Пока горит Свет

      Дэрил стоял посреди церкви, сам не до конца веря в то, что произносит.       Я не знала, кто такая Бет.       Но помнила, как Мишонн упоминала о ней.       О том, как она садила цветы, когда они жили в тюрьме.       В месте, где было безопасно.       В месте, которое они назвали своим домом.       Домом, который разрушили.       И они разделились.       Найдя друг друга вновь в сладкой лжи, имя которой — Терминус.       Ноа глубоко вдохнул.       — Мы были в Атланте. В больнице. Там есть люди… полицейские.       Ему было около двадцати.       Худощавый, высокий, с темной кожей и короткими черными волосами.       Лицо казалось уставшим — под глазами залегли тени, на коже виднелись мелкие царапины и следы грязи.       Его одежда выглядела так, словно он носил её слишком долго: старая куртка, потертые джинсы, грязные ботинки. На руках — мелкие порезы и ссадины человека, который слишком много времени провел в дороге.       Он не выглядел воином.       Не выглядел кем-то вроде Дэрила или Рика.       Или Беллами.       Он выглядел человеком, который просто очень хотел выжить.       Ноа сжимал рукав своей потертой куртки, пока рассказывал о больнице.       О Бет.       — Полицейские? — переспросил Тайриз.       Ноа кивнул.       — Они называют себя спасателями. Говорят, что защищают людей. Но это не так.       Дэрил стоял рядом с ним, скрестив руки на груди.       Молчал.       Но его взгляд говорил больше любых слов.       Бет была для него кем-то важным.       — Кто там главный? — спросила Мишонн.       Ноа медленно поднял голову.       — Офицер Дон Лернер. Она считает, что делает правильные вещи, — продолжил Ноа. — Говорит, что мир изменился. Что старые правила больше не работают. Но у них есть свои правила.       — Какие? — спросил Рик.       Ноа замолчал.       И эта пауза сказала больше, чем ответ.       — Они забирают людей. Спасают, а потом заставляют отрабатывать.       Дэрил опустил взгляд.       — Бет помогла мне выбраться, — продолжил Ноа. — Мы должны были выбраться вместе… Если бы не она…       Каждый раз, когда он произносил имя Бет, в голосе появлялось что-то похожее на вину.       Будто он считал, что обязан был вернуть её.       — А Кэрол? — спросил Рик.       Дэрил поднял голову.       — Она там. Выбежала на улицу. Сученыши сбили её на машине и увезли.       — Там есть еще люди, — добавил Ноа. — Она управляет этим местом, но она не одна.       Дэрил не стал тратить время на долгие объяснения.       Через несколько минут мы уже собирались.       Рик настоял, чтобы Мишонн осталась в церкви вместе с Карлом и Джудит и… с Габриэлем.       Он не доверял ему. Как и она.       Что они, собственно, и не скрывали.       Беллами оставил сестру там же, настаивая на том, что церкви нужна оборона в случае чего.       Октавия сначала упиралась, но убедившись, что без нее здесь не справятся, — согласилась.       Мы шли по пустым улицам, где когда-то жили тысячи людей. Теперь между высокими зданиями гулял только ветер, поднимая старые газеты.       Затем остановились в одном из них всего в нескольких кварталах от больницы.       Снаружи оно выглядело так же, как и большинство зданий Атланты.       Заброшенным. Забытым.       Серые бетонные стены покрывали трещины, окна на нескольких этажах были разбиты, а вывеска над входом давно потеряла большую часть букв. Когда-то здесь наверняка были офисы. Люди приходили сюда каждое утро с кофе в руках, жаловались на работу, спешили на встречи.       Когда-то я думала: сбегу из Клана, из той деревушке в Новом Орлеане, и буду ходить на работу как в тех фильмах про секретарш и любовь, которые мы тайком смотрели с Клариссой.       Теперь здесь остались только пыль и тишина.       Как и от Клариссы…       Внутри было холодно.       Воздух пах старой бумагой, плесенью и чем-то металлическим.       На полу валялись перевернутые стулья, папки с пожелтевшими листами и осколки стекла. Где-то наверху медленно капала вода, и этот звук разносился по пустому зданию слишком громко.       Ноа остановился у одного из столов, смахнул слой пыли ладонью, поставил туда рюкзак и достал из него кусок мела.       Все молча собрались вокруг.       Рик и Дэрил встали ближе всего.       Беллами прислонился к стене рядом со мной, продолжая следить за окнами.       Ноа опустился на колени и провел мелом по полу.       Белая линия легла на серый слой пыли.       Саша опустилась на корточки рядом, а Тайриз возвышался за её спиной.       Сначала появилась большая прямоугольная форма. Он добавил несколько отметок внутри.       — Здесь главный вход. Здесь парковка. Эти двери обычно закрыты. А вот тут…       Мел остановился.       Ноа сглотнул.       — Здесь держат пациентов.       Тайриз нахмурился.       — Пациентов?       Ноа кивнул.       — Да. Я уже говорил, что они называют их спасенными. Но это не так.       Он продолжил рисовать. Коридоры. Лестницы. Несколько дополнительных помещений.       — Мы можем зайти ночью, — сказал Рик.       Все посмотрели на него.       Он указал на схему.       — Они не ждут нападения. Мы берем оружие, заходим быстро, забираем наших людей.       Тайриз нахмурился.       — А как же другие?       Рик посмотрел на него.       — Какие другие?       — Люди.       Рик ничего не ответил.       Тайриз сделал шаг ближе.       — Я знаю, что они держат Бет и Кэрол. Но если мы войдем туда стреляя… — он посмотрел на Ноа. — Сколько еще людей пострадает?       Рик сжал челюсть.       Я уже успела понять, что значил его взгляд.       Когда Рик Граймс боялся потерять кого-то, он переставал искать варианты.       Он уже принял решение.       — Они не отпустят их просто так, — сказал Рик.       — Может, и нет, — ответил Тайриз. — Но можно попробовать.       Дэрил перевел взгляд на него.       — Что ты предлагаешь?       Тайриз посмотрел на схему.       — Обмен.       Рик медленно поднял глаза.       — Ты хочешь отдать им кого-то?       — Нет. Я хочу дать им шанс сделать правильный выбор.       Беллами тихо выдохнул рядом со мной.       — Ты правда думаешь, что они будут разумными?       Тайриз посмотрел на него.       — Нет. Но я думаю, что мы должны попытаться не стать такими же. И не устраивать там резню, в которой могут пострадать невиновные.       — Горман и Ричардс часто выезжают патрулировать ближайшие кварталы, берут с собой кого-то из младших, — встрял Ноа. — Если вариант с обменом, то…       Он замолчал, посмотрев на нарисованную схему.       — Это может сработать. Дон им доверяет и не станет ими рисковать.       — Значит, можно взять их, — тихо сказал Рик.       — А если не сработает? — спросил Беллами.       — Нужна страховка, — негромко отозвалась я.       Повисла гнетущая тишина.       Точно.       Я прервала раздумья:       — Если проникнуть изнутри?       Все взгляды сразу переместились на меня.       Рик чуть нахмурился.       — Что ты имеешь в виду?       Я опустила взгляд на схему, нарисованную мелом на полу.       На людей, которые считали себя хозяевами этого места.       — Ноа ведь говорил, что Дон держит все под контролем в том месте. Единственная угроза для них, — мир за пределами больницы. Если они привыкли к угрозам снаружи… они будут смотреть наружу.       Беллами посмотрел на меня внимательнее.       — Только не говори, что ты собираешься проникнуть туда?       — Я могла бы прикинуться дурочкой, благодарной им за спасение. Выведать всё и вывести Бет и Кэрол.       Ноа нервно сжал пальцы.       — Оттуда не выбраться. Я — исключение, и то благодаря Бет.       — У меня получится, — уверенно сказала я. — Просто доверьтесь мне. И никто не пострадает.       Я посмотрела на Рика.       — Я уложусь в двое суток. Если не получится, в чем я сомневаюсь, будем действовать по плану Тайриза. Обмен. Трое на трое.       Все смотрели на меня, будто пытались понять, действительно ли я только что предложила добровольно зайти туда, откуда Ноа едва выбрался.       — Нет, — твердо прозвучал голос Беллами.       Он всё еще стоял у стены, скрестив руки на груди, но взгляд уже был прикован ко мне.       — Нет? — переспросила я.       Он оттолкнулся от стены.       — Нет, это плохой план. Он построен на том, что ты зайдешь туда, притворишься кем-то другим, убедишь людей, которые держат оружие и контролируют здание, что ты наивна и сделаешь всё за то, что тебя якобы спасли… А потом выйдешь обратно?       Он вновь смотрел на меня как на полную идиотку.       Ладно, со стороны это так и выглядит.       — Да.       — Ты снова рискуешь и говоришь об опасности, как об обычной прогулке.       Мне не составит труда вырубить там всех и просто вывести Бет и Кэрол.       Да мне даже двое суток не нужны.       Я могла бы справиться за полчаса.       Но я не могла этого сказать.       — Двое суток, — повторила я, в упор глядя на Рика. И полностью игнорируя Беллами.       Хотя чувствовала его взгляд.       Он прожигал сильнее, чем мне хотелось бы.       Октавия была права.       Будь у этого мужчины лазеры вместо глаз…       Рик молчал.       Он смотрел на меня так, будто пытался понять, насколько я уверена.       — Рик, — продолжила я, не отводя взгляда от него. — Двое суток. Если за это время я не найду способ вывести их, мы делаем обмен.       Давай же, Рик.       Это будет легче легкого.       Сыграю напуганную мышку.       Поверьте, это я умею.       Меня спасут доблестные полицейские.       Денек покрасуюсь там.       Потом пара взмахов кисти — и дело в шляпе!       Карлу бы понравилась такая шутка…       Выведу Бет и Кэрол.       Устроим легкую прогулку по городу.       Никогда не была на шоппинге…       И вернемся в церковь!       Обнимите своих ненаглядных, и дело с концом.       Никто не узнает о моей особенности и никто не пострадает.       А всем скажу, что просто стащила ключ от шкафа с лекарствами и накачала всех чем-то.       Делов-то!       — Нет, — отрезал Рик.       И весь мой план полетел как карточный домик.       — Делаем обмен.       Я могу поклясться, что почувствовала, как за моей спиной у Беллами выросли крылья и он взмыл в небо от счастья, что Рик не согласился.       — Но…       Я запнулась.       Потому что в голове уже успела построить целую картину.       Гениальный план.       Простой. Почти красивый.       Настолько простой, что даже подозрительно и смешно.       Зайти.       Притвориться.       Найти.       Вывести.       Вернуться.       Конец.       А теперь Рик только что взял и добавил в него самое раздражающее слово в мире.       Нет.       — Рик, — начала я.       — Нет, Эрида.       Он посмотрел на схему.       — Мы знаем, что у них есть люди. Знаем, что они выходят на патрули. Знаем, что они важны для этой Дон.       — А внутри мы ничего не знаем, — тихо добавил Тайриз.       — Именно поэтому мы не можем позволить потерять еще одного человека, — добавил Рик.       Эти слова заставили меня замолчать.       Еще одного человека.       Сказать им, кто я?       Сказать, что я не слабая. Что я не обычный человек. Что мне не нужны двое суток, не нужен обмен и не нужен риск.       Что я могу просто зайти туда и забрать их.       Может быть, они увидят не угрозу.       А человека.       Как Карл.       Карл увидел.       Мои пальцы сжались.       Потому что воспоминания пронеслись перед глазами раньше, чем я успела их остановить.       Хейвен-Хилл.       Итан.       Который говорил, что ему жаль, что мне пришлось так долго быть одной.       Я думала, что если человек переживает за меня, если он видел, через что я прошла, он поймет.       А ночью я проснулась от ощущения холода у горла.       — Что ты такое?       Нет.       Мы ждали в здании напротив улицы. Это был один из маршрутов, который указал Ноа.       Я стояла рядом с Беллами, наблюдая через разбитое окно.       — Ты всё ещё думаешь, что твой план был лучше? — тихо спросил он.       Я не посмотрела на него.       — Да.       Он усмехнулся.       — Конечно.       — Но я признаю, что этот тоже может сработать.       Беллами повернул голову.       — Это почти похоже на комплимент.       — Не привыкай.       — Поздно.       Он снова посмотрел в окно.       — Просто поразительно, как в таком маленьком человеке может помещаться столько упрямства.       Я бросила на него взгляд. Вот же…       — С тобой мне не сравнится.       — Хочешь устроить соревнования по упрямству? — Блэйк одарил это тухлое здание своим легким смехом, — Ты настолько уверена в себе, что иногда пугаешь.       Эти слова задели сильнее, чем я ожидала.       — Пугаю?       Беллами сразу заметил изменение в моем голосе.       Конечно заметил.       Он уже собирался что-то ответить, но раздался звук шин по асфальтированной дороге.       Беллами сразу изменился. Взгляд стал сосредоточеннее, тело напряглось.       Он поднял оружие.       — Готова?       Я сняла предохранитель с пистолета, не ответив.       Мысли были не здесь.       А в Хейвен-Хилл.       Он бросил на меня короткий взгляд.       Я посмотрела в ответ.       — Я всегда готова.       Он прижался ближе к оконному проему, следя за улицей.       Через разбитое окно второго этажа я смотрела вниз.       Старый седан медленно двигался по дороге. Пыль поднималась из-под колес.       На секунду мне показалось странным, что кто-то всё ещё ездит по этим улицам так спокойно.       Машина остановилась возле перекрестка.       Дверь водителя открылась первой. Мужчина в форме вышел наружу. Высокий. С коротко подстриженными волосами. Его движения были спокойными и уверенными.       Слишком уверенными.       — Горман, — назвал имя этого мужчины Ноа.              Полицейский обошел машину и открыл заднюю дверь.       Оттуда вышел второй. Моложе. Он постоянно осматривал улицу. Рука почти не отходила от оружия.       — Ричардс, — тихо сказал Ноа.       Последним вышел третий.       Он что-то сказал первым двум, и они усмехнулись.       Я не слышала слов.       Но мне не понравилось выражение их лиц.       — Ламсон, — добавил Ноа.       — Берем их, — тихо сказал Рик.       И вышел на улицу.       Мы двинулись следом. Саша осталась с Ноа наверху, контролируя улицу с винтовки.       Горман первым заметил движение.       Его голова резко повернулась.       — Эй!       Слишком поздно.       Рик уже вышел на открытое пространство.       Оружие было поднято.       Но не направлено сразу.       Это было предупреждение.       — Не дергайтесь, — спокойно сказал он.       Полицейские замерли. Ричардс мгновенно потянулся к своему оружию.       Беллами сделал шаг вперед.       — Даже не думай.       Его голос был тихим. Но в нем не было сомнений.       Ричардс остановился.       Ламсон оглядел нас. Одного за другим. Его взгляд задержался на Дэриле. Рике. Мне. Бэллами. И Тайризе.       — Кто вы такие? — спросил Горман.       Рик не ответил сразу, но подошел ближе.       — Люди, которые хотят забрать своих.       Взгляд Гормана стал жестче.       — Я не понимаю.       Дэрил стоял рядом со мной, сжимая оружие.       — Поймешь.       Горман сделал резкий шаг вперед.       Раздался сухой звук выстрелов. В нескольких сантиметрах перед ним об асфальт врезались пули.       Предупреждение.       Саша.       Ладно. Думали у меня нет запасного плана?       Конечно, нет.       Может, просто вырубить этих троих?       И уйти.       Пока Рик и остальные разбираются.       Наверное, мне действительно лучше быть одной.       Безопаснее.       Горман застыл. Ричардс медленно убрал руку от кобуры.       Ламсон первым поднял ладони.       — Не стреляйте, — спокойно сказал он.       Рик не сводил с него прицела.       — Оружие на землю.       Один за другим на потрескавшийся асфальт легли пистолеты, винтовка, дубинка, нож.       Беллами быстро подошел первым, ногой оттолкнув оружие подальше.       Дэрил уже оказался за спиной Гормана, грубо заламывая ему руки.       — Не дергайся.       — Полегче, деревенщина, — процедил тот.       Ответом стал болезненный рывок. Горман тихо выругался.       Тайриз связывал Ричардсу руки пластиковыми стяжками, найденными в машине.       Ламсон не сопротивлялся вовсе.       — Вот и всё, — тихо сказал Рик. — Теперь поговорим.       Горман усмехнулся. Даже со связанными руками он выглядел самодовольным.       — Думаешь, Дон станет договариваться?       — Думаю, выбора у нее не будет.       — Ошибаешься. Для Дон люди — ресурс. Одни умирают, приходят другие.       — Передашь ей сообщение.       Горман рассмеялся.       — Передам.       Дэрил подошел почти вплотную.       — Скажешь, что мы хотим обменять вас троих на двух наших людей.       Рик переглянулся с Тайризом.       План действительно мог сработать.       Гормана, Ламсона и Ричардса отвели в пустое помещение на первом этаже.       Дэрил без особой церемонии усадил их на пол у стены. Беллами проверил стяжки на руках каждого.       — Не туго? — с едва заметной усмешкой спросил он.       Горман презрительно фыркнул.       — Переживаешь за меня?       — Нет. Проверяю, не слишком ли свободно.       Он дернул пластиковую стяжку сильнее. Горман болезненно стиснул зубы.       Рик присел напротив пленников.       — Сейчас один из вас пойдет со мной.       Ламсон поднял голову.       — Я пойду.       Горман резко повернулся к нему.       — Ты с ума сошел?       — Если мы хотим выбраться живыми, кто-то должен поговорить с Дон.       Рик внимательно изучал его лицо.       — Почему ты?       Ламсон спокойно встретил его взгляд.       — Потому что я единственный здесь, кто еще способен разговаривать, а не плеваться ядом.       Горман лишь зло усмехнулся.       — Она вас всех перестреляет.       — Возможно, — спокойно ответил Рик. — Но сначала попробует вернуть своих.       Я перевела взгляд на Ламсона.       В отличие от двух других, он не выглядел человеком, который ищет возможность ударить в спину.       Беллами подошел к нему почти вплотную.       — Без глупостей.       — Я понял.       Рик достал из кармана револьвер и посмотрел на Ламсона.       — Мы хотим обмен. Ваши трое — на Бет и Кэрол. Встретимся сегодня. В отделении не стреляем, людей не трогаем. Если она согласится — все разойдутся живыми.       Ламсон внимательно слушал, не перебивая.       — И еще… Скажи ей, что если с ними что-то случится… разговора уже не будет.       — Передам.       Беллами уже доставал рацию из нагрудного кармана полицейского. Передал Рику.       Тот нажал кнопку передачи и вложил рацию в руку Ломсона, не сводя с него револьвера.       Раздался короткий треск помех.       Несколько долгих секунд никто не отвечал.       Затем из динамика донесся женский голос.       — Ламсон?       — Это я.       — Где вы?       Он посмотрел на Рика.       — Нас захватили.       На другом конце связи наступила тишина.       — Кто?       — Они хотят обмен.       Наконец раздался спокойный, холодный женский голос:       — Сколько вас?       Рик протянул руку. Ламсон без сопротивления отдал ему рацию.       — Достаточно, — ответил Рик. — У нас трое ваших. Нам нужны двое наших.       Молчание.       Такое долгое, что я уже начала думать, что связь оборвалась.       Потом Дон заговорила:       — Если хоть один из моих людей пострадает…       — Пока что они целы, — перебил Рик.       — И останутся целы, если Бет и Кэрол выйдут из больницы живыми.       Снова тишина.       Наконец Дон произнесла:       — Где?       Рик посмотрел на Ноа.       Тот сразу понял вопрос.       — Парковка перед больницей, — тихо подсказал он.       — На парковке, — сказал Рик в рацию. — Через час.       Еще несколько секунд слышалось лишь шипение.       — Хорошо, — ответила Дон. — Через час.       Связь оборвалась.       Дэрил отвернулся к окну.       Он не мог усидеть на месте.       Прошелся вдоль стены. Остановился. Снова прошелся. Арбалет так и не покидал его рук.       Ноа наблюдал за ним молча.       Наверное, понимал лучше остальных.       Он единственный видел Бет совсем недавно.       Тайриз подошел к окну.       — Если это ловушка?       — Тогда будем действовать по обстоятельствам, — ответил Рик.       Беллами тихо вздохнул.       — Не нравится мне это.       — Никому не нравится, — сказала Саша.       — Мой план был лучше, — фыркнула я.       — Нет, — отрезал Беллами. — Он был безрассудным.       — Он был бы безопасным.       — Он был глупым.       Я скрестила руки на груди.       — Зато эффективным.       — Ты не можешь этого знать.       — Могу.       — Не можешь.       — Нет, могу.       — Не можешь.       — Могу.       — Не можешь.       — Я могу.       Беллами уже открыл рот, чтобы возразить снова, но Рик устало потер переносицу.       — Вы двое…       Мы одновременно посмотрели на него.       Повисла короткая тишина.       Мёрфи наверняка нашел бы что сказать в такой момент.       Беллами тихо покачал головой.       — Удивительно.       — Что именно?       — Что ты способна спорить даже тогда, когда спор уже закончился.       Метнуть бы в него нож.       Беллами, будто почувствовав мой взгляд, вопросительно выгнул бровь.       — Даже думать не смей.       Я невинно моргнула.       — О чем?       — Именно о том, о чем ты сейчас подумала.       — Удивительные у тебя способности.       — Это не способности.       Он скрестил руки на груди.       — Просто у тебя очень выразительное лицо.       Я машинально коснулась щеки.       — Что с ним не так?       Он ненадолго задумался, подбирая слова.       — Будто мир вокруг тебя резко поглупел, а ты сейчас собираешься исправить это самым опасным способом.       Саша тихо фыркнула, пряча улыбку.       Даже Тайриз едва заметно усмехнулся.       — Не смешно, — буркнула я.       — Очень смешно, — спокойно ответил Беллами.       Я тяжело вздохнула.       — И давно ты стал таким наблюдательным?       — С того момента, как ты предложила добровольно сдаться тем, кто держит людей в плену в сомнительной лечебнице.       — Это был хороший план.       — Нет.       — Да.       — Нет.       — Да.       — Нет.       — Да.       — Эрида.       — Беллами.       Рик медленно прикрыл глаза.       — Эй, вы двое. Может, прекратите уже? — он взглянул на часы. — Осталось меньше часа.       Дэрил перестал мерить помещение шагами.       — Идем.       Он произнес это так тихо, что в комнате сразу стало холоднее.       Он больше не хотел ждать.       Бет была совсем рядом. И Кэрол тоже.       Через несколько минут мы уже шли по пустой улице.       Впереди — Ламсон. За ним Рик. Остальные растянулись цепью.       Дэрил шел справа, почти не сводя глаз с больницы.       Беллами двигался рядом со мной.       — Не отходи.       — Я и не собиралась.       — Собиралась.       — Нет.       Он даже не посмотрел на меня.       — Собиралась.       Я вздохнула.       Ладно, собиралась.       Высокое серое здание возвышалось над улицей.       До парковки оставалось меньше пятидесяти метров. Именно там уже выстраивались люди Дон.       Двое с автоматами у входа. Еще несколько вдоль ступеней.       А затем дверь распахнулась. Из здания медленно вышла женщина в полицейской форме.       Невысокая. Светлые волосы были аккуратно собраны назад. Она держалась прямо, словно происходящее было обычной служебной встречей.       Но взгляд… Холодный. Оценивающий.       Дон подняла руку.       — Начинаем.       Рик коротко кивнул. Ламсон без возражений сделал шаг вперед.       Он шел медленно, не делая резких движений.       Дэрил продолжал держать арбалет направленным ему в спину до самого последнего момента. А когда оказался возле Дон, она молча пропустила его за свою спину.       Только после этого слегка повернула голову. Из дверей больницы показалась каталка. Нет. Инвалидное кресло.       Его медленно катила молодая женщина в полицейской форме.       В кресле сидела Кэрол. Она выглядела бледнее, чем когда мы виделись с ней в последний раз.       Левая рука лежала поверх тонкого больничного одеяла, из-под которого выглядывала перебинтованная кисть.       Она казалась настолько слабой, что первое мгновение мне даже показалось — она спит.       Но потом Кэрол подняла голову.       Ее взгляд сразу нашел Дэрила.       Он не шелохнулся. Только крепче сжал арбалет.       Женщина, катившая кресло, остановилась ровно посередине.       — Забирайте, — сказала Дон.       Рик первым двинулся вперед. Медленно. Не отрывая взгляда от Дон.       Когда между ними осталось несколько шагов, он остановился.       Потом аккуратно взялся за ручки инвалидного кресла.       Дон не препятствовала. Она лишь наблюдала.       Рик развернул кресло. И повез Кэрол обратно.       Теперь оставалась Бет.       Дон перевела взгляд на Гормана.       — Теперь он.       Горман зло посмотрел на Рика, но все же пошел вперед. Никто не опустил оружия.       Когда он поравнялся с Дон, та лишь коротко кивнула ему, не сводя глаз с группы Рика.       Затем повернулась к больнице.       — Бет.       На этот раз дверь открылась не сразу. Прошло несколько долгих секунд. И только потом на крыльце появилась девушка.       Светлые волосы были собраны небрежно, на лице — свежие синяки и усталость, которую невозможно было скрыть.       — Бет, — едва слышно произнес Дэрил.       И я впервые услышала, как его обычно хриплый голос дрогнул.       Она сделала два неуверенных шага, а затем сорвалась на бег.       Дэрил поймал её.       Девушка тихо рассмеялась сквозь слезы.       — Я знала… что ты придешь.       Дэрил лишь сильнее прижал ее к себе.       Рик тем временем отпустил последнего. Ричардса.       Тот быстро перешел на сторону Дон.       Дон посмотрела сначала на своих людей, потом на Кэрол и Бет.       — На этом всё.       — На этом всё, — подтвердил Рик.       Никто не опустил оружие первым.       Обе стороны начали медленно отходить. Без резких движений.       Когда расстояние между ними стало достаточным, Рик повернулся.       — Уходим.       Дэрил осторожно покатил инвалидную коляску с Кэрол. Бет шла рядом, то и дело оглядываясь на больницу, словно до сих пор не верила, что действительно покинула ее.       Браслет Мёрфи на запястье неожиданно отдал импульсом.       Что за…       И вдруг тишину нарушил низкий рокот двигателя. Из-за невысокого здания выехал автобус.       Я невольно улыбнулась.       И вправду, как они завели эту рухлядь?       — Это… — тихо выдохнула Саша.       Автобус резко затормозил в нескольких десятках метров.       Старый. Пыльный. И со следами недавнего путешествия.       Дверь со скрипом отворилась и наружу вышел Абрахам, машинально положив руку на автомат. Он выходил первым так, будто собирался лично проверить, безопасна ли земля под ногами.       Но был сбит Мэгги. Бесцеремонно.       Она буквально спрыгнула с высокой ступеньки автобуса, не замечая никого вокруг.       Ее взгляд лихорадочно метался между лицами и врезался в Бет.       Губы приоткрылись, но ни единого звука не сорвалось. Бет тоже не двигалась.       Я напрягла зрение и крепкая красная нить тянулась между ними.       Теперь мне понятно кто такая Бет…       — Мэгги… — почти беззвучно прошептала она.       В следующую секунду обе одновременно сорвались с места.       Они столкнулись посреди улицы, едва устояв на ногах.       Мэгги вцепилась в сестру обеими руками с такой силой, что мне показалось будто у девушки могли треснуть ребра.       — Господи… — голос Мэгги сорвался на всхлип. — Господи…       Она снова и снова гладила Бет по волосам, по щекам, по плечам.       Будто не верила собственным глазам.       — Ты жива… Ты жива…       Бет уже не пыталась сдерживать слез.       Она уткнулась лицом в плечо сестры и разрыдалась так отчаянно, что у меня болезненно сжалось сердце.       — Я думала… я думала, что больше никогда тебя не увижу…       — Нет… — Мэгги качала головой, сама захлебываясь слезами. — Нет… Прости меня… Прости…       — За что?       — За то, что не искала тебя… За то, что думала… что тебя уже нет…       Бет резко отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза.       — Нет…       Она осторожно коснулась щеки Мэгги дрожащими пальцами.       — Не смей…       Мэгги всхлипнула.       Слова рассыпались.       Бет сама снова крепко обняла ее.       — Ты жива, — повторяла она сквозь слезы. — Ты тоже жива…       Они стояли посреди пустой улицы, крепко прижавшись друг к другу, пытаясь наверстать все потерянные дни одним объятием.       Лицо Гленна озарила такая искренняя улыбка, что даже усталость последних дней исчезла. Растворилась.       Будто её и не было больше.       Он подошел ближе и осторожно положил ладонь на плечо Бет.       — Рад тебя видеть.       Бет подняла на него покрасневшие глаза и, не раздумывая, шагнула вперед, обнимая и его.       — Спасибо…       Мэгги все вновь взяла лицо сестры в ладони.       — Ты похудела…       — А ты стала еще красивее, — улыбнулась Бет сквозь слезы.       Мэгги тихо рассмеялась.       — Врешь.       — Нет.       — Врешь.       — Немножко.       Обе рассмеялись одновременно.       И этот смех прозвучал настолько живым, настолько настоящим, что пустая улица Атланты словно на мгновение перестала быть мертвым городом.       Рик дождался, пока эмоции немного улягутся, и наконец заговорил:       — Нам нельзя оставаться здесь.       Все постепенно повернулись к нему.       — Дон отпустила их, но это не значит, что она передумает через пять минут.       Абрахам кивнул.       — Автобус на ходу. Места хватит всем.       По ступеням спустилась Мишонн. Она тут же подошла к Бет, крепко обняла её. А затем — к Кэрол.       — Погодите, — вдруг тихо сказала я. — Вы же были на пути в Вашингтон.       Мёрфи, стоявший все это время облокотившись об копот, ответил:       — О, это увлекательная история! — перевел взгляд на Юджина. — Думаю, будет справедливо, если наш псевдо-ученый сам все расскажет.       Мэгги глубоко вздохнула, опуская голову, а Абрахам молча зашел обратно в транспорт.       Юджин нервно потер ладони друг об друга.       — Лекарства нет.       — Что? — переспросил Рик, делая маленький шаг вперед.       — Я солгал, — Юджин опустил голову.       Повисла тишина.       — Что значит… солгал? — первой нарушила её Кэрол.       Юджин закрыл глаза.       — Я никогда не работал над лекарством. Никто меня не ждет в Вашингтоне.       Он смотрел только в землю.       — Я понимал, что один не выживу. Люди готовы защищать надежду гораздо сильнее, чем незнакомца, который ничего не умеет.       Розита тяжело вздохнула.       — Поэтому мы вернулись, — тихо сказала она. — Потому что больше не было смысла ехать дальше.       — А я уже почти поверил, что ты спасешь человечество, — протянул Мёрфи.       Юджин виновато опустил голову.       — Прости.       — Не мне извинения нужны, приятель.       Мёрфи бросил короткий взгляд на Абрахама, который сидел на водительском кресле.       — Ему.       Мишонн вздохнула.       — В церковь вернуться мы не можем.       — Почему? — спросил Беллами.       — Ходячие. Целая орда. Успели взять некоторые вещи и уйти.       — Насколько большая? — спросил Рик.       — Очень большая.       Саша нахмурилась.       — Все целы?       — Да.       Мэгги посмотрела на Рика.       — Мы вернулись обратно незадолго до того, как они начали появляться из леса. Загрузили вещи в автобус, пока Абрахам и Гленн с Тарой отбивались от тех, кто подошел близко.       Мишонн провела ладонью по рукаву, словно до сих пор ощущала на нем засохшую кровь.       — Они шли волной. Сколько убивали — столько подходило новых. Мы поняли, что церковь не удержать.       — Пришлось уходить, — закончил за нее Тайриз.       — Мы забрали только самое необходимое, — добавила Октавия. — Еду, оружие… Джудит.       Беллами перевел взгляд на сестру.       — Ты в порядке?       — Да.       Рик задумчиво посмотрел в сторону дороги.       — Значит… обратно нельзя.       — Нельзя, — твердо ответила Мишонн. — Когда мы уезжали, ходячие уже были внутри.       Воспоминание заставило ее на секунду прикрыть глаза.       — Церковь потеряна.       Каждый мысленно прощался с церковью.       С местом, где они успели немного выдохнуть.       Где похоронили Боба.       Где впервые за долгое время спали под крышей.       Где снова стали семьей.       И снова потеряли дом.       — Недалеко отсюда есть школа, — негромко произнес Ноа. — Здание большое. Есть забор. Если повезет… оно еще пустое.       Дэрил вопросительно посмотрел на него.       — Далеко?       — Минут двадцать на автобусе.       Рик переглянулся с Мишонн. Та едва заметно кивнула.       — Тогда едем.       Я молча поднялась по ступеням автобуса последней.       Села у окна.       Старый двигатель тяжело зарычал, и улицы Атланты медленно поплыли назад.       За окном мелькали разбитые витрины, перевернутые машины, опустевшие перекрестки.       — Однажды я построю тебе дом.       Голос Итана всплыл в памяти так неожиданно, что у меня перехватило дыхание.       Я прикрыла глаза.       Летний вечер.       Запах костра.       Высокая трава, качающаяся от теплого ветра.       Я тихо рассмеялась, даже не подняв головы от корзины с яблоками.       — Мне?       — Тебе.       Итан сидел на старом деревянном заборе, лениво покачивая ногой.       Я посмотрела на него.       — И какой же будет этот дом?       Он неловко кашлянул.       — Небольшой.       — Насколько небольшой?       — Чтобы не пришлось долго убираться.       — Ленивый.       — Практичный.       — Еще?       Он задумался.       — Обязательно с большим крыльцом.       — Зачем?       — Чтобы вечерами сидеть там с тобой.       Я почувствовала, как сердце пропустило удар.       Он говорил так просто.       — Еще будет сад, — продолжил он, воодушевившись. — Ты посадишь цветы.       — А если я не люблю цветы?       — Тогда я сам посажу.       — А если они завянут?       — Посажу новые.       — А если…       — Эри.       Он смотрел прямо на меня.       Спокойно.       Тепло.       — Главное, чтобы ты там была.       Построить его он уже никогда не сможет.       Но почему-то именно сейчас мне до боли ясно вспомнилось не его признание, что было после.       А то, как легко он сказал:

«Главное, чтобы ты там была.»

      Будто этого одного было достаточно, чтобы назвать любое место домом.