Красная королева Севера

      

Винтерфелл. 297 г. от З.Э.

      Праздник Урожая, сколько помнил себя Робб, никогда не был ярмаркой невест. Отец всегда говорил, что знаменосцы съезжаются после сбора урожая решать важные дела, судить споры и готовиться к зиме. Но сейчас… сейчас, казалось, самым важным делом для всех стало пристроить своих дочерей и внучек.       Накануне вечером отец и матушка завели с ним разговор о том, какой он хочет видеть свою будущую леди. А Робб не знал. Он был готов взять в жены ту, на кого укажут родители ради укрепления дома, но от бесконечного списка имен голова шла кругом. Это были не обычные визиты лордов — как шесть лет назад, когда лорд Карстарк просто предлагал своей дочери Алис потанцевать с ним. В этот раз все будет иначе.       Приедут средние дочери леди Мормонт, Джорель и Лира — с ними Роббу было бы куда интереснее скрестить мечи во дворе под надзором сира Родрика и их старших сестёр Дейси и Алисанны, чем вести светские беседы. Будут и прекрасные внучки лорда Мандерли: старшая Винафрид, правильная и строгая, как Санса, и взбалмошная, острая на язычок Вилла, красящая волосы в зеленый цвет на тирошийский манер. Возможно, приедет Алис Карстарк или кто-то из дочерей Большого Джона Амбера — Робб даже представить не мог, как выглядят дочери такого гиганта. Мира Рид? Он понятия не имел, о чем говорить с дочерью отцовского друга. Мира Форрестер сейчас в Хайгардене, как писал лорд Грегор отцу, да и дом их, как говорил мейстер Лювин на уроках, хоть и верный, но не так влиятелен. Элейна Гленмор уже помолвлена с Родриком Форрестером, а Гвин Уайтхилл, как слышал Робб, душой и сердцем принадлежала брату Родрика, изгнаннику Ашеру. И, Боги, только не старшая сестра друга Робба и Джона, — Клея Сервина, — Джонелла, которая немного младше матушки и отца, которую лорд Меджер всё ещё не выдал замуж. Остальные дочери отцовских знаменосцев были ему совсем не интересны и годились в младшие сестры как, например, Эддара Толхарт.       А еще там будет дочь лорда Болтона… Последний раз они виделись восемь лет назад, когда в Винтерфелле праздновали победу над железнорожденными. В тот день шестилетний Робб впервые познакомился с Теоном — тоскующим по дому мальчишкой, потерявшим старших братьев. Именно тогда дочь лорда Болтона и её брат-близнец предложили всем детям сыграть в прятки.       Белла со смехом заявила, что того, кто проиграет, заберут одичалые за Стену и сожгут их игрушки. Сначала она честно пыталась играть в куклы с другими леди, но ей быстро стало скучно. Зато она с умилением возилась с трехлетней Сансой, угощая её непонятно откуда стащенным яблоком и вишневым пирожным (предварительно спросив разрешения у леди Старк). У Беллы был звонкий, словно созданный для пения голос. Но её призрачно-серые глаза на бледном, обрамленном черными волосами лице до смерти пугали септу Мордейн. Она смотрела на восьмилетнюю девочку как на упырицу, но сказать что-либо поперек воли столь же бледного лорда Болтона не смела.       Выпросив у родителей разрешения уйти во двор, Белла назначила своего брата Домерика водить в прятках. Робб помнил, как она жаловалась, что брат вечно зовет её играть в короля Эйгона и королеву Висенью, заставляя махать деревянным мечом, тогда как ей хочется просто кататься на пони. К Теону Белла отнеслась с нескрываемым любопытством, засыпав его бестактными вопросами: каково это — плавать на кораблях? Все ли они там пираты? И почему их Бог зовется Утонувшим — его что, утопили злые дяди за то, что он срубил чардрево? А к Джону она отнеслась абсолютно спокойно, как к любому другому ребенку, не обращая внимания на его статус.       Робб вспомнил, как она расспрашивала о новорожденной Арье, обещая, что когда леди Бетани родит им с Домериком брата или сестру, она будет защищать малыша и мечом, как королева Висенья, и словом.       Робб тяжело вздохнул. Интересно, какой она стала за эти восемь лет? Ведь вскоре после того пира леди Болтон умерла после родов. Наверняка это горе изменило ту озорную девочку с призрачными глазами, которая совсем не пугала Робба, несмотря на жуткое знамя и мрачную историю её дома, которой Старая Нэн пугала всех непослушных детей в Винтерфелле.       — Эй, Старк, тебя что, собрались женить на дочери кого-то из Кроулов, Магнаров или Стейнов, раз твоё лицо такое, будто ты долго жевал кислолист? — смеясь, спросил Теон, заходя в покои Робба.       При упоминании камнерождённых Робб прыснул:       — Упаси Старые Боги, нет, Теон! Матушка скорее отправит меня в септоны и заставит мыть полы в её септе, чем позволит дикарке со Скагоса сидеть со мной по правую руку!       Теон сел на сундук и, глядя на оживившегося друга, при этом вращая кинжал, разговорился:       — Тогда кто достойна того, чтобы стать твоей милой женушкой? Мы со Сноу поспорили на дополнительную кружку эля, пока ты говорил с лордом и леди Старк, что лорд Эддард будет колебаться между какой-то из Мандерли или Болтоншей и девчонкой Карстарка. Будь я на твоём месте, то выбрал бы Виллу Мандерли — девка и сострить сможет до хохота, и верна твоему дому, и с фантазией, вон, волосы красит. Насчет Болтонши — судя по тому, как она вела себя восемь лет назад, там сплелись холод Дредфорта и необузданность Родников. Интересно, какая она сейчас, хотя у неё же брат менестрель из Долины и один из лучших наездников на Севере, к тому же побывал на турнире в честь двенадцатых именин принца Джоффри. Помнишь он на краткое время заезжал несколько лун назад, чтобы побывать на Юге и встретиться там с Робаром Ройсом, Гарри Хардингом и Микелем Редфортом? А что до Карстарк — брось, ты получишь взрослую Арью, только с тремя братьями, готовыми устроить тебе буйные пояснения, почему нельзя обижать их сестричку.       — Да, Домерик забавный парень, во время его приезда Санса смотрела на него так, будто он Флориан из песни о Джонквиль, а Бран только и слушал про то, как он бился против горных кланов Лунных гор и общался с дядей моей матери, сиром Бринденом. И с чего же это ты и Джон ставите на то, кто станет моей женой, будто это турнир? — слегка возмущенно спросил Робб. — И вообще, не стоит плохо говорить о Болтонах, или ты хочешь поехать изучить казематы Дредфорта? Я думаю, что сестра Домерика, повзрослев, будет такой же красивой. Домерик говорил, что их тётушка, леди Дастин, была возлюбленной дядюшки Брандона, будучи тогда младшей сестрой их матери как Рисвелл, но он не смог жениться на ней из-за договорённостей моих дедушек. Кажется, я теперь понимаю, почему леди Дастин с таким холодом всегда смотрит на матушку, — это заставило Робба вспомнить, почему отец был задумчив, когда говорил о дочери лорда Русе.       — О, так это семейная история, дружище. Значит, кровь Рисвеллов столь горяча, что из-за неё мужчины теряют голову! Наверное, как и с твоей тётей Лианной, — заметив вспышку в голубых глазах Старка, Грейджой оборвал свои сравнения, увидев сжатые кулаки у наследника Винтерфелла. — Прости, я не хотел оскорбить память твоей тёти, — Грейджой сглотнул. — Ну, будь осторожен, Старк. Сноу поставил на дочь Амбера и на Мормонт, сказав, что жена Амбер даст мне по голове, кинув за плащ снежок, а Мормонт припомнит, почему они получили свой остров от твоего дома.       — С такими ставками меня тогда украдёт одичалая, чтобы сделать меня мужем, как говорил дядюшка Бенджен! Завтра прибудут гости, а я тут как король Торрхен гадаю, преклонять колени или нет из-за того, что будут говорить обо мне! — Робб беспокойно вскочил с кровати и начал ходить туда-сюда.