Пряный кедр

Прошла неделя после памятного благотворительного банкета. Жизнь во дворце на первый взгляд вернулась в свое привычное, ленивое русло. Сплетни в кулуарах постепенно утихли: аристократия уяснила, что к новому супругу кронпринца лучше не соваться, если не хочется отправиться охранять ледники на северной границе. Кейл Хенитьюз был более чем удовлетворен таким исходом. Его авторитет бездельника укрепился, а Западное крыло превратилось в абсолютно неприступную крепость. Наслаждаясь теплым летним днем, Кейл решил сменить привычный диван на уединение в закрытом внутреннем розарии своего крыла. Это было скрытое от посторонних глаз место, окруженное высокими мраморными стенами, где буйно цвели редкие сорта алых роз. Омега устроился на изящной каменной скамье в тени векового плюща. На нем была легкая, свободная белая рубашка из тончайшего хлопка и мягкие домашние брюки. В руках он держал какую-то историческую новеллу, лениво перелистывая страницы. Воздух в саду был напоен густым, сладким ароматом цветов, и Кейл чувствовал себя в абсолютной безопасности. Но идиллия рухнула в одно мгновение. Кейл перевернул страницу, как вдруг по его телу прошлась странная, неестественно горячая волна. Книга задрожала в пальцах и с глухим стуком выскользнула, упав прямо на изумрудную траву. — Что за… — выдохнул Кейл, хватаясь рукой за воротник рубашки. Второй приступ жара оказался намного сильнее. Он зародился где-то внизу живота, тугим, пульсирующим узлом взвился вверх и мгновенно заставил сердце биться в бешеном, паническом ритме. Колени Кейла ослабли, в глазах на секунду потемнело, а дыхание перехватило. На лбу выступили мелкие капли пота. «Подавители… Чертовы подавители! — в панике пронеслось в голове омеги. — По календарю… течка должна быть только через две недели! Из-за стресса на банкете или переезда цикл мог просто сдвинуться!» Кейл судорожно потянулся рукой к шее, проверяя подавляющие патчи. Они были на месте, но пластыри уже насквозь промокли от пота и зудели, совершенно не справляясь с внезапным, яростным гормональным взрывом омеги. В следующую секунду плотину прорвало. Аромат Кейла вспыхнул с такой сокрушительной силой, словно огромный чан со спелым, обжигающим глинтвейном опрокинули прямо на раскаленные камни розария. Густой, невероятно сладкий, дразнящий запах горячего красного вина, терпкой корицы, бадьяна и сочной апельсиновой цедры мгновенно заполнил всё пространство сада, вытесняя нежный запах роз. Воздух вокруг Кейла стал тяжелым, почти осязаемым. Омегу накрыло волной слабости, и он бессильно соскользнул со скамьи прямо на траву, тяжело и прерывисто дыша, не в силах даже подняться. ------------------------------ В этот же момент Альберу Кроссман шел по открытой галерее, возвращаясь со сложнейших переговоров с министрами. Он был уставшим, раздраженным и мечтал только о том, чтобы тайно пробраться на кухню Кейла и снова сесть на пол ради имбирного печенья. Как только принц приблизился к переходу в Западное крыло, его буквально снесло с ног. Дворцовая система вентиляции и открытые террасы розария донесли до его обоняния запах, который заставил Альберу замереть на месте. Гормональный всплеск Кейла пробил все барьеры. Это был не просто запах глинтвейна — это был концентрированный, призывающий аромат омеги, который находился в самом начале бурной, беззащитной течки. Внутренний альфа внутри Альберу глухо, опасно и собственнически зарычал. Зрачки кронпринца мгновенно расширились, затапливая радужку темнотой, а по венам побежал чистый адреналин. Разум принца затуманился от инстинктов, кричащих только об одном: Твой омега. Ему плохо. Он зовет тебя. Отбросив все церемонии и правила, Альберу сорвался на бег, стремительно направляясь в сторону закрытого розария.