Падение в бездну

       Седовласый охранник медленно обернулся, устремив взгляд в Итана. — Стройплощадка? Какая еще стройплощадка?        Итан почувствовал, как по спине струится холодный пот. Он не знал, сколько в городе строек, поэтому пришлось нести чепуху: — Я не знаю какая, Сэмюэл увел меня туда.       — Джонатан Сэмюэл? — седовласый подозрительно уставился на него, но затем его губы расплылись в ухмылке. Он бросил остальным: — Пойдемте, глянем.        Итан оцепенел, когда они проходили мимо. Седовласый на мгновение задержался справа от него, усмехнулся и бросил: — Лучше бы мне не выяснить, что ты мне солгал.        Итана пробрало холодом до самых кончиков пальцев, волосы на затылке встали дыбом. На долю секунды он даже подумал, не грохнуться ли на колени прямо сейчас и не признаться ли во всем, чтобы загладить вину. Однако остатки гордости помогли ему устоять и не сдаться. Как только звук шагов затих, Итан поспешно передвинул затекшие ноги к Тифею.        Знакомое тонкое лицо было опущено, веки бессильно прикрыты. Весь он был покрыт синяками: одни остались от ударов дубинок, другие — от подозрительных следов укусов. Между ног у него тоже было месиво. Итану стало не по себе, в глазах защипало от жалости к Тифею и жгучей ненависти к охранникам. Он тут же взобрался на табурет и развязал ему руки.        Ноги Тифея не держали, и он с болезненным стоном рухнул на пол. Итан быстро спрыгнул вниз, помедлил мгновение, прежде чем прикоснуться к липкому от пота телу, и помог ему подняться.       — Как ты? Идти можешь? — У них было совсем мало времени, разъяренные охранники скоро вернутся.        Тифей кивнул и попытался встать, опираясь на плечо Итана. Тот понятия не имел, что делать дальше. Есть ли в Запретном городе больница? После секундного колебания он решил отвести Тифея к себе — в комнату, которую делил с Сэмюэлом.        Несмотря на то что Тифей был Омегой, он всё же оставался мужчиной. Итану приходилось то нести его на себе, то тащить волоком; к моменту возвращения его чистая одежда насквозь пропиталась потом. Он помог Тифею лечь на свою жесткую кровать, на которой даже не было простыней, и принялся промывать его раны водой из таза. Тифей то и дело тихо поскуливал, его мышцы подергивались от боли.        Даже нелюдь не стал бы так истязать Омегу, верно? Почему же охранники, полноправные граждане, творят такое?        Запретный город определенно был не лучшим местом для Омеги. Итан тяжело вздохнул, чувствуя, как на душе становится всё мрачнее.        Он не мог просто смотреть, как голый Тифей продолжает дрожать. Он хотел одолжить одежду Сэмюэла, но побоялся, что тот придет в ярость, если вещей пропадет слишком много. Внезапно он вспомнил, что некоторые нелюди, участвовавшие в миссии на Красной Земле, не вернулись, а жили они в этом же здании. Поняв это, он тут же выскочил за дверь и принялся обыскивать соседние комнаты. Пожитки большинства мертвецов уже под чистую выгребли другие, но ему повезло: в последней комнате на первом этаже он нашел кое-какую одежду и одеяло. Поднимаясь по лестнице с узлом в руках, Итан вдруг осознал, что уже начал действовать так же азартно, как те мародеры, что делят имущество покойных, — и при этом не чувствовал ни капли вины.        Переодев Тифея и укрыв его одеялом, Итан сел на кровать Сэмюэла и вздохнул. Он смотрел на фигуру на своей постели и вдруг понял, что не знает, в коме ли Тифей или просто спит. И вот тогда ему наконец стало по-настоящему страшно.        Узнав, что мы с Сэмюэлом вместе, придет ли тот седой полицейский устраивать проблемы мне или ему?        С каждой минутой, проведенной в комнате, Итану становилось всё тревожнее. Он начал жалеть, что спас Тифея. Он и сам-то не мог себя защитить, так зачем полез в герои?        Нужно было проигнорировать крик о помощи. Если бы я не подошел, я бы не увидел Тифея. А если бы не знал, что он там, не чувствовал бы себя таким беспомощным.        Однако раскаиваться было уже поздно.        С кровати донесся тихий стон. Итан обернулся и увидел, что Тифей очнулся. На мгновение тот вновь стал похож на гордого исследователя из Бюро энергетики, но вскоре блеск в его глазах угас, и в них мгновенно поселился глубокий страх. Он сильно задрожал и порывисто сел, прежде чем наконец заметил Итана.        Мужчины какое-то время смотрели друг на друга. Итан видел, как страх в глазах другого медленно отступает, сменяясь своего рода эйфорией.       — Итан Элдридж!!! Я думал, что сплю! — Тифей протянул руки к Итану, словно воссоединился с членом семьи после долгой разлуки. Итана немного напугал такой энтузиазм. Хотя в Бюро энергетики они порой общались, их отношения были подобны дружбе двух добропорядочных мужчин и были прозрачны, как вода. Тифей всегда был высокомерным человеком и редко проявлял столь сильные эмоции.        Итан нерешительно протянул руку, взял Тифея за ладонь и сел рядом на кровать. Тифей вцепился в его руку так сильно, что у Итана заныли кости. Итан горько усмехнулся и сказал: — Если ты и дальше будешь так крепко держать меня, мои кости сломаются. Когда кто-то подозревает, что спит, разве он обычно не щипает себя? Почему же ты щипаешь меня?        Тифей быстро спохватился и ослабил хватку, но всё равно отказался отпускать руку, словно боялся, что Итан убежит. Он спросил: — Почему ты здесь? Ты здесь с проверкой?        Итана искренне позабавили его слова, и он развел руками: — Посмотри, во что я одет. Я похож на проверяющего?       — Тебя тоже сюда бросили?!        Итан кивнул: — За разглашение секретов «Проекта Зеро» шпиону трех государств. Государственная измена.       — Но разве директор не заступился за тебя?       — Он и себя-то защитить не смог, не то что обо мне заботиться.        Тифей закивал, но его взгляд постоянно блуждал. Он всё еще пребывал в состоянии шока и прострации — возможно, он даже не до конца осознавал слова Итана.       — Как ты разгневал охранников? — Итан понимал, что другу, возможно, не хочется говорить о только что пережитом кошмаре, но он обязан был спросить. Ему нужно было понять, в какую историю он влип, прежде чем вернется Сэмюэл.        Однако Тифей плотно сжал губы, отказываясь обсуждать это. Итан бросил взгляд на его шею и, как и ожидал, заметил свежий окровавленный след от укуса.        Метку поставили силой… Зная характер Тифея, Итан не сомневался, что тот никогда бы не согласился на такое добровольно. Вероятно, седовласый охранник просто вышел из себя из-за его строптивости? У Итана упало сердце. Намеренно увести чужую Омегу — самое невыносимое оскорбление для Альф. Если тот Альфа узнает правду, то сейчас самым разумным для Итана было бы отправить Тифея обратно.        Однако он не мог просто закрыть глаза на то, как издеваются над его старым другом.        Когда пришло время окончания смен, на улицах стало многолюднее. Шум в коридоре постепенно нарастал, от тяжелых шагов пол слегка подрагивал. Спустя мгновение дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошел Сэмюэл с сигаретой в зубах.       — Ты что, реально проторчал в четырех стенах весь... — Он осекся на полуслове, увидев сидящего на кровати Тифея, который с перепуганным видом кутался в одеяло.       — Это еще кто такой, черт возьми?        Итан поправил очки и прошептал, отвечая за друга: — Мой бывший коллега из Бюро энергетики, у него возникли небольшие неприятности...        Сэмюэл уставился на Итана, его глаза полыхали яростью. — Ты можешь хотя бы один день прожить, не притаскивая мужиков домой?! В прошлый раз это был Альфа, теперь — Омега. У тебя отличный вкус, ничего не скажешь.        Итан не поверил своим ушам. Его зеленые глаза расширились, и он не сдержался: — С каких это пор я стал тем, кто «каждый день притаскивает мужиков домой»?!        Сэмюэл просто закатил глаза, будто ему было лень даже спорить. Лицо Итана побелело от злости, но он не мог ничего возразить. В конце концов, на нем была одежда Сэмюэла, и он жил здесь лишь благодаря его милости, так что ему оставалось только проглотить обиду.        Только сейчас Сэмюэл, кажется, о чем-то догадался. Он резко развернулся и схватил Итана за плечо: — Ты сказал, у него неприятности. Эти неприятности ведь не связаны со «Вторым Лордом», Седым?       — Что ты имеешь в виду под «Вторым Лордом»?       — Максим Иванович Васильев, капитан стражи, отвечающий за Восточный сектор. У него больше всего власти после Шнайдера, начальника службы безопасности. Тот самый, с седыми волосами.        Увидев, как побледнел Итан, Сэмюэл на мгновение уставился на него с непередаваемой смесью ярости и беспомощности. Наконец он тяжело вздохнул: — Так вот почему он сегодня внезапно притащил ораву людей на стройку и разгуливал там с таким видом, будто что-то замышляет. Оказывается, тебе, господин секретарь, надоело жить. И ты снова сунул нос не в своё дело.        Итан тяжело сглотнул и спросил: — У тебя же вроде были неплохие отношения с начальником Шнайдером? Ты можешь сказать ему…       — Учитывая то дерьмо, что случилось на Красной Земле, еще неизвестно, останется ли он в должности. Ты забыл, что он не вернулся с нами? Сейчас Седой — фактически президент Восточного сектора. Да уж, ты реально набрался смелости перейти ему дорогу. Жалкий Бета, а увел человека у самого «президента», — Сэмюэл стянул грязную куртку и бросил сигарету на пол, раздавив её ботинком. — Либо ты отведешь этого парня обратно, либо живо пиши завещание.        Итан повернул голову к Тифею, который всё это время молчал. После слов Сэмюэла на лице Омеги застыло отчаяние. Искра надежды в его глазах погасла, а пальцы так сильно вцепились в одеяло, что костяшки побелели.        Итану казалось, что его голова сейчас взорвется. В этот миг ему импульсивно захотелось взять еще одну миссию на десять баллов и просто пойти навстречу смерти. Он подошел к Сэмюэлу и произнес голосом, который слышали только они двое: — Вы оба Омеги, и ты знаешь, как непросто выживать в Запретном городе. Неужели ты не можешь ему помочь?       — Ты что, принимаешь меня за президента Ассоциации Омег, который обязан заботиться о каждом встречном? — Сэмюэл нетерпеливо сбросил ботинки, так что те отлетели в сторону. — Если не боишься сдохнуть, отведи его завтра в клинику. Там всегда найдутся добровольцы, помешанные на движении за права нелюдей. Если повезет, даже Седой какое-то время не сможет к нему подступиться.        Итан облегченно выдохнул и уже собирался поблагодарить его, но Сэмюэл фыркнул и добавил: — Кое-кто говорит, что разозлить Седого куда страшнее, чем Шнайдера. Действуй сам, и не вздумай втянуть меня в это дерьмо.

***

      Этой ночью Тифей занял кровать Итана, так что последнему было негде спать. Сэмюэл мельком взглянул на Итана, который собирался просидеть в углу до утра, отодвинулся к краю и похлопал по пустому месту: — Эй, секретарь.        Итан посмотрел на узкую кровать и покачал головой: — Не стоит. Мне и так нормально.        Сэмюэл почувствовал необъяснимое раздражение; его глаза недовольно блеснули в темноте. — Хватит ломаться. Брось эти свои манеры джентльмена-Беты.       — …Это как-то неправильно…       — Что-то тебе не казалось «неправильным» валяться в постели того смазливого жреца.       — Потише! Это совсем другое!       — Ты, блядь, собираешься сюда ложиться или нет?!       — ……        Раздался шорох, и Итан осторожно свернулся калачиком на краю кирпичной кровати, чувствуя себя крайне неловко. Температура тела Сэмюэла была выше, чем у обычных людей, и Итан даже сквозь одежду и одеяло чувствовал тонкий мускусный аромат Омеги, который обычно перекрывался Альфа-феромонами. Этот запах незримо витал в комнате.        Впрочем, даже ощущая этот аромат, было трудно соотнести Сэмюэла с образом Омеги, особенно на фоне лежащего напротив Тифея. Итан не мог не проникаться уважением к этому рослому мужчине рядом с собой.       — Эй, секретарь, что там стряслось в Бюро энергетики? Вас что, всех оттуда сюда запихали? — сонный голос Сэмюэла внезапно раздался у самого уха, и Итан не сразу нашелся с ответом.       — …Я не могу сказать.       — Ха-ха-ха… — Сэмюэл тихо рассмеялся, отчего вся кровать слегка задрожала. — Ты уже нелюдь. С чего тебе до сих пор хранить государственные тайны?        Итан задумался и понял, что слова напарника вполне резонны, и возразить на это нечего.       — Тебе не будет пользы от этого знания. — Итан перевернулся на другой бок, спиной к Омеге. Он вспомнил чистую, строгую архитектуру третьей космической станции, а также секретный исследовательский центр, запрятанный глубоко под поверхностью Марса, и внезапно вздрогнул, еще сильнее сжавшись в комок.        Его всегда преследовало чувство тревоги, когда Бюро энергетики поручили построить подземную станцию и ускоритель частиц на Марсе для подготовки к «Проекту Зеро». Долгое время этот проект оставался лишь теорией, чем-то невыполнимым в реальности. Однако раса Ева предложила нечто, сделавшее этот план возможным. В случае успеха Союз Земли получил бы уникальный источник энергии, пригодный не только для создания кораблей, способных на сверхдальние перелеты за пределы Млечного Пути, но и для производства оружия столь ужасающего, что оно могло бы пожирать звезды.        Теперь, размышляя об этом, он понимал, тот странный материал, предоставленный Ева, вероятно, был получен из яиц Бога Порядка.        Теперь, когда Альянс Змееносца получил ключевую информацию о «Проекте Зеро» через Роланда, сможет ли проект продолжаться? Глядя на бедственное положение Тифея, Итан опасался (или надеялся?), что проект очень скоро будет заморожен.        Возможно, для всего Млечного Пути это было бы к лучшему.        Думая о Ева, он невольно вспоминал мужчину с золотыми волосами и заостренными ушами, воскрешая в памяти ту ночь. От этих воспоминаний он чувствовал, как закипает кровь, и слегка приоткрыл одеяло, чтобы охладиться.        Осознание того, что он больше не увидит Танисиэля и у него даже не было шанса попрощаться, отозвалось в сердце Итана легкой тоской. С этой меланхолией он погрузился в сон в свою вторую ночь в Запретном городе.