Право быть собой

Гермиона дрожала. Больше от страха и переживаний, чем от холода. Её поместили в подвал, откуда она не могла трансгрессировать. Стены были старыми, каменными, покрытыми мхом и сыростью. Воздух пах плесенью и землёй. Она сидела в углу, сжавшись в комок, и никак не могла придумать выход из сложившейся ситуации. Если бы она не стала развязывать девушку от верёвок, с которыми нельзя переместиться, и сама бы трансгрессировала первой, то сейчас не создавала бы опасность Драко. Но я не могла. Я не могла оставить её. Она провела рукой по стене, в поисках хоть какого-то способа выбраться. Камень был глухим и холодным. Она стукнула кулаком по стене — и зашипела от боли. Кожа на костяшках треснула, но она даже не заметила. Только когда почувствовала влагу на пальцах. Я должна была найти выход. Я должна была быть умнее. Отчаяние почти накрыло её. Она прислонилась к холодной стене, закрыла глаза — и заплакала. Слёзы текли по её щекам, смешиваясь с пылью и грязью на лице. В темноте подвала слышались лишь звуки собственного дыхания и редкие капли воды, падающие где-то в углу. Она думала о Драко. О том, как он будет искать её. О том, что, возможно, он попадёт в ловушку. Это чувство вины разрывало ей сердце. Я не должна была позволить им использовать меня против него. Я не должна была быть такой слабой. Она сжала руки в кулаки, пытаясь успокоиться. Дышать ровно. Не паниковать. Думай. Думай, как выйти. Но мозг отказывался работать. Страх и боль глушили всё. — Я не должна была позволить им использовать меня против него, — прошептала она в отчаянии. Голос дрожал. А затем, сквозь шум собственных мыслей, она услышала шаги за дверью. Медленные, тяжёлые, приближающиеся. Она замерла. Вытерла слёзы, стараясь дышать ровно. Готовясь к тому, что сейчас войдут. Тяжёлая дверь лязгнула о стену, отворяясь. На пороге стоял один из пожирателей в маске. Он кивнул, и один из мятежников зашёл в подвал. Грубые руки схватили её за плечи. Скрутили руки сзади — резко, грубо. Боль пронзила левое плечо, и она не удержала жалобного стона. — Идём, — сказал мятежник. — Тебя ждут. Её повели наверх. Гермиону вели по узкому каменному коридору. Она пыталась запомнить каждый поворот, каждую дверь. Но внутри неё нарастала липкая тревога, сковывающая движения. Сердце колотилось где-то в горле. Куда они ведут меня? Что они хотят сделать? Когда девушку вывели в большой зал, она увидела несколько тёмных фигур. Их лица скрывали маски. Но в центре комнаты стоял знакомый силуэт. Её сердце пропустило удар. Драко. Это Драко. Он стоял с поднятыми руками. Его палочка лежала на полу. Он смотрел прямо на неё. Нет. Только не это. Мысли заметались в голове. Так не должно быть. Он не должен пострадать из-за меня. Я не прощу себе этого. Она лихорадочно перебирала возможные варианты побега. Но ничего не подходило. Слишком много врагов. Слишком мало времени. Она посмотрела прямо в глаза Драко. И не увидела страха. Только решимость. Будто он взглядом пытался сообщить ей что-то важное. Поймав её взгляд, Драко медленно, почти незаметно, коснулся пальцами своего левого запястья. Там был закреплён коммуникатор. Его губы шевельнулись беззвучно. Она смогла прочитать по губам: «Через десять секунд. Падай». Он продублировал сказанное жестом: раскрыл все пальцы, а затем будто прихлопнул что-то невидимое ладонью. Гермиона замерла. Её сердце забилось быстрее. Он что-то задумал. У него есть план. Главный мятежник, стоявший рядом с ним, в это время подошёл к Гермионе, грубо схватил её за волосы, заставив поморщиться, и с насмешкой в голосе начал говорить. Его слова эхом разносились по залу, полные злобной радости: — Малфой, ты думал, что сможешь прийти сюда и спасти её? — Он издевательски рассмеялся. — Ты даже палочку не успел поднять, как мы тебя скрутили. Смех подхватили все пожиратели. — Мы знали, что ты придёшь. И мы знали, что ты будешь глупцом. Драко ухмыльнулся в ответ. В этой ухмылке не было страха — только холодная уверенность, которую он так хорошо умел показывать. Его голос прозвучал спокойно, будто он вёл светскую беседу: — Вы думаете, что я пришёл один? В следующее мгновение в замке раздался оглушительный взрыв. Пол под ногами дрогнул. Стены содрогнулись. Крик смешался с грохотом. Гермиона почувствовала, как руки, сжимающие её, ослабли. Мятежник, державший её, пошатнулся. И она, помня его знак, упала на пол, прикрывая голову руками. Следующие мгновения происходили слишком быстро. Драко схватил свою палочку — резким, отработанным движением. Оглушил двух ближайших мятежников. В этот момент появились Гарри, Рон и несколько мракоборцев. Завязалась битва. Заклинания то и дело летали по большому залу. Вспышки света, треск, крики. Свист и грохот. Драко подбежал к ней. Он опустился на колено рядом с ней. Его руки, дрожащие от адреналина, схватили её за плечи, приподнимая с пола. Голос был взволнованным, сорванным: — Гермиона, ты в порядке? — Он провёл рукой по её лицу, стирая грязь и слёзы. — Смотри на меня. Ты цела? Его глаза лихорадочно искали её взгляд. Вокруг них свистели заклинания, но он не замечал их. Гермиона кивнула. Голос дрогнул от облегчения и боли: — Я в порядке, Драко... — Она помолчала. — Но они сломали палочку… Драко на мгновение прижался лбом к её лбу. Его дыхание было горячим и сбитым. — Это неважно. — Он встретил её взгляд. — Я здесь. Я не дам им тебя забрать. Он сжал её плечи. — Теперь держись за меня и не отпускай. Гермиона еле передвигала ноги. Силы покинули её сразу, как только она поняла, что Драко ничего не угрожает. Она держалась за него, как за самое важное и ценное в её жизни. Пальцы впивались в его плечи, и она не могла ослабить хватку — даже если причиняла ему боль. Драко почувствовал, как её пальцы впиваются в его плечи. Но он не отстранился. Только крепче прижал её к себе, чувствуя, как она дрожит. — Тихо, Грейнджер, — сказал он нежно, но решительно. — Я здесь. Я держу тебя. Всё будет хорошо. Я обещаю. Он осторожно подхватил её под колени, поднимая на руки. И направился к выходу из зала, игнорируя вспышки заклинаний и крики сражающихся позади. Голова Гермионы упала ему на плечо. Её дыхание стало медленнее, когда она позволила себе довериться ему в этом потоке хаоса. Они трансгрессировали в поле около Норы. Драко нёс её на руках. После перемещения она просто вырубилась — чувствуя себя полностью защищённой. Он смотрел на её измученное лицо. На бледную кожу, на тени под глазами, на ссадины на руках. Внутри всё кипело. Челюсть сжималась от гнева. Они посмели тронуть её. Они заставили её страдать. Они заплатят. Их встретила обеспокоенная Джинни. Увидев Гермиону, она облегчённо вздохнула. Драко прочитал немой вопрос у неё в глазах и сказал, не дожидаясь озвучивания: — Остальные ещё сражаются. — Он аккуратно передал Гермиону под опеку Джинни, уложив на диван. — Я оставлю её на тебя. Позаботься о ней. Он сделал шаг к выходу, но Джинни остановила его. — Малфой, постой. В её голосе звучала уверенность и твёрдость. — Ты не сможешь помочь им, если будешь действовать с одной лишь яростью. Они ждут этого. — Она встретила его взгляд. — Возьми с собой мракоборцев, которые скоро прибудут в Нору. И не пытайся быть героем в одиночку. Он на мгновение замер. Услышав её слова, что-то в его взгляде изменилось. Ярость осталась, но в ней появилась холодная расчётливость. Та, что делала его опасным противником. — Ты права, — сказал он тихо, но твёрдо. — Пришли их ко мне, как появятся. Я буду ждать у входа в Нору. Он ещё раз посмотрел на Гермиону. На её бледное лицо. На то, как её рука безвольно и неестественно свисала с дивана. Стиснув зубы, он вышел из дома. Готовый к новой битве. Но теперь — с ясным планом и холодным расчётом. Я отомщу им. За каждую её слезу.

***

Долго ждать не пришлось. Через несколько минут прибыло подкрепление мракоборцев. Одни направлялись через поле к Норе, другие прибыли через каминную сеть. Драко кратко ввёл их в курс дела и трансгрессировал вместе с ними к замку. Когда они появились в центральном зале, битва всё ещё кипела. Гарри и Рон стояли спина к спине, отбиваясь от трёх мятежников. Мракоборцы теснили оставшихся врагов к стенам. Драко, не теряя ни секунды, вонзился в гущу схватки. Его заклинания были точными и быстрыми, как укусы змеи. Он двигался с холодной грацией, не тратя лишних движений. Заметив, что сбоку от Гарри пожиратель целится в того палочкой, Драко резким движением отправил поражающее заклятье. Противника отбросило во вспышке на несколько метров, и он так и остался лежать там. Гарри мимолётно посмотрел на Малфоя и кивнул ему. Драко кивнул в ответ, уже посылая серию заклятий в другого пожирателя, спрятавшегося за колонной. Он заметил главного мятежника. Того самого, который угрожал Гермионе. Того, который держал её за волосы. Ярость вспыхнула в груди. Но он заставил себя не атаковать напрямую. Холодный расчёт. Только так. Вместо этого он создал иллюзию, что его внимание приковано к врагу за колонной. Он бился слева, уклонялся справа, посылал заклинания в сторону от главаря. Наконец, он прицельно попал в пожирателя, когда тот выглянул с вытянутой палочкой из-за колонны, и тот рухнул без чувств на месте. В следующий миг, когда главный сделал шаг вперёд, Драко моментально оказался у него за спиной. Он прошептал заклинание обездвиживания — и оно прижало мятежника к полу. Малфой наклонился к нему. Голос звучал ледяным шёпотом, в котором слышалась опасность и угроза: — Ты не тронешь её больше. Никогда. Он с яростью ударил его по лицу кулаком. Затем поднял палочку и направил её на обездвиженного мятежника. — Я мог бы убить тебя сейчас. Но ты должен страдать. Ты должен помнить этот момент. Битва завершилась. Мракоборцы взяли всех оставшихся пожирателей под стражу. Драко почувствовал, как ярость сменяется облегчением вместе с окончанием сражения.