110

      «Он не выходил из здания, – звучит голос Лу Гуана в голове. – Твоя задача – просто определить его местонахождение на закрытой территории. Это так сложно?»       Сяоши вздыхает. Да что он понимает, если здесь вообще хрен знает, что происходит?.. Казалось бы – просто маньяк, просто массовое убийство, однако ни одного трупа так и не нашли. Камеры просто показывали, как неизвестный мужчина заходил в каждую из комнат отеля с одним человеком, а выходил уже один. В номерах нет камер, и это сейчас очень некстати. Полиция не нашла ни людей, ни тел. Вообще ничего. Сотрудники отеля тоже исчезли. Неизвестный мужчина, еще немного погуляв по пустому отелю, просто пропал из поля зрения. Должно быть, оказался в слепой зоне камер, но здание не покидал.       И вправду. Единственная задача Сяоши – найти его и, по возможности, пропавших людей.       И вот он здесь. Посреди какого-то роскошного праздника, где собрались, наверное, все постояльцы. Золотом блестит шампанское в бокалах, блестят занавески серебристым дождиком, а роскошные женские платья утопают в пестроте друг друга, смешиваясь в одну огромную яркую кучу. Мужчины все в смокингах и рубашках – все одинаково черно-белые. Тот неизвестный был в толстовке. Сяоши думает, что найти его не составит труда, однако сколько бы он ни искал его взглядом, все равно натыкался лишь на накрахмаленные воротнички и золотые зубы в чей-то киношной улыбке.       Звучит фортепиано.       А Лу Гуан бесится. Не только потому, что Сяоши слепой и, похоже, тупой, но еще и потому, что так и норовит присоединиться к какой-нибудь компании барышень с бокалами просекко. И в себя влить пару бокалов. А что он тут просто так время тратит?..       «Не занимайся ерундой, – говорит Лу Гуан. – Помнишь, как выглядела первая жертва? Девушка в красном платье. Следи за ней».       Сяоши закатывает глаза. Отвечает:       «Да тут этих красных платьев штук сто!»       Лу Гуан не отвечает. Ну да, сказать нечего? Нашелся тут умник…       Сяоши все же берет бокал шампанского, любезно предложенный официантом. На вкус как горькая газировка. И эффект как от газировки. Сяоши морщится от одного глотка и думает, что вот эта вся западная ерунда… Вздыхает. Вливает в себя шампанское залпом.       Оглядывается.       «Вот сейчас! – говорит Лу Гуан. – Левее!.. Это право, твою мать, в другую сторону! Быстрее».       Мужик в черной толстовке. Нашелся! И он действительно берет под руку девушку в красном платье и уводит прочь с праздника. Сяоши стартует за ними, однако стараясь не выдать себя раньше времени.       Музыка смолкает, когда он оказывается в коридоре. Первый этаж. Сто десятая комната. Сяоши помнит это, потому что в этой комнате, судя по записям с камер, было совершенно первое убийство. Или похищение. Или хрен знает что. Сяоши сразу же направляется в нее, обгоняя мужчину с девушкой, сворачивая за угол.       Комната оказывается не заперта, а внутри, как и все вокруг, пестрит золотом. Обои здесь красные с золотыми узорами, кровать прямо кинг-сайз – с красными подушками. Сяоши оглядывается и выбирает между кроватью и шкафом.       Останавливается на шкафу.       Сквозь щель между дверьми видно, как в комнату вплывает сначала девушка, сливаясь красным платьем с обоями, а потом входит мужчина. Сяоши задерживает дыхание.       Ну неужели опять придется наблюдать убийство?..       Девушка весело хихикает.       Мужчина приобнимает ее за плечи.       Девушка разворачивается к нему лицом.       Мужчина наклоняется к ее уху.       Девушка замирает.       «Лу Гуан?.. Это…»       А Лу Гуан предательски молчит.

***

      – Эй?..       Сяоши почти вплотную подходит к девушке, смотрит ей в ничего не выражающее лицо и пытается докричаться. Глядит в глаза, а те стеклянные. Девушка даже не моргает. И, кажется, не дышит. Кажется…       Сяоши подносит ладонь к ее губам и не чувствует дыхания.       Девушка стоит посреди комнаты, так и замерев в одной позе. Подол платья приподнимается на пару сантиметров, задирается вверх и не опадает. Пряди, выбившиеся из прически, торчат в разные стороны и напрочь игнорируют гравитацию.       Сяоши трогает девушку за плечо, и она, разумеется, не реагирует.       Сяоши вообще ничего не понимает.       «Что с ней?..» – спрашивает он.       Лу Гуан в ответ только усмехается. И вопросом на вопрос:       «Откуда я должен знать?»       Сяоши тушуется. От девушки отходит, но взгляд отвести не в состоянии – она кажется такой живой, но мертвой одновременно… создается нехилый диссонанс. Как будто бы она просто…       «…замерла во времени».       «Ладно, – говорит Лу Гуан. – Сделаем вид, что все нормально. Не дай маньяку сбежать, он сейчас наверняка ищет следующую жертву».       Сяоши вздыхает. И то верно… все же, они здесь для того, чтобы найти преступника, а остановить убийства Сяоши не имеет никакого права. Или все же не убийства… Что вообще происходит?       В целом, они и не с таким сталкивались. Все же, если у него самого есть сверхспособности, то почему бы им не быть у этого мужика? Вот только Сяоши не совсем понимает принцип работы этой способности…       «И долго ты стоять собираешься?»       Лу Гуан звучит устало. И как-то раздраженно, хотя они еще даже не начали… Но все же, Сяоши слушается и идет к двери. Выходит в коридор, обернувшись в последний раз на девушку, и наконец бежит. Обратно на праздник, обратно в золото, к музыке…       Но музыки нет. Голосов тоже не слышно. Сяоши замедляет шаг, когда оказывается в зале. Золото в шампанском, на люстре и занавесках. Но не в зубах и не на платьях, потому что… людей нет.       Вообще никого.       «Лу Гуан?..» – снова зовет Сяоши.       Тот долго молчит. Настолько, что Сяоши даже пугается: вдруг связь прервалась?..       В конце концов Лу Гуан подает голос:       «…этого нет на камерах. Здесь должны быть люди».       Сяоши хмыкает.       «Но их нет».       «Я вижу».       «И… что делать?..»       Лу Гуан снова замолкает надолго, и Сяоши это, честно, уже начинает бесить. Он зовет его снова. И еще раз. Уже почти кричит – даже не в мыслях, а прямо вслух. А он…       «Так… ладно. Кажется, мы имеем дело с еще одним “одаренным”. Должно быть, это просто способность. Что-то вроде… галлюцинаций? Ты не видишь людей, но прямо сейчас, когда я смотрю на эту запись, я их вижу, однако не вижу в ней тебя. Похоже на какую-то петлю. Возможно, ты с этими людьми вообще в разных эм… реальностях?»       «Чего?..» – только и спрашивает Сяоши.       Лу Гуан тяжело вздыхает. Ну да, наверное, Сяоши опять задал тупой вопрос, но он имел в виду… «чего» не в смысле «я не понимаю, что ты говоришь, потому что я идиот», а в смысле «это звучит как бред, и возможно, ты идиот».       Разные вещи.       «Осмотрись», – командует Лу Гуан.

***

      Мужчина в смокинге. В глазах – стекло. Они, пустые, смотрят в никуда, и Сяоши уже даже не пытается его позвать. Рядом в воздухе висят очки.       На этот раз он решает проверить пульс. Пытается найти его на запястье, потом на шее, а в конце концов прикладывает ладонь к чужому сердцу. Ни-че-го.       «Проверь другие комнаты, – говорит Лу Гуан. – У меня есть одно предположение…»       И Сяоши слушается. Однако… он-то слушается, а вот ноги – нет. Дрожат. Не хотят идти. Сердце начинает стучать чуть быстрее. Хотя это и всего лишь миссия… И даже если он может вернуться в любой момент…       В следующей комнате пожилая женщина в роскошном платье замерла с улыбкой на морщинистом лице.       В следующей – девушка застыла, падая.       В следующей – мужчина с бокалом шампанского и парой брызг от него, висящих в воздухе.       В следующей…       «Ладно, хватит, я понял, – говорит Лу Гуан. – Возможно, он каким-то образом перемотал время на то, когда все уже случилось, и сейчас…»       «Лу Гуан…»       Сяоши делает шаг назад. Не совсем верит в то, что видит. Ноги дрожат сильнее, сердце делает кульбит. Сяоши прикусывает губу. Глядит на себя.       На свои пустые глаза и гримасу застывшего ужаса на лице. Как игнорирует гравитацию одежда и волосы, как тело неестественно клонится вниз, как…       – Твою мать…       Лу Гуан как будто тоже замирает. Но все же говорит:       «…возвращайся!»

***

      Хлоп!       – Что это было?!       Лу Гуан сидит на диване. Пялится в телефон, а глаза его светятся ярко-синим. Молчит. Сяоши негодует.       Сердце все еще стучит быстрее обычного, хотя казалось бы…       У Лу Гуана глаза становятся нормальными.       Он вздыхает. Поднимает взгляд.       – Это очень странная херня… – тянет Сяоши, падая на диван рядом. Зачем-то кладет голову Лу Гуану на плечо и тоже смотрит в телефон. Просто запись с камеры. Ничего необычного. А то, что внутри…       – Я все еще не совсем понимаю, как работает его способность, но в следующий раз тебе нельзя попадать под ее влияние. Попробуй просто дождаться, пока он «убьет» всех и проследить за ним уже после, – говорит Лу Гуан.       Сяоши хмыкает. Говорит:       – Не хочу. Хочу чай.       Лу Гуан вздыхает.

***

      И снова вокруг золото. Снова фортепиано и шампанское, куча людей и пестрые платья.       На этот раз Сяоши просто садится за барную стойку и ждет. Шампанское… выглядит заманчиво, поэтому Сяоши цедит его уже минут десять, пока смотрит на то, как с мужчиной в толстовке уходит сначала девушка в красном, потом какой-то парень, потом пожилая женщина…       – Добрый вечер.       Сяоши вздрагивает.       «Не спались», – напоминает Лу Гуан.       Мужчина в толстовке садится на стул рядом с Сяоши, усмехается, подпирает щеку ладонью и глядит на него так пронзительно, что Сяоши становится неуютно. Он только неуверенно кивает.       Мужчина продолжает:       – Почему такой красивый парень сидит один?       Сяоши аж передергивает. Почему-то хочется смеяться – истерично. Этот маньяк… с этой милой улыбочкой… Да это же!..       – Я ведь знаю, что тебе нужно, – говорит мужчина. – Я знаю, что твои родители тебя бросили. Я знаю, что у тебя долги. Я знаю, чем ты занимаешься, чтобы их выплатить. Я знаю все, Чэн Сяоши.       Сяоши забывает дышать.       Что?       – Плачу тысячу за милую беседу в сто четырнадцатой комнате, – Мужчина снова усмехается. – Но ты не думай ничего ужасного. Просто… поговорим.       А Сяоши глядит на него так ошалело, что это только сильнее раззадоривает маньяка. И он улыбается все шире. И пододвигает стул ближе, заглядывая Сяоши в лицо.       Он вздрагивает. Резко дергается назад, сбивая локтем бокал, и тот с громким звоном падает на пол, разлетаясь вдребезги.       Наверное, надо мыслить рационально… Наверное… Может, правда пойти с ним, и тогда он узнает, как… А если…       «Лу Гуан! Че опять за херня?!»       «Я не знаю. Беги. Ты помнишь, что было в прошлый раз. Скорее всего, если он… ты… ты не вернешься».       Сяоши вскакивает на ноги. Конечно, не надо привлекать внимание и все такое, но он бежит. Куда-нибудь… где есть дверь с замком.

***

      Ну класс. Просидеть всю миссию в туалете – очень весело. Зато на двери есть защелка, а это уже что-то. Разумеется, Сяоши не совсем идиот, чтобы прятаться в одном из номеров.       «Слушай, Гуан… – начинает он. – Он сказал, что “знает, чем я занимаюсь, чтобы закрыть долги”. Это значит… ну… как думаешь, он понял, что я из будущего?..»       «Я уже ни в чем не уверен», – отвечает Лу Гуан.       «Хреново…» – вздыхает Сяоши. Залезает на унитаз с ногами, садится на бачок. Подпирает голову ладонями. И сколько ему вообще тут торчать?..       Но Лу Гуан начинает:       «Мы все еще можем отказаться от этой миссии».       Сяоши только качает отрицательно головой.       «Он… слишком опасен. Прикинь, что будет, если его не найдут? Сколько жертв?.. Да и я не думаю, что полиция справится с его способностями».       Лу Гуан вздыхает.       «Да, но не надо жертвовать собой. Если ты привык к тому, что в чужом теле ты неуязвим, то сейчас ты – это ты. Если умрешь или он тебя во времени заморозит, то это, скорее всего, уже навсегда».       «Да всего лишь не надо попадаться! – усмехается Сяоши. – Как будто бы мы раньше подобное не проворачивали…»       Мысли прерывает скрип двери. Сяоши прекрасно понимает, что кто-то просто зашел по нужде, но все равно почему-то задерживает дыхание. Шаги приближаются к его кабинке. Дверь дергается, но не открывается. Сяоши ждет, что этот человек просто откроет другую, однако…       – Ну нельзя же вечно прятаться.

***

      Хлоп!       Ничего.       Хлоп!       Снова.       Кафельная плитка, пластиковая дверь и чужое дыхание за ней никуда не исчезают. Вместо этого слышится смешок.       – Бесполезно.       На секунду перехватывает дыхание. Сяоши еще раз хлопает в ладоши. Безрезультатно.       «Это как?! Почему?..»       Зато Сяоши все еще слышит Лу Гуана, и это знатно придает храбрости. Он ведь знает, что делать в такой ситуации? У него ведь есть план?..       «Так… – тянет он. – Спокойно. Попробуй сбежать».       Сяоши хочет возмутиться, однако ему не дает голос из-за двери:       – Что, твой гениальный дружок не может ничего придумать? – Он усмехается. Снова. – Так даже веселее.       И снова дергает дверь. На этот раз с такой силой, что она скрипит и грохочет, а болтики сотрясаются в петлях, норовя выпасть. Сяоши оглядывается. Набирает в грудь побольше воздуха. Да… нельзя паниковать.       Если попробовать…       Сяоши встает ногами на крышку унитаза. Перешагивает на скользкий керамический бачок. Хватается за верхнюю стенку кабинки одной рукой, другой – отталкивается от стены. Подтягивается. Вдох.       Сяоши приземляется на пол в другой кабинке. Распахивает дверь и, только бросив взгляд на маньяка, все еще держащегося за ручку, вылетает из туалета.       «Можно предположить, что его силы работают только в пределах отеля. Так что просто выйди на улицу», – говорит Лу Гуан, и Сяоши слушается.       Бежит по коридору. Взглядом цепляется за золото и красный цвет, теперь кажущийся каким-то зловещим. В зале, где проводился праздник, снова никого не оказывается. Это очередной сбой в реальности или он просто уже всех убил?..       Двери здесь не автоматические, как во всех нормальных отелях, а огромные и деревянные, как в каком-нибудь замке. Тяжелые. Однако оказывается не заперто, и Сяоши даже удивляется. Распахивает дверь.       – О…       Пустой красный коридор с мигающими желтыми лампами встречает его снова. Множество дверей по его стенам. Номера… сто десять, сто одиннадцать, сто двенадцать…       «Ладно, кажется, это временная петля или что-то вроде того», – говорит Лу Гуан.       «И что делать?..»       «Обычно в таких аномалиях есть какая-нибудь “сломанная” зона, через которую можно выбраться в реальность. Поищи ее».       Сяоши только обреченно вздыхает.       «Где?»       «Я не знаю. Места бывают не очевидные. Проверь комнаты».       Сяоши медлит пару секунд, прежде чем открыть первую дверь. За ней, разумеется, разумеется, очередная барышня в пышном платье, застывшая во времени.       Сяоши проходит в комнату. Девушку уже не трогает, потому что знает – бесполезно. Мельком оглядывает кровать, даже заходит в ванную, глядит в окно. За ним – абсолютно обычная улица. Звезды сияют в ясном небе, и луна полная – глядит пронзительно, но так… недосягаемо. Сяоши открывает окно. Прохладный ночной воздух тут же ударяет в лицо, и Сяоши даже улыбается. Что, все было так просто?..       Как только он спрыгивает с подоконника, ноги тут же впечатываются в мягкий ковер. Открытое окно все еще смотрит в душу и зовет вниз. Первый этаж – но земля кажется бесконечно далекой. Сяоши… не понимает.       Снова залезает на подоконник. Он что-то пропустил, когда прыгал в первый раз?.. Ладно, еще раз!       Комната никуда не исчезает.       Это уже начинает бесить.       «Этого стоило ожидать», – хмыкает Лу Гуан.       Сяоши издает только какой-то плаксивый стон. Обреченно топает к выходу.       Следующая комната. И в ней все то же самое. Другая девушка застыла в воздухе. Окно открывается, но ведет в ту же комнату. В ванной ничего нет.       Следующая. На этот раз мужчина лет сорока. Ничего не поменялось.       Следующая. То же самое.       Следующая. То же самое.       Следующая…       На этой девушке не пышное платье, как у других. Обычные джинсы и футболка. Сяоши зачем-то вглядывается в нее..       «Лу Гуан… это же…»       «Вот это уже действительно странно», – отзывается он.       Пустым взглядом на него смотрит Сюй Шаньшань.       «Ее же здесь не было…» – выдыхает Сяоши.       «Вот именно, – говорит Лу Гуан, однако звучит уже чуть более радостно. – Возможно, именно эта комната “сломана”».       Сяоши подходит к Шаньшань. Сам не знает, зачем. Все равно ведь она не дышит, пульса нет… Окно ведет в комнату. В ванной разбито зеркало. Но здесь ничего нет.       Опять.       Вот теперь действительно становится как-то не по себе. Сяоши вдруг начинает казаться, что ярко-красные стены буквально светятся, выжигают глаза и так давят на мозг своей чрезмерной яркостью, что хочется немедленно отсюда сбежать.       И он выходит из комнаты.       Даже боится заходить в следующую.       «Да ну нет! Это уже какое-то издевательство…»       У Цяо Лин пустые глаза. Подол юбки задран и опять игнорирует физику.       Сяоши выходит отсюда, даже не проверив ванную.       В следующую комнату все же не решается войти.       «Я думаю… Если их здесь не было изначально, а они все равно… они же не?..» – Сяоши не заканчивает, но уверен, что Лу Гуан прекрасно понял его мысль.       И он отвечает:       «Скорее всего, это галлюцинация. В настоящем с ними наверняка все в порядке. Хочешь, я позвоню Цяо Лин?»       «Подожди, – говорит Сяоши. – Еще кое что. Если я сейчас зайду туда, там ведь… будешь ты, да?»       «Возможно, – отвечает Лу Гуан. – Но я же здесь. Вряд-ли произойдет что-то ужасное, но комнату проверить стоит».       Сяоши делает глубокий вдох. Ладно…       Ну конечно. Это было ожидаемо. Застывший во времени Лу Гуан. Очень весело. Сяоши его даже толком не разглядывает, а зачем? Просто хочет убедиться, в очередной, сука, раз, что в этой комнате нет ничего.       Но почему-то… Какое-то странное чувство…. Как будто бы…       «Гуан-Гуан, смотри, это ты», – усмехается Сяоши.       Лу Гуан молчит. Вероятно, зрелище ему не очень нравится. Сяоши снова открывает окно. На пробу еще раз вылезает в него, но разумеется, тщетно. А в ванной теперь вообще нет зеркала.       «Здесь тоже ничего… – вздыхает он. – Тебе не кажется, что эти комнаты вообще нет смысла проверять?»       Лу Гуан снова не отвечает. Вот теперь действительно что-то не так.       «Лу Гуан?.. Не молчи!»       «Эй!»       «Ты прикалываешься или…»       «Лу Гуан!»       Нет. Нет. Нет. Ну почему?!       Сяоши бросает взгляд на застывшего Лу Гуана. Снова тщетно зовет его в мыслях.       Ничего.       Совсем.

***

      Пространство туманится перед глазами. Собственные руки кажутся размытыми. Сяоши не понимает… потом вытирает глаза ладонями.       Поднимает голову.       У Лу Гуана взгляд теперь действительно напуганный, но хотя бы не стеклянный. Сяоши шмыгает носом. Вот это эмоциональные качели, конечно…       – Все в порядке? – спрашивает Лу Гуан. – Связь прервалась, и я ничего не видел. Что ты сделал?       Сяоши только качает головой.       – Я не знаю… – Он запинается. – Меня как будто… просто выкинуло.       Лу Гуан хмыкает. Потом вздыхает. Потом наконец говорит:       – Все, с тебя хватит. Откажемся от миссии. Она безнадежна.       Сяоши не отвечает. Садится на диван, откидывается на спинку и просто глядит в потолок. И ради чего все это делалось?..       Но ведь… если бы он только понял принцип работы способности маньяка, возможно, можно было бы его переиграть…       Он вздыхает.       – А кто, кроме нас, по-твоему может с ним справиться? – Сяоши вдруг резко подскакивает, чтобы заглянуть Лу Гуану в лицо. – Надо просто понять, как его способность работает. В ней наверняка есть лазейки! Там же куча камер и записей! Мы можем пробовать сколько угодно!       Лу Гуан только поджимает губы.       – Это слишком опасно.       Сяоши вдруг улыбается.       – Но я же вполне справлялся с задачей «не попадаться». Что мешает еще раз?..       Лу Гуан закатывает глаза.       – Умерь свой альтруизм. Мы не можем…       – Нет, мы можем! – Сяоши замолкает на долгие несколько секунд. – А если… ну, его же не смогли найти в том отеле, так? – И дождавшись, пока Лу Гуан кивнет, продолжает: – Значит, он использует способность прямо сейчас. Что, если попробовать перехватить его в реальном времени?       – Ты предлагаешь пойти туда?..

***

      Стены давят на мозг. Врезаются в мысли. Пачкают их красным, слишком красным для реальности. Лампа над потолком мигает, мигает, мигает… Золотые узоры на обоях сползают и текут прямо в голову. Комната как будто сужается, а Сяоши решительно не знает, что делать. Зовет в мыслях Гуана, зовет его вслух и даже пытается растормошить его застывшее тело. Снова ничего. А стены все давят, давят… Пространство плывет перед глазами, и Сяоши чувствует, как слезы подступают к горлу. И что теперь делать?! Почему все… так?..       Ноги дрожат, но замирают, и он не может сделать ни шагу. Вцепляется ногтями Лу Гуану в плечи, заглядывает в стеклянные глаза. Пустота. А стены давят и падают. Падают… Потолок устремляется вниз и размазывается по полу. Красный бьет по мозгам.       Слишком красный. Слишком. Красный. Красный. Красный. Красный. Красный…       Сяоши вздрагивает, когда чувствует чьи-то руки на своей спине. А потом забывает дышать. Или это сами легкие сбоят.       Лу Гуан обнимает крепко.       И отлипает в то же мгновение. Глаза… обыкновенные.       – Что с тобой? – спрашивает он.       Сяоши оглядывается. Комната совершенно нормальная.       Он молчит еще пару секунд, ошалело глядя на Лу Гуана. Что вообще за…       – Нет, это с тобой что?! – вспыхивает он. – Почему ты вдруг… это… как?! Или… ты вообще настоящий?       Лу Гуан только хмыкает.       – Давай по порядку. Что случилось?       Сяоши тушуется. Опускает взгляд, но все же объясняет. По крайней мере, пытается.       – Ты только что был у меня в голове. Потом я зашел в эту комнату, увидел тебя застывшим, и связь прервалась. А теперь…       В глазах напротив на секунду мелькает то ли непонимание, то ли испуг. А потом Лу Гуан говорит:       – А теперь моя версия событий: связь прервалась, тебя выкинуло из петли, и ты предложил пойти сюда в реальном времени. Мы разделились, ты ушел в другой конец здания, а мне попался маньяк. Вероятно, он применил на мне способность, поэтому я не помню, что было после того, как я его нашел. Однако появился ты.       Теперь Сяоши вообще ничего не понимает. Звучит истерично:       – Что происходит?! Мы вообще… в каком времени сейчас?..       – Успокойся, – говорит Лу Гуан. – Ты не мог выбраться, да? Так может, это было потому, что ты сейчас не внутри записи? Наш маньяк может управлять временем и пространством. Все может быть.       Сяоши только вздыхает, однако все же становится чуть спокойнее.       – …я так испугался, когда связь пропала. Хорошо, что ты здесь.       Глядит на Лу Гуана и замечает на чужом лице… улыбку.

***

      Волны красных обоев плывут по коридорам, заползают яркой лужицей в комнаты, распахивая двери. Утопают в них люди, и время рассыпается на золотые песчинки.       – Ты тоже это видишь?       Ручка не поддается, а дверь открыта настежь. Она закрыта. Она открыта. Обои плавятся под светом луны. Откуда-то звучит фортепиано, откуда-то – крики, смех, голоса, плач, стоны, шепот и тягучие, вязкие, как красные обои, мысли.       – Ты тоже это слышишь?       – Надоело.       – Кто сейчас это сказал: ты или я?       Рассыпается время.       – Это уже даже не смешно. Вы меня достали. Почему нельзя было просто вести себя хорошо и не лезть, куда не просили?       – Да че ты несешь?!       – Тихо. Помолчи. Это не я и не ты. Это…       Открытая закрытая дверь распахивается. На пороге стоит мужчина в толстовке, и Сяоши почему-то хватает Лу Гуана за руку, как будто бы это может помочь. У них даже нет оружия.       Сердце начинает стучать быстрее, быстрее, еще быстрее, пока чужой голос тонет в петле реальности, даже не доходя до мозга.       Мужчина подходит ближе, и теперь отчетливо видно, как он улыбается – широко и как-то неестественно. Сяоши делает шаг назад и тянет Лу Гуана за собой. Мужчина только усмехается.       Ну да, как будто бы это может помочь.       – Если захочу, я могу быть жестким. Можно было избежать смерти. Просто слиться со временем, но раз уж такой расклад вас не устраивает…       Сяоши срывается с места, а Лу Гуан спотыкается от резкого движения. В два прыжка они оказываются у двери, но красный цвет преграждает путь и впивается в глазные яблоки, ослепляя. Сквозь красный, сквозь золотой… Ручка наконец поддается, и впереди виднеется коридор.       Лампы мигают, мигают, мигают.       Бам!       Осколки сыплются на голову.       Бам-бам-бам-бам.       Взрывается свет и последние лампы. Коридор становится почти черным, но чужая рука в ладони ощущается слишком реально, чтобы отпустить. И Сяоши не отпускает. Не знает, куда бежать, и есть ли смысл, но бежит все равно.       За спиной слышатся шаги. Слишком быстрые и тяжелые для человеческих. Они настигают быстрее, чем…       Сяоши буквально заталкивает Лу Гуана в одну из комнат. Здесь есть свет. Щелкает замок.       – И что с этим делать?! – взрывается он.       А Лу Гуан… выглядит одновременно испуганно, удивленно, но все равно странно спокойно. Сам себе противоречит в эмоциях, но, наверное, пытается думать. Пытается.       – Я тоже уже ничего не понимаю, – в конце концов говорит он.       Но шаги настигают несмотря ни на что.       Шкаф с громким грохотом падает на пол, матрас слетает с кровати, а кружевные занавески сваливаются вниз.       – Не оборачивайся, – говорит Лу Гуан, и, разумеется, Сяоши делает именно это.       Мужчина в толстовке стоит у окна. Улыбается.       – Да что тебе надо?! – вспыхивает Сяоши, а маньяк только усмехается.       – Мне? – удивляется наигранно. – Ничего. Это вы влезли в мой дом. Теперь извольте расплачиваться. Так что? Как будем решать, кто умрет первым?       Сяоши оборачивается обратно, чтобы взглянуть на Лу Гуана, однако замечает только пустую стену там, где он раньше стоял.       А потом он слышит хруст.       – Не люблю выбирать, но придется, – говорит маньяк, и Сяоши не хочет смотреть на него.       Не хочет оборачиваться.       Сердце замирает. Еще хруст. Ломаются кости. Не совсем ясно, чьи именно. А хотя… нет. Все предельно ясно. В нос ударяет железный запах крови.       – Посмотри, – говорит маньяк. – Смотри! Я для кого стараюсь?       Это же не может быть реальность, да?..       Сяоши не хочет поворачиваться, но все равно это делает. Он не хотел. Он не двигался. Но он смотрит.       То ли тошнота, то ли слезы подступают к горлу. Или все вместе.       Вывернутые конечности с торчащими костями. Кровь, капающая из ран, изо рта, из глаз…       В голове совершенно нет мыслей.

***

      Он сам не замечает, как оказывается в другой комнате. Просто в один момент адреналин ударил в голову. Первая дверь. За ней – та же комната. Следующая дверь – снова комната.       Коридора вообще больше нет. Нет ни маньяка, ни трупа Лу Гуана. Нет ничего.       Сяоши открывает следующую дверь.       Уже и не надеется выбраться, но все же…       В комнате нет штор на окне.       Следующая дверь.       Здесь нет шкафа.       Следующая.       Свет почему-то красный. Дальше – исчезает окно, а когда Сяоши глядит наверх, то видит его на потолке. Дальше – в комнате не хватает одного угла. Потом двух. Комната, в которой два угла. Потом остается один, и Сяоши не понимает, как такое пространство вообще существует. Следующая комната. Следующая дверь. Снова комната. Снова дверь. Комната. Дверь. Комната.       Сколько можно?!       Сяоши очень старается вообще обо всем этом не думать, но выходит плохо, и слезы текут по щекам. Руки дрожат все сильнее с каждой открытой дверью, а пространство искажается, искажается… Следующая комната залита кровью, и Сяоши тонет в ней по колено. Хлюпает. В следующей комнате кровь течет с потолка. Пахнет железом и гнилью. Хочется блевать.       Сяоши замирает перед очередной дверью, не решаясь дернуть ручку. А зачем?.. Все равно ведь…       Слезы застилают взгляд, и пространство плывет еще больше. Сяоши пытается их вытереть, успокоиться, но становится только хуже. Дыхание сбивается. Ноги как будто ватные, и стоять невозможно.       Здесь есть кровать.       Может…       Она мягкая. В ней лежать почти уютно, если бы только вокруг не пахло железом, если бы кровь не капала с потолка, если бы в комнате было четыре угла, если бы свет был нормальным, если бы окна были не на потолке, если бы никакого маньяка не было, если бы реальность не распадалась, если бы время вернулось в норму, если бы это все был просто сон, если бы люди не исчезали, если бы не было этого сраного отеля, если бы Лу Гуан был жив.       Теперь слезы вырываются криком и превращаются в истерику, звенят в ушах и долбят по мозгам. В груди что-то противно ноет. Подушка не заглушает рыданий, зато промокает насквозь.       И ради чего это все было?..       Разве существуют способности, ломающие реальность?..       Если бы он знал…       Лу Гуан ведь говорил, что это опасно, что миссия безнадежна, а он все равно…       Наверное, есть вещи, от которых не спасет ничего.       И какими бы крутыми ни были твои способности, это все равно…       Он даже себя спасти не смог. Что там говорить о других людях?

***

      На мгновение кажется, что все нормально.       Что это был просто кошмар, и сейчас Сяоши просыпается в своей кровати. И вздрагивает от прикосновения Лу Гуана или Цяо Лин, а не от…       Сяоши садится в кровати. Вокруг – красный свет, море крови и комната с одним углом. Рядом – мужчина в толстовке, настолько ему осточертевший, что смотреть тошно. Однако он не улыбается.       Ровно на секунду появляется инстинктивная мысль бежать, но пресекается тут же ощущением бессмысленности.       Мужчина только склоняет голову набок и заглядывает ему в лицо. И почему-то Сяоши не верит, что перед ним человек.       – Я же сказал, что знаю все, – начинает мужчина.       Сяоши не отвечает. Мужчина продолжает:       – С самого начала убегать было бессмысленно. Приходить сюда было ошибкой, но раз уж ты здесь, то я не могу поступить иначе.       Страха нет совсем. Сердце молчит. Не дрожат руки.       Мужчина продолжает:       – Я не знаю, сколько еще таких, как ты, существует в мире, но я надеюсь, твоя история убедит их не вставать у меня на пути. Но если уж они на это решатся, то будут знать заранее, что проиграют. И быть может, ты все же спасешь кого-нибудь от смерти. Однако у меня нет цели убить тебя.       Сяоши чувствует, как снова намокают глаза, хотя казалось бы, слезы давно закончились.       Мужчина усмехается. И кладет руку ему на волосы, слипшиеся от крови, капающей с потолка. Проводит по ним почти ласково, и у Сяоши нет ни сил, ни желания сопротивляться.       – Это не больно, – шепчет мужчина, наклоняясь к его уху. Сяоши вздрагивает от горячего дыхания.       Тело не слушается. Цепенеют конечности, а в груди сразу ощущается какая-то тяжесть. Ровно за секунду.       Еще одно мгновение Сяоши думает о Лу Гуане.       Через секунду он вообще больше ни о чем не думает.       Исчезает картинка перед глазами. Исчезает запах крови. Исчезает слух. Больше не чувствуются чужие прикосновения. Исчезает дыхание. Сердце больше не бьется.       Исчезает все.       Сяоши вообще больше ничего не чувствует.       Ничего.       Ни-че-го.       Ни–

***

      Щелк!       Фотография сохраняется в галерею. Телефон падает на пол с громким стуком.       Сяоши не понимает, что происходит. Вообще.       Оглядывается – комната совершенно обычная. И все углы на месте. Нет запаха крови, и это на секунду кажется чем-то невозможным. Лу Гуан глядит на него.       – Все в порядке?       Кровавые картинки мелькают перед глазами. Вывернутые конечности. Торчащие кости. Кровь из глаз.       Лицо Лу Гуана тоже расплывается, как пространство отеля. Картинка становится мыльной, и Сяоши сам не замечает, как оказывается на полу. Все тело трясет. Сердце стучит где-то в ушах, а в горле застревает ком. Перекрывает дыхание, и легкие отказываются работать.       Почему-то накатывает паника.       Сяоши хватается ладонью за горло, как будто бы это поможет дышать. Не помогает. Рука дрожит. Дрожит сердце где-то в затылке. Кровь пульсирует в голове.       Чужой голос не проходит сквозь вату в ушах.       Но он слышит крик. Не понимает, что именно кричат. Вообще ничего не понимает.       Потом чувствует крепкую хватку на плечах, но все равно… воздух… кровь…       Сяоши чувствует соленый привкус на губах.       От слез уже болят глаза. Это продолжается слишком долго.       Потом – тепло чужого тела, и дрожь становится чуть слабее. Пульсация в голове угасает. Сяоши хватается за Лу Гуана, как за спасательный круг. Как будто бы это правда было нереально, но…       Он пытается дышать.       Вдох.       Выдох.       Ладно.       – Фотография пригодилась, да? – спрашивает Лу Гуан, а Сяоши физически не может ответить.       Еще какое-то время молчит, не ослабляет хватку. Пока не успокаивается окончательно.       – Что там случилось? – снова спрашивают.       Сяоши выдыхает.       – …это было очень страшно.

***

      Горячий чай обжигает горло.       – Я не помню, чтобы вообще делал эту фотографию, – говорит Сяоши. – Для меня этого эпизода вообще не было, я тогда не выбрался из петли, но ты сказал, что это было, и… Я не знаю, почему меня выкинуло именно в тот момент.       Лу Гуан только хмыкает.       – Я умер, тебя заморозили, и тебя выкинуло в фотографию, которую ты не делал, – Он даже почти усмехается. – Допустим. Теперь что? Если ты сейчас в прошлом, просто не идти туда нельзя, иначе… Все, о чем ты рассказал, не произойдет, и ты не вернешься сюда. Это прошлое не будет существовать, как и будущее.       Сяоши не отвечает. Отхлебывает чай.       – …надо убить его, – в конце концов говорит он.       Лу Гуан вздыхает.       – Я же сказал, если его не будет в прошлом, он не заморозит тебя в будущем, ты не вернешься, и прошлого не случится. Он не умрет и умрет одновременно. Случится парадокс.       Тогда Сяоши взрывается:       – И что ты предлагаешь? Оставить все как есть?!       Чашка ударяется о столешницу с грохотом, чай выливается через края.       А Лу Гуан снова молчит, как обычно бывает, когда он пытается думать. Иногда это все равно заканчивается ничем.       – …иногда это лучший вариант.       – Да ты меня вообще слышишь?! – Сяоши уже кричит в полный голос. – Ты умрешь! Я тоже! Пусть лучше будет парадокс, чем…       Лу Гуан перебивает:       – Нельзя ломать время. Смерть – это ключевое событие, его невозможно…       – Да если бы я умер, ты бы сделал то же самое!..       Лу Гуан как будто замирает на несколько секунд. Сяоши отчетливо видит какой-то испуг, мелькнувший в его глазах, однако он рассеивается тут же.       – …должен быть другой способ.

***

      Если это не сработает, они оба умрут.       Сяоши вообще не уверен, насколько надежен этот план, но во всяком случае, это единственное, что у них есть.       И всего одна попытка.       Но хуже уже точно не будет.       Лу Гуан сказал, что, скорее всего, это не прошлое в привычном понимании, ведь Сяоши действительно умер тогда. Другая временная линия. Но в таком случае, будет ли работать этот парадокс со смертью маньяка?..       Сяоши бы проверил, но Лу Гуан запретил рисковать.       Но во всяком случае, реальность не рухнет сразу же.       Сяоши вздыхает.       Все-таки отель ощущается жутко даже сейчас, когда Лу Гуан под боком, маньяк пока не появился, и реальность не рушится. Абсолютная пустота и тишина действует на нервы.       И знание, что отель оцеплен, не придает храбрости.       – И что? Просто ждать? – спрашивает он.       Лу Гуан хмыкает.       – Сфотографируй что-нибудь.

***

      Ничего не изменилось, вот только теперь, в настоящем, в действительно настоящем, комнаты пустые. Нет ни одного застывшего тела. И даже появляется предположение, что они не попали в аномалию, иначе люди бы…       Но лампы все равно начинают мигать.       – Нашелся, – выдыхает Сяоши. Потом улыбается, но сам чувствует, что получается оскал.       Это все ужасно надоело.       Пространство начинает искажаться, и обои срываются со стен красной жидкостью. Распахиваются двери в комнаты, как будто от сквозняка, и странный ветер бьет в лицо.       – Нужно закрытое пространство, – говорит Лу Гуан и хватает Сяоши за руку. Тащит в одну из комнат, захлопывая дверь.       Комната на злобу дня – сто десятая. Девушка в красном платье так и стоит посредине помещения, зато все быстрее моргает лампочка, срываются с карниза шторы, и шкаф летит на девушку с оглушительным грохотом, проглатывая ее в себя. Подушки поднимаются в воздух, переворачивается матрас, и Сяоши тащит Лу Гуана в угол, чтобы не попасть под вертящиеся, словно в урагане, предметы. Вжимается в стену ровно в тот момент, когда паркет начинает отходить от пола, трещать и разрываться в воздухе в щепки, так и норовя попасть в глаза.       Обои ползут вниз, и Сяоши вскрикивает, когда чувствует, как они затекают за шиворот. Сыплется известка с потолка.       – Признаю, я даже удивился, когда ты исчез, – слышится голос, минуя уши, звучит прямо в голове. – Вы так и не поняли, что это бесполезно?       Сяоши прикусывает губу. Сильнее сжимает ладонь Лу Гуана в своей и глядит на него – даже капли страха на чужом лице не замечает. Это даже придает уверенности. Наверное, Лу Гуан, знает, что делает.       – Сколько еще раз мне нужно вас убить, чтобы вы наконец успокоились?       Слышится звон разбитого стекла – это окно вылетает из рамы.       Обои ползут вниз, пахнут кровью капают, капают, капают…       Наконец маньяк появляется лично. Материализуется посреди комнаты, улыбается, склоняет голову набок и заглядывает в глаза.       – Мы не пытаемся тебя победить, – вдруг говорит Лу Гуан.       Маньяк даже перестает улыбаться. Его брови взлетают вверх, однако тут же губы растягиваются в еще более зловещей усмешке.       Лу Гуан продолжает:       – Человек смертен, и это ужасно. Мы не хотим умирать. Ты единственный можешь избавить нас от смерти.       Что?!       Сяоши глядит на него совсем ошалелым взглядом и не понимает. А Лу Гуан сам отпускает его руку и делает шаг вперед. И еще. Пока не подходит к маньяку почти вплотную.       – Ты с ума сошел?! – не выдерживает Сяоши и даже порывается его остановить, однако…       – Он просто боится, – говорит Лу Гуан. – Покажи ему, что это не страшно.       И замолкает.       Маньяк медлит пару секунд, а потом… заходится смехом. Так, что комната начинает дрожать.       – Так бы сразу, – произносит он и тоже делает шаг вперед.       Сяоши отчетливо видит, что на лице у Лу Гуана тотальное спокойствие, и он позволяет дотронуться до себя.       Маньяк что-то шепчет ему на ухо.       Сяоши чувствует, как собственное сердце начинает стучать чаще.       Руки не слушаются, когда он лезет в карман. Глянцевая бумага скользит в вспотевших ладонях, но он наконец вынимает стопку фотографий.       Расправляет их веером. И выпускает из рук.       Маньяк отходит от Лу Гуана и, вероятно, любуется тем, что получилось – застывшее во времени тело не дышит, не реагирует и не живет.       Сяоши помнит, настолько это страшно.       – Вот видишь, – в конце концов произносит маньяк. – Все хорошо.       И направляется к нему. Даже несмотря на то, что план есть, тело все равно пробивает дрожь. Когда маньяк оказывается близко, Сяоши замирает. Чувствует касание на своих плечах, потом – горячее дыхание над ухом, и…       Хлоп!       Шанхайская «Жемчужина Востока» проносится перед глазами. Шум машин и гул голосов звенит в ушах.       Хлоп!       Сяоши хватает маньяка за шею, зажимает между локтем и своим телом. Маньяк, секунду помедлив, резко дергается с такой силой, что Сяоши отбрасывает в сторону. Маньяк бросается на него.       Хлоп!       Эйфелева башня красиво светится в темноте.       Хлоп!       Сяоши оказывается у него за спиной и бьет между лопаток так, что маньяк чуть не впечатывается носом в пол. Упавшие предметы снова поднимаются в воздух, и Сяоши видит, как на него летит шкаф.       Хлоп!       Статуя свободы.       Хлоп!       Маньяк получает в рожу с размаху.       Хлоп!       Пирамиды Гизы.       Хлоп!       Сяоши буквально падает на маньяка, прижимая его к полу. Маньяк бьет его по лицу.       Хлоп!       Колизей.       Хлоп!       Сяоши набрасывается на него с другой стороны. Маньяк не успевает обернуться. Сяоши успевает достать нож.       Вонзает его маньяку в шею быстрее, чем тот успевает что-нибудь сделать. Фонтан крови вырывается из порванной артерии. Сяоши толкает его вниз. Кровь заливает лицо, а маньяк только беспомощно хрипит. Вещи вокруг дергаются в агонии. Дрожат стены.       Сяоши еще раз втыкает нож маньяку в шею и смотрит на перекошенное от боли и ужаса лицо. Тело еще подергивается, а Сяоши берет его ладонь в свою.       Если это правда сработает…       Глаза маньяка стекленеют. Тело перестает двигаться.       Сяоши не знает, как это работает, но…       Вдох. Выдох.       Ладно.       Он лезет в карман за последней фотографией. Экран телефона пачкается в крови от его рук. На снимке – все тот же отель и улыбающийся Лу Гуан.       «Улыбнись на память!»       Сердце стучит бешено, но Сяоши все равно улыбается тоже.       Хлоп!

***

      Сяоши отводит телефон от лица.       Улыбка с лица Лу Гуана сползает тут же, и он становится, как обычно, слишком серьезным.       – Ну? – спрашивает он. – Идем или…       Он вдруг замирает, глядя Сяоши в лицо. Даже вроде как удивляется. Спрашивает:       – Что смешного?       Сяоши хихикает. Сам не понимает: от нервов ли?       Но все же говорит:       – Получилось! Только… это точно сработает?..       Лу Гуан хмыкает.       – А ты сделал точно так, как я сказал?       Сяоши кивает.       – Тогда получилось. Пошли.

***

      И все повторяется.       Снова мигают лампы, снова ползут со стен обои. Но на этот раз Сяоши Лу Гуана не трогает. Боится – а вдруг он все же?..       Он не знает, как работает эта способность маньяка, так что лучше не рисковать.       – Если ты все сделал, – говорит Лу Гуан. – Значит, мне не надо его отвлекать. Так что… теперь все на тебе.       Сяоши кивает. Распахиваются двери, дрожат стены, и потолок сыплется на голову.       – Признаю, я даже удивился, когда ты исчез, – звучит прямо в голове. – Вы так и не поняли, что это бесполезно?       Сяоши усмехается.       – Сколько еще раз мне нужно вас убить, чтобы вы наконец успокоились?       В ту же секунду прямо перед лицом появляется маньяк. Живой. В той же толстовке, с улыбкой… Все, как в прошлый раз.       Сяоши глядит на Лу Гуана. Тот только кивает.       – Ладно, мы сдаемся, – говорит Сяоши. – Можешь нас заморозить или как это называется…       Сяоши смотрит на маньяка и замечает, как у того брови ползут вверх. А потом он улыбается еще шире.       Сяоши сглатывает слюну. Пытается успокоить стучащее сердце. Сейчас все закончится…       Он сам подходит ближе, почти прижимается к маньяку, а тот даже не пытается разрушить реальность. Стены перестают трястись, обои больше не ползут вниз. Маньяк почти бережно кладет руку ему на шею, обнимая.       Сяоши не уверен, что именно нужно сделать, чтобы активировать способность, но с учетом того, что он уже видел…       Он сам хватает его за плечо и тянет на себя так, чтобы прошептать ему на ухо:       – Умри, сука.       И ничего не происходит.       Вообще ничего. Маньяк не двигается. Пространство не рушится и не сбоит. Сяоши отходит от него.       Глядит на застывшее тело, на стеклянные глаза и… замершую навсегда улыбку.       Оборачивается на Лу Гуана.       – Охренеть… – произносит.       А Лу Гуан только усмехается в ответ.

***

      Разморозить других людей тоже удалось. Отель снова стал обычным, вот только тело маньяка… Они так и не придумали, что с ним делать, но раз уж так… пусть остается в этом «другом слое реальности».       Интересно, конечно, вышло. Сяоши честно не знал, что способность мало того, что можно передать, так еще и через смерть…       – Откуда ты знал, что так можно? – спрашивает он.       Лу Гуан сидит на том же диване. Цедит газировку. Улыбается как-то загадочно.       – А тебе все скажи.       Сяоши негодует:       – Ну интересно же! Тебе что, сложно?       Лу Гуан вздыхает. Говорит:       – Ладно. Можно сказать, я уже проворачивал подобное. После смерти одного человека, его способность перешла мне.       Сяоши не совсем понимает, но догадывается.       – Поэтому у тебя есть суперсилы?       Лу Гуан качает головой.       – Нет. Это была другая сила. Моя у меня с рождения.       И, разумеется, ничего не объясняет. Вместо этого добавляет:       – Теперь сила того маньяка есть у тебя. Ты сам видел, насколько она разрушительна, так что лучше не используй ее. По крайней мере до тех пор, пока не разберешься во всех нюансах.       Сяоши только вздыхает. Отмахивается:       – Да понял я… Ты лучше расскажи про ту силу. Она у тебя осталась?       Лу Гуан снова качает головой, но ничего не говорит. А Сяоши разрывает от любопытства, поэтому он почти кричит:       – Так что за сила-то?!       Лу Гуан глядит на него молча пару секунд. А потом все же произносит:       – …перемещение в прошлое с помощью фотографий.