Демон с алым шрамом

Враг обращается в пепел под лучами безжалостного рассветного солнца... И вскоре поле боя заполняется криками торжества. Охотники и какуши ликуют, хватают друг друга в охапку и громко надрывно рыдают, не понимая, что ощущать: бесконечное счастье или гневную печаль по павшим товарищам? Но пали они не зря! Мудзан повержен! Теперь снова зародится мир и покой! Но не время праздновать. Слишком много было отдано за эту победу. Слишком большая цена была уплочена за этот мир. И все это прекрасно понимали, поэтому стали друг друга подгонять, чтобы заняться раненными и сделать жертвы хотя бы на долю меньше. А Томиока... Искал глазами Танджиро. Искал того, кто внёс бесценный вклад в эту победу. Того, кто должен встретить рассвет с торжествующей улыбкой и морем слёз счастья! Но нашёл его в окружении плачущих какуши, которые сообщили ему... Пульса нет. Это катастрофа... Снова приходится терять дорогих людей. Даже после смерти этот чёртов монстр Мудзан продолжает причинять боль людям! Томиока упал на колени перед бездыханным телом Танджиро, которое застыло в сидячем положении, всё ещё сжимая в руке меч. Сердце столпа обливалось тоской. Гневом на самого себя, что не защитил юнца. Он бережно, с неописуемой болью прижался лбом ко лбу напротив и затаил дыхание. Столько невысказанного было в его душе... Умереть таким молодым! Какуши рядом не могли не испытывать той же боли. Ибо Танджиро было несравненно самым добрым и светлым мальчиком. Не должны такие хорошие люди так рано покидать жизнь! У них ведь ещё всё впереди! Что за несправедливость! Всеобщее горе оборвал слабый и дрожащий от трепета и страха голос одного из помощников: — Эй... Глядите... Медленно, словно боясь испытывать надежду, все подняли головы из земли под ногами и застыли в немом ужасе, сопровождаемом влажным хрустом заживления огромного нароста на глазу... А спустя пару мгновений... Танджиро открыл глаза. Откуда-то со стороны послышался удивлённый вдох, а потом недолгую тишину разрезал резкий звук отрастания потерянной конечности... Это же регенерация демона! Томиока едва успел спасти какуши, который в этот момент попался под горячую руку новорождённого демона... По улице разнёсся громкий окрик столпа воды, велевший всем отбежать назад, подальше от Танджиро. Камадо уже не человек... Сейчас им движет голод и жажда крови. Которые заменились на хрипы и страшные крики боли, когда лучи рассветного солнца коснулись Танджиро. Гию быстро среагировал. — Все, кто ещё может сражаться! Берите мечи в руки и все сюда! Танджиро превратился в демона, нужно убить его, пока он не убил кого-то!! Мурашки страха и неверия прошлись по всем, до кого донёсся этот крик, полный отчаяния. Танджиро тут же попытался отступить в тень, быстрее спрятаться от палящего солнца, однако был перехвачен Томиокой, который сейчас абсолютно точно рисковал своей жизнью. Новорождённый демон занёс руку для удара, но был прерван мужчиной с маской кабана. — Ты что творишь!! Это же Ханхан Баори, наш друг!!! Грубый голос Иноске не дошёл до разума обезумевшего Камадо... А Зеницу с неверием смотрел на того, кого называл другом. И, как обычно, расплакался от осознания, пока кабаноголовый парировал удары новорождённого демона. Иноске не мог обезглавить противника. Своего друга. Это было выше его сил! И вскоре гневные слёзы просочились сквозь кабанью маску, пока её обладатель лупил демона кулаками по твёрдому лбу и буквально требовал, чтобы тот пришёл в норму. А подоспевшая к этому кошмару Незуко крепко ухватилась за плечи брата... Все, как один, твердили: — Вернёмся домой, Танджиро! Голоса их не достигали сердца. Камадо не мог услышать их, пока его человеческая сущность была зарыта под грунтом страшного голода и жажды. Хлынула кровь Незуко. Танджиро вкусил человеческую плоть... назад дороги не было. Пока из-за угла внезапно не выскочила Канао, которая ввела в спину демона лекарство, что вернуло бы ему разум. Но Танджиро лишь встряхнул всех с себя, помотал головой, и с раздосадованным рыком отпрыгнул, скрываясь далеко в лесах... Это конец. Больше никто не выживет и демонов более никак нельзя будет уничтожить.