Неважно

      Так отвратительно Шумская не чувствовала себя уже давно. Так давно, что уже и забыла, что такое бывает. С ней. Такое.       – До сих пор не могу поверить, что ты мне не сказал!..       – Ир, подожди! Я хотел…       – Да это неважно…       Она говорила уже эту фразу в самом начале их знакомства. Но тогда Ира, действительно, ещё верила, что это всё “неважно”. Теперь же она точно понимала, что лжёт не только Андрею, но и самой себе. Нагло наврала про аллергию на цветы и окончательно поставила точку своим “неважно”, моментально взрывая пространство пылью из-под колёс.       И с тех пор Ирина, казалось, "не отпускала газ" весь день, сначала привычно нырнув с головой в работу, а затем едва вползая домой под вечер и сразу же вылетев оттуда и вновь запрыгнув в машину.       Полотенце, косметичка, свежая рубашка на завтра. Корм Фаусту. И всё. Педаль в пол. Куда угодно – к Мише, в отель, в СК, – только не быть в собственном доме. Там, где Высоков может её найти, куда может позвонить. По этой же причине Шумская отмела отдел – только отзвонилась Корешкову, сославшись на недомогание, попросила подстраховать и выключила мобильный. Последнее для неё было совершенно не свойственно даже на больничном. Но одно дело, когда ломит всё тело от температуры, и совсем другое – от предательства... Кажется, так она внутренне чувствовала своё состояние.       Оставалось два варианта – родной брат и безликая гостиница. Ире нужно было время и пространство наедине с собой. Миша же начнёт задавать вопросы, а номер давить четырьмя стенами… И как итог – Шумская мчится на бешеной скорости в совершенно неизвестном направлении. Просто вдоль шоссе. Просто в надежде, что быстрая езда и сброс адреналина утомят её скорее, чем она сожрёт себя изнутри, – и останется только просто вернуться домой и упасть в постель, даже не раздеваясь.       Но время в пути составляло уже больше часа, город остался далеко позади, за окном мелькали поля и пролески, а автомобиль всё еще летел за гранью дозволенного режима. Наконец, впереди показалось море и дорога стала скалистой и извилистой – пришлось сбавить скорость. А, когда начались небольшие прибрежные посёлки, машина и вовсе поплелась на допустимых сорока километрах в час. И только тогда Шумская поняла, куда привёз её “железный конь”…       Посёлок “Береговой”. Маленькие, покосившиеся, выцветшие на солнце бревенчатые домики, словно сошедшие со страниц книги, где иллюстрации были нарисованы каким-то советским художником, любящим выходить на пленер. Пустая базарная площадь. Козы, медленно петляющие среди придорожных кустов. Резные изгороди и болтающаяся на ветру картонная табличка “открыто” на двери местного магазина. Всё это было залито пурпуром заходящего солнца и источало невероятное тепло. Хоть где-то...       Шумская притормозила около магазина и выдохнула. В голове до сих пор метались и жужжали мысли, словно рой пчёл, накинувшийся на единственный цветок… Или это за окном машины, действительно, ужинал толстый шмель, примостившийся на гроздь дикого винограда?..       Ира вышла из машины и направилась в магазин. Спустя пару минут она вышла оттуда с бутылкой воды и свежим лавашом. Остановилась, присела на капот лицом к морю. Солнце медленно, но уверенно катилось к горизонту, желая утонуть в зеркальной глади. Шумская открыла бутылку с водой и жадно глотнула, затем на автомате отломила большой кусок лаваша и принялась сосредоточенно жевать.       – Хорошо у нас.., – протянул мужской голос откуда-то сбоку.       – Да… Красиво.., – согласилась Ирина, не отрывая взгляда от заката.       – Вы в своём городе, поди, и не видите море? – хитро продолжил незнакомец.       – Да как-то всё некогда… А если и видим, то совсем не такое, – усмехнулась она, припоминая, какие сюрпризы волны подкидывали СК.       – Так оставайтесь у нас… Отдохните.       Наконец, Шумская посмотрела на своего собеседника и тут же узнала в нём Петровича. Обрадовалась. Смутилась.       – Здравствуйте… Извините, я не узнала вас…       – Главное, что признала вообще, – сощурился старик. – По делу или как?..       – Да я.., – ещё больше растерялась Ира. – Случайно, – призналась в итоге.       Петрович долго и внимательно смотрел на неё, оценивая костюм, обувь.. Заглянул в глаза и, казалось, прочёл там всё, что хотел. Или то, чего ему достаточно было знать.       – Дом свободен.       – Я не.., – попыталась было возразить Ирина.       – Никто не побеспокоит.       Петрович положил ей руку на плечо, чуть сжал и медленной, хромающей походкой поплёлся в сторону своего хозяйства, будто давая Шумской время для принятия решения.       Ира смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом, а потом вновь перевела взгляд на море. Остаться на ночь в доме, где было когда-то уютно и тепло, где звучал смех, где Андрей обнимал её и целовал в плечо… Где она была собой.       Очередной приступ садомазохизма? Может, хватит на сегодня?.. Но адреналин в крови окончательно выветрился и тело, напряженное с самого утра, начало предательски расслабляться. Обратную дорогу в город она просто не осилит, а ночевать в придорожном мотеле нет никакого желания.       В Береговом, действительно, никто её не побеспокоит. Даже Высоков. Он просто не додумается искать Иру здесь. С призраками совместного прошлого она уж как-нибудь справится. А всё остальное… А всё остальное – “неважно”.