Терпение вот-вот иссякнет

Гидро клинок, рассекая воздух, пронёсся перед лицом Чжун Ли и вонзился в стену. Перехватив справа от себя руку, заносящую второй клинок для удара, он удостоверился, что последние 20 минут предчувствие охватило его не просто так. — Господин Чжун Ли! Вы, как всегда, безупречны, — с язвительной улыбкой произнёс Чайльд. Единственный фактор, не дающий бывшему Архонту вести мирную жизнь, снова донимает его. На этот раз неугомонный рыжий парнишка поджидал у ритуального бюро «Ваншен», пока он вернётся с вечерней встречи с клиентом. — И долго ты здесь ожидал? — Совсем нет, — Тарталья вывернулся из хватки и отпрыгнул влево. — Ваш клиент заблаговременно и, кончено же, добровольно согласился сообщить мне время окончания вашей встречи. Я надеюсь, на этот раз, вы примете моё предложение? — Нет, я не буду вступать с тобой в битву, Аякс, — нервы уже на пределе, но Чжун Ли пока удавалось не поддаваться провокациям. — К тому же, сражение в здании бюро повлечёт за собой большие расходы на ремонт. — строго сообщил он, наблюдая как парнишка выдирает своё оружие из стены. — Не стоит волноваться, моры у меня определённо достаточно, — он соединил две части в один длинный клинок, покрутил его в своём стиле, демонстрируя профессионализм, перебросил со спины в другую руку и направил острие вниз. Он приблизился к сложившему руки на груди Чжун Ли, оставив между ними жалких 30 сантиметров. — Или вы предпочитаете расплату натурой? Глядя прямо в самодовольную мордашку Моракс закатил глаза. Помимо драчливости этот парнишка ещё и озабоченный. Сколько было вызовов на дуэль, примерно столько же приглашений в постель. Чжун Ли, как уважаемый и воспитанный человек (не совсем человек, но об этом знают немногие), старался держать лицо, особенно когда Тарталья донимал его на людях. И если от битвы он отказывается, потому что просто искалечит парнишку, если тот не применит глаз порчи, то вторую категорию предложений отвергать было сложнее. Аккуратные черты лица, на которых частенько появляются шрамы и ушибы, узкий нос, острый подбородок, бездонные голубые глаза. Рыжие волосы завлекающе блестят под лучами солнца, пока Чайльд болтает с очередной жертвой, вводя её в заблуждение своей харизмой и преследуя свои цели. Всё это позволяет ему сражать наповал почти кого-угодно, даже без учёта шикарного телосложения, которое поддерживается постоянными тренировками и драками с кем попало. А этот манящий кусочек голого пресса, виднеющийся из-под одежды…. Всё же, из-за всех неудобств, нанесённых им ему и его народу, Моракс оказывается признавать свое влечение и не позволяет себе в него окунуться. К тому же парнишке лет 20 от роду, а ему самому давно перевалило за шесть тысяч. Но терпение вот-вот иссякнет, и сексуальная неудовлетворённость даст о себе знать. С собой копья не было, но справиться с выдворением незваного гостя за порог можно было и голыми руками. Чжун Ли взмахнул кистью, создав элементальные частицы, и Чайльда впечатало в стену. Ещё один поток частиц устремился в попытке обездвижить парнишку, но тот увернулся, оттолкнулся от стены и занёс клинок в попытке поразить плечо соперника. За мгновение до удара в 10 сантиметрах от плоти возник щит, на лице Моракса не дрогнул ни один мускул. Чайльд усмехнулся и прищурил глаза, снова возникший щит помешал проткнуть острием торс соперника. Он немного отшатнулся, пол под ним затрясся, как вдруг он оказался практически прижат к потолку благодаря стремительно возвысившейся гео-колонне. Сверху послышался немного удивлённый, но удовлетворённых смех. Моракс поднял взгляд, и тут же на него с двумя разделёнными клинками и рёвом полетел Тарталья. Элементальная сила прервала его, ударившись об пол он на секунду потерял контроль. Чжун Ли медленными шагами начал наступать, парнишка сделал кувырок назад и снова решительно бросился в атаку. Отточенные почти до совершенства удары стремились в бывшего Архонта, словно разрушительное цунами. На лице Чайльда ярко читалось безумие и азарт, он действовал быстро и яростно, пытаясь сбить соперника с толку, но как бы ни старался, щит был непробиваем, а чужое показное хладнокровие никуда не уходило. Всё это было для него лишь забавой. Он знал, что Моракс не мог позволить себе причинить ему непоправимый вред. Наблюдая за этим напором и целеустремлённость Чжун Ли аж на секунду пожалел, что тот служит Царице, а не ему. — Ну же, атакуйте! — Чайльд приглашающе развёл клинки в стороны. — Вы так сексуальны, когда напряжены. Моракс с усмешкой поддался вперёд, приподнял пальцем подбородок ошеломлённого парнишки, запустил левую руку в волосы, и… выбил оружие из расслабившихся рук с помощью элементальной энергии. Гео Архонт хитёр, иначе, он бы не был Архонтом. — Покинь здание, иначе мне придётся обратиться к миллелитам, — пригрозил Чжун Ли, убирая руки. — Всё ещё обижаетесь за то морское чудовище, которое я вызвал? — с наигранной невинностью предположил он, поворачиваясь в сторону двери. Чжун Ли, заметив хитрый взгляд с пол-оборота, напрягся в ожидании подвоха. Чайльд медленно потянулся к ручке, как вдруг резко упёрся ногой об дверь, оттолкнулся и сделал сальто, оказавшись за спиной Моракса. Тот моментально обернулся, но застал парнишку облокотившимся о край стола. Аккуратно оттянув ткань своего мундира двумя пальцами, тем самым обнажив больше белоснежной кожи, он с вызовом произнёс: — Тогда, накажите меня. — Вот же засранец! — сквозь зубы процедил Чжун ли. С каждым шагом его кулаки всё сильнее сжимались, будто от этого зависела его воля, а брови опускались всё ниже, в надежде, что парнишка передумает. Иначе, его будет не остановить. Приблизившись до предела, Моракс слишком чётко ощутил горячее дыхание на своей шее. — Я ведь вижу, как вы этого хотите, — прошептал Чайльд, после чего провёл губами по чужой мочке и приложил руку к противоположному плечу. Защитная стена, выстроенная Мораксом, оказалась полупрозрачным тюлем. Всё было понятно, как минимум этому парнишке. Он опЁрся руками по обе стороны от Тартальи, заставив того наклониться сильнее, и впился взглядом, дающим понять, что скоро потеряет контроль. Из горла вырвался приглушённый драконий рык, давая последний шанс отказаться. Чайльд видел, как пульсируют чужие виски. Чувствовал, как бешено бьются оба сердца, то ли из-за битвы, то ли из-за атмосферы, им созданной. Но на его лице не было заметно ни страха, что заставило бывшего Архонта поддаться. Клыки, более выраженные, чем у обычных людей, впились в шею Чайльда, с губ которого слетел безбожный стон. Чжун Ли набросился, словно голодный, разъярённый, дикий хищник. Он захватил оба его запястья, заставил его вынуться, уложившись спиной на стол, и прижал их сверху от его головы. Прижимал к себе за талию, не оставляя ни шанса, ни желания на побег. Брюки откровенно плохо скрывали нарастающее возбуждение. Почувствовав, как колено Моракса прижалось, потеревшись о его пах, Тарталья широко раскрыл глаза и прерывисто вздохнул. Они смахнули со стола все бумажки, раздался глухой треск, и ваза, стоявшая до того на краю стола, разлетелась на осколки. — Я возьму с тебя за ущерб в двойном размере, — шёпотом пригрозил Чжун Ли. — Что угодно для вас, только возьмите уже меня, — с фирменной самодовольной ухмылкой, ни разу не смутился Тарталья. — Не слишком ли ты много болтаешь? — он задал риторический вопрос, на что Чайльд лишь пожал плечами. Зализав шершавым языком очередной укус, Моракс почувствовал вкус человеческой крови, выпустил запястья из рук и с настороженностью отстранился. Тарталья тяжело дышал, пряди растрёпанных волос спадали на лоб, а маска Фатуи давно слетела с его головы. — Не переживайте, господин Чжун Ли. Я люблю, когда жёстко… — опьяняюще произнёс он, потянувшись к застёжкам своего серого мундира. Чжун Ли зубами стянул свои длинные тёмные перчатки ради лучших ощущений и, как только мундир распахнулся, протянул руку, грубо трогая гладкое, упругое тело. Второй рукой он помог Тарталье снять предмет одежды окончательно и швырнул его куда подальше. Ладони устремились вверх, чувствуя на своём пути каждый шрам на чётком рельефе мышц. Добравшись до затвердевших сосков, он обвёл их большими пальцами и надавил, после чего вобрал в рот левый и укусил, оттягивая. Тарталья смотрел на него из-под полуприкрытых ресниц, соблазнительно закусывая нижнюю губу. Слушал непристойные звуки, которые издаёт Моракс, наслаждаясь его телом, и праздновал победу. Холодные пуговицы элегантного пиджака коснулись голой кожи, Чайльд вздрогнул. — Как же много на вас одежды, — вырвалось у него. — А ты носишь мундир на голое тело, — парировал Моракс. — Статус. Всё же он сам расстегнул и небрежно стянул верхнюю одежду, хотя обычно обращался с ней деликатно, пока чужие шаловливые ручки разбирались с его ремнём. Справившись, Тарталья приспустил брюки с нижним бельём, возбуждённый член выскользнул и ударился о живот Чжун Ли. Он с восхищением изучал массивный, покрытый венами орган, предвкушая, что его ждёт. — Позвольте, — Чайльд дал ему возможность опереться о стол, повернулся и опустился на колени. Он обхватил член и начал водить рукой, размазал по головке выступивший предъэякулят, смотря как Моракс с прерывающимися вздохами закидывает голову и прикрывает рукой лицо. Из его уст вырвался низкий стон, когда Тарталья провёл языком по всей длине. Как же давно он этого не ощущал… Чайльд делал всё дразняще медленно, напрашиваясь, проверяя на прочность: вбирал не до конца, слегка задевая зубами, поглаживал аристократичное тело и часто прерывался, оставляя засосы на внутренней стороне бёдер. — Да ты издеваешься надо мной… — прохрипел Моракс. Не выдержав, он берёт парнишку за волосы, перехватывает инициативу и грубо заставляет заглатывать всё больше и больше, разгоняя ритм, пока тот впивается ногтями в крепкие бёдра. В комнате стало невыносимо жарко. Ничто прочее, кроме бесстыдного парнишки, сосущего ему в приёмной ритуального бюро, не удостоилось внимания Чжун Ли. Ни дырка в стене, проделанная клинком, ни городской шум за окном с ромбовидным узором, ни незапертая дверь. Риск быть обнаруженными добавлял азарта, которого так жаждал Чайльд, но который совершенно ни к чему Чжун Ли. Своей репутацией он по-прежнему дорожил. На глазах Тартальи выступили слёзы, и Моракс, почувствовав, что вот-вот кончит, позволил ему отстраниться. Тонкая струйка слюны протянулась от головки до его опухших, раскрасневшихся губ. Чжун Ли смотрел как он смахивает слёзы и пытается отдышаться, смотрел на его до предела развратный вид и надеялся, что не пожалеет об этом на следующий день. Чжун Ли хмурил брови, ругая себя за то, что сорвался, но ощущения, что дарил ему парнишка стоили того. Он позволял терзать себя, наслаждаясь этим, позволял ему абсолютно всё, и сам пытался дать ему столько, сколько вообще способен дать. Наблюдая, как вздымается кадык, он вытер капельку ярко-алой крови с шеи Чайльда. Тот слизал её кончиком языка с указательного пальца, уставившись прямо в жёлто-оранжевые глаза. — Я, конечно, предпочитаю кровь своих врагов, но своя тоже вкусная, — произнёс он, усмехнувшись. — Моей крови ты попил достаточно, полгода донимая своими глупыми драками. Видишь, к чему это привело? Вместо ответа Тарталья встал, нагло пристроил колено между ног Чжун Ли, закинув на столешницу второе, наклонился и вторгся языком в его рот. Он целовал, впервые прикасаясь к страстно желанному лицу, натыкаясь на клыки и вжимаясь в разгорячённое тело. Этот поцелуй не был похож на его прошлые, в нём не было ни капли восхищения или даже глупости, свойственной девушкам на одну ночь в его родной Снежной. Этот поцелуй мокрый, беспощадный, наполненный хаосом. Моракс до крови кусал чужие губы, словно подвергая мести, просунул руки под брюки и лапал чужую задницу. — Снимай, немедленно, — прервавшись, приказным тоном произнёс он. Чайльд повиновался, натянув широкую улыбку, пока ещё не натянули его. Перед тем как отбросить брюки, он достал что-то из их кармана и кинул Чжун ли. — Ты каждый день с собой смазку носишь? — спросил Моракс, поймав баночку и рассматривая её на проскальзывающем с улицы свету фонариков, продававшихся в лавке. — Нет, только когда планирую встречу с вами, — ответил он и подмигнул. Чжун Ли лишь закатил глаза. Весь этот флирт, мишура и загадочность его давно не впечатляли. Всё, чего он хотел, это унять своё животное желание. Он подхватил Тарталью, усадил на стол и раздвинул слегка дрожащие ноги, открывая себе обзор на тугое колечко мышц. Под выжидающий взгляд Чайльда, он открыл баночку с вязкой полупрозрачной субстанцией и щедро полил свои утончённые пальцы. — Господин!.. — простонал Тарталья, когда Моракс ввёл сразу два. Он был сосредоточен настолько, насколько ему позволял затуманенный разум, чтобы поскорее растянуть и трахнуть уже этого несносного парнишку. Он неспешно прокручивал пальцы, слегка их раздвигал, замечая, как возбуждённо дёргается чужой член, капая на живот. Тем временем этот самый парнишка, ухватившись за его шею, рвано выдыхал ему на ухо. Чувствовал, как пальцы постепенно вытесняют пустоту внутри него. Легонько наматывал на кисть длинную часть волос Моракса, оттягивал их, если тот двигался слишком дерзко. — Трахните меня уже наконец, умоляю, — жалобно шептал Тарталья. Смазка по бёдрам стекала на стол, Чжун Ли понял, что больше они оба не выдержат. — Потерпи ещё немного, — Моракс вылил всё оставшееся содержимое баночки на свой член. — Опирайся на стол и поворачивайся задницей. Чайльд повиновался, открывая вид на свою истерзанную широкую спину с выступающими капельками крови. Раздался громкий шлепок, Чайльд вскрикнул, на его ягодице остался красный след в форме ладони. Не смея больше медлить, Моракс пристроил член и вошёл, Тарталья издал протяжный стон, царапая ногтями деревянное покрытие. Ритм быстро разгонялся, как и громкость. Чжун Ли входил до предела и почти выходил, выбивая из него всю хвалёную самоуверенность, всю гордость и все силы. Он крепко держал парнишку за бёдра, так как сам бы он не устоял. Прогибаясь в пояснице, с каждый толчком Тарталья скулил всё сильнее. Сил на стоны и крики у него не осталось, с хриплым выдохом он кончил, запачкав ковёр на полу. Его руки подкосились, и он остался лежать щекой на столешнице с прикрытыми глазами. Почувствовав подступающий оргазм, Моракс вышел из тела и кончил на тот же ковёр. Только сейчас он будто вернулся в реальность, где вся его голова занята не только мускулистым телом под ним. В комнате стоял запах благовоний, предназначенных для изгнания демонов, спермы и крови. Он натянул брюки, уложил Тарталью на стоящий рядом диван, нашёл полотенце и укрыл его. Пока тот отходил, он взял себя в руки и обошёл комнату, оценив ущерб. Повреждённые стена и стол, испачканный ковёр, след от ботинка на двери, которую он закрыл за замок и благодарил судьбу за то, что никто не заявился. — Вы так красивы, — заворожённо произнёс Тарталья, смотря на чужой торс и вытираясь полотенцем. — Очнулся? Одевайся и выметайся от сюда, — в голосе Чжун Ли больше не чувствовалось раздражение, как до битвы. — И забудь, что сегодня было. — Ну уж нет, моё тело не было так истерзано после ни одной из драк, я никогда этого не забуду, — с широкой улыбкой заявил он. Чжун Ли насмешливо фыркнул, скрещивая руки на груди. — Знал бы ты, что я вытворял по молодости.

***

На утро по бюро шныряли туда-сюда оценщики и люди Фатуи, в стороне беседовали консультант и хозяйка. В её глазах затаилась доля подозрения. — Вы говорите, господин Чжун Ли, что вчера вечером Одиннадцатый Предвестник Фатуи поджидал вас здесь и попытался с вами сразиться, — Ху Тао задумчиво повторяла чужие слова, разглядывая дыру в стене. — И именно поэтому, помимо всего прочего, наш стол в приёмной поцарапан и испачкан кровью? — Да, всё так. Банк Северного Королевства возместит весь ущерб в двойном размере, — заверял её Чжун Ли, не подавая вид. — Прошу простить меня за неосторожность, я пытался выдворить его как можно деликатнее. — Чан Шунь сообщила мне, что слышала в то время очень странные звуки из окна нашего бюро, когда торговала у своей лавки, — Ху Тао с вызовом посмотрела на консультанта, словно подловила того. — Была драка, разные звуки могли доноситься, она уверена в своих словах? — невозмутимо продолжал отвечать он. — А куда же пропал ковёр? — Он тоже оказался испачкан. Я отнёс его на чистку, совсем скоро с ним должны закончить, — Моракс припомнил, как всю ночь самостоятельно чистил этот ковёр, проклиная Чайльда. — Я могу идти? Скоро начнётся опера, совершенно не хотел бы опоздать. — Да, вы свободны, консультант, — всё же она была уверена, что рано или поздно добьётся правды. — До свидания, госпожа Ху. Чжун Ли обернулся и выдохнул, направляясь на улицу. По крайней мере сейчас ему удалось избежать разоблачения.