Пока горит Свет

      По столовой бегали двое детей — мальчик лет десяти и девочка помладше. Они то и дело заглядывали в наши лица, пока молодой парень с веснушками безуспешно пытался их поймать.       — Лукас! Эмма! Не мешайте людям.       — Мы не мешаем!       — Именно так и говорят те, кто мешает.       За столом тихо рассмеялись.       Джон моментально воспользовался моментом.       — Мне уже нравятся эти дети.       — Потому что ведут себя как ты? — не поднимая головы, спросила Розита.       — Потому что обладают выдающимися лидерскими качествами.       — И полным отсутствием дисциплины, — закончил Беллами, устраиваясь напротив него.       Мёрфи тяжело вздохнул.       — Вот за что я тебя не люблю...       — За правду?       — Именно.       Даже Рик позволил себе едва заметно улыбнуться.       Я молча наблюдала за всем этим.       За людьми, которые двигались по дому спокойно.       Без оружия в руках.       Без постоянного ожидания опасности.       Пожилой мужчина в плотном свитере чинил керосиновую лампу прямо за соседним столом.       Две девушки перебирали корзину с овощами, споря, хватит ли запасов до следующего сбора.       За четыре дня здесь уже сложился почти привычный порядок.       Кто-то приносил из кухни кастрюли.       Кто-то расставлял тарелки.       Мисс Мэй наконец поймала Лукаса за воротник.       — Руки.        — Я уже мыл!       — Вчера, — невозмутимо ответила она.       — Это считается.       — Нет.       — Почему?       — Потому что грязь тоже умеет считать дни.       Джон понимающе кивнул.       — Железная логика.       — Не подсказывай им, — вздохнула Айлин.       Дом уже не казался чужим.       Каждое утро начиналось одинаково.       Часть людей уходила укреплять забор.       Кто-то работал в теплицах.       Дэрил почти сразу прибился к охотникам Милвуда.       Рейвен вместе с местным механиком Беном разбирала старый генератор, уверяя, что «эта рухлядь еще поживет».       Даже Кэрол понемногу возвращалась к жизни. Она почти не вставала первые два дня.       Теперь уже сама приходила к ужину.       Бет практически не отходила от сестры, но на ее лице все чаще появлялась улыбка.       Абрахам вошел последним, стряхивая с куртки древесную пыль.       — Забор закончили? — спросил Гленн.       — Почти.       — Почти — это хорошо или плохо?       — Это значит, что завтра будем переделывать то, что сегодня построил Мёрфи.       — Клевета, — моментально возмутился Джон. — Оно бы стояло.       — Недолго, — спокойно ответил Беллами.       — Зато красиво.       — Это единственное, что тебя волнует? — усмехнулась Розита.       — Конечно. Если уж строить оборону, то хотя бы эстетичную.       — Ходячие точно оценят, — невозмутимо бросил Беллами.       — Вот! Хоть кто-то понимает важность первого впечатления.       За столом снова раздался смех.       Даже Айлин, проходившая мимо с корзиной хлеба, тихо улыбнулась.       Она остановилась возле нас и положила на середину стола еще несколько теплых ломтей.       — Ешьте, пока горячий.       — Спасибо, — почти одновременно ответили Гленн и Мэгги.       Айлин кивнула и пошла дальше, успевая каждому сказать пару слов, кого-то похлопать по плечу, у кого-то спросить о самочувствии.       Я проводила ее взглядом.       Она знала каждого. Не только по имени.       Она знала, кто сегодня устал. Кто плохо спал. Кому стоит положить порцию побольше.       Будто была матерью не только Ноа и близнецов.        А всего Милвуда.       — Мам, — негромко позвал Ноа.       Айлин обернулась.       — Что?       — Присядь хоть ненадолго.       — Присяду, когда вы перестанете съедать весь хлеб быстрее, чем я успеваю его нарезать.       — Это не мы, — тут же возмутился Мёрфи.       Мисс Мэй, не отрываясь от своей тарелки, сухо заметила:       — Именно ты.       — Это клевета.       — Джон, — спокойно сказала Айлин.       — Да?       — Я сама видела, как ты пять минут назад положил себе четвертый кусок.       Мёрфи задумчиво посмотрел на хлеб в своей руке.       — Возможно...       Он выдержал драматическую паузу.       — Улики против меня действительно весомые.       Беллами покачал головой.       — Потрясающе.       — Что именно?       — Ты умудряешься выглядеть виноватым и гордым одновременно.       — Это талант.       — Нет.       — Да.       — Нет.       — Да.       — Боже, — тихо выдохнула Саша. — Они снова это начали.        Карл тихо фыркнул, пряча улыбку в кружке. Я поймала его взгляд.       Он едва заметно кивнул в сторону спорящих.       — Заразно.       — Очень, — шепотом ответила я.       За окном медленно сгущались сумерки. Во дворе уже зажгли несколько фонарей.       Из открытого окна доносился стрекот сверчков.       Все было удивительно...       Обычно.       Настолько обычно, что я поймала себя на мысли:       Если закрыть глаза, можно почти представить, что за забором не бродят тысячи голодных трупов.        Что завтра дети снова побегут играть во двор.        Дэрил уйдет на охоту.       Рейвен будет спорить с генератором.       Беллами — с Мёрфи.       А Рик снова станет думать, как сделать это место безопаснее.       — Эрида?       Я вздрогнула.       Мишонн вопросительно смотрела на меня.       — Все хорошо?       — Да, просто задумалась.        Мишонн внимательно смотрела на меня, словно решая, стоит ли спрашивать дальше.       В итоге лишь понимающе кивнула.       Она поднялась из-за стола, помогая Айлин перенести тяжелую кастрюлю на кухню.       Жизнь вокруг продолжала течь своим чередом.       Лукас все-таки умудрился стащить кусок свежеиспеченного хлеба раньше остальных и теперь убегал от мисс Мэй по всей столовой.        Снова.        — Я просто проверял, не отравлен ли он!       — Очень благородно, — сухо ответила женщина. — Теперь проверишь, как быстро умеешь мыть пол.       — Это уже несправедливо!       Эмма звонко рассмеялась.       За соседним столом пожилой мужчина закончил возиться с лампой. Огонек внутри наконец вспыхнул ровным теплым светом.       — Ну вот, — довольно пробормотал он. — Еще поживет.       — Как и генератор, — тут же донесся голос Рейвен.       — Не начинай, — устало попросил Бен.       — Я только сказала, что он будет работать.       — Ты это говоришь уже третий день.       — И с каждым днем оказываюсь все ближе к правде.       Я опустила взгляд в тарелку.       Наверное...       Так и должен выглядеть дом.       Когда люди спорят из-за хлеба.       Смеются.       Жалуются на работу.       А не считают патроны перед каждым ужином.       — Можно?       Я подняла голову.        Лиам.        Он поставил кружку с горячим травяным настоем на стол и сел рядом.       — Завтра я иду чинить северную вышку. Если не успела возненавидеть меня за четыре дня, можешь составить компанию.       — Это приглашение?       — Вообще-то да.       — А если я уже успела тебя возненавидеть?       — Тогда это будет свидание с элементами принудительного труда.       — Очень оригинально.       — Зато работает.       Он сказал это с такой обезоруживающей уверенностью, будто ни секунды не сомневался, что сумеет меня рассмешить.       Безуспешно.        — Эрида.       Я подняла взгляд.       Беллами сидел через несколько мест, лениво откинувшись на спинку стула.       В одной руке он держал кружку, другой задумчиво постукивал по столу.       — Да?       — Не забудь завтра молоток.       Я непонимающе нахмурилась.       — Зачем?       Он совершенно серьезно пожал плечами.       — Если свидание окажется скучным, хотя бы вышку почините.       За столом кто-то тихо хмыкнул.       Лиам первым рассмеялся.       — Справедливо.       Я перевела взгляд на Беллами.       — Очень смешно.       — Я и не шутил.       — Шутил.       — Нет.       — Да.       — Вы когда-нибудь это прекратите? — встрял Тайриз.        — Точно нет, — ответил Карл.       Беллами едва заметно улыбнулся уголком губ.       — Уже споришь. Значит, настроение хорошее.       Я только закатила глаза.       — Это из-за ужина.       — Конечно.       Беллами спокойно сделал глоток из кружки и вернулся к разговору с Риком, будто вообще не придавал значения сказанному.       Лиам тихо усмехнулся.       — Он всегда такой?       — Почти.        Я не считала это свиданием.        Это так глупо.        И это раздражало.        Внутри снова шевельнулось что-то холодное.       Я медленно выдохнула.       — Лиам.       Он сразу посмотрел на меня.       — Да?       — Не считай это свиданием.       Он удивленно моргнул.       Я продолжила, не отводя взгляда:       — И не пытайся сделать из этого что-то большее.       Несколько секунд он молчал.       Потом тихо усмехнулся.       — Сразу настолько категорично?       — Да.       — Даже шанса не дашь?       — Нет.       Он кивнул так, будто принял ответ.       Но пальцы крепче сжали кружку. Так сильно, что побелели костяшки.       Он поднялся из-за стола, забирая кружку.       — Ладно. Завтра тогда просто починим вышку.       Он ушел, не оборачиваясь.       Я проводила его взглядом.       Странное чувство осталось где-то внутри.       Будто я только что сказала правильные слова... Но почему-то стало не легче.       Через стол Рик мельком посмотрел вслед Лиаму. Едва заметно нахмурился, словно на секунду ему тоже что-то не понравилось в этой слишком спокойной улыбке.        На мгновение его взгляд встретился со взглядом Дэрила.       Беллами, сидевший рядом, проследил глазами за Лиамом, который уже разговаривал с несколькими жителями Милвуда, смеясь так же легко, как и несколько секунд назад.       И они переглянулись втроем.        После отказа люди обычно выглядят по-разному.       Смущаются. Огорчаются.       Пытаются сделать вид, что ничего не произошло.       Лиам же выглядел так...       Словно уже успел что-то решить.       Наверное, больше не общаться со мной так близко, как он делал до этого.       И не появляется на пороге моего дома с бутылкой молока, свежим хлебом и фруктами.       Это приносило облегчение.       Айлин поставила на стол еще одну корзину с хлебом и, оглядев собравшихся, негромко хлопнула в ладоши, привлекая внимание.       Разговоры постепенно стихли.       — Раз уж сегодня все собрались вместе, хочу кое-что сказать.       Жители Милвуда сразу посмотрели на нее с любопытством. На лице Лукаса появилась хитрая улыбка.       — Через два дня у нас праздник.       По столовой пробежал оживленный шепот.       — Наконец-то! — первым не выдержал Лукас.       — Я уже думала, вы передумаете, — засмеялась одна из девушек.       Айлин покачала головой.       — Не передумали.       Она посмотрела в дальний конец стола.       Там сидели молодой темноволосый парень и светловолосая девушка, державшиеся за руки.       Оба заметно смутились, когда на них обратили внимание.       — Через два дня Томас и Элис станут мужем и женой.       В столовой раздались аплодисменты.       Кто-то радостно свистнул.       Эмма тут же вскочила на ноги.       — Я буду бросать цветы!       — Ты будешь делать только то, что тебе скажут, — невозмутимо поправила ее мисс Мэй.       — Это почти одно и то же.       За столами засмеялись.       Томас смущенно потер затылок.       — Вообще-то... мы хотели сделать все тихо.       — Поздно, — улыбнулась Айлин. — В Милвуде свадьбы — редкость. Такое событие нельзя отмечать тихо.       — Тем более сейчас, — добавил пожилой мужчина у окна. — Людям нужен повод вспомнить, что жизнь продолжается.       Я встретилась взглядом с Мишонн.        Мы сидели за большим столом, вокруг смеялись люди, обсуждали свадьбу, спорили о том, где поставить столы и хватит ли свечей.       И все же…       Мы словно смотрели на этот вечер через стекло.       Потому что знали другой мир.       Мир, в котором дом мог исчезнуть за одну ночь.       Где каждый новый человек сначала был угрозой.       Эти люди умели жить.       Но...       Умели ли они выживать?       Их забор был крепким.       Их дома — уютными.       Они выращивали овощи. Пекли хлеб. Планировали свадьбы.       Они сохранили мир, который мы давно потеряли.       Но если однажды за эти стены придет настоящий ужас...       Не десяток ходячих. Не случайная стая.       А то, что уже пережили мы.       Терминус. Церковь. Склад. Гарет.        Боб.        Больница Дон.        Школа.        Я не была уверена...       Что Милвуд переживет хотя бы один день.        Мишонн медленно опустила взгляд в тарелку.       Она думала о том же.       И, судя по тому, как Рик молча слушал разговор Айлин, он тоже.       Наверное, именно поэтому никто из нас так и не смог расслабиться до конца.       Слишком хорошо мы знали...       Что самые счастливые места иногда рушатся быстрее остальных.

***

      Меня вновь разбудил запах свежего хлеба.       Я несколько минут лежала, глядя в деревянный потолок, пока не вспомнила, где нахожусь.       Остатки невыносимой боли в груди от очередного кошмара о прошлом ушли не сразу. А взгляд каре-золотистых глаз Джаспера до сих пор отзывался мукой.       Мне было семнадцать, когда я встретила его.       Тогда казалось, что весь мир наконец перестал пытаться меня сломать.       Он был старше.       Высокий.       Спокойный.       Он никогда не повышал голос.       Всегда сначала думал, потом говорил.       Улыбался редко, но искренне.       И почему-то рядом с ним мне впервые захотелось представить будущее.       Дом. Тихие вечера.       Семью.       Самую обычную жизнь, о которой ведьм с детства учили не мечтать.       Он говорил, что любит меня.       Говорил так убедительно...       Что однажды я сама в это поверила.       Поверила настолько, что впервые нарушила главное правило.       Доверилась человеку.       Я до сих пор помнила его лицо в тот вечер.       Такое же спокойное.       Такое же собранное.       Будто ничего не произошло.       Будто он не предал человека, который любил его больше собственной жизни.       Наверное…        До сих пор не знаю, любила ли я его или ту несбыточную фантазию об обычном счастливом будущем в большой семье.        За окном уже слышались голоса.       Лукас и Эмма снова носились по улице, мешая всем подряд.       — Не бегать возле колодца! — донесся голос мисс Мэй.       — Мы не бегаем! — крикнул Лукас, пролетая мимо со скоростью, которая явно говорила об обратном.       Я невольно усмехнулась.       После завтрака двор снова наполнился людьми.       Каждый уже знал, чем будет заниматься.       Мэгги помогала мисс Мэй поймать двух сорванцев.       Рейвен снова исчезла возле генератора.       Гленн, Тайриз и Абрахам помогали укреплять западный участок стены.       Я уже собиралась пойти к ним, когда услышала знакомый голос.       — Не передумала?       Я обернулась.       Лиам стоял в нескольких шагах, закинув на плечо длинную деревянную балку.       Ах, точно. Вышка.        — Нет.        — Тогда идем.       Он кивнул в сторону северной части общины.       — Вышка сама себя не починит.       Мы молча направились к северному углу Милвуда.       Дорога проходила вдоль внутренней стороны забора.       Здесь было значительно тише.       За частоколом начинался густой лес. Иногда между деревьями мелькали силуэты ходячих.       Они медленно бродили среди сосен, даже не приближаясь к стенам.       — Их становится больше, — негромко заметила я.       Лиам бросил короткий взгляд за забор.       — Осенью всегда так.       Он положил балку на землю возле сторожевой вышки.       Теперь, оказавшись совсем рядом, я увидела проблему.       Одна из опор заметно просела. Несколько досок покрылись глубокими трещинами.       Лестница опасно поскрипывала при каждом порыве ветра.       — Если не заменить сегодня, зимой она просто сложится, — сказал Лиам.       Я провела ладонью по шершавой древесине.       — Да.       Он подал мне молоток.       — Будешь наверху?       — Конечно.       — Я так и думал.       Я вопросительно посмотрела на него.       — Почему?       Он усмехнулся.       — Ты из тех людей, которым обязательно нужно залезть туда, куда остальные предпочли бы не лезть.       Не поспоришь.       Я поднялась по лестнице первой.       Каждая ступень жалобно скрипела.       Наверху оказалось тесно. Отсюда был виден почти весь Милвуд.       Аккуратные дома. Огород. Дети, бегущие по центральной улице.       И люди, спокойно занимающиеся своими делами.       На мгновение показалось...       Что апокалипсис остался где-то очень далеко.       — Красиво, правда?       Голос Лиама раздался совсем рядом.       Он поднялся следом, держа под мышкой новые доски.       Я блаженно улыбнулась.       — Красиво.       Мы работали почти молча.       Лиам придерживал новую доску, пока я выравнивала ее по краю площадки.       Я забила первый гвоздь. Потом второй.       Он тут же проверил, не шатается ли крепление.       — Еще чуть левее.       Я кивнула и переставила доску. Он снова прижал ее ладонью.       Молоток размеренно стучал по дереву. Под ногами поскрипывали старые балки, ветер гулял между стойками вышки, раскачивая верхушки сосен.       Работа оказалась неожиданно простой.       Пару раз Лиам молча подал мне инструмент.       Я придержала лестничную стойку, пока он менял крепление. Мы вместе подняли тяжелую поперечную балку и установили ее на место.       Он вытер лоб тыльной стороной ладони.       — Почти закончили.       Я оглядела вышку.       Теперь она выглядела куда надежнее.       Последний гвоздь вошел в древесину с глухим ударом. Лиам удовлетворенно кивнул.       — Вот теперь простоит.       Я невольно улыбнулась.       — Надеюсь.       — Осталось только укрепить немного лестницу.       Он убрал молоток в сумку. Я же медленно подошла к самому краю площадки.       Осторожно присела и ноги наружу.       Ветер сразу ударил в лицо.       Подо мной медленно тянулся забор Милвуда.       А за ним... Ходячие.       Несколько мертвецов лениво бродили вдоль стены.       Без цели. Без смысла.       Они поднимали головы лишь тогда, когда ветер приносил незнакомый запах.       Потом снова начинали бесцельно шататься.       Я невольно вздохнула и сказала едва слышно, скорее сама себе, чем кому-то:       — Я начинаю привыкать…       Лиам ничего не ответил.       За моей спиной раздался едва слышный скрип досок.       Он сделал шаг.       — Эрида!       Голос Дэрила разрезал тишину.       Я быстро нашла его взглядом.       Он стоял внизу возле стены, придерживая одной рукой арбалет.       Рядом с ним был Рик.       — Заканчивайте, — крикнул Дэрил. — Мы уходим в лес. Нужны еще двое.       Я машинально посмотрела на Лиама.       Он уже стоял в нескольких метрах от меня. Будто и не двигался вовсе.       — На охоту? — спросила я.       — Ага, — коротко ответил Дэрил. — Беллами уже пошел за Абрахамом.       — Сейчас спущусь.       Лиам улыбнулся. Все той же спокойной, дружелюбной улыбкой.       — Иди. Остальное я закончу.       — Уверен?       — Конечно.       Я легко спрыгнула с последней ступеньки.       — Готова.       Дэрил коротко кивнул. Но не сдвинулся с места.       Они с Риком одновременно подняли головы.       Наверх.       На Лиама.       Тот все еще стоял у края площадки и спокойно смотрел вниз.       В его взгляде снова была привычная доброжелательность.       Рик дернул верхней губой.       Дэрил ответил тяжелым, холодным взглядом.       Они просто смотрели друг на друга.       Без единого слова.       Я нахмурилась.       Лиам первым отвел взгляд и, подняв молоток, снова принялся забивать доску.       Дэрил еще мгновение смотрел наверх. Потом негромко произнес:       — Пошли.       Я перевела взгляд с него на Рика.       Потом снова на вышку.       — Вы чего?       Рик покачал головой.       — Ничего.       Слишком быстро. Слишком коротко.       Я еще раз посмотрела на Лиама.       Тот уже работал как ни в чем не бывало.       — Пойдем впятером? — спросила я, стараясь разрядить странно повисшее напряжение.       Дэрил наконец перевел взгляд на меня.       — Ага.       Мы двинулись к воротам.       Лес встретил нас прохладой и запахом влажной хвои.       Стоило отойти от Милвуда на несколько сотен метров, как человеческие голоса растворились за деревьями.       Остались только хруст веток под ногами, тихий шелест листвы и редкое карканье ворон.       Дэрил шел впереди, внимательно осматривая землю.       Рик держался чуть левее.       Беллами и Абрахам негромко спорили о том, сколько мяса получится с одного оленя.       Я молча шла последней.       Я прекрасно понимала зачем мы здесь.       В Милвуде сейчас почти пятьдесят человек.       Дети. Пожилые.       Кэрол, которая только начала приходить в себя.       Бет.       Джудит.       Карл.       Им всем нужно есть.       Это не было бессмысленным  убийством.       Но легче от этого не становилось.       Дэрил неожиданно поднял кулак. Все сразу остановились.        Присел возле земли. Провел пальцами по мягкой грязи.       — Следы.       Рик тоже присел рядом.       — Свежие?       — Совсем.       Дэрил коснулся сломанной ветки.       — Минут десять.       Абрахам довольно улыбнулся.       — Значит, далеко не ушли.       Я невольно опустила взгляд.       На отпечатки маленьких копыт.       Где-то совсем рядом сейчас спокойно паслось животное, даже не подозревая, что за ним уже идут.       — Эрида.       Я подняла голову.       Беллами стоял рядом.       — Все нормально?       Я слишком долго смотрела в одну точку.       — Да.       Соврала.       Он внимательно изучал мое лицо.       Потом тихо спросил:       — Жалко?       Я не сразу ответила.       — Немного.       Он понимающе кивнул. Без насмешки. Без попытки переубедить.       — Мне тоже когда-то было.       Я удивленно посмотрела на него.       — Правда?       Он слабо усмехнулся.       — Первый раз.       Я нахмурилась.       — Это звучит совсем не обнадеживающе.       — Потому что в этом нет ничего хорошего.       Он пожал плечами.       — Но есть вещи, которые приходится делать.       — Ага, — раздался позади голос Абрахама. — Например, есть.       Мы одновременно обернулись.       Он шел, легко перебрасывая винтовку с одного плеча на другое.       Абрахам был огромным.       Даже Беллами, высокий и крепко сложенный, рядом с ним выглядел меньше.        Широкие плечи, мощная шея, густые рыжие усы и уверенная походка создавали впечатление, будто перед тобой не человек, а танк, случайно научившийся разговаривать.        И, что удивительно, этот танк почти никогда не упускал возможности пошутить.        Это стало для меня открытием.        — Очень глубокая мысль, — сухо заметил Беллами.       — Зато правдивая. В старом мире можно было выбирать. Хочешь — курицу, хочешь — стейк, хочешь вообще салат жуй.       Он махнул рукой куда-то в сторону леса.       — А теперь выбор простой. Либо тебе жалко оленя... либо потом тебе жалко человека, который останется голодным.       Я ничего не ответила.       Он заметил и уже спокойнее продолжил:       — Не пойми неправильно, крошка.       На его лице впервые исчезла привычная ухмылка.       — Если бы существовал другой способ накормить столько людей, я бы первым выбросил винтовку.       Он посмотрел куда-то вперед.        — Но его нет.       Я медленно опустила взгляд.        — Наверное… зря вы меня с собой взяли. Я не могу.        — Тебе и не нужно, — ответил Беллами, смотря на меня. — Дэрил подстрелит. Мы с Абрахамом донесем. Рик разделает.       — А ты?       — Буду командовать Абрахамом.       — Вот еще, — тут же фыркнул тот. — Командовать мной можно только с письменного разрешения.       Беллами даже не взглянул на него.       — Видишь? Уже не слушается.       Абрахам театрально развел руками.       — Потому что у меня независимый характер.       — Потому что у тебя тяжелый характер, — спокойно поправил Рик.       Дэрил коротко хмыкнул.       — И тяжелая башка.       — Зато полезная, — ничуть не смутился Абрахам.       — В этом никто не сомневается,  — усмехнулся Рик.       — Вот именно.       Абрахам довольно кивнул, словно только что выиграл спор.       — Я вообще человек крайне полезный. Могу дом построить, забор починить, оленя разделать, настроение испортить...       Беллами невозмутимо продолжил:       — И иногда говорить без остановки.       — Это тоже талант.       — Сомнительный.       — Завидуешь.       — Нет.       — Завидуешь.       — Абрахам.       — Ладно, молчу.       Он действительно замолчал.       Минуты на две.       Я даже невольно улыбнулась.       Лес снова погрузился в привычную тишину. Только где-то впереди Дэрил негромко переговаривался с Риком, указывая на следы в мягкой земле.       Когда мы двинулись дальше, Рик немного сбавил шаг, поравнявшись со мной.       — Можно спросить?       — Конечно.       Он ненадолго задумался, словно решая, стоит ли вообще начинать этот разговор.       — Лиам.       Я вопросительно подняла бровь.       — Что с ним?       — Как он тебе?       Я растерянно моргнула.       — В каком смысле?       — В самом обычном. Вы вроде много времени проводите вместе.       Я тихо выдохнула.       — Это он проводит его рядом со мной.       Рик едва заметно усмехнулся.       — Справедливое замечание.        — Он кажется… хорошим.        Беллами, шедший впереди, даже не обернулся.       — Кажется?       — Да.       — Уже лучше.       — Что "лучше"?       — Что ты сказала "кажется", а не "он хороший".       Я закатила глаза.       — Ты подслушиваешь?       — Лес тихий.        Рик снова посмотрел на меня.       — Он тебе нравится?       — Ты сейчас смеешься надо мной? Конечно нет.        — Почему "конечно"? — спокойно спросил Рик.       Я удивленно посмотрела на него. Они что, все сговорились?       — Потому что...       Осеклась.       Беллами договорил вместо меня:       — Потому что ты об этом даже не думала.       — Именно.       Он наконец обернулся.       — А он, похоже, думал.       Я нахмурилась.       — С чего вы вообще это взяли?       Рик спокойно ответил:       — Он ищет повод оказаться рядом с тобой.       — Помогает только тебе, — добавил Беллами.       — И смотрит тоже в основном на тебя, — встрял Дэрил.        Я недоверчиво покачала головой.       — Вы придумываете.       Хотелось поскорее пресечь эту тему.       — Возможно, — согласился Рик.       — Я редко ошибаюсь в таких вещах, — слегка сузив глаза, сказал Беллами.        — Не знала, что ты настолько хорошо разбираешься в отношениях.       Беллами тихо фыркнул.       Рик бросил на него взгляд.       — Не начинай.        — Я ничего не сказал.       — Но сейчас скажешь.       — Скажу.       Блэйк перевел взгляд на меня.       — Мужчины бывают очень предсказуемыми.       — Все?       — Почти.       — Ты тоже?       — Особенно я. Поэтому и говорю: будь осторожнее.       — Я сейчас не в настроении спорить.        — Неужели. Значит, победа сегодня снова за мной.        — Никогда не была.        — Нет, была.        — Нет, не была.        — Была.        — Ты издеваешься?        Рик рассмеялся, покачав головой.       — Знаете...       Он перевел взгляд сначала на меня, потом на Беллами.       — Без ваших перепалок было бы гораздо скучнее.       Беллами невозмутимо пожал плечами.       — Это она начинает.       — Неправда.       — Правда.       Рик только усмехнулся.       — Именно об этом я и говорил.       Даже Дэрил тихо хмыкнул, не отрывая взгляда от тропы.       Абрахам довольно рассмеялся.       — Наконец-то кто-то оценил ваше искусство спорить ни о чем.       — Мы не спорим ни о чем, — одновременно сказали мы с Беллами.       Я сверкнула раздраженным взглядом в сторону Беллами.       Повисла короткая пауза.        Абрахам расхохотался первым.        Дэрил вдруг замер. Поднял кулак.       Все мгновенно остановились.       Он медленно указал вперед.       Между двумя соснами, в небольшом просвете, что-то шевельнулось.       Я шагнула ближе.       И моё дыхание остановилось.       Совсем маленький олененок.       Он лежал на боку, судорожно пытаясь подняться.       Задние ноги уже не слушались.       Над ним склонились двое ходячих.       Один вцепился зубами в переднюю лапу.       Другой рвал живот, дергая головой, словно хищный зверь.       Олененок еще был жив.       Он тихо, почти неслышно жалобно блеял. Пытался отползти.       Но сил уже не осталось.       Я застыла.       — Святая Мария…        Абрахам шумно выдохнул.       — Твою ж мать.        Мертвецы обернулись на шум и один, что поедал ногу еще дышащего зверька, поднялся.        Дэрил выпустил стрелу, попадая ему точно в череп.        Рик со спины подошел к другому и всадил в затылок нож.        Олененок тяжело дышал.        Маленький. Крохотный.        Совсем… ребенок.        Темные, испуганные глаза метались между нами.        Нити его жизни медленно гасли, а яркая красная тянулась куда-то в глубину леса.        Сердце болезненно сжалось.        Я понимаю, откуда берется мясо в моей тарелке.        Как оно появлялось на полках магазина.        Я просто...       Никогда не смотрела этому в глаза.       Там, в прежнем мире, все было слишком удобно.       Мясо лежало на белом поддоне, завернутое в пленку.       Без шерсти.       Без глаз.       Без страха.       Без жизни.       Никто не думал о том, что когда-то оно тоже дышало.       Потому что так было проще.       Потому что между человеком и смертью всегда существовал кто-то другой.       Фермер. Рабочий. Мясник.       Теперь этого "кого-то другого" больше не было.       И мир словно заставлял смотреть прямо.       На каждую смерть. На каждую каплю крови. На каждое решение, которое приходится принимать, чтобы пережить еще один день.       Я понимала, почему мы пришли сюда. Понимала, что в вечером дети будут ждать ужина. Что Кэрол нужны силы. Что Джудит слишком мала, чтобы голодать.       Я понимала.       Но от этого...       Не становилось легче.       Дэрил молча вытащил охотничий нож. Сделал шаг вперед.       Я резко подняла руку, останавливая его.        Сделала еще шаг и Дэрил молча убрал нож чуть ниже.        Я осторожно опустилась рядом на колени. Шепот едва сорвался с губ.       — Все хорошо...       Конечно, это была ложь.       Ничего не было хорошо.       Но мне очень хотелось, чтобы последние секунды его жизни были не такими страшными.       Я медленно протянула ладонь.       Олененок вздрогнул.       Потом осторожно позволил коснуться своей головы.       Шерсть оказалась неожиданно мягкой. Теплой.       Под кончиками пальцев тихо дрогнула привычная сила.       Не алым пламенем.Не разрушением.       Лишь легкой, почти невесомой волной.       Спокойной.       Она незаметно растворилась в воздухе, проходя через мое прикосновение.       Олененок перестал дрожать. Его дыхание постепенно выровнялось.       Испуганный взгляд стал мягче.       А потом медленно...       Очень медленно...       Закрыл глаза.       Будто наконец уснул.       Я еще какое-то время продолжала гладить его между ушами.       Пока не почувствовала, что маленькое сердце перестало биться.       — Прошу, больше не берите меня с собой на охоту, парни. Из меня плохой охотник.        Я осторожно убрала ладонь. Медленно поднялась на ноги. Смахнула с колен прилипшие листья.       Абрахам задумчиво почесал бороду.        — А вот знаешь… Не соглашусь.        Я вопросительно посмотрела на него.        Он тем временем продолжил:        — Потому что хороший охотник — это не тот, кто получает удовольствие от убийства. А тот, кто понимает цену жизни.        Дэрил утвердительно кивнул, убирая нож обратно в ножны.        — Просто стрелять любой дурак научится.        Беллами тихо усмехнулся.       — Некоторые и не учатся.       — Например Мёрфи, — спокойно добавил Абрахам.       Даже Рик улыбнулся.       — Не думаю, что Джону понравилось бы услышать этот разговор.       — Поэтому и хорошо, что его здесь нет, — невозмутимо ответил Абрахам.       Я тихо выдохнула.       Тяжесть внутри никуда не исчезла.       Но рядом с этими людьми... почему-то становилось легче ее нести.