Падение в бездну

      — Что это значит? — на лице Танисиэля промелькнуло редкое выражение нервозности. Последний раз Итан видел его таким на космической станции, которую вот-вот должна была поглотить вторая вселенная Нептуна.        Врач парой жестов вывел на экран генетическую карту ДНК лейкоцита. Указывая на данные, которые Итан не мог понять, он начал объяснять:       — Думаю, вы все знаете, что у человека 23 пары хромосом, то есть всего 46. Один набор генетического материала мы получаем от матери, другой — от отца, верно? — дождавшись кивков, он продолжил: — Как правило, это число неизменно, если только речь не идет о специфических генетических заболеваниях, таких как синдром Дауна. У таких людей на одну копию 21-й хромосомы больше, чем у остальных, — 47 вместо 46. ДНК присутствует в каждой клетке человеческого тела. Ну, за исключением зрелых эритроцитов. Эта информация — по сути, чертеж всего нашего организма. Любое малейшее изменение влечет за собой колоссальную разницу. К примеру, геномы человека и шимпанзе схожи на 98,8%. Даже у инопланетян, таких как Ева, генетическое различие с людьми составляет менее одного процента.       — Мы всё это понимаем, — перебил его Бруно. — Что не так с этим образцом?        Врач взъерошил волосы и произнес:       — В этом образце три набора хромосом. То есть… у него их 69.        После этих слов в лаборатории воцарилась тишина. Итан слегка округлил глаза, гадая, не ослышался ли он.        Бруно тут же возразил:       — Что значит «три набора»? Это же невозможно. При такой тяжелой мутации, как триплоидия, плод не смог бы развиться в утробе матери. Но, как видите, он выглядит абсолютно нормально, и все данные в его медкарте были в порядке.       — Верно, — подал голос Танисиэль. — Я проводил анализ крови месяц назад.        Врач закивал:       — Я знаю. Я тоже видел его медицинскую карту. Не уверен, исправен ли аппарат… Вероятность того, что столь масштабная генетическая мутация произошла за такой короткий срок, ничтожна. Откуда бы ни взялся этот лишний набор хромосом, похоже, он не оказывает на него разрушительного действия. Иначе он не сидел бы здесь в целости и сохранности… Мне нужно взять образцы клеток из других частей его тела для анализа.        Итан переваривал слова врача, опустив голову и глядя на свои руки, лежащие на коленях. Обычные руки, ничем не отличающиеся от прежних.        Танисиэль не сводил глаз с Итана, и его сердце постепенно уходило в пятки.       — Можно ли выяснить, является ли этот лишний набор гомологичным или гетерологичным?       — Сейчас я не могу этого определить, — ответил врач. — Нужны дополнительные тесты.        Бруно кивнул и повернулся к Танисиэлю:       — Похоже, план придется немного отложить. По крайней мере, пока мы досконально во всем не разберемся.        Танисиэль промолчал, продолжая пристально смотреть на Итана. Тот тоже оставался на удивление спокойным. Итан не проронил ни слова, пока наконец не обратился к врачу:       — Эм… Доктор?       — Да?       — Если у меня 69 хромосом… я все еще считаюсь человеком?        Врачи взяли у Итана соскоб эпителия со слизистой рта для анализа, после чего Танисиэль вывел его из лаборатории. Седой хотел было снова запереть Итана в комнате, но жрец его остановил.       — Я забираю его для других тестов. Это конфиденциально, так что, боюсь, я не могу позволить вам следовать за мной или наблюдать через камеру.        Жрец мягко улыбнулся, но при этом держал Итана позади себя и, судя по всему, отпускать не собирался. Холодные глаза Седого заметались между жрецом и Итаном. Внезапно он понимающе ухмыльнулся:       — Хорошо. Но раз отвечать за Итана Элдриджа — моя работа, функция отслеживания на ошейнике должна быть включена. И, пожалуйста, держите программу дистанционного управления под рукой. Эти нелюди могут казаться порядочными, но стоит вам ослабить бдительность, как они тут же найдут лазейку.        Улыбка Танисиэля не изменилась.       — Разумеется.        С этими словами он мягко подтолкнул Итана за плечо к ближайшему лифту. Итан заметил, что кнопки здесь отличались от обычных: вместо них была клавиатура для ввода цифр. В этом подземном комплексе могло быть более сотни этажей, что объясняло такую панель управления.        Танисиэль набрал на клавиатуре «208», и лифт начал стремительно опускаться. Очевидно, нумерация здесь была обратной: чем больше число, тем ниже этаж.       На мгновение у Итана закружилась голова, и он ухватился за поручень на стене лифта.       — Куда ты меня ведешь? — спросил он.       — Я должен кое-что подтвердить, — Танисиэль казался встревоженным и даже не смотрел на Итана, не отрывая взгляда от табло с номером этажа. Итану казалось, что полученная информация окружает его плотным туманом, не давая ухватиться за суть.        Он знал лишь одно, он бессознательно мутировал, хотя внешне это никак не проявлялось.        Когда это случилось? На Красной Земле? Или во второй вселенной? Врач сказал, что лишние гены в его теле еще не активировались из-за своего расположения… Значит ли это, что когда они проснутся, он умрет? Или превратится в… монстра?        Итану казалось, будто по голове ударили тяжелым молотом, и все вокруг стало далеким. Он видел лишь высокую фигуру впереди — единственный свет в этой темноте.        Спустя долгое время лифт наконец остановился. Коридор за дверью был тусклым и абсолютно пустым. Танисиэль вел Итана по длинному пути, где стояла такая тишина, что по коже пробежали мурашки. Надписи на закрытых дверях запасных выходов мигали тревожным красным цветом.       — У Союза Земли здесь много секретов, некоторые из которых были забыты в этих глубинах, — глухо произнес Танисиэль. — Я арендовал здесь помещение для хранения яйца Бога Порядка.        Итан замер.       — Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас снова увидел яйцо Бога Порядка?       — Не его, — шаги Танисиэля не замедлились. Его тон не терпел возражений, но и других объяснений он не давал. Итан помедлил мгновение, но все же последовал за ним.        После трех поворотов жрец остановился перед дверью. Она отличалась от всех остальных: двойная дверь из красного дерева с классической резьбой и латунными ручками — массивная и безупречно чистая.        Итан резко вдохнул и отступил на несколько шагов. Он помнил эти двери — он видел их на Красной Земле. Он помнил щель, из которой сочилось само зло, и то существо, что подсматривало за ним и манило его. Если он откроет их, случится нечто ужасное!        Со вскриком он повалился на пол, в ужасе закрыв голову руками и зажмурившись.        Танисиэль удивленно обернулся:       — Итан?        Итан в страхе открыл глаза, но снова был поражен. Резные двери из красного дерева исчезли. Перед ним были две обычные двери с кодовым замком. Он с силой потер глаза, но картина не изменилась.       — Ты в порядке? — с беспокойством спросил Танисиэль, протягивая ему руку.        Итан не понимал, что он только что видел. Ухватившись за руку жреца, он поднялся и нехотя коснулся холодного металла двери.       — Эта дверь всегда выглядела так? — спросил Итан.        Танисиэль слегка нахмурился.       — Да. Ты что-то увидел?        Итан глубоко вздохнул. Он убеждал себя, что просто ошибся, но это самоутешение не слишком помогало.        Почему он снова увидел ту дверь из красного дерева? В прошлый раз, когда это случилось, его чуть не забрал Бог Хаоса, принявший облик Роланда. Что происходит на этот раз?       — Я в норме…        Танисиэль ввел пароль, отсканировал радужку и решительно толкнул дверь. От звука их голосов сработали сенсоры, и в просторной комнате разлился бледный свет. В самом центре стояла установка, явно созданная не руками людей. Круглая машина, напоминающая алтарь, была испещрена символами Ева, а на ее вершине покоилось маленькое яйцо, излучающее мягкое голубое свечение.        Оно выглядело почти так же, как то яйцо Бога Порядка, которое Итан видел раньше. В этом тусклом свете на него снизошло странное умиротворение. Казалось, его окружает глубокий океан, и шумные мысли в голове на миг затихли.        Он не заметил, как внимательно Танисиэль следил за его лицом. Неизвестно когда, но третий глаз на лбу жреца полностью открылся. Он подсматривал за сменяющими друг друга эмоциями Итана, хотя тот ничего не ощущал. Танисиэль чувствовал, как смятенная, хаотичная энергия Беты быстро успокаивается. Но одновременно с этим от него начала исходить иная, ранее подавленная темная аура.        Она напоминала… запах медленно гниющей сосны.        Поколебавшись, Танисиэль подошел к алтарю и вывел пальцем узоры на символах в центре. Металл послушно сложился, и наружу выдвинулся механический манипулятор с зажатой в нем герметичной трубкой. Внутри прозрачного двухслойного сосуда колыхалась черная жидкость. Присмотревшись, можно было заметить, что ее поверхность постоянно подергивается, даже когда пробирка неподвижна. Время от времени от нее отделялась тонкая нить, тут же втягиваясь обратно, словно жидкость была самой жизнью.        Танисиэль осторожно извлек трубку и подошел к Итану.       — Это то, что я собрал на Красной Земле. Флюид Шуб-Ниггурат.        Танисиэль мгновенно ощутил мощный эмоциональный всплеск Итана и увидел, как его сине-зеленые глаза наполнились ужасом.       — Что ты делаешь? — доверие Итана пошатнулось, он отступил на несколько шагов.       — Не бойся, — глаз на лбу Танисиэля вспыхнул белым сиянием, и вибрации его голоса окутали Бету. — Контейнер запечатан. Я хочу, чтобы ты просто взял его.        Итан уставился на трубку и покачал головой:       — Зачем? Этой штуке здесь не место!       — Разве ты не хочешь знать, что с тобой произошло? — голос Танисиэля стал суровым. В свете, исходящем от его третьего глаза, Итану почудилось нечто призрачное: жрец будто стал выше, а его слова зазвучали как пророчество, которому невозможно противиться. — Ты в безопасности. Просто возьми ее.        Разумом Итан понимал, что Танисиэль использует свои способности, чтобы подчинить его, но воля отказала. Поколебавшись лишь мгновение, он протянул руку, и жрец вложил ему в ладонь капсулу, заточившую в себе вечную смерть.        В ту же секунду черная субстанция в трубке словно взорвалась, превратившись в мириады тончайших нитей, которые заметались по стенкам. Они извивались и закручивались, отчаянно пытаясь подобраться ближе к ладони Итана сквозь двойное стекло. В тот же миг его сознание затопили чужеродные образы.        Это был колоссальный город, недоступный человеческому пониманию. Каждое здание выглядело до нелепости странным — они будто собирались рухнуть в любой момент, состоя из хаотичного нагромождения острых и тупых углов. В небе висело огромное изумрудное солнце. На безумных улицах гигантские рептилии перебирали бесчисленными лапками, а их спины были покрыты уродливыми пушистыми крыльями. Все они били поклоны величественному конусообразному строению в центре города.        Внутри этой пирамиды царили бесконечная тьма и хаос. Пара гигантских, постоянно меняющихся виридиановых глаз, казалось, пыталась вырваться из ночного кошмара. Как бы Итан ни старался, разглядеть лицо этого существа было невозможно; любой, кто увидел бы его истинный облик, мгновенно впал бы в полное безумие. Пирамида, размером с целую планету, не могла сдержать его истинное тело: щупальца просачивались сквозь каждую трещину в кладке, расползаясь по всей Вселенной.        В то же мгновение в паре огромных зеленых глаз размером с солнце возник человеческий силуэт. Это был высокий, худощавый и смуглый мужчина в черном одеянии. Его лицо было размыто, словно стерто ластиком.        Фигура на огромной скорости рванулась к Итану, и безликая маска постепенно начала обретать форму, превращаясь в улыбающееся и неописуемо красивое лицо.        Это было лицо Танисиэля.        Итан хотел закричать, но не смог. Ему оставалось лишь широко раскрытыми глазами наблюдать, как черный Танисиэль подходит все ближе и ближе, пока перед ним не остался один лишь оскаленный рот.        Губы прошептали ему:       — Я нашел тебя.        В следующее мгновение Итан вскрикнул и отшвырнул пробирку прочь.