Key to your chains

Приняв роды у еще одной женщины своего народа, Наоми поспешила уйти, чтобы утолить жажду. Поскольку новая одежда ей была не нужна, она не стала тратить много времени на поиски потенциальной жертвы. Первый же подходящий человек, рискнувший в одиночестве пройтись по темному переулку далекого мегаполиса, и стал в тот день обедом для Наоми. Иссушив жертву и свернув ей шею, она оттащила безжизненное тело в глушь, бросив на съедение падальщикам. Не одарив труп ни единым взглядом, она сбросила его и зашагала обратно, в сторону поселения своих людей. Она шла человеческим шагом — у нее было время. Последние несколько лет выдались тихими и мирными: никаких новых кочевников, которым приходилось бы доходчиво объяснять правила пребывания на ее территории. Порой от этого даже становилось скучно. Наоми быстро тряхнула головой, напоминая себе, что мирная жизнь вовсе не скучна — это то, к чему следует стремиться. Она брела дальше, вспоминая свой последний визит к наставнику. С тихим вздохом она взглянула на звездное ночное небо, надеясь, что Белле стало легче. Прошло уже одиннадцать лет с момента ее обращения и инцидента с Вольтури. Кивнув своим мыслям, она решила в скором времени снова навестить их. Судя по их опыту, и особенно по опыту Науэля, Ренесми к тому времени должна была уже полностью повзрослеть, и, без сомнения, с такой-то генетикой она будет выглядеть сногсшибательно. От этой мысли с ее губ сорвался тихий смешок, и она позволила взгляду заскользить сквозь ночную мглу. В воздухе висела легкая сырость, покрывая траву под ногами серебристой росой. К тому времени, когда из-за горизонта начало подниматься солнце, влажные волосы Наоми уже липли к лицу и плечам. Ее это не заботило; все ее внимание было приковано к прекрасному рассвету по правую руку. Умиротворенная улыбка тронула ее губы, когда она наблюдала за восходящим солнцем и блеском мокрой травы вокруг. Туман, ползущий по низинам, делал картину совершенной, придавая пейзажу неземную, призрачную красоту. Наоми знала: именно ради таких мгновений и стоило жить вечно. На какое-то время она замерла, просто впитывая безмятежную атмосферу, пока солнце медленно поднималось в небо. Но как только она почувствовала его тепло на своем лице, пришло понимание, что пора искать укрытие. Хотя встретить человека в такой час, да еще и так далеко в глуши, было почти невозможно, крошечный шанс все же оставался, и рисковать она не собиралась. Со вздохом сорвавшись с места, она побежала к ближайшему лесу, где снова сбавила шаг. Ее пальцы скользили по коре деревьев, мимо которых она проходила: некоторые были лишь слегка поцарапаны, вероятно, оленями, чесавшими о них рога, другие же пострадали куда сильнее — на них явственно виднелись следы медвежьих когтей. Восходящее солнце пробудило природу вокруг вампирши: по деревьям шныряли белки, птицы совершали свои первые за день полеты в поисках пищи для птенцов, пока ночные обитатели прятались по норам и пещерам, чтобы проспать до наступления сумерек. Стоял полдень, когда Наоми бродила по знакомой территории в нескольких сотнях метров от поселения своих людей. Она пыталась чем-то занять себя, чтобы не позволить мыслям о нем завладеть ее разумом, не дать тревоге и тоске затопить сознание и породить за собой вереницу сомнений. Она ухаживала за дикими травами, которые могли пригодиться ее людям, когда до ее слуха донеслись шаги. Наоми мгновенно поднялась на ноги, выпрямившись и сосредоточившись на звуке, но вскоре расслабилась, странным образом узнав знакомый ритм. Несколько секунд спустя знакомый запах ударил в нос, и она не смогла сдержать ухмылки, скользнувшей по губам. Скрестив руки на груди и вопросительно изогнув бровь, она стала ждать появления гостей. Естественно, им потребовалось всего пара секунд, чтобы остановиться прямо перед ней. Выражения их лиц могли бы посоперничать с ее собственным в ироничности, хотя в ее присутствии они стояли так же спокойно, как и всегда: военная выправка, но в то же время расслабленная по их собственным меркам. Владимир слегка склонил голову, уголок его губ дрогнул в сдерживаемом веселье при виде ее вызывающей позы. Стефан чуть вздернул подбородок, и улыбка на его губах переросла в лукавую усмешку. — Ну надо же, — начал Стефан, оглядывая женщину, все еще сжимавшую в руках стебель какого-то растения. — И чем же ты занимаешься в наши дни? В его голосе звучала насмешка, но без капли оскорбления. Наоми подавила смешок. Пытаясь выглядеть непринужденно, она лишь пожала плечами. Ее взгляд метнулся к траве в руках, а затем снова к вампиру. — О, всем понемногу. Садоводством и прочим... слежу за тем, чтобы мои овцы были здоровы, — ответила она. В ее голосе сквозил неприкрытый сарказм. Она опустилась на колени, чтобы аккуратно посадить стебель в нескольких сантиметрах от остальных. Она не торопилась, действуя нарочито медленно, чтобы еще больше подчеркнуть свои слова, и тщательно утрамбовывала влажную землю вокруг стебля. С тихим вздохом она поднялась на ноги лишь для того, чтобы увидеть двух мужчин, недоверчиво вскинувших брови. При виде этого Наоми не смогла сдержать смех. — Что? — спросила она, качая головой. — Сами спросили. — Мужчины синхронно покачали головами, и до нее донесся их тихий, низкий смех. — А вы чем занимались? От вас не было ни слуху ни духу с тех пор, как вы так поспешно ретировались, — продолжила она, отряхивая руки от остатков земли. Она просто не могла отказать себе в удовольствии припомнить им тот стремительный побег. Она посмотрела на них со спокойным выражением лица и слегка повернулась, приглашая их на неспешную прогулку за разговором. — Мы надеялись на иной исход, — начал Владимир, пока они бесцельно брели сквозь лесную чащу. На языке Наоми вертелось колкое замечание, но она прикусила губу, сдержавшись. — Нам нужно было время, чтобы проветрить головы, — продолжил Стефан с многозначительной улыбкой, — но мы кое-чему научились. Наоми кивнула: очевидно, если уж она заметила страх в глазах Аро, от них это тоже не укрылось. — К тому же, они уже разгребли весь этот бардак с армиями новорожденных, — добавил Владимир, и в его тоне явно слышалось разочарование. — Должно быть, это было весьма занятное зрелище, — в голосе Стефана смешались радость и горечь от упущенной возможности увидеть, как их заклятые враги терпят бедствие. Наоми тихо хмыкнула, кивая, чтобы показать, что внимательно слушает. Несколько секунд они шли в молчании. Она вслушивалась в звуки природы вокруг, купаясь в той ауре превосходства, которая окутывала идущих рядом с ней мужчин, а затем снова перевела на них взгляд. — Несколько лет назад я снова навещала Карлайла. Пока что они остановились у клана Денали, — начала она, завладевая вниманием спутников. — К этому времени Ренесми уже должна стать взрослой. Думаю скоро навестить их снова, мне искренне любопытно, — добавила она и тихо рассмеялась. Она сунула руки в карманы брюк, расслабляя плечи. Ее взгляд устремился к верхушкам деревьев; алые глаза блуждали по листве, пока она делала глубокие вдохи, просто наслаждаясь моментом. Стефан понимающе хмыкнул, и Наоми была уверена: они оба мысленно взяли гибрида на карандаш. Хоть этот вид и не представлял для них особого интереса, они никогда не упускали возможности собрать побольше информации. — А как поживают ваши... «знакомые»? — Наоми посмотрела на мужчин справа от себя, изобразив пальцами в воздухе кавычки, и снова спрятала руки в карманы. — Все еще ведут активную вербовку? Они не спешили с ответом, а Наоми и не настаивала: в конце концов, отчитываться перед ней они были не обязаны. — Ведут. Правда, им пришлось разделиться, чтобы не вызывать лишних подозрений, — ответил Владимир, понизив голос, словно опасаясь чужих ушей. Почему-то Наоми вдруг охватило волнение. Именно в этот момент в ее голове созрела мысль. Она давно собиралась задать им один вопрос при первом же удобном случае, и эта ситуация подходила как нельзя лучше. Не уверенная, стоит ли вообще спрашивать и готова ли она услышать ответ, она тяжело вздохнула. Ее ухо уловило отдаленные звуки ее поселения, и она опустила взгляд на землю перед собой. Ее беспокойство не осталось незамеченным — оба мужчины внимательно наблюдали за ней. Они переглянулись, а затем снова перевели взгляд на женщину. У нее не было причин нервничать в их присутствии, особенно после того, как она узнала, что они считают ее другом. Они синхронно, словно по отрепетированной команде, прищурились — и именно в этот момент Наоми снова посмотрела на них. Почувствовав себя пойманной с поличным, она нервно рассмеялась, прочистила горло и поняла: отступать некуда. Нужно было либо спросить и удовлетворить свое любопытство, либо на ходу сочинять правдоподобное оправдание своему поведению. Слегка покачав головой, она отмела второй вариант как невозможный. Сделав еще один глубокий вдох, она попыталась собрать в кулак всю необходимую уверенность. На секунду прикрыв глаза, она остановилась, так и не решаясь поднять на них взгляд. — У меня есть вопрос, который не дает мне покоя уже довольно долгое время, — начала она. От серьезного тона ее голоса мужчины нахмурились, но продолжали молча наблюдать за ней. — И я прошу вас ответить предельно честно, пожалуйста. — Закончив фразу, она посмотрела на них. Поняв, что тема для нее действительно важна, они лишь кивнули, ожидая продолжения. Наоми сделала несколько коротких вдохов, отчаянно пытаясь не растерять остатки смелости. Стефан слегка склонил голову, всем своим видом выражая терпение. Владимир чуть прищурился: ему было интересно, что именно она хочет узнать, и он не мог до конца скрыть любопытство в глазах. — Почему... — начала она, но голос слегка дрогнул. Усилием воли она перевела взгляд на случайное дерево слева от себя, медленно выдыхая, чтобы хоть как-то снять внутреннее напряжение. Она зажмурилась на долю секунды, пытаясь сосредоточиться. — Почему именно я? — повторила она, и уверенность снова вернулась к ней. — Тогда я не могла этого знать, но теперь... после всего, что я о вас узнала, видя, как другие воспринимают вас и как ведут себя в вашем присутствии, я задаюсь этим вопросом. Она на мгновение замолчала, сглотнула и снова судорожно вздохнула. — Дело не в моем даре — вы ведь о нем не знали, к тому же вы отвергали и других. Я... я... — выдохнула она, чувствуя, как внутри нарастают смятение и отчаяние. — Я не понимаю. Почему я? Ее слова прозвучали не громче шепота. В глазах плескалось отчаяние, смешанное с целым вихрем других эмоций. Ей хотелось добавить что-то еще, рассказать о своих наблюдениях, но она не находила слов. Не дождавшись ответа, она мельком взглянула на них. Наоми заметила, что они застыли, словно изваяния, но упустила тот момент, когда мужчины переглянулись. — Знаете что, это был дурацкий вопрос. Забудьте, — поспешно бросила Наоми, отмахнувшись, мысленно ругая себя за то, что вообще начала этот разговор. Бормоча про себя невнятные проклятия, она отвернулась, собираясь уйти, но чужой голос заставил ее замереть. — Значит, ты заметила, — произнес Стефан. Его голос звучал непривычно спокойно. Наоми осталась стоять на месте, так и не обернувшись. Она смотрела в землю, судорожно теребя руки, чтобы хоть как-то унять нервы. — Возможно, пришло время рассказать тебе, — добавил Владимир, переводя взгляд с брата на нее и обратно. Услышав это, Наоми повернулась и перехватила их многозначительные взгляды. На долю секунды она усомнилась, действительно ли хочет знать правду. — Наши жены... — Стефан запнулся, сделав тяжелую паузу, чтобы справиться с нахлынувшими воспоминаниями, — были очень близки с одной девушкой из младшей стражи. Они были почти неразлучны. Улыбка скользнула по его губам, и из груди вырвался горький смешок. Наоми было больно видеть, как они заново переживают эти моменты, но она понимала, насколько это важно, и поэтому хранила молчание. — Она была необычной. Никакая не воительница, не созданная для битв... Я даже не знаю, как она вообще попала в наш клан, — продолжил Владимир, устремив отсутствующий взгляд куда-то вдаль. — Благодаря их дружбе она всегда была рядом с нами и быстро заслужила уважение, — Стефан посмотрел на стоящую перед ним женщину, а затем вновь окинул взглядом лесной пейзаж. — Со временем она привыкла к нашему присутствию, а мы привязались к ней. У нее было открытое сердце, она никого не осуждала, но искренне заботилась об окружающих. Она умела успокаивать чужие души, — пояснил Владимир, возвращая взгляд к Наоми. Какая-то мысль заставила его весело фыркнуть. Стефан протяжно вздохнул и расправил плечи. — Она погибла во время первого нападения Вольтури. Вместе с моей женой, — его слова прозвучали едва громче шепота, но даже простое упоминание о том, как он потерял свою возлюбленную, заставило его яростно зарычать сквозь зубы. — Когда мы впервые увидели тебя, мы не поверили своим глазам. Ты точная ее копия. Мы ничего не могли с собой поделать — нам просто необходимо было с тобой заговорить, — продолжил Владимир с нечитаемым выражением лица. — У тебя та же заботливая душа, та же успокаивающая и беззаботная манера говорить. И мы поняли, что обязаны присматривать за тобой, — сказал Стефан, и на его губах расплылась усмешка. — Хотя в тебе есть и нечто свое. Твой сарказм и привычка огрызаться весьма забавны, не говоря уже о твоей любви к своим «крестьянам». — Владимир легко рассмеялся; в его словах не было ни капли осуждения. Наоми дышала ровно, стараясь переварить услышанное. Она медленно кивала, продолжая размышлять. По крайней мере, теперь она знала причину их особого к ней отношения. Но ее мучил вопрос: была ли она для них лишь живым воплощением старой подруги, потому что они так и не смогли отпустить прошлое? — Как ее звали? — тихо, но с нескрываемым любопытством спросила она, понимая, что ступает на зыбкую почву. — Ана, — без малейшего промедления ответил Владимир, словно этим воспоминаниям не было тысячелетий. Наоми снова кивнула и опустила глаза к земле, пытаясь упорядочить мысли. — А я... — начала она, снова делая вдох, чтобы унять нервную дрожь, — я для вас всего лишь живое напоминание о прошлом? Потому что я — не она. Я — это я. Она начала активно жестикулировать, пытаясь отстоять свою независимость, но ее прервал тихий смешок — в нем не было веселья, зато слышалась пугающе искренняя забота. — Нет, это не так, — ответил Стефан. Выпрямившись, он слегка повернулся к своему соратнику. — Сходство с ней — лишь то, что привлекло наше внимание. Но это вовсе не та причина, по которой мы продолжаем тебя навещать. — Уж поверь нам на слово, ты сильно от нее отличаешься, и тем не менее... — Владимир на мгновение замолчал, его губы дрогнули в веселой полуулыбке от очередного воспоминания, — к тебе мы привязались так же быстро. Повисла многозначительная пауза. Наоми могла лишь широко распахнутыми глазами смотреть на стоящих перед ней мужчин. Какое-то время никто не двигался и не произносил ни звука. Когда же осознание окончательно укоренилось в сознании Наоми, на ее губах расцвела теплая, полная облегчения улыбка. Что-то внутри подмывало ее отпустить дерзкий комментарий, но на этот раз она сдержалась. — Так вот почему вы так себя вели, когда отпугнули Джона? — осторожно спросила она, пытаясь осознать всю глубину их опеки. Мужчины усмехнулись, вероятно, вспомнив, как тот кочевник улепетывал в животном ужасе. — Мы бы никогда не позволили какому-то кретину докучать тебе. И уж тем более за тобой ухаживать, — как само собой разумеющееся заявил Владимир, ни капли не раскаиваясь в том, как он тогда с ним обошелся. — Мы присматриваем за тобой, сестренка, — с деланной гордостью добавил Стефан. От этих слов улыбка на лице Наоми стала еще шире. — Ну, в таком случае я даже не знаю, сочтете ли вы хоть кого-нибудь достаточно хорошим для меня, — сказала она. Наоми пожала плечами, стараясь выглядеть невозмутимо, но не смогла скрыть предательски поползшую по лицу ухмылку. Стефан шагнул немного ближе; в его глазах блеснуло лукавство, и он выразительно вскинул брови. — Не забывай, что ты сама умоляла, чтобы кто-нибудь указал ему его место, — констатировал он с явной усмешкой в голосе. Наоми скрестила руки на груди. — Я не умоляла, — надулась она, глядя на вампира сквозь прищуренные ресницы. — Я и сама была прекрасно способна с ним разобраться, — добавила она, вздернув подбородок в знак доказательства, но добилась лишь еще более снисходительных улыбок. — Ну разумеется, способна, — поддакнул Стефан, хотя даже сама Наоми не верила своим словам. Трое вампиров продолжили свою неспешную прогулку по лесу, приближаясь к стоянке людей неподалеку. Девушка слегка повернулась к ним, чувствуя себя такой беззаботной, какой не была уже много лет. — Какие у вас планы? — на ее лице сияла теплая улыбка, руки покоились в карманах, пока она лениво шагала рядом с ними. К удивлению Наоми, первым ответом на ее вопрос стало тихое, глухое рычание. Нахмурившись, она повернулась к его источнику. — Нам придется переждать очередной охотничий рейд, прежде чем мы сможем снова начать действовать в полную силу, — мрачно ответил Владимир. В каждом его слове сквозило отвращение. Наоми несколько раз моргнула. Они часто и свободно говорили о постоянных погонях, в этом не было ничего нового, но обычно эти «сезоны охоты» были настолько предсказуемы, что работали с точностью швейцарских часов. Услышать, что теперь они буквально ждут, когда на них начнут охотиться, ей довелось впервые. — Насколько они задерживаются? — пробормотала она. — Прошло уже больше ста лет с их последнего визита, — ответил Стефан; его голос слегка исказился от этой мысли. — Либо они об этом забыли — что крайне маловероятно, — либо их цепной пес занят чем-то другим. — Когда эти слова слетели с его губ, на лице отразилось злорадное веселье. Наоми непроизвольно вздрогнула при упоминании ищейки Вольтури и тут же вспомнила о куда более проблематичной ситуации, в которой оказалась сама. Мало того, что сами Вольтури будут против этой связи, так еще и эти двое — ее друзья — вряд ли ее одобрят. «Братья», — напомнила она себе. И, несмотря на весь негатив, закрадывающийся в ее разум, она не смогла сдержать улыбку при мысли о том, что внезапно обзавелась двумя поддерживающими, но гиперопекающими братьями с чрезвычайно вспыльчивым нравом, чьей репутации боялась большая часть их собственного вида. — Они не заставят себя долго ждать. Нам, пожалуй, лучше уйти, — произнес Стефан, с гордо поднятой головой разминая мышцы. — Мы бы не хотели привлекать к тебе лишнее внимание. Они используют любую мелочь в своих интересах, — тихо добавил Владимир. Его челюсти сжались, пока взгляд сканировал окружающий пейзаж. Наоми нервно усмехнулась. — О, за меня не беспокойтесь. Что им вообще от меня нужно? — она одарила их натянутой улыбкой, стараясь, чтобы это прозвучало как можно более беспечно, но знала: этих двоих переубедить не удастся. Они уже все для себя решили, и никто не смог бы заставить их думать иначе. Снова пообещав вскоре вернуться, древние вампиры откланялись. Они скрылись в том же направлении, откуда и пришли, а Наоми еще какое-то время стояла на месте, позволяя всему услышанному уложиться в голове. Она долго стояла неподвижно. Звуки удаляющихся шагов давно затихли. Со счастливой улыбкой на лице она уже собиралась уходить, как вдруг ее внимание привлек шум, донесшийся совершенно с другой стороны. Улыбка мгновенно исчезла. Она до предела обострила свои чувства, но осталась стоять на месте. Кем бы ни был этот незнакомец, если он продолжит идти тем же курсом, то неизбежно столкнется с ней раньше, чем доберется до ее людей. Наоми выпрямилась и, делая глубокие, размеренные вдохи, принялась терпеливо ждать появления очередного вампира.