Госпожа Удача

***

Сквад «Хазяева» бил все рекорды не только на платформе Twitch, но и завоёвывал сердца людей через канал Exile на YouTube. Сойдясь буквально всем: юмором, взглядами на жизнь и, самое главное, сумасшествием, парни покорили уже миллионы сердец. Славились они своими живыми прямыми трансляциями, на которых постоянно били собственные же рекорды. То они запускают старенький Matiz в полёт с трамплина, то мастерят своими руками горку, как в аквапарке (попутно купаясь в зарослях борщевика), то просто запускают стрим, находясь у кого-нибудь на хате. Все ребята очень близки между собой, но даже в таких компаниях всегда выделяются «сладкие парочки». Одной из них был дуэт Кореша и Парадеевича. Это комбо было буквально как инь и ян. Саша — смелый, сильный, ловкий, с неизменной искоркой превосходства в изумрудных глазах, острыми скулами и вечной усмешкой, за которую его обожали зрители. Он постоянно выигрывает. А Лёша… Ну, в общем, Лёха был его полной противоположностью. Мягкие черты лица, вечно взъерошенные тёмные волосы и карие глаза, в которых читалась обречённость на провал. Если Парадеевич всегда и во всём одерживал первые места, то Кореш, увы, не мог похвастаться такими достижениями. Там, где Саша выигрывал с закрытыми глазами, Лёша умудрялся проиграть, даже не начиная. На стримах: стоило кому-то из ребят случайно ляпнуть запретное слово, и аккаунт Деревяшкина тут же улетал в бан на пару дней — по закону подлости это всегда происходило именно в его смену. В прятках на канале Exile его находили либо первым, либо вторым, сколько бы хитрых укрытий он ни придумывал. А уж если начиналось соревнование «Кто первый доберётся до места», можно было не смотреть: Парадеев уже стоял на финише с победной ухмылкой, поправляя волосы, пока Кореш, задыхаясь, только подбегал. И так во всём. Ярким тому примером мог послужить один из недавних случаев в машине. Ребята, как и всегда, запустили стрим, направляясь почти в полном составе в магазин. За окнами автомобиля проплывал вечерний город, окрашенный в оранжево-розовые тона заката. Кто-то загорелся идеей прокатиться на байдарке со всего, с чего она только сможет съехать. Байдарку купили, а вот о защите пацанам любезно напомнил Ильюха, буквально вылавливая Парадеевича, который едва не вылетел вместе с байдаркой на оживлённую проезжую часть. Чтобы развлечь себя и зрителей, Фрама, Илья и Лёха с Сашей, находясь на заднем сидении автомобиля (впереди сидели Влад с Костей), решают устроить импровизированное соревнование. Салон и без того гудел от музыки и громких голосов, но теперь этот гул стал азартным, предвкушающим. — Давайте загадаем рандомное число. Я включу рандомайзер, и чьё число выпадет первым, тот получает от каждого участника по щелбану, — удивительно, но авантюру предложил обычно рассудительный Илья, хитро прищурившись. Естественно, все со смехом поддержали его. — Десять, — выбрал Эксайл, заглядывая в глаза Лёхе, который сидел рядом. — Выбирай. Лёша долго думать не стал. Да и смысл? Наверное, все находящиеся в машине понимали, какое именно число он назовёт. Кореш неловко повёл плечом, словно уже смиряясь с судьбой. — Тринадцать, — улыбаясь, произнёс Лёша. — Сань, ты следующий. Почему тринадцать — никто из ребят никогда не уточнял, догадываясь в сердцах, что это не просто цифра для Лёхи. — Восемьдесят пять, — лениво протянул Парадеев, откидываясь назад. Саша сидел с противоположного конца сидения, и свет закатного солнца путал в его светлых волосах золотые нити. Кореш и Парадеевич сидели на максимальном расстоянии друг от друга. Зрители в чате даже писали в начале стрима: «Неужели рассорились?», на что парни только закатывали глаза и ещё больше разгоняли: «Да, всё. Теперь враги». Люди так привыкли видеть их вместе, что любое изменение воспринималось как нечто странное. — Фрама, ты играешь? — протянул блондин, выловив вопрос из чата и лениво поведя плечом. — Упустить шанс уделать Парадеевича в такой простой игре? — с энтузиазмом воскликнул голубоглазый. Александр поправил очки в тонкой оправе, которые придавали его образу ещё больше шарма. — Конечно, я в деле. Семь, пусть будет счастливое число. Илья тут же запустил рандомайзер. Все прильнули к экрану смартфона. Даже Костя с Владом на минуту затихли, пытаясь понять, что там творят «задние парты». И вот на телефоне наконец высветилось первое число. Волею судьбы оно совпало с номером одного из парней. Все сначала затихли. А затем, увидев число, по всему салону разнёсся радостный смех. Правда, вперемешку с отчаянным визгом. — Да как так вообще возможно?! — проревел Кореш, выхватывая из рук Ильи его телефон. — Я не верю… — Подставляй свой лобешник! — скомандовал Илья. Удар вышел звонким и достаточно болезненным. Под общие возгласы Лёха тоже начал смеяться с происходящего, но в душе всё равно было неприятно проиграть даже в такой глупой и детской игре. Следующим бил Ермолаев. Завидев огромный перстень на его среднем пальце, Лёша тут же заголосил: — Кольцо! Кольцо сними! Убьёшь же! — Да не ссы ты, — успокоил его Фрама, целясь чуть выше того места, куда минуту назад ударил Илья. — Я нежно. После этих слов прозвучал такой щелчок, что всем в салоне на секунду показалось, будто Кореш потерял сознание. Фрама, явно не рассчитавший силу удара, испугавшись, обхватил друга обеими руками и притянул к себе, аккуратно поглаживая ушибленное место. — Прости-прости-прости, — посмеиваясь, покачивал его Фрама. — Клянусь, не специально, Лёх. Лёха верил, а потому терпел, не издавая ни звука и не скуля, как девчонка. Не из-за эфира, а потому что знал: Фрама никогда бы намеренно не причинил ему боль. Ермолаев скорее выебет тебя морально, вытащив все твои скелеты из шкафа, как истинный мозгоправ, но никак не навредит физически. Парадеев, всё ещё держа в руках телефон со стримом, с лёгкой улыбкой наблюдал за развернувшейся картиной. Лёха лишь на секунду встретился с ним взглядами, но этого хватило, чтобы прочитать в зелёных глазах немой вопрос: «Ты в порядке?». Удивительная вещь — дружба. Находясь длительное время с людьми бок о бок, ты действительно начинаешь понимать человека без слов. Поэтому, вырвавшись из объятий Ермолаева, Лёха с улыбкой кивнул Саше, невольно задерживая дыхание. — Давай только по-быстрому, и так башка болит. Все вновь загудели. Парадеев всегда славился смачными щелбанами, потому оставлять его удар на последок было, вероятно, не самым правильным решением. Однако отступать некуда. Мужик он, в самом деле, или нет? Неужели не стерпит какой-то там щелбан? — мысленно проговаривал себе Лёха, зажмуривая глаза до цветных кругов. Ресницы задрожали, лицо напряглось в ожидании очередного удара. Кореш даже начал мысленно отсчитывать. Раз. Два… На «три» действительно прилетел щелбан. Вот только это выглядело даже не то чтобы жалко, а скорее как лёгкое и трепетное поглаживание. Парадеев едва коснулся костяшками пальцев его лба, будто просто поправил выбившуюся тёмную прядь волос. Прикосновение было почти невесомым, интимным. Лёха удивлённо распахнул свои карие глаза и всмотрелся в лицо Саши с ещё одним немым вопросом: «И это твой удар?». Саня же в своей привычной шутливой манере пожал плечами и лишь коротко проговорил: — Соскользнул палец, повезло, — и вновь уткнулся в чат, прерывая зрительный контакт. У Лёхи от этого сердце будто сжали тисками. Сейчас его одолело непреодолимое желание самому треснуть Парадеева. Ну, или сжать в объятиях. Тут уж как пойдёт. Но их разделяло сразу два человека, поэтому Кореш ограничился лишь тем, что протянул руку позади спин друзей. Неуверенно коснувшись дважды чужого плеча, он замер в ожидании, надеясь хотя бы на поворот головы в свою сторону. Но нет. Это белобрысое «чепушило» не оторвалось от экрана. Фыркнув себе под нос, Лёха начал убирать руку, когда его пальцы внезапно перехватили и крепко сжали в ответ. Горячая ладонь обожгла кожу. «Блять. Чёртов Парадеевич», — лишь пронеслось в голове у Лёши, прежде чем Илья предложил второй раунд. Выбрав новые числа, Лёха решил не называть что-то очевидное. Ну не может же удача настолько сильно отвернуться от него? С улыбкой на лице шатен проговорил наконец: — Семьдесят восемь. Илья в этот раз выбрал единицу, Фрама — пятьдесят один, а Парадеевич назвал двадцать восемь. К этому моменту их пальцы уже не были переплетены, но Кореш даже так почувствовал фантомное тепло, будто его только что коснулись невидимой рукой. Сдержав внутренний поток непонятных эмоций, Лёха спросил: — Решил называть мои любимые числа? — Это и моё любимое число, — с улыбкой, от которой у Лёши перехватило дыхание, ответил Саша. И вот рандомайзер вновь закрутился, так и не дав Лёше сказать что-либо ещё. На экране высветилось «Десять». Выдохнув, Лёха откинулся на спинку сиденья. — Никто в этот раз не проиграл. — Погоди, я ещё раз прокручу, — поспешил «успокоить» его Илья. И вот сотни чисел вновь пролетели на тёмном экране, пока посередине не остановилась всего одна. В салоне воцарилась тишина. Костян даже обернулся, не понимая, в чём причина такой гробовой тишины. Заглянув в телефон, парень тут же прыснул от смеха. — Лёх, ну сегодня точно твой день! Это ж надо! Да, Госпожа Удача явно внесла Лёшу в чёрный список. Иначе как объяснить сейчас то, что на экране смартфона белым по чёрному светилось число «Семьдесят восемь»? — Блять, Господь, да почему я такой невезучий! — от души прокричал Кореш на всю машину. — У меня же мать верующая, так за что?! — искренне негодовал парень. По салону вновь прокатился смех. Несмотря на свои возмущения, в этот раз Лёха уже не сопротивлялся. В нём загорелся азарт. — Ну-ка нахуй! Я ещё отыграюсь! Давайте быстро бейте и ещё круг! Илья ударил с той же силой. Фрама теперь целился бережно, максимально контролируя силу удара. Вышло средне, что явно было хорошо для Лёхиной многострадальной головы. Последним снова бил Парадеев. Вот только в этот раз, когда Кореш подставил лоб, его кто-то окликнул. Палец у блондина и впрямь соскользнул — Лёша рефлекторно обернулся. И теперь вместо лёгкого касания Корешу прилетела вторая «черепно-мозговая». Щелчок был таким мощным, что даже перебил музыку, всё это время звучавшую из динамиков. Испугавшись больше самого Лёши, Саня, несмотря на разделяющее их расстояние и чужие колени, рванулся вперёд и притянул пострадавшего к себе. Лёха уткнулся носом в его плечо, чувствуя запах дорогого парфюма и паники. На мгновение он позволил себе замереть в этом тепле, слушая, как гулко бьётся чужое сердце. — Ты как? Сколько пальцев видишь? — выставив перед носом шатена три пальца, быстро спросил Саня. Лёха, придя в себя, почувствовал, как к горлу подступает знакомая горечь. Он злился. Не на Сашу, нет. Злиться на Парадеева он просто не умел. Все их ссоры были короткими, быстрыми и абсолютно бессмысленными, ведь каждый из них понимал, что долго держать друг на друга обиду они не в силах. Вот и сейчас Лёха злился на себя и на своё тотальное невезение, которое проявилось даже в том, в какое именно место прилетел щелбан. — Я вижу только три члена, — буркнул Лёха, отталкивая от себя блондина, и, выловив взглядом глаза Эксайла, добавил, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Ещё раунд. Илья, заметив промелькнувшее напряжение, дипломатично предложил: — Давайте теперь буквы выберем, тут тоже можно. — Я за, — сразу же поддержал его Фрама, закидывая руку на плечо Ильи и заглядывая в его телефон. — Я сразу застолблю «A». Лёха тут же включился в новую игру, потирая ушибленное место. — «H», — проговорил он, теперь нарочно избегая зрительного контакта с Парадеевым. — Я выбираю «X», — сказал Эксайл, оборачиваясь к Саше. — А ты что? Парадеев словно отключился на несколько минут, глядя сквозь пространство и время и не замечая ничего вокруг. Если бы Илья не толкнул его локтем, он бы так и продолжил втыкать в одну точку, которая магическим образом оказалась лицом Лёхи. Придя в себя, Саня поспешно отвернулся к окну, за которым уже сгущались сумерки. — Пусть «Z» будет, как Зорро, — прокартавил блондин, и по голосу парня было слышно, что мысли его где-то далеко. Илья, убедившись, что все назвали буквы, драматично нажал на кнопку. Рандомайзер вновь начал свой ход. Все опять прильнули к телефону, наблюдая теперь уже за сменяющимися буквами английского алфавита. «Какого хрена там вообще не кириллица?», — подумал Лёха про себя, но озвучивать не стал. Напряжение достигло пика, когда на экране высветилась буква «B». — Нет пробития, — прочитал вслух Фрама. Илья лишь молча кивнул. А затем, сглотнув, вновь нажал на кнопку. Буквы замелькали перед глазами. В какой-то момент Лёхе даже стало чудиться, будто они выстраиваются в слова, но какие именно — Кореш не мог понять. «Ерунда какая. Может, у меня реально сотрясение?», — он прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. Голова не кружилась. Не тошнило. Даже место, куда прилетел последний удар, болело не так сильно. Выдохнув, Лёша распахнул ресницы и столкнулся с пятью парами глаз. Удивительно, но даже Куертов, сидящий за рулём, в этот момент обернулся, хотя обычно он за дорогой следил строго. — Что? — непонимающе спросил Лёша. — Лёх… Тут это… — начал Илья, и стоило ему затихнуть, салон вновь взорвался гулом смеха. Фрама тут же потянулся к Корешу, закидывая вторую руку ему на плечо. — Не, Лёх, тебе сегодня точно нельзя покупать лотерейные билеты, — едва сдерживая смех, проговорил Ермолаев. Всё ещё не понимая причины такой бурной реакции, Кореш оглядывал лица друзей. Поймав напротив спокойный и молчаливый взгляд Парадеева, он прищурился. Саня едва заметно кивнул в сторону телефона, покоившегося теперь на коленях Ермолаева. На экране, словно проклятье, светилась буква «H». — Как?! — не веря своим глазам, протянул Лёша, выхватывая чужой телефон. — Да как такое вообще возможно?! В такие совпадения и впрямь не поверишь, пока не столкнёшься с ними в реальности. Но Лёха сталкивался с ними буквально каждый день. Поэтому мысли о том, что на него всё же кто-то навёл порчу, посещали голову шатена всё чаще и чаще. Бить в третий раз одного и того же человека коллективно не стали, решив, что эта игра уже всем наскучила. Ну и дабы не огорчать ещё больше Лёху, Илья предложил более безопасное развлечение: — Может, в города? Я начну. Калининград. Города закончились, когда Влад, не выдержав, припарковался у огромного строительного гипермаркета, сияющего огнями. — Всё, хорош, у меня мозг закипает от ваших Абаканов, — проворчал он, заглушая двигатель. Дальше день потёк уже более спокойно. Ну, насколько это вообще можно считать спокойным в рамках всего происходящего у «Хазяев» на стриме. Приехав в огромный магазин, они закупились защитными шлемами. Лёха тут же проверил на прочность шлем Парадеева, вдарив раза четыре по нему с разной силой, на что Саша лишь снисходительно улыбался, даже не покачнувшись. Но на этом испытания для Кореша не закончились. На кассе Лёху ждал очередной удар судьбы. Протягивая банковскую карту, он неловко чиркнул ею по краю терминала, и пластик, словно живой, выскользнул из пальцев и закатился прямиком под холодильник с газировкой. Пока вся компания ржала, а Костя, не веря своей удаче, снимал, как Кореш на карачках пытается достать карту шваброй, Парадеев молча оплатил всю покупку и протянул раскрасневшемуся Лёхе бутылку ледяной воды. Затем их шестёрка отправилась покорять вершины на байдарке. Позади магазина раскинулся дикий пустырь, переходящий в крутой овраг, заросший сочной зеленью и опасным борщевиком. Солнце уже почти село, окрашивая небо в глубокие фиолетовые и бархатные тона, а воздух стал кристально прозрачным и прохладным. Пахло прелой листвой, вечерней сыростью и чем-то тревожно-сладким. Люди озирались на них, как на сумасшедших, однако это не останавливало парней, которые горели одной общей идеей. Забравшись на высокий холм, где одиноко стоял дорогой ресторан с панорамными окнами, ребята принялись тестировать байдарку и естественные горки разной крутизны. Первым, ко всеобщему удивлению, вызвался съехать Лёха. Обычно Кореш либо мялся до последнего, либо вовсе стоял в стороне, не рискуя собой. Однако в этот раз у Деревяшкина на душе было слишком много смешанных чувств, среди которых страх занимал едва ли не последнюю позицию. Перед съездом он почувствовал, как на плечо опускается тёплая, твёрдая ладонь. Саша. — Уверен? — тихо спросил Парадеев, склонившись к самому уху. Дыхание обожгло кожу, когда он потянулся, якобы поправить шлем на голове парня. На самом деле пальцы Парадеева на долю секунды задержались на его затылке, рисуя невидимые узоры и успокаивая. «Бля, ну как вообще можно быть таким хорошим», — Лёша не обернулся, боясь выдать дрожь в коленях. Он положил свою ладонь поверх чужой и аккуратно отвёл руку Парадеева в сторону. Ему нужно было это сделать — доказать, что он чего-то стоит без чужой помощи. — Я уже ни в чём не уверен, — шепнул он ветру и, не говоря больше ни слова, оттолкнулся и полетел вниз. Визг стоял на километр вперёд. Ветер свистел в ушах, а мир превратился в смазанную полосу. Естественно, Лёха боялся. Правда осознал он это только в процессе, особенно когда сошёл с намеченной тропы и слетел в густые заросли, которые начали хлестать его по лицу, оставляя красные полосы. — Борщевик! Борщеви-и-ик! — заорал Кореш, кубарем летя вниз и проклиная тот момент, когда он вызвался первопроходцем. Едва не вывалившись из байдарки, он наконец затормозил в куче влажной травы. К нему тут же начали спускаться пацаны. Фрама оказался возле него первым, его ботинки комично скользили по глине, едва удерживая равновесие. — Живой?! — принялся осматривать его Ермолаев, ощупывая плечи. Парадеев замер в метре от них, переводя дыхание. На самом деле Саша начал спускаться следом ещё до того, как Лёша остановился, готовый в любой момент прыгнуть наперерез, но подходить первым почему-то не решился. В его груди что-то болезненно сжалось при виде растрёпанного, но смеющегося Кореша. — Ну ты даёшь! — выдохнул Фрама, вытаскивая Лёху из сидения. — Бля, да почему мне так везёт нахуй?! — проревел Лёша, а затем залился смехом, закидывая голову к темнеющему небу. — Нет, ну правда. Как я вообще жив ещё с моей то удачей? — Продолжая смеяться, спросил он, не обращаясь ни к кому конкретному, но его взгляд сам нашёл фигуру Парадеева. Ребята стали подниматься обратно. Следующим съехал Фрама, уточнив перед отъездом: «Точно ли там нет борщевика?». Дождавшись от Лёши наглого вранья в виде уверенного: «Нет!», Ермолаев слетел вниз, и ему повезло больше — встреча с ядовитым растением действительно не состоялась. Затем вниз полетел Ильюха; его съезд вышел быстрым, но коротким, ведь байдарка намертво застряла в колючих кустах. Последним съезжал Парадеев. Естественно, этот везунчик улетел дальше всех. И, конечно же, уехал он чётко по тропинке, словно находился за рулём гоночного автомобиля и управлял им с опытом лет в двадцать. Даже в этом хаосе он был грациозен. Наблюдая за ним с высоты, Лёха поднял взгляд к небу. Рядом как-то слишком тихо оказался Куертов. Съезжать на байдарке он не захотел, но ребят поддерживал всеми силами. Вот и сейчас, заметив промелькнувшую грусть на лице друга, Влад сразу же оказался рядом. — Я бы предложил тебе сигарету, да только сам уже две недели как не курю, — тихо проговорил Куертов, пиная носком ботинка мелкий камешек. — Не, — усмехнувшись, покачал головой Лёха. Он всё ещё наблюдал за улыбающимся Парадеевым, который снизу махал им рукой, отчего внутри копошились миллиарды непрошенных мыслей. Оторвав взгляд, шатен вновь уставился на звёздное небо, которое стремительно темнело. — Здесь красиво, — выдохнул он, чувствуя, как ночная прохлада забирается под одежду. — И впрямь. Небо чистое, ни одного облачка, — заключил Куертов. — О, смотри, там прям огромное скопление звёзд, — указал парень куда-то вправо. Лёха проследил за его жестом и невольно приоткрыл рот. А затем боковым зрением заметил движение. У него была буквально пара секунд, чтобы обернуться и увидеть это лично. И он успел. Сразу с десяток комет разрезали бархат неба с невероятной скоростью, оставляя за собой серебристые шлейфы. Не умея сдерживать эмоции, Лёха от радости аж взвизгнул, указывая в нужную сторону. Остальные, забравшись уже наверх, тоже подняли глаза к небу. — Загадывайте желание! — прокричал Илья, закрывая свои карие и подставляя лицо ветру. Лёха уже зажмурился. На самом деле у него в жизни было много желаний. Стать известным, заработать много денег, обеспечить семью до конца дней. Да, всё это было важным для Деревяшкина. Однако именно сейчас, под этим бескрайним небом, в голове билось только одно желание, которое невозможно было заменить другими. Словно ощутив внутренний порыв, Лёша распахнул глаза и вцепился взглядом в разрезающую тёмное ночное небо комету. В его кофейных радужках будто тоже вмиг зажглись тысячи звёзд, когда он, зачем-то вслух, произнёс: — Хочу быть таким же удачливым, как Парадеевич! Вокруг воцарилась тишина. Даже сверчки, казалось, затихли. Кометы пролетели так же быстро, как и появились в атмосфере. Парни, услышав Лёху, вновь залились звонким смехом. Кореш, почувствовав на себе их взгляды, вмиг стушевался. «Идиот, нахер ты орёшь?», — ругал он сам себя, опуская взгляд от неба. Лëха начал отступать назад, когда случайно наткнулся на стоящего позади человека. В какой именно момент Парадеев оказался за его спиной — Лёша не знал. Как не знал и того, почему Саша молча обвил его руками со спины и уткнулся носом в макушку, вдыхая запах ветра и травы, запутавшийся в тёмных волосах. — Я тебе не подставка, — тихо пробурчал Лёха, но вырываться не стал. Ему было слишком тепло в этом коконе. Слишком правильно. — Прости, — проговорил Саша, касаясь губами его волос. — Тогда, в машине, я правда не специально… — Не надо, — прервал его Лёха, выкручиваясь, как уж, из чужих объятий. Краем глаза Лёха заметил, как чат, находящийся в надёжных руках Эксайла, вдруг взорвался сердечками и криками: «ОНИ МИРЯТСЯ», «Я ЭТОГО ЖДАЛ ВЕСЬ СТРИМ», «ПАРАКОРЕШИ КАНОН». Илья, обнаружив это, быстро отвёл телефон в сторону, делая вид, что снимает пейзаж. Что ж, теперь Лёхе точно нужно было сохранить лицо перед камерой, которая всё ещё снимала панораму холма неподалёку от них. — Если ты ещё и будешь извиняться за свою крутость, я буду чувствовать себя самым жалким человеком на этом свете, — усмехнувшись, договорил Кореш. — Так что, — он оттолкнул от себя блондина и сделал шаг назад, с вызовом заглядывая в изумрудные глаза напротив, — продолжай выигрывать, чтобы у меня была цель в жизни. Лёха искренне улыбнулся ему, и в этот момент между ними проскочило то самое электричество, которое, как правило, всегда «чувствовали» все зрители стрима. Илья тут же бесцеремонно утянул Кореша куда-то в сторону, делясь новой безумной идеей для завтрашнего ролика. А Парадеев так и остался стоять на месте, глядя на пустоту перед собой. Опустив руки вниз, Саша лишь тяжело выдохнул и поднял взгляд к небу, где догорали последние отблески комет. Они не знали, что где-то там, в вышине, Госпожа Удача услышала этот искренний крик души. И, заинтересованно склонив голову, она улыбнулась. Не по-доброму, а так, как улыбается капризное божество, решившее разыграть самую весёлую и захватывающую партию в своей бесконечной игре. Ведь она никогда не имела любимчиков, но обожала смотреть, как люди сами меняют свои судьбы. И почему-то именно сейчас, глядя на этих двоих, ей захотелось вмешаться. Ветер внезапно переменился, заставив листья на деревьях тревожно зашелестеть. Откуда-то издалека донёсся звук, похожий на перезвон невидимых колокольчиков. Словно небо только что сделало свой ход. Парадеев вздрогнул, услышав этот странный звук, и посмотрел на Лёху, который смеялся в свете фар их автомобиля. По спине Саши пробежал неприятный холодок, и он плотнее запахнул ветровку, списав всё на вечернюю прохладу. Но осадок остался — липкий, необъяснимый, словно кто-то невидимый только что провёл пальцем по странице его судьбы, перелистывая её на новую главу. Саша ещё не понимал, что желания иногда исполняются слишком буквально. И если Лёша хотел стать таким же удачливым, как он, то высшие силы нашли самый простой способ это устроить. Потому что, когда у судьбы заканчиваются подарки для нового фаворита, она просто забирает их у старого. И Госпожа Удача, усмехнувшись в своей небесной колыбели, уже начала плести новую нить, соединяя их судьбы в один опасный, завораживающий узор.