Ветер таскал по асфальту песок, забивавшийся в дверные петли, почтовые щели и подоконники. Дома стояли низкие, кирпичные, с тёмными крышами, покрытыми солью и мхом; некоторые были жилыми, некоторые сдавались отдыхающим, но даже те выглядели так, будто пережили не один десяток зимних штормов. Между домами торчали антенны, бельевые верёвки и садовые фонари. Попрощавшись с водителем, Алекс сошла на станцию. Как только двигатель затих, стал слышен шум прибоя, но не такой, который ожидаешь услышать на курорте, а низкий и размеренный, словно кто—то дышал за полосой дюн. Северное море приносило соленый ветер, который немного добавлял свежести и прохлады в воздух, который в других уголках Британии был неподъемным. Охоту на монстра, поедающего птиц, было решено начать, с поиска еды и ночлега. Выбор пал на "Popa's Kitchen and Bar", так как по пути Алекс видела это место, располагавшееся прямо по середине, между въездом и пляжем. Идеальное место, где можно поесть, поспать и послушать о чем сплетничают жители. До паба пешком было около километра. Узкий тротуар местами обрывался на перекрестках и поворотах к домам. Собаки, сидевшие на цепях у каждого третьего дома по обеим сторонам улицы, синхронно лаяли из—за зеленых изгородей, создавая волну пронзительного звука, которая следовала за Алекс по пятам. Собаки никогда ее не любили, хотя она их очень. В детстве, когда мечты других чистокровных детей сводились к получению детской волшебной палочки и метлы, она хотела собаку. Упрашивание мамули и папули длилось много месяцев. Но родители всегда отвечали категорическим отказом, потому что у волшебников не принято иметь собак. А теперь даже попробовать завести кого-то не казалось хорошей идеей . Редкие прохожие оборачивались вслед, а те жители, которые оказались во дворе или выглянули в окно, проверить на кого лает их пёс, смотрели вслед кто с любопытством, кто с подозрением. Паб представлял собой одноэтажное здание с выбеленными штукатуркой стенами, яркое пятно среди красного кирпича, старыми и рассохшимися ставнями и крышей из потрескавшегося черного шифера. Дубовая дверь с отслоившимся лаком поддалась с трудом и Алекс окатило волной сухого прохладного воздуха, запахом прогоревших углей и старой древесины. Внутри было также темно, как и представлялось снаружи. Перед глазами, после июльского солнца на улице, плясали пятна света и сфокусировать взгляд было невозможно. Но топтаться на пороге и ждать, когда зрение адаптируется — значит привлечь к себе лишнее внимание, которого и так было достаточно из-за тесности городка. Опустив голову, ссутулившись, пытаясь стать меньше чем есть, девушка прошагала в паб почти на ощупь, в надежде на то, что он, как и любой другой в Британии имеет типовую планировку, и она рано или поздно наткнется на барную стойку. Что и произошло. Проморгавшись она увидела перед собой слегка недовольное, худое, с множеством морщин, лицо бармена. — Доброе! Чем отравитесь? — проскрипел мужчина. — Здравствуйте, сэр. Лимонад со льдом и мясной пирог, но без подливы, пожалуйста, — ответила Алекс, сев на самый крайний барный стул возле стены, вполоборота к двери. — Будет сделано, — ответил бармен и скрылся за небольшой дверью за баром. Вернулся через минут через семь и поставил перед ней толстую, пузатую керамическую кружку. Схватив ледяной стакан она с наслаждением припала к нему, как страждущий в пустыне. Сделав огромный глоток, опустошивший половину кружки Алекс почувствовала как холод обжег изнутри, дойдя до мозга. Утолив жажду, выдохнула напряжение от путешествия маггловским транспортом и осмотрелась. Паб был просторнее, чем она предполагала, осмотрев здание снаружи. В отличии от внешнего облика, который сообщал о его солидном возрасте, внутри явно пытались сделать ремонт, но не фундаментальный. Барная стойка была явно обновлена. А посадочные столы из светлого дерева не вписывались в общую концепцию старинности бара, словно случайно попали сюда из придорожной кафешки. На барной стойке традиционно стояли маринованные яйца, которые на вид тоже нуждались в срочной замене. Стены отчетливо пропитались запахом масла, рыбы, мокрой шерсти и дешевого алкоголя. От такого разнообразия у Алекс закружилась голова. Даже есть перехотелось. Посетителей в ранний утренний час было немного. Мужчина средних лет, вернувшийся с рыбалки, судя по резиновым сапогам, от которых за версту несло тиной, дремал за столом, клюя носом в свою кружку. Да две старушки с головами-одуванчиками, перешептывающиеся в противоположном углу, явно о ней. Наконец появился бармен, несший в руках ее пирог. На нем была подливка. Захотелось закатить глаза. Неужели так сложно было выполнить такую простую просьбу и не добавлять несчастную подливку? Бармен поставил перед ней тарелку из дешевого фарфора с потрескавшейся глазурью и отколотым краем. Подливка на достаточно аппетитном мясном пироге, который к сожалению, был едва под ней заметен, грозила перелиться через края тарелки. Алекс брезгливо сморщилась. — Я ведь попросила без подливки, — проговорила девушка. — Прошу прощения, повариха была невнимательна, — иронично произнес старик. — С вас два девяносто за пирог с дополнительно подливкой и фунт тридцать за лимонад. — Спасибо, — сквозь зубы проговорила Алекс, доставая из кармана кошель с деньгами, и достав нужную сумму, положила на стойку. — Еще чего-то желаете? — явно не рассчитывая на ответ, уточнил бармен. — Вообще-то да. Рядом трейлерный парк. К кому обратиться, чтобы на пару тройку дней устроится на ночлег? — Да ко мне и обратиться. Ночь десять фунтов, без животных, завтрак за дополнительную плату 3 фунта. Берете? — По рукам. Вот за 3 ночи с завтраком. Что в него входит? — спросила девушка, снова достав кошель и отсчитав нужное количество бумажек. — Яйца, бекон и кофе. — Отлично, спасибо. До трейлера сами меня проводите или карта может у вас есть? — Алекс уже начала раздражать эта односложность ответов. Конечно цены были даже ниже, чем она ожидала, но хоть базовую вежливость в эту сумму можно было зашить. — Выходите за дверь, поворачиваете налево, идете прямо. Третий трейлер справа, рядом псина в будке. — А есть вариант без собаки? — без особой надежды спросила Алекс. — Нет, — да что же это такое то, неужели и слова у этого мужика платные. —Понятно, — ответила и принялась за свой пирог, тщательно обтирая каждый отрезанный кусок о салфетку, которых взяла сразу ворох, чтобы точно хватило. По завершении ужина рядом с тарелкой скопилась нормальная кучка, пропитанная подливой. Четверть пирога завернула в чистые салфетки в надежде задобрить собаку у трейлера. Когда она уходила, бармен, с недоумением, переводил взгляд с горы мусора на баре на ее удаляющуюся спину. Хватит ли ей трех ночей она не знала. Но и разбрасываться деньгами не могла, итак кошель под конец месяца был практически истощен. Была заначка на черный день, но Алекс пока что не ощущала никакой катастрофы, чтобы трогать стофунтовую купюру. Если не выйдет разобраться за это время, то придется ночевать на каком-нибудь лежаке на пляже. В лесу конечно меньше шансов, что ее заметят и будут задавать неудобные вопросы, но учитывая место охоты монстра, вариант с пляжем более приемлемый. С такими мыслями девушка дошла до нужного трейлера и первое что увидела была рыжая собака со светлыми подпалинами, спящая возле будки. Алекс шла не с подветренной стороны, поэтому вероятно пёс не среагировал на приближение и повел носом, только когда между ними оставалось метров пять. Девушка сбавила скорость и дала животному время заметить себя. Собака открыла глаза и низко зарычала. Затем поднялась на лапы, прижала хвост и уши. — Чшшш... Я не причиню тебе вреда, — тихо, высоким ласковым голосом произнесла девушка, — Вот, у меня кое-что есть для тебя. Позволишь? — она медленно, слегка пригнувшись, достала припасенный кусок пирога и стала медленно подходить к псу, присаживаясь все ниже и ниже. Пёс зарычал громче и оскалился. Резкий прыжок в ее сторону и три пронзительных "гав, гав", которые говорили "Нет, не подходи". Алекс не вздрогнула и не отстранилась. Опустила голову и взгляд вниз и слегка подвинула корпус вперед, чтобы пирог оказался в считанных сантиметрах от пса. Тот недоверчиво замолчал и аккуратно вытянул сначала шею и задвигал носом, словно пирог вдруг обратится в какого-нибудь грызня и укусит в ответ. Затем сделал шаг вперед одной лапой, застыл. Рывок, и весь кусок пирога оказался в пасти пса, проглоченный за один укус. Аппетит у псинки зверский. — Понравилось? Вот, понюхай, я не причиню тебе вреда, мне просто нужно пару дней переночевать здесь, — подняв глаза и не опуская уже пустой руки проговорила она. Пёс словно задумался стоит ли вообще ей доверять, еще раз повел носом и сделал три шага назад к будке. Девушка осторожно, медленно встала и стала продвигаться к крыльцу, через силу заставляя себя подставить спину животному и не оборачиваться, чтобы не провоцировать. Пёс следил за каждым шагом, но больше не лаял и ей удалось спокойно подняться по крыльцу. Дверь протяжно проскрипела и Алекс оказалась в небольшом вытянутом помещении. Слева была скудно обставленная гостиная. Коричневый потертый диван, старенький телевизор с антенной, между ними низкий квадратный журнальный стол. На полу, который скрипел при каждом шаге, лежали изъеденные молью зеленые ковровые дорожки. Справа была спальня с кроватью от стены до стены и узким шкафом пеналом в углу. По центру вход в душ-туалет и тесный кухонный закуток с газовой конфоркой и низким холодильником. Обеденной зоны тут конечно не было. Пройдя в гостиную, Алекс достала из кармана легкой спортивной куртки уменьшенную сумку и отправилась принять быстрый душ. Горячей воды из крана она так и не дождалась, поэтому пришлось подогревать ее с помощью волшебной палочки. Кое-как разобравшись с гигиеной в ужасно маленьком пространстве, быстро высушила волосы также заклинанием и достала из сумки письмо от мадам Контерби. Адрес на конверте, слава Мерлину был, 17 по Грейс Кресент. Медлить смысла не было. Старенькие часы над диваном показывали 11 утра, поэтому Алекс вернулась в паб, чтобы попросить карту и недружелюбный бармен, которого она решила про себя называть Дик (он ведь не представился), нехотя сообщил как добраться до дома мадам Контерби. Дорога пешком заняла 15 минут, городок поистине был маленький, поэтому девушка рассчитывала на быстрое разрешение дела. Дом мадам Контерби занимал небольшой участок на тихой тупиковой улице и вместо забора также имел живую изгородь. Во дворе не было ни одного дерева или растения на первый взгляд. Но даже перед тем как ощутить слабенький защитный барьер и чары не замечай меня, она учуяла запах полыни, наперстянки и зверобоя. А еще кисловато-болотный запах бубонтюберов и кажется жабросли, как морские так и речные. Удивительное сочетание для магловского городка. Вряд ли встреча с потусторонним или лечение ран от проклятий тут были востребованы. Только жабросли разве что вписывались, потому что рядом и море и болота. Никакого звонка или чего-то еще, что оповестило бы хозяйку о гостях, видно не было. Поэтому Алекс довольно бесцеремонно и без усилий перепрыгнула через полутораметровую изгородь. Приземлилась и сразу же пригнулась, уклоняясь от жалящего, летящего в лицо. — Ого, мое почтение, мадам Контерби, — пробормотала девушка и просканировав участок на всякий случай на наличие других ловушек подошла к двери и постучала. Топтаться на пороге долго не пришлось, уже через минуту дверь ей открыла довольно бодрая женщина средних лет, одетая в длинную хлопковую юбку и такую же блузку. Одежда была в следах земли, а волосы женщины так распушились, словно в нее только что попала молния. — О, здравствуйте! Чем могу помочь? — улыбнулась мадам Контерби. Одного зуба у нее не было и из—за этого ситуация стала стремительно приобретать карикатурность, к которой Алекс вовсе была не готова. Она даже оглянулась на всякий случай, чтобы убедиться не попала ли она случайно в какую-нибудь магловскую сказку про злых ведьм. — Эээ...Мисс Контерби, мое имя Алек. Алекс Розье. Вы писали мне письмо с просьбой разобраться с неким существом, которое разоряет местный заповедник. — Оооо, да, конечно, конечно! Что же вы сразу то не сказали, проходите, проходите! — всплескивая руками женщина открыла шире дверь и пригласила Алекс войти. — Я, собственно, сразу и так и сказала, — недоумевающе пробормотала девушка, заходя в небольшую прихожую. Хозяйка проследовала вглубь дома и они оказались в комнате, которую можно было бы назвать гостиной, если бы не десятки, а то может быть и сотни растений, которые занимали буквально все пространство. Горшков не было разве что на диване и вокруг — видимо, только чтобы до него вообще можно было добраться. Тут были и цветущие магловские и магические цветы и просто комнатные растения. На подоконник рядом соседствовали Мимбулус мимблетония и саженец Ядовитой тентакулы. Первой автоматической мыслью Алекс было сообщить в Министерство о явно незаконном выращивании строго контролируемого растения, но она остановила себя. Дела Министерства ее вовсе не касались. — Налить вам чаю? А может быть настоечку на зверобое? — дружелюбно спросила женщина. — Чай было бы неплохо, — кивнула Алекс. Хозяйка удалилась куда-то в направлении своих джунглей. В ожидании Алекс ничего не оставалось кроме как продолжить рассматривать растения. Лаванда, лилии, розмарин, мята. На потолке в связках сушились полынь и зверобой. Воздух был влажным и до невозможности наполнен запахами, как будто бы сразу всеми. Горькое, сладкое, хвойное, гнилое, влажное, цветочное. Кажется, голова начала кружиться, а глаза стремительно стали наполняться слезами. Ужасно заболел нос и голова. Она даже не заметила как мадам Контерби вернулась. — Ой, милочка! С вами всё в порядке? — Алекс вздрогнула. Голос прозвучал так громко, словно прямо над ухом. — Да, прекрасно. Ваши цветы, кажется вызвали у меня аллергию. С вашего позволения.., — не тратя время на лишние объяснения, она наколдовала головной пузырь и сделала три глубоких вдоха. Полегчало, но не до конца. Головная боль точно останется с ней до послезавтра после такой цветочной атаки, — Итак, мадам Контерби, расскажите подробнее о том, что у вас тут произошло и почему вы решили обратится ко мне? — Ну как же! А к кому как не к вам? Мне вас рекомендовали как большого профессионала. Я от Оливии Ворстен слышала как мастерски вы разобрались с ее садовыми гномами, — активно жестикулируя руками начала женщина, — Да и Гвенди, ну из Глостершира которая, — неопределенно махнула она рукой. Алекс понятия не имела что за Гвенди, — Говорит, что без вас бы ни за что не справилась с бы с гнездом докси у себя на чердаке. Вот я и решила обратится сразу к вам, как услышала о чем люди у нас тут говорят. — И о чем же они говорят? — сдержано спросила Алекс, хотя упоминания ее дел, за которые она взялась от отчаяния и нужды, вовсе не тешили ее самолюбие и были далеки от заслуживающих похвалы. Мысль о барсуке в лесу, вместо монстра, становилась навязчивее. — Ой, милочка, такие ужасы! Экскурсовод то наш, Флеминг, вернулся, говорит, недавно со своими туристами и такое рассказал! Даже страшно пересказывать. Шли они, мол, обычным маршрутом, с утра да пораньше, чтобы на кроншнепов посмотреть. Вышли на поляну, а туман стелился, жуть просто. Идут идут и тут хрясь! — воскликнула мисс Контерби, делая драматичную паузу. Алекс даже бровью не дернула.  —Кхм, кхм…Ну в общем, один из туристов наступил на что-то. Думали ветка, а пригляделись, ба, мертвый дрозд. Стали головой по сторонам вертеть да в землю вглядываться, а там их чуть ли не вся стая. Больше трех десятков. Да еще сов 5 мертвых рядом. И кто значит с шеей свернутой, кто просто пришибленный. А у парочки грудная клетка разорвана. И почти у всех нет ни капли крови. Вот так вот, — закончила женщина свой рассказ. — И это всё? Дело в стайке мертвых птиц? — с ноткой разочарования в голосе спросила Алекс. — Так как же это, нет конечно. Это то с месяц назад уж случилось. Потом разные странности еще были. То ребятишки говорят видели тень на окраине леса в сумерках, то вот у мясника неделю назад пропало все мясо. Собаки стали ночами выть, жуть просто. Каждую ночь, почти все. А собак то у нас тут не мало, представьте, милочка, какой шум, — вздохнула женщина. — А почему вы решили, что дело в чем-то волшебном? Может быть это дикое животное какое? — стала исключать версии Алекс.  — Да потому что не может быть такого, что внезапно и такой дикий зверь. У нас тут многое бывало, я тут уже лет двадцать живу. У нас и лисы тут шастают постоянно, собаки привыкшие и детей ими не удивишь. А силуэт то человеческий детки видели. Да и я нутром чую, что что-то тут не так. Как будто воздух изменился, пахнет колдовством. Раньше не было такого никогда.  — И вы не обращались в Министерство? — Дак как же не обращалась! Пишу им и пишу каждый божий день! А они мне “Мы рассмотрим ваше обращение и ответим в ближайшее время”. Я уже даже лично ходила в этот их отдел, просила главного позвать. Но дальше секретаря не пропустили меня. Да и какое им дело до моих бредней, я даже в Хогвартсе то не училась, родители мои маглы, не отпустили меня. Вот и не слушает никто. А я как о вас узнала, сразу написала. Вы моя последняя надежда, — расстроенно закончила мадам Контерби. — Где всё это произошло? Как глубоко в заповеднике? — задала вопрос по делу, не смотря на небольшое желание присоединится к обсуждению бездарности сотрудников Министерства. — А да совсем не далеко. Вы спросите у Эрни, он вам точно дорогу подскажет, он тут экскурсии уже лет 40 водит. Все тропы знает. — Понятно. Я осмотрюсь в вашем городке. Начну с осмотра заповедника. — Что это может быть, как вы думаете? — беспокойно спросила женщина. — Пока что не знаю. По вашему описанию одинаково можно предположить как магловского маньяка, так и куницу. Но спасибо, мисс Контерби. Я проверю, что могло произойти у вас здесь. А вы подумайте о том, под каким предлогом я заберу награду в магловской мэрии, когда закончу, — сухо проговорила Алекс и встала собираясь уходить. — Почему это я должна придумывать? — вдруг возмутилась женщина, — Это вам же награда нужна, а не мне. — Мисс Контерби, при всём уважении, но это всё ваша забота, ведь меня позвали вы. Я не благотворительностью занимаюсь, а делаю работу. За работу платят. Сейчас мой наниматель вы и я готова даже не брать с вас предоплату, а получить вознаграждение по результату. Это очень щедро с моей стороны, — максимально любезно сказала Алекс. Повисла пауза, в которую мисс Контерби сначала явно пыталась найти слова, но после довольно быстро стушевалась. — Где выход тут у вас? Заблудится можно в этих джунглях, — отстраненно проговорила девушка разводя руками какие-то кусты, которые вдруг оказались перед ее носом, пока передвигалась к выходу. Найдя выход, Алекс коротко попрощалась и вышла на воздух. Сняв заклятие головного пузыря глубоко вдохнула свежий морской воздух с облегчением. Следующая остановка — Эрни Флеминг. Сказать магловскому экскурсоводу, что она приехала тут на местного мистического монстра поохотиться, откровенно не вариант. Она конечно девушка спортивная и повыше среднего, но точно не тянет на охотника. Может так, птичек пострелять. Нужно было придумать легенду, ну и еще найти где-то этого Эрни. Стоило, пожалуй, спросить у Контерби где он обитает, но желания оставаться в жутком царстве цветов дольше положенного было губительно для обоняния. Мерзкий смешанный запах цветов и земли до сих пор стоял в носу и вызывал желание чихать до бесконечности. Но Алекс ограничилась короткой артиллерией из 5 чихов подряд. Полегчало. Эрни решила искать в том же пабе, где побывала с утра. В баре всё также было не многолюдно, как и утром. Старушки уже ушли, рыбак по-прежнему дремал над своей кружкой. Похоже, за прошедшие два часа его положение изменилось ровно на один сантиметр. А бармена не было на месте. Стояла табличка о перерыве в 15 минут. Пришлось ждать. Рассматривая от скуки барную стойку, Алекс увидела стопку буклетов и решила проверить нет ли там адреса Эрни или еще чего полезного. И чудо случилось, на первой же листовке крупными буквами было написано "ЭРНИ ФЛЕМИНГ. ЭКСКУРСОВОД. ЗВОНИТЕ." Хорошо, что возле паба была телефонная будка. Ну серьезно, звоните? Алекс сильно сомневалась, что хоть один человек в Андерби-Крик вообще видел мобильный телефон ближе, чем по телевизору. Она вот вовсе никогда их не видела, но о существовании знала, так как следить за миром маглов и их новостями было важной частью ее работы. Да и смотреть как маглы прогрессируют семимильными шагами было любопытно. В отличие от магической прессы, где единственной новостью были свадьбы важных шишек, да назначение этих шишек в Визенгамот. Не дожидаясь загулявшего где-то бармена и захватив с собой листовку, девушка вышла из паба и сразу завернула в телефонную будку за углом. Понадобилось около пяти секунд, чтобы потупить и вспомнить, как тут все работает и не набрать по привычке номер Министерства магии. Тряхнув головой она достала из кошеля монетки и опустила в автомат. Пошли гудки. Она насчитала 12, а потом звонок оборвался. При повторной попытке набора номера металлический голос женщины, сообщил, что надо оплатить, прежде чем звонить. Алекс аж зарычала от бессилия и пару раз стукнула трубку об аппарат. У нее не так много сиклей, чтобы ими разбрасываться. — Извините, у вас всё в порядке? — за спиной раздался быстрый стук в кабинку и бодрый голос. В этот раз Алекс вздрогнула и отругала себя за потерю бдительности. Положив трубку на место, она вышла из будки. Ее окликнул мужчина в круглых очках и забавных подтяжках на синих шортах. — Да, простите за этот шум, — сыграла смущение Алекс, — Я приехала в ваш городок отдохнуть и полюбоваться морем и посетить заповедник. Слышала как раз начинается перелетный сезон. И вот в буклете увидела, что есть у вас экскурсовод и позвонила. Потратила последние пенсы, что были в карманы, а никто не ответил, — деланно расстроенно вздохнула девушка. — О, не ругайте Эрни! — воскликнул мужчина, глядя на листовку в ее руке, — Он у нас частенько где-то по лесам бродит. Смотритель заповедника он и вот экскурсоводом подрабатывает, может в лесу сейчас где-то. Вы сходите к нему. Подождете немного и точно застанете. — Спасибо. Осталось только выяснить, где именно искать этого Эрни, — сдерживая изо всех сил сарказм в голосе поизнесла Алекс. Трудно было сохранять игру, когда перед ней был столь странный персонаж. Этот городок видимо решил поразить ее карикатурностью своих жителей. Все как на подбор странные, дадут фору любому волшебнику. — Ах да, конечно! Идите прямо, затем сверните налево и идите до упора минут 20. Как увидите табличку "Заповедник Андерби-Крик", то на развилке сверните направо, а потом еще направо. Идите прямо и там будет лачуга нашего Эрни. Я кстати Джастин! А вы? — Алекс. Большое вам спасибо за такой подробный маршрут, — мягко улыбнулась девушка. — Помогать туристам мне в радость. Особенно столь милым, — обаятельно, но не настолько, насколько рассчитывал, улыбнулся Джастин. — Вы заходите вечером в паб, весь город соберется. Я вам расскажу все, что знаю, может и сам какую экскурсию смогу провести, — он что, подмигнул ей? Внутренне Алекс передернуло, но на лице постаралась сохранить вежливое участие. Но кажется не слишком получилось, потому что Джастин что-то поник. — Спасибо вам Джастин. Я пока пойду, а про паб вечером подумаю. Всего доброго! — заканчивала фразу девушка уже на ходу, торопясь закончить этот абсурд. Повезло что Джастин так вовремя подсказал ей дорогу, но теперь планы на вечер в пабе под сомнением. Она хотела незаметно посидеть в углу и послушать, что говорят местные, чтобы продвинутся в расследовании. Но перспектива провести вечер в обществе Джастина внезапно сделала местного монстра куда более привлекательным собеседником. Быстрым шагом Алекс двинулась в указанном направлении. Через 10 минут пейзажи с кирпичных домов за изгородями сменились полевой дорогой, которая уходила в сторону от моря в небольшую рощу, которая к удивлению была довольно густой. Дойдя до таблички заповедника девушка, как и сказал Джастин, свернула направо. Дневной свет сменился лесным сумраком, деревья поглотили порывы и шум морского ветра. Лачуга смотрителя находилась не слишком глубоко в роще, около трети мили после поворота. Небольшой дом из потемневшего дерева с жестяной крышей, как у сарая для скота, стоял в стороне от тропы, словно специально прятался среди тростников. За ним начиналось болото. Даже не доходя до лачуги Алекс остро почувствовала запах крови и разложения. Она резко остановилась, достала палочку и набросила дезиллюминационное заклинание. Начала обходить дом по широкой дуге справа. Дойдя до заднего двора двинулась к черному входу, видневшемуся отсюда. Запах становился сильнее с каждым шагом. Черный ход вел на узкую террасу, на нее же выходило окно. Вокруг дома не было следов расправы и крови. Как не заметила она и следов какой—либо борьбы. Да и вообще следов зверей. Остается надеяться, что искомое чудовище не летающее, а то она с радостью свернет удочки и отправится отсюда восвояси. Бросив для надежности себе в ноги заглушающее заклинание девушка медленно преодолела три ступени, которые казалось развалятся под ее ногами. В приседе она продвинулась к окну и немного поднялась, чтобы разглядеть помещение. Внутри виднелась сначала кухня, за ней гостиная с кроватью и сразу входная дверь. Открытая планировка. Бросив взгляд правее она не сдержала шумного вдоха. На кухонном столе лежали... Внутренности? Сложно было понять, потому что было слишком много крови, кишков и кажется шкуры. Пока она рассматривала представшее перед ней кровавое месиво, слева, из слепой зоны внезапно возник мужик. С топором, который резко с размаху воткнул в столешницу рядом с кишками. Сердце у Алекс чуть не остановилось. Она пригнулась и уже решала нужно ли ей вообще что—то делать. Являлся ли этот Эрни, а это был очевидно он, тем самым монстром? Только этого не хватало. Неужели всё-таки никакой магии, а обычный псих с топором? Пока она выбирала между побегом, ввиду того, что магл-маньяк вообще не ее забота, и тем, чтобы всё-таки разобраться в ситуации, Эрни вышел из дома на террасу. Его ноги оказались в считанных дюймах от ее носа. Ботинки на удивления не были в крови. Она затаила дыхание, чтобы дезилюминационное не дрогнуло и он не заметил ее. Эрни спустился с террасы, потянулся и зевнул. Из его кармана раздалось ритмичное пиликанье. Мужчина достал телефон и ответил. — Добрый день! Экскурсии у Эрни на проводе, — повисла пауза, видимо собеседник объяснял свой запрос, — Да, конечно! Буду рад показать вам наш заповедник завтра утром. У меня как раз запланирован обход, а то лисы и норки разоряют гнезда. Если повезет поймаем парочку. А если 50 фунтов наличкой приготовите, то может и ружье подержите. Если понимаете о чем я, — заговорщически произнес Эрни. Ну что же, по крайней мере это точно Эрни, а не убийца Эрни. Видимо поэтому он не ответил на ее звонок. Был занят потрошением. Алекс поежилась. Какое может вообще быть удовольствие от убийства и потрошения животных. Точно маньяк, только маньячит за невинными зверьми. Уже хотелось поскорее сделать все выводы, вернутся к Контерби, сказать, что это никакой не монстр, а всего-лишь кровожадный егерь, которому мало было лис и норок, и он решил на досуге выпотрошить ещё и птиц.. Но Алекс остановила себя от поспешных выводов. В конце концов первый свидетель во всей этой истории и есть Эрни. Зачем бы ему было рассказывать о своих преступлениях так подробно, да еще и всему городку. Не сходится. Тихо спустившись с крыльца и обойдя дом за спиной Эрни, она вернулась к главному входу, сняла чары и постучала. Услышала как мужчина вернулся в дом с заднего входа и застучал своими чистыми ботинками в ее сторону. Алекс натянула на себя вежливую улыбку заинтересованной туристки. Дверь распахнулась, явив перед ней худое лицо обросшее короткой бородой и усами. На щеке засохла тонкая полоска крови. Судя по виду, сам Эрни ее даже не замечал. Она сдержала желание поморщится. — День добрый! Чем помочь могу? — довольно дружелюбно спросил Эрни. — Здравствуйте! Я слышала вы тут экскурсии проводите, но не смогла дозвониться до вас. И вот добрый прохожий подсказал мне где вас можно найти. Почем у вас тут прогулки? — Так вы поздно пришли уже. Я вожу по утрам. На рассвете тут самое то за птичками наблюдать. Днем все в гнездах, особо не увидеть никого. Вы приходите завтра утром. Как раз у меня группка то набирается, всё посмотрите. Еще может и поохотимся на лис, если не боитесь. — Как жаль. У меня просто как раз есть совсем немного времени, я здесь на пару дней. Держу путь в Левертон из Гримбси и думала посмотреть тут ваши достопримечательности. Скоро уже в дорогу. Завтра никак не смогу, — грустно закончила Алекс. Для убедительности развернула корпус в сторону тропы, намекая языком тела на намерение уйти. — Ну если такое дело, кто я такой, чтобы отказывать любознательным туристкам в желании полюбоваться своим заповедником, — рассмеялся мужчина, — Я Эрни кстати. Эрни Флеминг, — протянул он руку. — Алекс. Алекс Розье, — ответила она на рукопожатие. — Ну вы тогда пока проходите, я чаю вам налью. Через минут 20 сможем отправится. Птиц уже почти не увидим, конечно. Но маршрут покажу, болота покажу, тропы покажу. Вам со скидкой, 20 фунтов. 30, если хотите пострелять лис. Я вам и ружье свое покажу, — сказал Эрни и прокашлялся. — Ружье, — полувопросительно произнесла Алекс. — Эээ... Ну да. У меня тут заказ от мэрии на лис да норок. Разоряют видите ли гнезда. Ну я и предлагаю туристам самим пострелять. Не так же часто городским то это удается. Да и мне помощь не помешает, — почесал затылок мужчина, — Так что насчет чая? Алекс замутило от мысли о чае приготовленной на кухне, которая вся была в сырых потрохах. Она вежливо отказалась, согласившись подождать Эрни на улице. Он появился через 20 минут как и обещал. Все это время она прекрасно слышала, как он прибирался в доме и убирал кишки и другие, видимо ненужные внутренности, с мерзким хлюпаньем. Оборотничий слух был острее, поэтому она еще и бормотание о новящивых туристках, которые мешают отдохнуть, тоже слышала. — Ну что! Отправляемся? — бодро вышел Эрни на крыльцо сжимая на плече лямку от ружья. — А ружье обязательно нам понадобится? Я знаете ли не любитель убийств зверей. — А людей значит с удовольствием убиваете. — Что? — у Алекс от такого вопроса даже маска дружелюбия на мгновение слетела с лица. Она напряглась всем телом и рука дернулась к палочке. Эрни выпучил глаза и сглотнул. — Да вы чего? Я пошутил же. Говорите зверей не любите убивать, уточнили. Я и подумал, что шутка смешная будет, — неловко объяснился мужчина. — Ну и шуточки у вас, — внешне расслабилась девушка, сразу вернувшись в шкуру дружелюбной туристки, —Я готова, ведите! И они двинулись вдоль дома. Миновали задний двор, который Алекс успела рассмотреть в деталях минутами ранее и двинулись вдоль болота. Эрни подсказывал куда лучше наступать, а каких мест избегать. Но это было не сложно и без проводника, так как тропинка была протоптана, а с правилами передвижения по болотам Алекс была знакома. В конце концов в Британии куда не плюнь, везде окажешься в болоте. Темный пейзаж рощи резко сменился просторным полем. Высокий тростник простирался до горизонта. Местами были видны редкие деревья, в основном ольха, чахлые сосны, ивы. По левой стороне тростник сменялся дюнами, поросшими жёсткой травой-маррамом, из-за которых было слышно дыхание моря, которое безотрывно сопровождало этот городок. Небо было огромным, а вид открывался на много миль вперед. Они продвигались вдоль тростников, минуя заболоченные участки, вода в которых стояла тёмная с запахом тины. Тут и там лежали деревянные настилы, которые позволяли не оказаться ногой в трясине. В целом место было красивым, но стоило задержать взгляд подольше, и бескрайние тростники начинали навевать какую-то странную тоску. Пока шли Эрни рассказывал обо всём, что знает об этом месте. Про гнезда крошнепов, чибисов и выпей. Даже показал одну кладку яиц чибисов. Рассказывал и про ужасную погоду. Шторма подмывали берег и линия пляжа сокращалась, приводя море на людские пороги. Его болтовня успокаивала и давала возможность внимательно осматриваться вокруг. Пока что ничего особенного приметить не удалось, кроме того, что она не чувствовала здесь лис, на которых Эрни жаловался не менее активно чем на странных туристов, которые мусорят в заповеднике, а некоторые даже пытаются совокупляться в зарослях тростника. Безусловно странное место для подобных утех. Комары, мошки, лягушки. Кто знает, куда может забраться вся эта живность. Если лис было так много, что магловская мэрия выдала заказ на их отстрел, то почему они еще не увидели ни одной? Ни следов, ни характерного запаха, ни одного разоренного гнезда. Да даже тростник нигде не был примят. То тут то там взлетали из травы птицы, поэтому увидеть хотя бы мельком обитателей заповедника Алекс удалось. Эрни каждый раз был в восторге, как будто это не она тут впервые. Болтал он без умолку и под его истории они дошли до небольшой поляны, стоявшей в окружении низкорослых боярышников и ив. Поляна была заметно вытоптана, то тут то там были видны перья и следы крови. — А вот тут у нас стихийно образовалась новая достопримечательность. Жуткая я вам скажу. Стою тут и мурашки по коже, как будто впервые пришел. Вы уже слышали про нашего монстра, который разоряет заповедник? — обернувшись к ней спросил Эрни. — Да, довелось. И правда жутковато тут, — поежилась Алекс, — И что же вы думаете? Кто это мог быть? Может лисы, раз говорите, что они расплодились тут? — со сдержанным любопытством спросила девушка. Хотя сама сдерживала порывы чуть ли ни носом в землю уткнутся, чтобы поскорее найти зацепки. — Нет, точно не лисы. Я работаю и живу тут уже 20 лет и никогда такого не видел. Я это еще тут прибрался, похоронил птичек вон под тем деревом, — указал мужчина на крайнюю справа иву, — Мы ведь с теми туристами первыми место это нашли. Жуть как перепугались. И главное вокруг был легкий утренний туман. Спокойствие, красота. В общем все как всегда. А меня сюда аж потянуло какими—то силами, хотя обычно я не дохожу до этого места. А тут прям предчуствие. И когда подошли, тут как будто было темнее, на этом небольшом клочке земли, и туман гуще. Чертовщина какая—то, — вздохнул Эрни. — Действительно жутко. Но пахнет классической английской загадкой. Можете кучу денег на этой истории заработать, — улыбнулась Алекс. — Да уж лучше бы не было в моем заповеднике ничего такого, — мрачно проговорил смотритель. — Ну вы тут осмотритесь, если вам так нравятся загадки. Я пока проверю ловушку для лис тут недалеко. Не страшно одной то тут будет? — Я смогу за себя постоять, — отстраненно проговорила девушка, начиная сканировать местность. Махнула Эрни вслед рукой, мол иди уже. Она не видела, что мужчина посмотрел на нее с некоторым сомнением, как будто ему в голову пришла какая-то мысль. Он ушел и она осталась одна. Терять время зря не стала и подошла к первому месту, где виднелись птичьи перья. Прокрутила одно в руках, взглянула поближе на землю. Крови видно уже не было, но пара капель улавливались скорее по запаху. Девушка обошла поляну по периметру и задержалась у деревьев. Вокруг до сих пор стоял запах, но она не могла его понять. Запах шерсти, гнилой кожи и что-то неуловимо горькое, оседавшее на корне языка, как адреналин. Намека на лис не было, как и видимых следов борьбы с добычей, которая характерна для животных. Вернулся Эрни довольно быстро, не прошло и 10 минут. До этой поляны они шли добрых полтора часа и обратная дорога займет столько же, поэтому мужчина предложил отправляться назад. Алекс легко согласилась, потому что смотреть тут было больше не на что. Двигаясь в направлении Эрни по левой стороне на сходе с поляны она заметила что-то. Эрни уже болтал что-то про лис и не смотрел в ее сторону. Она присела, чтобы рассмотреть находку, скрывшись в зарослях тростника с головой. Это был след! Голой человеческой стопы. След был почти сорока сантиметров в длину. Алекс машинально приложила ладонь рядом и невольно выругалась про себя. Даже её собственная ступня потерялась бы внутри этого отпечатка. Рядом был клочок шерсти, небольшой, она едва его заметила, хотя скорее учуяла. Кто мог здесь ходить босиком? Она медленно поднялась из тростника и чуть тут же не села обратно, потому что прямо перед ней оказался Эрни. Она отшатнулась. — С вами всё в порядке, Алекс? Я думал вы упали, потерял вас! Что—то нашли интересное? — обеспокоено и участливо спросил он, придерживая ее за руку, и попытался взглянуть на землю через ее плечо. — Всё хорошо, хорошо. Показалось, что увидела птичью кладку, но показалось, — ответила девушка закрывая ногой след настолько, насколько было возможно. — Ну тогда пойдемте. Я вам тут еще кое-то что по пути покажу. Силу матушки природы, — ответил Эрни и не отпуская ее руки повел за собой сквозь мокрую траву, приговаривая, что тут скользко и могут быть глубокие ямы. Ладони у него были очень теплые и сухие, а сам он сочился участием и дружелюбием. Интуиция Алекс прыгала туда сюда от этих странных качелей. — Вот, смотрите! — воскликнул Эрни, отпуская наконец ее руку, спустя минут 10 пути, — Дерево, стояло тут сколько себя помню. А потом вдруг иду, а его нет. Ближе подхожу, а оно лежит. Накануне этого дня был жуткий ураган. Я кажется даже маленький торнадо видел, представляете? Так что вы поаккуратнее в наших краях. А то вдруг история с Элли и Татошкой повторится, — рассмеялся мужчина. Ну да, только она в этой истории была бы скорее Татошкой, подумала Алекс, рассматривая дерево. Оно было когда-то футов в 16 в высоту и лежало на земле сломанное под самым корнем. Не самая классическая картина для торнадо. Она бы скорее предположила, что кто-то огромный это дерево сломал. Потому как помимо сломанного основания и ветки, почти все были изломаны, как если бы кто-то на дерево пытался залезть. — И правда очень интересно! — проговорила девушка, решая не заострять внимание на найденной нестыковке. Эрни двинулся вперед, а она не могла оторвать взгляд от его спины. Взгляд полный сомнений.